Счастливый неудачник.

- Эй, Гвен, стой, - за мной бежал Луи, - нам нужно поговорить. - Нам не о чем разговаривать, - не оборачиваясь, сказала я, даже не остановившись. - Пожалуйста, - парень наконец-то нагнал меня и схватил за руку. - Что ты хочешь? – со злобой спросила я. - Почему ты меня игнорируешь? - Серьезно? Ты еще спрашиваешь? Луи, я больше недели провалялась в больнице с ужасными ожогами. Да, я не виню тебя в том, что ты потащил меня в тот клуб. Но! Ты мог хотя бы раз прийти и проведать меня, даже когда я была уже дома. - Я думал, что к тебе нельзя, - он почесал затылок. - Ах ты думал? А ты думать вообще умеешь? Ты мог спросить у Гарри, приехать с ним. Даже он приезжал ко мне в больницу! Несмотря на то, что мы друг друга ненавидели! - Ну, Гвени. - Не называй меня так! Для тебя я Гвендолин! И иди к черту! – я выдернула свою руку из его ладошки и пошла прочь. Да, я была безумно обижена на парня, который претендовал на звание моего бойфренда, но повел себя, как полнейшая задница. Я шла по коридору, как разъяренная фурия. В аудитории, в которой у меня была пара философии было очень мало народу. Ну да, наш университет особой посещаемостью не отличался. Я села на последнюю парту, ведь с Найлом мы теперь в ссоре. Блондин же сидел на нашем обычном месте. Сам. Да, я хотела подойти поговорить, но нет. У меня была гордость и уважение к себе. А на сколько я помню, то именно он послал меня. А что я сделала? Я лишь сказала ему правду. Врать лучшему другу я не собиралась. Я положила руки на парту, а голову на руки. - Подвинься, - вдруг услышала я знакомый хриплый голос. - Гарри? - я убрала сумку с соседнего стула. Да, это был именно Стайлс, который появлялся на парах по очень большим праздникам. А на такие пары, как философия парень вообще предпочитал не ходить. - У меня что рога выросли? – спросил он. - Нет, просто удивлена видеть тебя на занятиях. - Захотелось новых ощущений. Я заметила взгляд Найла в нашу сторону. Но когда он увидел, что я смотрю на него, то отвел глаза. Многие, кстати, с удивлением смотрели на нас. Ведь, чтобы я села с Гарри Стайлсом должен быть случится конец света. Он то, в принципе, и случился. Мой отчим-Роберт Стайлс, мой худший враг – мой сводный брат, мой лучший друг ненавидит меня – чем не апокалипсис? Но теперь я не была уверена, враг ли мне Гарри Стайлс. После того разговора в машине парень и правда изменился. Мы стали все чаще общаться, и я узнавала его лучше. - Как можно слушать этого старика? – прошептал Стайлс – У него голос, как из унитаза. Я прыснула от смеха, получив неодобрительный взгляд от учителя. Ну что же, все не так плохо. Мой сводный брат перестает быть таким ублюдком, которым он был на протяжении двух лет. - Интересно, в каком секонд-хенде он покупал этот пиджак? – братец не переставал отпускать ехидные комментарии. Я еле сдерживалась, чтобы не засмеяться в голос. Я замечала недовольные взгляды Найла на протяжении всей пары, но сейчас мне было все равно. Нечего было меня посылать, Найл Джеймс Хоран. Пара наконец-то закончилась, и студенты потянулись к выходу. Мне пришло сообщение от мамы: «Сегодня вечером мы все вместе идем в парк аттракционов. В пять будь дома. И передай Гарольду.» - Эй, Стайлс, сегодня вечером у нас семейный поход в парк аттракционов, - осчастливила я брата. - С какого перепугу? Я показала ему сообщение. - О черт, как я счастлив, - съязвил кудрявый. - Чего? Я думаю мы не плохо проведем время, - я пожала плечами. - Ты серьезно? – ухмыльнулся парень – Дениелс, тебе сколько лет? - Ненавижу эту твою ухмылку, - сквозь зубы сказала я. - Эту? – Гарри специально еще раз ухмыльнулся, за что получил кулаком под ребра. Остаток дня прошел довольно таки не плохо, учитывая то, что весь день я провела в обществе Гарри Стайлса. - Гвендолин, - услышала я голос Луи, когда уже шла к машине. - Чего тебе? – недовольно спросила я, повернувшись. - Пожалуйста, прости меня, я не хочу терять такую…подругу, как ты, - он переминался с ноги на ногу. - По-моему мы уже все обсудили. - Какие-то проблемы? – к нам подошел Гарри. - Хазза, твоя сестра дуется на меня, скажи ей, - обратился к кудрявом Луи. - Дуется, значит на то есть причина, отвянь от нее. И у меня, и у Томлинсона отвисла челюсть. Это только что Гарри Стайлс сказал, или я сплю? Домой я ехала под песню Porcelain Black ft. Lil Wayne – This Is What Rock N Roll Looks Like. Обожаю ее. Услышала, наверное, в классе седьмом, и вот до сих пор слушаю. Все же меня удивило, что Стайлс закрыл рот Луи, а не начал наезжать на меня, выгораживая друга. Все-таки удивительный он человек. Я кинула взгляд на часы на приборочной панели – у меня еще есть достаточно времени до пяти, могу заехать в торговый центр посмотреть подарки. Но нет, я люблю покупать подарки, когда на улицах падает снег, в маленький ларьках продают горячий шоколад и глинтвейн, повсюду висят гирлянды и поются рождественские гимны. Сердце радостно запрыгало в преддверии этого всего. Так что сегодня подарки отменяются – не то настроение. Хотя на витринах уже начали вывешивать самодельные снежинки, гирлянды, писать надписи искусственным снегом. Ну, и радость каждой девушки – новогодние скидки!!!! Я подъехала к особняку в отличном настроении. Даже улыбалась охранникам. Один из них улыбнулся в ответ. Видимо, не так часто видят улыбки в свою сторону. Интересно, а у них есть семьи? Или же вся их жизнь заключается в стоянии здесь, с большим злобным ротвейлером и следить за порядком? Когда я вышла с подземной парковки в дом, то чуть не сбила Сандру, которая несла гору чистых полотенец. - Господи, Сандра, прости, - начала извинятся я. - Вам не за что извинятся, мисс Гвендолин, - улыбнулась девушка. - Ну как не за что, я чуть не сбила тебя, а у тебя вон какая гора полотенец. - Ничего, вы странная, мисс Гвендолин, - девушка не переставала улыбаться. - Почему? - Потому что любой другой человек, живущий в таком достатке, относился бы ко мне, как к низшему сорту, не извинялись бы, а наорали, что я под ногами путаюсь. - Сандра, Сандра, - засмеялась я, - я выросла не в этом богатстве, я выросла в обычном домике в Бруклине, без отца, без особой роскоши, поэтому я знаю, что такое труд и как он ценится. - Вы удивительная, мистеру Стайлсу повезло, что вы его падчерица. - Давай я помогу, - я забрала у сопротивляющейся девушки половину полотенец. - Вы несносная, - проворчала служанка, но все же улыбалась. После того, как мы отнесли и разложили все полотенца, я пошла в свою комнату и повалилась на кровать. Нужно еще выбрать, что надеть в парк аттракционов. Я последний раз была в таком месте лет в 8, наверное. Тогда я была одета…Я даже не помню во что я была одета! Я поднялась с кровати и пошла в гардеробную, не переставая удивляться, сколько же здесь одежды. В этот раз мой выбор пал на темно-синие лосины, удлиненную красную рубашку в черную клетку, джинсовую куртку с утеплителем из овчины и белые Timberland. Волосы я расчесала, одну сторону заправив за ухо. В дверь постучали. - Войдите, - крикнула я, продолжая красится. - Гвени, - в комнату вошла мама, - привет. - Привет, мам, - я посмотрела на нее через зеркало. - Доченька, - мама села на кровать, заламывая пальцы, - ты не жалеешь, что мы здесь? - Ты чего? – я даже отложила косметику в сторону и подошла к маме. - Ну просто всю жизнь я жила, не совсем заботясь о тебе, а сейчас этот переезд, я должна была согласовать с тобой. - Мааам, - протянула я, садясь рядом с ней и обнимая за плечи, - я всем довольная. Роберт очень даже не плохой человек, Гарри тоже хороший (так уж и быть, скроем правду, что эта мразь меня третировала), мне все здесь очень нравится. - Правда? - Конечно! Мама улыбнулась, заключая меня в свои объятия. - Ну тогда поехали в парк аттракционов, - уже радостнее сказала она, - заедем по дороге, поедим чего-то неполезного. - С удовольствием, - засмеялась я. Я схватила белый, кожаный рюкзак, не забыв бросить в него кучу необходимого хлама, и мы вышли из комнаты. Я была удивлена видеть Роберта не в строгих штанах и рубашке, а в светлых джинсах и симпатичной футболке-поло с рисунком, а сверху красная куртка. - Гарольд подъедет позже, - сказал нам мужчина, - а пока мы покушаем чего-то не полезного. - Гвендолин в этом спец, - пошутила мама, - куда нам лучше поехать, доченька? - Хмм, - я сделала вид, что задумалась, - я думаю KFC – самое то. - Едем Kentucky Fried Chicken! Я и не помню, когда последний раз так хорошо себя чувствовала. Мама и Роберт были абсолютно счастливы вдвоем, они просто излучали любовь. Интересно, я когда-то так полюблю? В этот раз нас вез не водитель, а сам Роберт. Аргументируя это тем, что он хочет провести этот день обычно, по-семейному. Я была только за. Официальность иногда очень утомляла. После KFC мы поехали прямиком к парку аттракционов. Сколько же здесь разноцветных огней! Возле входа нас ждал Гарольд. Белая рубашка, черные джинсы, порванные на коленях, черное, расстегнутое пальто, черные ботинки с золотистыми пряжками и черная шляпа. Да, он часто их носил. В принципе, эта деталь гардероба очень даже шла ему, к его кудрям. - Гарольд, - Роберт обнял сына. А затем кудрявый обнял маму и меня. Снова эти мурашки по коже. POV Гарри Парки аттракционов. Я давно здесь не бывал. Хотя в детстве отец очень часто возил меня сюда, особенно после ухода матери. Сейчас мы здесь всей…семьей? Да, Энн и Гвендолин заменяют мне мою родную маму и сестру. Да, моя мать, когда ушла, забрала с собой Джемму. С того раза мы не общались больше никогда. Да я и не горел желанием. Так, нужно отбросить грустные мысли в сторону. Гвендолин шла рядом, осматривая все с интересом. Она сейчас такая милая, я не смог сдержать улыбки. - Чего ты лыбишься? – снова этот язвительный тон. - А что, плакать? – не растерялся я. - Хотела бы я посмотреть на это зрелище. - Да ты шутница, я посмотрю, - ухмыльнулся я. Да, я знал, что она ненавидит эту ухмылку. Но, что поделать? Я сволочь еще та. Сначала родители настояли на американских горках. Шляпу пришлось оставить. И что вы думаете было у меня на голове после аттракциона? Правильно! У меня на голове, как будто курица гнездо делала! - Что такое Хазза? Немного испортил прическу? – услышал я сзади Гвендолин, которая еле сдерживала смех. Я повернулся. Да, у нее на голове было не лучше. - Ты себя видела, сестричка? – елейным голосом поинтересовался я. Она сразу же достала телефон, рассматривая себя в отражении экрана. - Черт! – девушка пыталась пригладить свои короткие волосы, пока я заливисто смеялся. - Как я давно не слышал этого искреннего смеха, - услышал я, как папа сказал это тихо Энн. Он прав. Я давно ни с чего не смеялся просто так. Ничто не вызывало во мне таких эмоций, как делает это сводная сестра. Может она и правда изменит меня? Заберет всю ту боль, что оставила мать? Отец купил Гвендолин сладкую вату, и теперь девушка пыталась меня ею накормить. - Ну, Гарольд, не будь занудой! Кусочек, - уговаривала она меня. - Не хочу, - я отмахивался от нее, как от назойливой мухи. - Ну, Гарри, - она состроила смешную рожицу. - Ладно, только один и ты от меня отстанешь! – согласился я. Гвендолин издала победный клич и оторвав кусочек розовой ваты, поднесла ее к моему рту. Я попробовал лакомство – вкусно. - Ты немного запачкался, - сказала девушка, и прежде чем я успел вытереться, она нежно провела по моей щеке, вытирая ее. По моей коже как будто электрический разряд прошел от этого прикосновения. А у Гвен покраснели кончики ушей. Они всегда краснели, когда девушка смущалась. Мы пошли дальше, проходя мимо разных аттракционов. - Какая панда! – услышал я умиленный возглас Гвендолин. Девушка стояла возле палатки, в которой был тир. - Можете попробовать удачу, - подмигнул ей парень. - Я криворукая, - сокрушенно помотала головой сестра. - Давайте сюда винтовку, - сказал я, протягивая парню деньги. Гвен удивленно уставилась на меня. У нее такие красивые глаза. Так, Стайлс, успокой свои гормоны. Я прицелился и сбил все мишени. Ну конечно, с самого детства мы с отцом ходили на стрельбу. Мне протянули большую панду, которую я отдал девушке. В следующее мгновение Гвендолин повисла у меня на шее, говоря слова благодарности. Я обнял ее в ответ. Она такая хрупкая, похожа на фарфоровую куколку. - У вас замечательный парень, - обратилась к девушке, какая-то старушка, - совет вам да любовь. Мы с Гвен переглянулись, настала и моя очередь краснеть. Я никогда не задумывался над тем, какой бы Гвендолин была девушкой. Хотя, более чем уверен, что она была бы замечательно парой…для меня. - Молодежь, - позвали нас родители, - идем на колесо обозрение! - Н-н-нет, - услышал я рядом, заикающийся голос сестры. - Что такое? Высоты боишься? – не мог не поиздеваться я. - Д-да, - она стояла с огромными глазами, оглядывая то самое колесо. - Не бойся! Зато красота какая! - Я не пойду! - Так, я сладкую вату ел? Ел! Значит ты идешь со мной на колесо обозрения, - я перекинул сопротивляющуюся девушку через плечо и понес в сторону аттракциона. Родители лишь смеялись. А Гвен лупила меня рукой по спине, говоря, что она ночью подсыплет мне яд в воду. Я лишь смеялся. В одну кабинку можно было только два человека. Отец пошел с Энн, ну а я пошел с Гвендолин. За нам замкнули дверцу и началось движение. Девушка намертво вцепилась в поручни руками, что аж костяшки побелели. - Успокойся, - я издал смешок. - Иди к черту, - прошипела она. - Как на дерево за котом лезть, так ты смелая, - не переставал ухмыляться я, - а как на колесо обозрения, так трусишка. - Хазза, заткнись, - у нее дрожал голос. Кабинка поднималась все выше и выше. У Гвен все больше и больше расширялись глаза, что меня очень сильно смешило. - Посмотри какой вид, - я подошел к бортику, облокачиваясь. Вид и правда был сногсшибательным: огни ночного города, чистое небо на котором виднелись звезды и полная луна. - Я лучше здесь постою, - девушка стояла с уголке, прижимая к себе панду. - Иди сюда, - я протянул ей руку. Сестра сделала пару неуверенных шагов в мою сторону и вцепилась в мою ладошку. Я машинально переплел свои пальцы с ее, потянув девушку на себя. Я поставил ее у бортика, чтобы она могла насладится видом. А сам стал сзади и…я обнял ее, прижимая спиной к себе. Гвендолин резко вдохнула от этого прикосновения, но не противилась. Она только крепче сжимала мою руку. - Не отпуская меня, - услышал я тихий шепот. - Не отпущу, - прошептал я в ответ, наклонившись к ее уху, - никогда. Девушка даже перестала дрожать. Я чувствовал ее хрупкое тело в своих руках, и понимал, что сейчас она мне доверяет. И я не должен предать ее. Эта девушка приняла меня таким, какой я есть. И я не должен терять шанс. Я нежно прикоснулся губами к ее волосам. Они так приятно пахли медом и корицей. Я очень люблю корицу, с самого детства. Бабушка всегда готовила очень вкусные печенные яблоки, посыпая их этой специей. К сожалению, всему хорошему когда-то приходит конец. Аттракцион остановился, и нам нужно было покидать кабинку. Я видел, что девушка тоже не хочет этого, но нужно было. Я неохотно расцепил руки и мы вышли. - Хазза, - вдруг кто-то окликнул меня сзади. - Крис? – повернулся я и увидел друга с университета, который вечно таскался за мной и Зейном. Он позвал меня к себе. - Я сейчас вернусь, - сказал я Гвендолин и пошел к другу. - Я вижу, что ты привязался к этой мелкой занозе в заднице, - с какой-то злобой в голосе сказал Кристофер. Я хотел заступится за нее, но понял, что могу потерять свою репутацию, потому что Кристофер Рей никогда не умел держать язык за зубами. Этот парень всегда мечтал быть популярным, как я. И вот, очередной раз я принял не правильное решение. - О, - я надел свою обычную маску циника, - я просто играю роль хорошего брата. - Очень убедительно играешь, - ухмыльнулся парень. - Ну, а ты что думал? Чтобы отец меня не трогал и давал деньги, – мне самому были противны эти слова. Вдруг я услышал всхлип, я повернулся и увидел, как в темноте исчезают светлые волосы. Гвендолин. Она все слышала. Я попрощался с другом и пошел к тому месту. На земле валялась та самая панда. Я поднял игрушку, отряхнул и пошел искать семью. POV Гвендолин Просто играет роль? А я думала, что он изменился. Слезы текли по моим щекам. Черт дернул меня подслушать разговор. Я сидела в биотуалете, пытаясь успокоится. Какая же он мразь. А я поверила ему! У меня получилось немного унять слезы, я вытерла тушь под глазами и вышла. - Гвени, все хорошо? – ко мне подошла мама. - Немного тошнит, - соврала я. - Я думаю мы можем ехать домой, - к нам присоединился Роберт, - тем более Гарольд уже уехал, сказал, что что-то срочное. Я с облегчением вздохнула. В машине мы ехали молча. Тишину нарушала только песня Френка Синатры – Нью Йорк. Обожаю эту классическую песню. Если вы были в Нью-Йорке и не слышали ее, то вы потеряли пол жизни. За окном проплывали огни этого самого Нью-Йорка, города, который никогда не спит. Вскоре мы оказались дома, и я поспешила в свою комнату. Каким же было мое удивление, когда на своей кровати я обнаружила ту самую панду. На ее носу было немного грязи, потому что я бросила тогда ее на землю. А рядом лежала записка, на которой витиеватым почерком было написано: «Ты не правильно все поняла». Я скомкала бумажку и бросила в угол, напугав кота. По щекам снова потекли слезы. Что же ты со мной делаешь, Гарри Эдвард Стайлс?