Попробуй, удержи

Вот и прошла неделя, ну или почти, где-то дней десять. Странное и мучительное для меня время. И не только от того, что я почти все эти дни пролежал в кровати с высокой температурой, и меня лихорадило, а скорее от снедаемых меня мыслей. Болезни я был даже благодарен, потому что лысый лишь приходил проведывать меня, но не приставал. Вот посидит рядом, печально так посмотрит, повздыхает, печально так. Думал, наверное, что скоро импотентом так станет, я же не даю. Сволочь я бессовестная, ага. Только от этого я ликовал внутри себя, радовался, и похихикивал, когда мужик уходил. Нефиг тут всегда устраивать мне рандеву в постели. Терпи, козлина. Вот и где после такого захочешь здоровым быть? Ведь же оклемаюсь, и не избежать мне снова приключений на мою несчастную пятую точку. Куда уж там, верните мне мои тридцать девять и девять градусов! Но, к сожалению, и тут мое тело меня предало, и я пошел на поправку. Ах да мучали меня мысли, которые не хотели покидать мою голову, а вовсе не высокая температура, от которой ничего кайфового, но все же, что-то вроде покоя мне было обеспечено. Вот уж тут, пока я отлеживался, почти всегда в одиночестве, тупо изучая до жути надоевшие белые стены, времени у меня было много, чтобы подумать, как следует, над своей никчемной жизнью. Чем я успешно и занимался всю эту неделю. Вообще решил, что если вдруг удастся сбежать, то в этот раз подамся в монахи. Не будет же лысый из дома божьего меня в ад вытаскивать? Или будет? Этот тип может все, конечно, но я не переставал надеяться на лучшее. А еще я захотел туда, дабы удалиться от людских утех. Что-то мне их хватило с лихвой на всю оставшуюся жизнь, даже если она будет долгой. После этого ирода у меня явно развиваются две фобии – это темнота и перетрах. Нет такой? Ничего, сам ее изобрел. Думаете, что такого быть не может? Вот представьте себе, что еще как может! Задница, хоть и, перестала болеть, но мне от этого легче не стало. Так что я больше не хочу того, как там кто еще будет колупаться и вбиваться. Не-е-ет! Хватит! Никакого секса, если выберусь! А выберусь ли? Это вряд ли… Так, стоп! Когда это я унывал? Не-не, буду упоротым идиотом, но не перестану надеяться на лучшее! Виктор тоже приходил ко мне, пока его отец уезжал по делам. Не, ну при папаше он тоже порой заглядывал, потому что тот притаскивал сынка, но парень мялся рядом, не зная, как себя вести. На его лице было беспокойство за меня, но сказать что либо он боялся. Зато без отца, Витечка всегда интересовался, как я себя чувствую, садился рядышком, заботливо гладил меня по голове, чем еще больше пугал, так как лысый любил это дело, а мой страх из-за этого становился еще больше, что яблоко от яблони... Он старался даже разговорить меня, что-то узнать о моей прошлой жизни, но я отвечал ему сухо, кратко и холодно. Не надо давать пустых надежд. Это я решил для себя после кошмара. И поэтому, когда Виктор хотел взять мою руку, я ее скидывал, а тот не понимая почему, удивлялся. Но объяснять что-либо не собираюсь. Просто хватит давать повод. Я тогда в торговом центре ради забавы с ним, как бы, флиртовал, правда, начинал играть, да заигрался, что сам захотел его, но все, больше не хочу. Зачем эти никчемные надежды? При лысом нам с ним ничего не светит, а если я все же убегу, то тем более. Я же не совсем такой идиот, чтобы возвращаться за этим парнем, а в это время меня снова схватил мудила. Свобода дороже. И сохранность моей пятой точки, к которой я больше никого не подпущу. Только лысый разрешения спрашивать не будет, к сожалению. А то я бы для него с радостью туда табличку повесил «посторонним вход воспрещен». Но одно я знаю точно, что теперь моя душа никому, кроме меня не будет принадлежать. Потеряв доверие ко всем из-за одного ублюдка, я даже не мог представить себе, как его можно вернуть. А сейчас мне предстоит окунуться в новый мир, где много новых лиц, новых избалованных отродий ада. Сегодня я начинаю учиться. Радовался бы, что смена обстановки, что наконец-то могу находиться не только в пределах особняка. Но… Это еще одна тюрьма для меня. Ведь за пределы выйти не смогу, а туда меня везут на машине с личным водителем, а еще лысый сидит и держит за ручку. Интересно, он только первый день со мной, или так и будет провожать всегда сам? Хах, будет водить меня, как первоклашку, и встречать, кстати, тоже. Мда… Мы въехали за ворота и остановились у главного входа в здание. Я видел его как-то по телевизору. Тут бы фильмы ужасов снимать, а не детей учить. Трехэтажное здание из серого, толстого кирпича, напоминающее какой-то заброшенный дом средневекового типа, по стенам которого расползался плющ. У главного входа ухоженный сад с разноцветными клумбами, а вокруг много больших деревьев, что создавало впечатление, словно мы находимся где-то глубоко в лесу. Большая тяжелая деревянная дверь, которой можно прибить, если вовремя не прошмыгнуть внутрь, что я и сделал, еле поспевая за лысым. Проведя меня за ручку к большой доске, заклеенной бумажками, он, быстро проглядев, тыкнул пальцем в одну из них. - Вот, малыш, это твое расписание, - улыбаясь, сказал он мне, при этом проведя рукой по моей попе и сжав одну из ягодиц. Я, сглотнув от напряжения, так как на нас уже уставилось несколько пар глаз, молча кивнул, - веди себя хорошо, учись, а если что-то случится или кто-то будет обижать, звони, я разберусь. Если надо, то и приеду! – так, даже с гордостью, сказал он. - Да, папочка, - с издевательским тоном, ответил я ему. А лысый, видимо, не уловил сарказма и так приторно-слащаво улыбнулся, глядя на меня своими влюбленными глазами. Я даже удивился, честное слово, как они у него засияли от счастья, прям алмазы по пять карат. Только вот уж надеюсь, что сам смогу за себя постоять, если что. Хотя, больше желал того, чтобы на меня никто не обратил внимания и не трогал. Отсидеть тихонько и свалить. Друзей заводить я не собирался. - Вот и молодец, котенок, - с нежностью он обхватил мое лицо и прирос к губам. Вот, прям-таки, присосался, как пиявка. Я напрягся еще больше, так как народу прибывало, и все, кому не лень, останавливались поглазеть, как лысый своим языком исследует мою полость рта. Да нету там заначек, НЕТУ! Наконец-то тот оторвался, я вытер со своего лица его слюни рукавом новой дорогой рубашки. Ну, хоть от этого какое-то удовольствие. А он недовольно поморщился, заметив мою брезгливость. Нет, ну совсем оборзел, я что, еще демонстративно должен показывать тут всем горячую любовь к этому извергу? Размечтался! Чего нет, того не отнять! - Чё уставились? – огрызнулся я, не выдержав, когда несколько особо любопытных ребят продолжали смотреть на нас, открыв при этом рты. - Спокойней, мой маленький, - сказал он мягко, а его рука до сих пор касающаяся моего лица, была немного вспотевшей. Противно, между прочим! Он провел большим пальцем по моей щеке. Его взгляд еще был затуманенный с расширенными зрачками, я боялся даже посмотреть вниз, вдруг там обнаружу еще и выпирающее орудие пыток. Но, с другой стороны, в школе мне это все равно ничем не грозит, кроме того, что он уже пометил территорию, по-свойски показав, что я принадлежу ему. Подумав об этом, я немного запаниковал, представив, что не избежать мне сегодня бурного возвращения домой. А еще позора на всю школу. Привел богатенький ирод своего щеночка учиться. А сбежать из этой школы реально!? Я подумаю об этом на досуге. Ну, когда скучно на уроке станет. Думаю долго ждать не придётся, и уже на первом начну засыпать. Скривив улыбку, я помахал своему папочке, когда тот направился к выходу, а как только он отвернулся, то, не замедлив, демонстративно пнул воздух, представив, что там его задница. Послышались смешки, и мужик обернулся, но увидел только мою наигранную и натянутую до ушей улыбку. Оскалившись в ответ, он все же скрылся за дверью. Фух… Ладно, куда там мне надо идти? Посмотрев на свое расписание, я хотя бы понял, что мой класс 11Б, номера кабинетов мне ни о чем не говорили, так что надо спросить у кого-нибудь. Развернувшись, я чуть не столкнулся лбом с какой-то девушкой. Хотя я бы скорее уткнулся ей в грудь, так как она была повыше меня. А там, кто знает, прилетело бы мне, как минимум, пара пощечин, а то и тумаков от какого-нибудь ярого поклонника, а может быть и от самой великанши. - Можешь помочь? – я решил спросить у нее. - И чем же? - Где 11Б? - А ты новенький же? Раньше тебя тут не было видно, - с интересом разглядывая меня, поинтересовалась девушка. - Был бы я старенький, то вряд ли в школу пошел… Не, ну конечно, я бы мог быть тупым и оставаться хуе… - так, мат я зажевал, хотя девушка и без этого поняла, но все же я в приличном месте нахожусь, - так поможешь? - Помогу, но только если отойдешь, - пытаясь отодвинуть меня в сторону, девушка, щурясь, смотрела на доску с листками, - я Алина, а ты? – протягивая руку, она мне представилась. - Алекс, - я слегка улыбнулся, отойдя на пару шагов влево, и пожал ее руку. - Ну что, пошли! Кстати, я тебя обрадую, нам по пути, мы в одном классе! – радостно воскликнула девушка. - Замечательно, - без особого энтузиазма ответил я, помня, что заводить друзей не собирался. - Ты чего такой хмурый? - Утро не заладилось… - вообще-то не только утро, а пара последних месяцев, но ей ни к чему подробности моего рабства. - Да ничего! Привыкнешь. Кстати, а чего первые два дня тебя не было? – хлопнув меня по плечу, причем, совсем не пожалев сил, она резко завернула, когда мы поднялись на второй этаж. Я чуть не встретился носом о ступеньку, еле удержавшись на ногах. - А что, я пропустил что-то важное? – я не шутил, я издевался, хотя, окружающие это сегодня не особо улавливали, ну да ладно. - Как что? А первое сентября, а знакомство с новым классом? – Алина удивилась, захлопав ресницами. - Познакомиться никогда не поздно, - сухо сказал я. Вообще, никогда не понимал, в чем прикол первого сентября? Пришли, тупо посидели, тупо поулыбались, подарили цветы учителями и разошлись по домам. С таким же успехом можно и дома лишний день побыть. - Ну в этом тоже есть доля правды. Но все же, почему тебя не было? – никак не хотела она угомониться, допытывая меня. - Помирал я от ужасной заразы, которую подхватил в одном экзотическом месте, - с совершенно серьезным видом сказал я, все равно сарказм не улавливают, и продолжил шёпотом, - так что, Алина, держись-ка от меня на расстоянии, а то вдруг подхватишь. Оно, говорят, передается на ультра-звуковом уровне. - Эй, ты чего тут чушь мелишь? - Да просто… Разве нельзя нормальному, бедному и несчастному человеку поболеть? - Можно… - Так вот, я просто лежал с высокой температурой, - надоело мне с ней болтать. - А-а-а-а, тогда понятно, почему у тебя такой вид странный, - хихикнула девушка. - И чего в нем такого? – пожал я плечами. - Да ты весь помятый, как будто по тебе самосвал проехался, - виновато глядя на меня, сказала девушка, - вон, синяки на пол лица. А тебя что, совсем заездил твой? - Чего? – у меня даже глаза округлились. - Ну, этот, который тебя привез, я видела, как вы целовались. Вообще-то в школе не совсем прилично это делать, могли бы и до дома потерпеть, - и она, приблизившись ко мне ближе, прошептала на ухо, - дам тебе совет, смотри, осторожней тут. Такой тип, как он, жуткие собственники. А то ведь прилетит не только тебе, но и еще кому-нибудь. - Во-первых, ненавижу эту скотину! – в сердцах воскликнул, топнув ногой. - Не очень заметно. Ну а во-вторых? - Никому ничего не прилетит, я не собираюсь тут с кем-то крутить? - А вдруг? Трындец же вам тогда будет. - Я же сказал, что не собираюсь! И отвянь ты уже! – черт, она меня уже правда достала. Какая ей то разница, что у меня, там, в личной жизни. Да хоть тысячу любовниц тут заведу, ну или любовников, че уж… все равно из меня сделали гея. Только, чур, я буду сверху. Фигли кто еще порвет мой зад. Вот, а ее это ни в коем разе волновать не должно. И да, она точно не будет в числе моих тайных похождений, которых тоже не предвидится. - Зато видно, что он тебя любит, - сказала, как отрезала. Так, а о чем я только что размышлял? - А мне то что? Я даже как-то не заметил этого. Он меня держит за свою зверюшку. Даже в школу отправил, нацепив ошейник, - и я потянулся к шее, потерев за кожаным ремешком. Да, он снова надел на меня эту удавку, дабы показать, кто тут хозяин. - Но.. - Алин, - прервал я ее, - больше не трогай эту тему, и без того тошно. Да и мы как раз приблизились к нужному нам кабинету. Правда долго мы до него добирались, потому что девушка завалила меня вопросами, и мы пол урока выясняли, кто меня любит, а кто нет. Вот скажите, ей какая нахер разница? Мы зашли в класс. - Так, - злобным рыком кинула в нашу сторону учительница, - опаздываем? А ты, вообще, кто такой? – оглядев меня, с брезгливостью произнесла тетя в темно-бордовом костюме, юбка которого еле прикрывала ее целлюлитную попу. И скажу я вам, женщину это ничуть не делало привлекательнее, скорее наоборот. Туфли, ой, мама родная, на высоких каблуках. Да при ее то габаритах? На голове пакля, собранная в узелок. Хоть очков не было, но футляр на столе лежит. Зачем я вспомнил? Женщина потянулась к нему и достала оттуда вторые глаза в тяжёлой роговой оправе. Это как в сказке, про красную шапочку, да? Чтобы лучше тебя видеть, деточка. - А это, Марь Ивановна, наш новенький! – улыбаясь, представила меня девушка. - Хм, - милая тетенька уставилась в журнал, - Пупкин Алексей? Я подавился собственной слюной. Наверное, покраснел, но что-либо сказать в ответ просто не мог. Какого хрена? Нет, вы скажите мне, какого, нафиг хрена, он мне дал свою фамилию? Да еще и такую идиотскую. Я от стыда прикрыл, наверняка пунцовое, лицо и отрицательно замотал головой. Алина хихикала, а мне хотелось ей врезать, но надо оставаться, хоть и подобием, но все же парнем и не бить девушек. Устрою выговор лысому сегодня. Это уже сверх наглость! Мы вроде с ним в загс не ходили, не расписывались. А он тут присвоил мне свою дебильную фамилию. Я зол! - Так, ты чего мотаешь головой? – спросила учительница, - если ты Пупкин, то иди и занимай свободное место. Я не был Пупкиным. По крайней мере не должен им быть, хотя понимал, что с каких-то неведомых мне пор, я им стал. Поэтому я, нащупав ручку двери, нажал на нее и выскользнул в коридор. Оказавшись там, я пошел вперед. Черт, черт, черт! Мне надо успокоиться. Интересно, где тут туалет? Обычно он где-нибудь в конце коридора. И мне повезло. Добравшись до умывальника, я стал щедро черпать воды, освежая лицо. - Эй! – ультра-звук заставил меня подскочить на месте так, что я коленкой долбанулся об раковину, - ты чего делаешь тут? - Умываюсь, не видно, что ли? – вытаращив глаза, смотрел я на девочку лет девяти. - Тебе в другую сторону надо! – возмутилась она. - Женский что ль? – пожал я плечами. - Да, что ль… - надувшись, ответила мне казявка. - А знаешь, я просто люблю женские туалеты! Так завелось, понимаешь? В них как-то уютней, теплее, ну, не сказал бы, что добрее… - Извращенец! – и девочка завизжала. - Ну-ну, не ори ты, - повернув к себе, я заткнул ее рот своей ладонью, - уже ухожу, ток подскажи, тогда где мужской? - А ты разве не знаешь? – недоверчиво переспросила мелкая, - а то же пришел сюда на девок поглазеть. - А такое понятие, как новенький, ты знаешь? - Да. - Так вот, я им являюсь, и сегодня тут первый день. Так что я тут ничего не знаю. - Ладно, поверю, - надув губки, ответила девочка, - но все равно вы все извращенцы! Постоянно третесь возле туалета, а еще юбки задираете нам. - Да не интересуют меня девушки! – возмутился я, устав от нападок этой казявки. - Гей что ли? – мелкая хитро улыбнулась. - А тебе какая разница? - Ну это прикольно, - она забегала вокруг меня, уже разглядывая с интересом. - Ничего подобного, это больно… - Да? Почему? - Ай, мелочь, говори, где туалет, а это тебе знать не обязательно. И, вообще, я не говорил тебе, что я гей! - Да и так понятно! – радостно запрыгав, она повела меня к нужному туалету. Вот дети то пошли. - Чего? Это еще почему? - По качану! – показав мне язык, девочка убежала. Охренеть просто. Шикарно я пришел в новую школу, сразу все на свои места встало. Я гей. Я Пупкин. Я собственность лысого. Хотя раньше я был уверен только в последнем. Отвязавшись от мелкой и справив нужду, я поплелся в класс. Но войти не решался. Там одни шакалы. А я уже успел …надцать раз опозориться. Но что делать? Открыв дверь, я вошел. - Так, кто это вернулся? – процедил сквозь зубы цербер в жутких очках. - Я… - Кто я? Фамилия, живо! - Э-э-э-э… - Да новенький это наш, - Алина, подскочив с места, ответила за меня, - Пупкин! Блять… Вот ее просили озвучивать вслух это нелепое сочетание букв? - Ладно, - сказала учительница, - иди, садись на свободной место. Эти хищники стали переглядываться, тыкая в меня пальцем и хихикая. Вот же круто, встретили меня так по теплому, по-домашнему. Не школа, а рай. Прям, уютно до чертиков. Понуро опустив плечи, я прошел к свободному месту, к третьей парте, где, видимо, сидел еще один изгой класса. В очках на пол лица, торчащие короткие волосы, натурального рыжего цвета и веснушки, «красавец» одним словом. Одет ботаник был во что-то непонятно коричного-серое. На меня продолжали коситься, чему я не удивлялся. Вид у меня был еще хуже, чем у моего соседа, кое-где проглядывали синяки и царапины, волосы растрепаны. А еще я залил рубашку водой, и она липла к телу. Такой совсем приличный вид. Хотелось провалиться сквозь землю. Но мне оставалось смотреть в окошко, правда ничего интересного там не было. Под монотонную речь учителя, который рассказывал нам законы физики, а ее я не любил и не хотел вникать, я стал клевать носом. И в итоге оказался в объятиях морфея. Пожалуй это единственные обнимашки, которые мне нравятся в последнее время.