Кто ищет - тот найдет

Владислав влюбился. Впервые влюбился по-настоящему. Он понял это, когда увидел мужчину своей мечты, потому что влюбленность в остальных «кумиров» была легкая, восторженная, можно даже сказать, какая-то детская. А эта была настоящая любовь, с болью в груди и желанием видеть каждый день, пусть и мимолетно. Все началось с того, что в понедельник у Влада отменили последнюю пару. Он отправился домой раньше, не дожидаясь Никиту, которому предстояло отсидеть еще две лекции. По пути Влад решил заглянуть в супермаркет, чтобы пополнить холодильник, ведь в субботу они этого так и не сделали, да и всякие бытовые мелочи вроде моющего средства для посуды надо было прикупить. Так что, вооружившись списком, Самойлов поспешил в ближайший магазин, как раз расположенный по пути домой, а там… Всякие контртеррористические учения давно перестали быть редкостью в городах, так что, кроме кучи зевак, мало кого интересовали, вот и Влад хотел было пройти мимо, когда увидел ЕГО. Мужчина, командовавший бойцами, выкуривающими «террористов» из жилого дома, стоял с рацией в руках возле военного "бобика". Одетый в форму цвета хаки и черный бронежилет, на голове - черная же каска с затененным щитком, поднятым вверх, так что лицо поначалу было видно не очень хорошо, но что-то в фигуре и движениях привлекло внимание Влада. Этот человек ему напомнил тигра, одного из самых опасных, но и самых красивых хищников мира. Когда «террористы» были скручены и увезены на машине, командир по рации дал отбой и к "бобику" подкатил автобус, в который начали загружаться бойцы группы захвата. В этот момент мужчина снял свою каску, мазнув рассеянным взглядом по собравшейся толпе, и Влад окончательно пропал. Темно-каштановые волосы незнакомца отливали на ярком солнце красным золотом, а синие глаза оказались такими пронзительными, что Самойлов не удивился бы, скажи ему кто-нибудь, что этот человек видит всех насквозь. Владу даже показалось, что взгляд синих глаз задержался на нем немного дольше, чем на остальных людях, но все же решил, что ему это только почудилось, потому что мужчина тут же развернулся и сел в "бобик", а тот умчал его вниз по улице; следом двинулся автобус, увозя бойцов. Народ, обсуждая увиденное, потихоньку начал расходиться, а Влад все стоял и стоял, глядя в ту сторону, куда машина умчала его мечту. Он не знал, сколько прошло времени, а очнуться его заставил несильный удар в плечо от проходившего мимо парня. Тот, следуя по своим делам, просто пихнул мешавшего ему человека плечом и даже не извинился, но догонять обидчика и выяснять отношения Влад не стал. Глянув на часы, он вздохнул, сожалея о том, что, скорее всего, больше никогда не увидит синеглазого мужчину, а потом поспешил в магазин. Мечты мечтами, а кушать хочется регулярно. Покупая чай, Самойлов выбрал черный индийский - именно такой любил Никита, - и вновь его мысли вернулись к незнакомцу: «Никита своего Илью вон сколько обхаживал и только в пятницу осмелился с ним познакомиться, да и то Илья первым подошел, так, может, и мне повезет? Вот встречу его однажды на улице или в клубе… А интересно, в какой клуб ходят военные? Надо будет пробить этот вопрос, может, именно там мы и встретимся». С такими мыслями Влад прилетел домой и, сгрузив покупки на стол, бросился к компьютеру. Задать вопрос поисковику – минутное дело, но, к огромному разочарованию, клубов, любимых военными, оказалось немного, зато баров, особенно спортивных, – больше дюжины. Самойлов тщательно выписал все адреса, решив обязательно посетить их все, вдруг повезет? При этом он так увлекся, что только по долетевшему до него аромату понял, что уже вечер, Никита разобрал все покупки и приготовил ужин. - Что бы я без тебя делал? – произнес Влад, выходя в коридор, где друг обувался, собираясь на работу, и тут же встрепенулся. – Кстати, а к вам в бар военные ходят? - Военные? – Никита задумался, а потом покачал головой. – Вроде бы нет. У нас все больше молодежь с района развлекается, а что? - Знаешь, только не смейся, но я… - Влюбился, - закончил за него Луганцов, понимающе улыбнувшись. - Ага, влюбился. Увидел сегодня на улице и понял, что он именно тот, кого я всегда мечтал видеть рядом с собой. - И кто он? - Не знаю, в том-то и дело, - тяжело вздохнул Влад. – Знаю только, что он военный, и все. - Как же ты его искать будешь? – Никита сочувственно покачал головой, понимая, что встретить нужного человека в огромном городе – все равно что иголку в стоге сена искать. - Хочу по барам походить, может, встречу его где-нибудь. - А может, на то место вернуться, где ты его видел? – предложил Никита. – Может, он там часто бывает. - Нет, я его случайно увидел: там учения какие-то были, вот он там и стоял, командовал. - Тогда надо узнать, что за учения и кто командир, - так будет проще всего. А журналисты или телевизионщики там были? Если да, тогда в газете или по телевизору об учениях точно расскажут. - Не знаю, не обратил внимания, - Самойлов растерянно замер: ему и в голову не приходило, что все может быть намного проще, чем он себе наметил. - Тогда включай шестичасовые новости местные, там обязательно расскажут, если снимали. Если нет, ищи в интернете, а завтра новостные газеты вместе просмотрим. - Спасибо, Ник, - в порыве благодарности Влад обнял друга, а потом бросил взгляд на часы: до начала вечерних новостей еще пара часов, так что можно было спокойно поужинать и просмотреть задания на завтра, ведь учебу еще никто не отменял. - Не за что, - Никита обнял его в ответ, похлопав по плечу, – только не раскисай раньше времени. Мы его обязательно найдем. - Не буду. Счастливо отработать. Ребята расстались, и Влад тут же устремился на кухню набрать еды, а потом переместился с тарелкой к компьютеру, чтобы попытаться поискать в интернете сведения об интересующем его мужчине. Через полчаса он стал обладателем нескольких рассказов об увиденном и фото с мобильников, но нигде не упоминалось, что же за части брали «террористов», да и фотографии командира никто не выложил. Разочарованный Влад чуть не пропустил начало новостей, но и там была сказана всего пара фраз да показан процесс ареста "террористов". Кто, что, откуда – ни слова. И только в самом конце, когда "арестованных" вели к машине, на заднем плане мелькнул зеленый "бобик" и стоявший возле него мужчина. От разочарования Самойлов чуть не заплакал, и только просьба друга не раскисать помогла сдержать слезы. И снова были безрезультатные поиски в интернете. Около полуночи, отчаявшись, Влад сам начал задавать интересующий его вопрос на всех форумах, на которых обсуждалась эта тема, но вразумительного ответа так и не дождался. Вернувшийся после работы Никита чуть ли не силком оттащил Влада от монитора, пригрозив вообще вырубить машину, если друг еще хоть минуту просидит перед экраном. - Завтра утром посмотришь на ответы. Как проснешься, так и посмотришь. Все равно сегодня ты с ним не побежишь знакомиться, - именно эти слова стали решающим аргументом в пользу сна, и Влад сдался, но будильник выставил на полчаса раньше, чтобы времени хватило на все. Укрываясь одеялом, Самойлов думал, что волнение не даст ему уснуть, но стоило голове коснуться подушки, как он буквально провалился в сон, чтобы увидеть там ЕГО: мужчина смотрел на него, посмеиваясь, а потом потянулся за поцелуем. Влад, сердце которого чуть не выскочило из груди от восторга, зажмурился, ожидая, когда его коснутся чужие губы, но в этот момент зазвенел будильник. Самойлов подскочил на кровати, проклиная того извращенца, что придумал эту адскую, верещащую по утрам штуку. - Чего ругаешься? – сонно пробормотал Никита, отворачиваясь к стенке лицом. – Сам его поставил на такую рань. - Точно! – Влад взвился и бегом бросился к компьютеру, однако, запутавшись в одеяле, едва не растянулся на ковре. Хорошо, стол стоял достаточно близко, так что Самойлов в него буквально врезался, больно ушибив левую ладонь. Шипя от боли и тихо ругаясь, он включил компьютер и… взвыл: надпись на экране говорила о необходимости внести предоплату за пользование интернетом, чтобы получить доступ в сеть. - Ну почему?! Почему я такой невезучий?! – хлопнув в сердцах по столешнице, Влад снова взвыл, вновь ушибив и так болевшую руку. - Влад, успокойся, - Никита обнял его, подойдя сзади, а потом взъерошил несчастному другу волосы, пытаясь приободрить. – Сейчас пойдем на лекции, заглянем в супермаркет - благо он круглосуточный, - оплатим интернет через терминал. Тогда сможешь влезть в свою Всемирную паутину и узнать что захочешь. Нужно только еще немного потерпеть. - Да, потерпеть. Тебе легко говорить, ведь твой Илья тебя сегодня снова на свидание пригласит, а я… - он горестно шмыгнул носом. - Хочешь, пойдем с нами, я вас познакомлю. - Нет уж, - вздохнув, Самойлов отрицательно покачал головой, – не хочу оказаться пятым колесом в телеге. Ты иди сам, а я поищу своего военного. Может, мне наконец улыбнется удача. - Обязательно улыбнется, - Никита потискал еще немного Влада, как большую игрушку, а потом резко отскочил от него. – Чур, я первый в ванную, - и бросился бежать к заветной двери, весело смеясь. - Ах ты… - Самойлов бросился следом и дернул за ручку, но защелка уже сработала, отрезая его от заветной цели. Пришлось вежливо постучать в дверь, получив в ответ: - Занято. Спинку тереть не надо. Поставь лучше чайник. - У-у, эксплуататор! – выкрикнул Влад, шутя погрозив двери кулаком, а потом отправился на кухню ставить чайник и доставать из холодильника колбасу на бутерброды. Завтрак прошел в теплой и дружеской обстановке. Потом Влад вспомнил, что накануне вечером даже не открывал задания на этот день, и бросился к учебникам, просматривая заданный материал и одеваясь. Все это время он с тревогой поглядывал на часы, прикидывая, хватит ли ему времени, чтобы заскочить в супермаркет к терминалу. По всему выходило, что времени хватает, но, чтобы попасть вновь на форум, надо было или ждать до обеда, или сбежать с занятий, но тут уже совесть начинала бунтовать: прогуливать очень не хотелось. Не для того Влад поступил в архитектурный, вопреки воле родителей, чтобы вылететь из него за прогулы или неуспеваемость. К учебе он относился довольно серьезно, хоть и не считал себя ботаником или заучкой. В общем, из дома Самойлов вышел, поторапливая Никиту и ругая себя за то, что отказался в свое время от смартфона со скоростным интернетом в пользу обычного, дешевого, ничем не примечательного телефона. Все потому, что не собирался пользоваться какими-либо его функциями, кроме как для связи. По его глубокому - ранее - убеждению, телефоны нужны были, чтобы звонить, а не снимать или фотографировать, общаться в интернете и все в том же духе. Теперь Влад очень об этом сожалел, но исправить ситуацию сию же минуту было просто нереально. С оплатой проблем не возникло, а вот на занятиях так и не удалось сосредоточиться. Влад поминутно глядел на часы, почти не слушая преподавателей, а записывая что-либо в тетрадь, время от времени впадал в прострацию, вспоминая свою случайную встречу с мечтой. Ничто не длится вечно. Занятия тоже. Как только прозвенел звонок, сообщивший об окончании последней лекции, Влад сорвался с места и бегом устремился на выход, собираясь попасть домой как можно скорее. При этом он не обращал внимания на то, что толкал кого-то, чуть не сбил с ног на выходе одну из студенток, да и под машину вполне мог угодить пару раз, однако ангел-хранитель не зря ел свой хлеб. Владислав добрался домой быстро и без происшествий. К компьютеру он устремился, едва скинув туфли, а раздеваться начал только после того, как началась загрузка, но тут Самойлова подстерегало жесточайшее разочарование: на его вопрос не было ни одного нормального ответа, только приколы и насмешки, начиная от «Ты что, террорист и хочешь выявить и заранее устранить главного врага?» до «У Путина спроси!». От всего этого Владу хотелось материться и даже врезать особо ретивым шутникам, поставив шикарнейший фонарь под глаз или свернув нос набок. Пришедший домой Никита, тихо снующий по квартире и собирающийся на свидание со своим Ильей, раздражал не меньше придурков из интернета. Хотя совсем недавно Влад искренне радовался за друга, нашедшего свою любовь. Особенно бесили виноватые взгляды, которые Самойлов изредка ловил на себе. В результате он запустил первую попавшуюся игру, чтобы хоть как-то отвлечься, но погрузиться в нее с головой, как бывало раньше, не вышло: перед глазами все время стоял тот мужчина, что раздражало и злило до слез. Оставалась одна надежда: бары. Но где гарантия, что он не зря убьет несколько вечеров, обходя их? Этого никто не мог обещать. Никита действительно чувствовал себя предателем. У него-то все было хорошо: Илья оказался прекрасным любовником и отличным человеком, в которого невозможно было не влюбиться. А вот Влад страдал. Долгожданный звонок от Бородина заставил Никиту вздрогнуть. Услышав короткое «Жду», Луганцов нажал на отбой и виновато посмотрел на друга, сидевшего к нему спиной. - Влад, я пошел. - Да. Короткий злой ответ и напряженные плечи вызвали новый приступ самоистязания, хотя, по сути, Никита понимал, что не виноват в страданиях друга. Оставшись один, Самойлов еще немного потерзал мышку, а потом вырубил компьютер и начал одеваться. У него на вечер была назначена довольно обширная программа. Два клуба, десяток баров - и везде Владислав спрашивал у барменов о мужчине, которого увидел и полюбил сразу и навсегда. Но даже если и находился кто-то похожий под описание, то это оказывался не тот человек, которого он искал. Вконец вымотанный и разуверившийся во всем на свете Влад возвращался домой далеко за полночь. Возле подъезда он увидел серую иномарку и двух человек, целующихся возле нее. В первом он без труда узнал Никиту, а когда друг, попрощавшись, забежал в подъезд и второй мужчина начал обходить машину, чтобы сесть за руль, Самойлов чуть не заорал в голос. Спасло его только то, что он, не хуже голодной собаки, впился зубами в собственный кулак. Это был тот самый незнакомец, которым Влад грезил вот уже два дня. Илья, мужчина, с которым встречался Никита, был тем самым, в кого влюбился он сам, окончательно и бесповоротно. Когда автомобиль, мелькнув красными фарами, исчез со двора, Самойлов осел на землю в том месте, где стоял, подтянул колени к груди и горько заплакал. Он не мог отбить парня у друга. Не имел права. Значит, должен был отойти в сторону и не мешать чужому счастью, даже если собственное сердце разорвется на кусочки. Наплакавшись, Влад поднялся, вытерся и медленно поплелся домой. Никита встретил его в коридоре, встревоженно заглядывая в лицо. Скрыть красные от слез глаза было невозможно, да Самойлов и не пытался. Ему было так плохо, что он просто прошел в комнату и упал на диван, уткнувшись лицом в подушку. - Влад, ну не надо так расстраиваться. Знаешь, я тут подумал: у Ильи много друзей-военных, может, он тебе поможет. - Нет! – выкрикнув, Влад резко сел на диване, пугая друга. – Не вздумай ему ничего говорить! Понял?! Ничего! На миг у Самойлова в голове мелькнула мысль выставить Никиту из дома с вещами, пусть катится к своему Илье, и желательно прямо сейчас! Но в следующее мгновение он увидел боль в глазах друга и остыл. Никита переживал за него так искренне, что ответить ему черной неблагодарностью было просто невозможно. - Прости. Не надо ничего говорить ни Илье, ни кому-то другому. Я уже нашел его, и он… - на мгновение Влад запнулся, а потом продолжил: - И он не тот, о ком я мечтал. - Это ничего, - Луганцов сел рядом с другом, обнял за плечи, притягивая к себе его голову, – ты обязательно найдешь свое счастье. Я же нашел, и ты найдешь. Он будет самым лучшим, этот мужчина твоей мечты. - Обязательно? – всхлипнул Влад, чувствуя, как новая порция слез рвется наружу. - Обязательно. Это неправда, что мужчины не плачут. Плачут, когда им очень-очень больно.