Теория вероятности

- Приходит в себя. Скажите врачу. Вы меня слышите, девушка? – до Сан И донёсся мягкий женский голос. Ответить она не могла: что-то мешало говорить. Изо рта вырвались только какие-то нечленораздельные звуки. – Вы можете открыть глаза? Сан И попыталась сделать то, о чём спросили, но ощущение, будто веки сшиты и налиты свинцом, не дало ей этого сделать. Только с третьей попытки она еле-еле разлепила глаза. Как-то уж слишком все нечётко видно. Послышался звук открывающейся двери. - Как она? – мужской голос обращался явно не к ней. - Хорошо, - ответила та женщина, которая разговаривала до сих пор с Сан И. - Сан И, вы меня слышите? – теперь это уже к ней. Сан И выдала какой-то звук, обозначающий утверждение. – Вы стали жертвой огнестрельного ранения. Пуля попала в плечо, вам сделали операцию по её извлечению. Сейчас вы отходите от наркоза, ваше состояние стабильное. Не волнуйтесь, если ещё не можете говорить или открывать глаза – это всё последствия наркоза, скоро всё пройдёт. Теперь можете отдыхать. Сан И послушалась и провалилась в сон. Спустя время она проснулась и уже могла осмотреть то место, в котором оказалась. Небольшая двухместная палата, на второй кровати никого не было. Сан И даже расстроилась из-за этого: кто знает сколько времени она здесь проведёт, а прийти к ней некому, поэтому одной в палате будет очень скучно. Нет, её, конечно, радовало то, что у людей всё хорошо, раз кровать пустует, но факт оставался фактом – с кем-то было бы веселее. Вся мебель в палате стандартная – кровати, тумбочки, стулья для посетителей, маленькая раковина. Всё в светлых цветах. - Жаль, - подумала Сан И. Всё бледно как-то: стены белые, мебель светлая… Было бы хоть что-то яркое – поднимало бы настроение; пациенты выздоравливали бы быстрее. Вошла медсестра, измерила температуру и дала обезболивающие таблетки. - Моим родителям сообщили? – этот вопрос волновал девушку больше всего. Медсестра кивнула. – Когда? Что они сказали? Где мой телефон? - Сообщили как только сделали операцию. Они сказали, что выезжают. Ваш телефон в камере хранения. Если хотите, его вам принесут. - Да, пожалуйста, принесите. Если можно, то все вещи принесите. Медсестра, записав все данные в карточку и пообещав всё принести, вышла, оставив Сан И одну. Девушка посмотрела в окно и попыталась угадать, который час. Решила, что сейчас около семи вечера, ведь света уже мало. Значит, она почти сутки была без сознания: то под наркозом, то спала. Родители наверняка волнуются. Надо срочно позвонить им и сказать, что всё в порядке и нет нужды ехать в такую даль. Медсестра сдержала своё обещание и принесла мобильник, рюкзак и одежду, но предупредила, что волноваться ей сейчас вредно, поэтому пусть много не разговаривает. Сан И подумала, что, собственно, звонить ей некому: родителям, старосте группы, да и всё. Близких подруг ещё не было, остальные всё узнают от старосты. Дрожащими пальцами Сан И набрала номер. - Алло? – на другом конце послышался взволнованный женский голос. – Сан И, ты?.. - Привет, мам. Я в порядке. Вы где? – слабым голосом проговорила девушка. - Мы с папой скоро будем. Уже в Сеуле и направляемся в больницу. - Ма, не стоило... всё хорошо же... - И слышать не хочу. Подожди немножко, мы скоро. Хорошо? - Да, мам, жду. Сан И отсоединилась и положила телефон на тумбочку. Она понимала, что не позвонить родителям из больницы просто не могли, но всё равно не хотела, чтобы они знали. Её разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, она не хотела, чтобы мама видела её в таком состоянии (ибо в бинтах девушка выглядела раз в пять хуже, чем чувствовала себя на самом деле), но с другой – всё-таки обрадовалась. Через полчаса дверь палаты открылась, и в дверном проходе появились два человека. - Мам! Пап! Сан И радостно улыбнулась, пока не увидела, в каком они состоянии. Очевидно, всю ночь не спали, волновались за неё, глупышку, обвиняли себя в том, что отпустили в Сеул (была бы дома – не попала бы под пулю). Мама кинулась было её обнять, но вспомнила о ранении и удержалась. Она поцеловала дочь в чело и села на стул возле кровати. Отец тихо поприветствовал дочь и, взяв её здоровую руку в свои, тоже опустился на стул. - Как ты? Врач говорит, что здесь пробудешь пару дней и можно выписывать, только надо будет приходить на осмотр и перевязку. Если, конечно, никаких осложнений не будет. - Я в порядке, мам. Правда, всё хорошо, - Сан И с облегчением вдохнула. Значит, врач всё-таки её не сдал. После разговора с родителями она попросила позвать её лечащего врача и уговорила его не открывать родителям всей правды. Зачем их волновать? Пусть думают, что больница – дело на несколько дней, а не недель, как должно быть. Мама посмотрела взглядом «врёшь - не краснеешь». - Ладно, немного больно. Но это пройдёт. - Сан И, я бы съездила в общежитие, привезла нужные вещи. Где ключ? - Был в куртке. В кармане посмотри. Вон там, в шкаф куртку вешали. Девушка объяснила, как попасть в комнату и где искать всё необходимое. - Нет, дорогой, оставайся здесь, я сама справлюсь, не будем оставлять Сан И одну, хорошо? – ответила женщина на выраженное желание мужа ехать с ней и ушла. - Как ты так ухитрилась? Что ты делала в том месте? – спросил отец. - Просто гуляла. Решила пройтись, проветриться, а тут вот такое... - Врач сказал, что запретил следователю сегодня тебя беспокоить, но завтра к тебе придут. - Следователю? – удивилась Сан И. - Конечно. Это же была попытка убийства, подсудное дело, чему ты удивляешься? Завтра попытайся всё хорошенько вспомнить, чтобы того подонка быстро поймали! - Па-а-а-п, - укоризненно протянула девушка. - Прости, вырвалось. Маме не говори, хорошо? - подмигнул мужчина, чем немного рассмешил Сан И. - Пап, а как же ваша с мамой работа? Вы всё бросили и помчались сюда... - Ты важнее. Ничего на работе не случится. - Пап, вас не отпустили? Не дали выходные? – взволновалась девушка. Отец нахмурился. – Пап, обещай, что завтра уедете. Обещай, что завтра заберёшь маму, и вы вернётесь в Пусан. Вы же видите, что вам здесь делать особо нечего: я не лежачая, могу позаботиться о себе сама, а здесь медсёстры помогут, в общежитии – подруги. Пап, ты же сам знаешь, как трудно найти работу, а тем более, чтобы она вам нравилась, и платили хорошо. Родители работали бухгалтерами в крупной фирме. Условия там были жёсткие, но платили хорошо, поэтому потерять эту работу было бы очень некстати. Особенно учитывая, что они оба были просто влюблены в свои цифры. Отец нехотя согласился с доводами дочери. Осталось самое сложное – убедить маму. Как объяснить любящему сердцу, что надо оставить дочь в больнице, а самой продолжать жить, как будто ничего не случилось? Мать Сан И сначала выдвинула требование оставить университет и возвратиться втроём в родной город. Однако спустя час уговоров она согласилась, что девочка очень много трудилась, чтобы попасть в этот университет, хорошо учится, и, кто знает, выпадет ли ей ещё когда-то такой шанс. Да, приключилось несчастье, но такое же происшествие могло произойти и в Пусане, это просто случайность, что в том месте проходила именно она. А тем более пока ведётся следствие, лучше быть поблизости – вдруг надо будет чем-то помочь. - Но как я тебя оставлю? На кого? – всё не унималась мама. - Мам, спокойно ты меня оставишь, на подруг. - Видела я твою соседку и не сказала бы, что она для тебя хорошая подруга. - А она и не подруга. Просто соседка. Подруги этажом выше живут, - это было откровенное враньё, но надо же было успокоить маму. Сан И старалась не задумываться о том, как на самом деле она будет справляться одна. Родители ещё немного посидели, рассказывая домашние новости, а потом начали нехотя собираться. Ближайший автобус в Пусан отправлялся среди ночи, и их мучили сомнения. - Мам, вам необязательно ждать до завтра, чтобы меня навестить, а потом уехать. Я знаю, вы мысленно всегда со мной. Поэтому постарайтесь немного отдохнуть и езжайте, чтобы не было проблем дома. Когда родные ушли, Сан И поморщилась от боли. Плечо мучило её уже достаточно долго, но она не хотела показывать это матери. Ей и так плохо, а если бы увидела, как больно дочери, то и вообще покой потеряла бы. Сан И нажала кнопку вызова медсестры. Через минуту появилась приветливая женщина. - Больно... Можно что-нибудь от боли? Ещё через минуту женщина уже принесла обезболивающие. Сан И засмотрелась в окно. Сон не шёл. Луна уже гуляла по небосводу, а девушка всё никак не могла уснуть. Интересно, как там сейчас ХимЧан? Весь удар пришёлся на неё, или что-то перепало и ему? А если она осталась жива, а был ещё выстрел? И Хима уже нет в живых? Что сейчас делает тот, кто стрелял? Это тот Гук, с которым разговаривал ХимЧан? Это его полное имя? Вряд ли. Как же его зовут на самом деле? Чем он занимается? Кто он? Почему так запутался? Вопросов было миллион с хвостиком, но не было ни одного ответа. Уснуть удалось только под утро. И то недолго спалось – начался утренний обход в больнице. Ей опять измерили температуру, убедились, что не началось воспаление, сделали перевязку, дали лекарства и оставили в покое. Но опять ненадолго. Пришёл следователь. Беседа была короткой: кто она? Откуда? Зачем приехала? Есть ли у неё враги? Подозрения? Что делала на месте преступления? Видела ли что-нибудь подозрительное? Следователь ушёл ни с чем, девушка не дала ему никакой полезной информации: ничего не видела, никого не знает, врагов нет, подозрений тоже. Но один вопрос следователя поверг девушку в шок: - Знаете ли второго раненого? - Второго? Ранен кто-то ещё? – Сан И вовремя сориентировалась и не назвала ХимЧана по имени, ибо она была уверена, что это он. – Что с ним? Он серьёзно пострадал? - Нет, с ним всё в порядке, его только немного зацепило, вы пострадали гораздо сильнее. - Нет, кажется, я его не знаю, потому что в том месте тогда не было моих знакомых. Следователь поблагодарил за ответы и удалился. Сан И чувствовала себя подавленной. Больно. Только теперь болит душа, а не тело. Сердце просто разрывается от противоречивых чувств. Как он мог? Как мог ещё раз выстрелить? Она зря, что ли, под первую пулю бросилась? И пусть это выглядело со стороны как случайность, но девушка знала, что случайностей не бывает. Она, возможно, тогда не думала, что делает, но о том, что случится, знала точно. Она не дура и сопоставила своё видение среди бела дня и «солнечных зайчиков» с окна. - К вам посетители, - сообщила медсестра, приоткрыв немного дверь. Сан И удивилась: кто мог прийти, если она ещё не звонила старосте? На Ын? Маловероятно. - Пусть войдут, - разрешила девушка. Дверь открылась полностью. В палату вошли два до боли знакомых парня. Причём «до боли» - это не фигура речи. ХимЧан был с перевязанной бинтами головой, но улыбался. Второй парень хмуро смотрел по сторонам. Сан И попыталась сесть на кровати, чтобы быть в более «солидной» позе. Резкая боль пронзила раненое плечо. Девушка глухо застонала и поморщилась. Сделать вид, будто всё в порядке, не удалось. - Не надо напрягаться, тебе ещё нельзя. Давай я помогу? – предложил ХимЧан, быстро подходя к кровати. Сан И ощутила его прикосновения. Словно маленькому ребёнку, который не может взобраться на слишком высокий стул, он помог ей переместиться в сидячее положение. - Спасибо, - Сан И была смущена: всё-таки неловко ощущать себя столь беспомощной. - Не за что, - ХимЧан улыбнулся и немного отошёл от кровати. Огляделся и, увидев, что его спутник все ещё стоит около двери, позвал его. - Гук, ты чего там застыл? - Значит, не ошибалась, - подумала Сан И. - Всегда это был один и тот же парень. Никогда ещё девушка так не сожалела о том, что оказалась права. Тем временем ХимЧан не умолкал: - Меня зовут Ким ХимЧан, а это – Бан ЁнГук. Я тебя вспомнил: ты та девушка из кафе, - парень обратился к ЁнГуку.- Помнишь? Я тебе рассказывал, что по утрам в кафешке вечно одна и та же девушка сидит? Это она, - вновь обратившись к Сан И, ХимЧан продолжил.- Приятно наконец-то познакомиться. Не в такой обстановке хотелось бы, но всё же... Как тебя зовут? Ничего, что я так неформально? - Ничего. Меня зовут Чон Сан И. Приятно познакомиться, вечный парень за соседним столиком, - девушка улыбнулась. – Присаживайтесь. ХимЧан непринуждённо подошёл ближе к кровати и сел на предложенный стул. ЁнГук с каменным выражением лица последовал примеру друга. - Спасибо, - внезапно поблагодарил ХимЧан. - За что? – удивилась Сан И. - За то, что спасла мне жизнь. Произнесённая обыденным голосом фраза завертела в голове Сан И ворох мыслей: откуда он знает? Что именно он знает? Всю правду? Кто ему сказал? Или это просто догадки? ХимЧан заметил растерянность и удивление, которые появились на лице Сан И, и поспешил объясниться: - Я говорил со следователем. Они рассчитали угол и траекторию полёта пуль и выяснили, что и та, первая, предназначалась мне. Это можно утверждать почти что со стопроцентной уверенностью. Если бы не ты, то в моей голове сейчас было бы на одну дырку больше. И находился бы я уже не здесь. Поэтому я очень благодарен тебе. Теперь я обязан тебе жизнью. Но, увы, пока расплатиться могу только деньгами, поэтому все больничные счета я оплачу. И не вздумай отказываться. Мне очень жаль, что ты пострадала. С каждой новой произнесённой фразой Сан И понемногу успокаивалась. Значит, он не знает всей правды, не знает, кто именно стрелял. Пока это к лучшему, но всё равно вызывало смятение. Девушка уже запуталась в своих чувствах: то ли это было облегчение оттого, что ЁнГука не раскрыли, то ли сожаление, что ХимЧану так не повезло с другом. Ещё более странно было находиться в одной комнате с потенциальным убийцей и ничего не предпринимать. Что-то удерживало её от такого шага. Сан И не знала, почему никому не рассказывает о том, что знает киллера. Почему не предупреждает ХимЧана, с какой стороны ему ожидать удара. Мысль «мне никто не поверит без доказательств» была скорее отговоркой, нежели истинной причиной бездействия. Насчёт денег девушка не слишком-то и рвалась возражать: родители ведь уверены, что она в больнице задержится на день-два, и девушка думала, откуда взять средства, чтобы покрыть разницу. - Да ладно, ничем ты мне не обязан. Это же случайность, что я там оказалась, - улыбнулась Сан И. ЁнГук блеснул глазами. Наверное, его зацепило слово «случайность», потому что он впервые открыл рот со времени нахождения в палате. - Случайность? Знаешь, какова вероятность того, что ты там была случайно? Слишком много совпадений: то в кафе вы сидите почти что каждый день, то оказываешься в том же месте, в то же время, что и он... – Гук пожал плечами. Сан И сузила глаза. - Вероятность того, что я была там случайно, прямо пропорциональна вероятности того, что стрелял ты. Тебя же не было на месте происшествия. Где ты был? Это кто-то подтвердит? ЁнГук сверлил девушку взглядом. Сан И спокойно выдержала эту игру в «кто кого пересмотрит». Ничего не понимающий ХимЧан смотрел то на одного, то на другого. - Ребят, вы чего? Только познакомились, а уже такими обвинениями бросаетесь. - Прости, Хим, занесло, - окинув девушку ещё одним высчитывающим взглядом, ЁнГук отвёл глаза. Сан И почувствовала огромное облегчение от того, что никто уже не пытается прочесть её мысли. Под таким пристальным осмотром, какой провёл ЁнГук, она чувствовала себя неуютно. Ей было страшно. Она всё никак не могла решить: сказать Гуку всю правду прямо или оставить всё, как есть. Исходя из того, что она уже сказала, и так понятно, девушка признаёт, что оказалась на его пути намерено. Другое дело, она не должна была знать, что это именно его путь.