Я заставлю тебя ненавидеть, если смогу

POV Кюхён Всё-таки я не выдержал – заплакал. В горле встал такой противный ком, который мешает дышать. Начиная задыхаться от слёз, от того, что не могу ничего сделать, я резкими движениями стал тереть глаза. Может, так я смогу прекратить плакать? Начиная крушить все предметы, находящиеся в моей комнате, я не осознавал, что делаю. Вытащив из шкафа его любимую футболку, которую он забыл у меня, когда уезжал, я надел её, стараясь почувствовать тепло его тела, аромат его любимого парфюма. Но футболка была холодная. Снова опустившись в кресло, я вцепился руками в свои волосы. Достав из верхнего ящика стола, - оттуда же, где и лежал его портрет, - фотографию, которую мы сделали, когда ходили за подарками. На ней мы улыбались, смотря в объектив, и я обнимал его за талию, пока он держал в руках пирожное, которое не удержался и съел при выходе из магазина со сладостями. На его лице были остатки заварного крема, которые я потом убрал. Стараясь заново вспомнить, кажущиеся такими фантомными сейчас ощущения, я не заметил, как замечтался. Отложив фотографию в сторону, я откинулся на спинку кресла. В больницу можно было прийти только к десяти часам, поэтому я ждал, надеясь на чудо. End of POV Flashback Кюхён сидел за компьютером в своей комнате и играл. Он пытался подавить своё раздражение из-за того, что Сонмин не ответил на его сообщение и не позвонил. Внезапно тишину в комнате нарушила трель телефона. Кю проигнорировал первый звонок, но когда раздался настойчивый второй, с раздражением поднял трубку. - Алло? - Кю! Кюхён! Тут… - в телефоне раздавался голос Хёкдже, прерываемый всхлипами. - Что? Что такого стряслось, что ты меня отвлекаешь, - зло спросил Кюхён. - Кю, они разбились… Попали в аварию, врезались в грузовик. Кю, они в реанимации. - Кто? Кто попал в аварию? - Донхэ и Сонмин, - телефон выпал из вмиг ослабевших рук Кюхёна. - Хён, в какой они больнице? Где? Ответь мне! - парень стал кричать в трубку, подняв ее с пола. - Я сейчас за тобой заеду. Жди меня. Для Кюхёна эти десять минут казались вечностью. За это время он исходил всю квартиру, попытался убрать беспорядок на столе, но всё падало из его рук. Раздался звонок, оповещающий о том, что хён уже приехал. Быстро покидав вещи в сумку, он выбежал во двор дома. Буквально залетев в машину Хёкдже, он уселся на переднее сидение и стал расспрашивать его о случившемся. Хёк, всхлипывая, но уже не плача, рассказал всё от начала до конца. Он сказал, что, как только приехала скорая помощь, поехал вместе с ними. Уже в больнице связались с их родителями, Хёкдже ждал их приезда и поведал им то же самое, что и сейчас Кюхёну. Поэтому он смог позвонить только через час после аварии. В его груди всё сжалось, он не мог поверить, что Сонмин попал в аварию. Ему казалось, что больше такого не повторится. Но это случилось вновь. Доехав до больницы, Хёкдже и Кюхён выбежали из машины и подошли к операционной, возле которой сидели двое женщин и двое мужчин. Кюхён, поклонился и представился им, садясь рядом. И принимаясь ждать. Ведь ожидание страшнее всего. Он сел на диванчик в коридоре приёмной, сжимая в руке свой телефон и пытаясь вспомнить, как начались их отношения с Сонмином, точнее с чего. Но он с каким-то ужасом осознал, что почти не сделал ничего хорошего для дорогого ему человека. И от осознания этого ему стало ещё больнее. Через несколько долгих, казавшихся вечными часов, врач вышел из операционной, в которой находился Донхэ, и сказал, что всё обошлось, и сейчас он спит. К нему разрешили зайти родителям. Хёкдже скатился на пол, задыхаясь от слёз радости. Для Кюхёна ожидание продолжалось. Но, вот, скоро вышел второй врач. Его слова звучали, как гул в ушах Кю. «Мы сделали операцию. Но он до сих пор не пришёл в себя. Он находится в тяжёлом состоянии, но шансы есть». Кюхён сперва даже не почувствовал горячие, обжигающие слёзы, которые текли по его лицу. Он плачет так, как не плакал целый год. Просидев весь день вместе с родителями Сонмина и успокаивая их, Кюхён задремал. Разбудил его Хёкдже, который сказал, что отвезёт его домой. Кю, достав из сумки синий блокнот, открыл его и перечитал все выполненные пункты. В этот моментему так захотелось просто взять и разорвать эту своеобразную тетрадку, чтобы больше никогда о ней не вспоминать. Но он дописал последний пункт, размазанные строчки которого было трудно прочесть, потому что несколько капель слёз Кюхёна упали на разлинованный лист. «Признаться в любви, после всего, что сделал». Но не было уже того довольного потирания рук и насмешливого, самоуверенного взгляда. Кю считал этот пункт своеобразным издевательством в том понятии, потому что поступи так с ним, он бы просто не выдержал. Издеваясь длительное время, а потом просто так взять и признаться этому человеку в любви, такого бы изощрённого глумления выдержали бы не каждые нервы. Доехав до дома, Хёк предупредил, что если Кю хочет, то он заедет за ним завтра. Он, не раздумывая, согласился. Проснуться, поесть, съездить в больницу, лечь спать. Вот в таком распорядке прошли несколько дней Кюхёна. Для него всё было словно в тумане, словно его мир затянулся тугой плёнкой, не пропускающей посторонних звуков. Но он старался не терять надежды, ведь Сонмин не может отступиться от своей цели в последний момент. Именно такими мыслями поддерживал себя парень. Сегодня хён ему сообщил радостную новость для самого себя, - но ему так не терпелось поделиться радостным известием с другом, - на которую Кюхён отреагировал вяло, но вспышки, что он рад за друга, всё же появились в его сознании. Донхэ очнулся сегодня днём, он принял на себя меньший удар, потому что Сонмин, как объяснили, тоже схватился за руль и таким образом прикрыл его. Поэтому Мин ещё не приходил в себя. Хёкдже теперь не отходил от него ни на шаг, как впрочем, и до этого. Но теперь он надоедал ему вопросами, спрашивая, что принести, что сделать и удобно ли ему. С лица Донхэ не сходила благодарная улыбка, его взгляд был пропитан любовью к этому чересчур активному парню. Кюхён, смотря на такую идиллию, в мыслях завидовал им. Молясь, чтобы он, как можно скорее пришёл в себя. Ему было больно смотреть на человека, который стал частью его жизни. Нет, он не винил Донхэ. Кюхён во всём винил только себя. Он боялся спать, ему снились отрывки из прошлого годичной давности. Кю просыпался в холодном поту и до рассвета не смыкал глаз, мысленно прокручивая все моменты, связанные с Сонмином. Уже несколько дней подряд, Кюхён с самого утра приезжал в больницу и просил медсестёр, чтобы его пропустили в палату раньше положенного времени, стараясь успеть побыть с Мином до прихода его родителей. Сегодня ему разрешили зайти пораньше. Он, не медля, прошёл к кровати, казалось на первый взгляд просто спящего Сонмина, и присел на краешек, боясь потревожить мнимый покой. - Сонмин~а, ты слышишь меня? Пожалуйста, проснись, посмотри на меня, пожалуйста… Сонмин, Мин… - Мин~а, даже если ты не слышишь меня, я всё равно скажу, - глубоко вдохнув и стараясь подавить снова нахлынувшие слёзы, прошептал. – Я люблю тебя. Вернись ко мне. Кюхён крепко сжал его руку в своей, на мгновение ему показалось, что парень сжал ладонь в ответ, но только показалось… End of flashback