Смотри на меня, Гефестион

— Александр, ты невероятен! — Гефестион как заворожённый, наблюдает за каждым движением царя. Обнаженный Александр стоит спиной к нему и разливает сладостный напиток по кубкам. В свете луны, на мускулистой спине между лопаток, белеет тонкий шрам, полученный в давнем сражении. Царь медленно разворачивается и идет к Гефестиону, который стоит возле царского ложа. — Сегодня, мой друг, мы одержали еще одну значительную победу! — с наслаждением говорит Александр, протягивая хилиарху кубок, наполненный до краев красной жидкостью. Гефестион с трудом отводит взгляд от мускулистых, загорелых бедер. Растерянная улыбка касается губ, когда хилиарх принимает кубок из рук Александра. — Ох, Гефестион, ты не в первый раз видишь меня обнаженным. — Но меня все так же, как в первый раз, восхищает твоя нагота! — Я тоже влюблен в твое тело, Тион, так почему же ты до сих пор еще одет? — Александр в два шага преодолевает расстояние между ними и кладет обе руки на плечи хилиарха. Внимательно смотрит ему в глаза. Гефестион чувствует власть и силу царя во взгляде. Александр отстёгивает пряжки на его плечах, и хитон бесшумно скользит вниз. Прикосновения к нежной коже вызывают тихий стон; приоткрыв рот, облизывает пересохшие губы. Александр Македонский — человек с железной волей, но не когда рядом находится его слабость и причина бессонных, страстных ночей. Царь обхватывает ртом нижнюю губу хилиарха, покусывая ее. Его руки скользят по упругим ягодицам, стройным бедрам и поглаживают горячую плоть. Александр с каждым разом углубляет поцелуй, сильнее вжимается пахом, обхватывая горячими ладонями ягодицы любовника. — Ксандре… — хилиарх запрокидывает голову, когда царь мягко касается губами шеи, покрывает поцелуями плечи. — Я как глупый влюбленный мальчишка. — Ты прекрасен, Гефестион, меня восхищают все твои привычки. Как ты краснеешь или прикусываешь губу. А глаза? Гефестион, осознаешь ли ты, как сводит с ума взгляд твоих голубых глаз? Я готов ласкать тебя много закатов подряд, лишь бы всегда ты смотрел на меня так, как сейчас. Любовник обхватывает рукой твердую плоть Александра и начинает ласкать, задевая чувствительную головку. — О, Тион! Ты сводишь меня с ума и лишаешь рассудка, — горячий шепот Александра обжигает кожу. В порыве страсти, он подхватывает Гефестиона под ягодицы и опускает на ложе. Царь принимается неистово целовать грудь любовника, водит языком по нежной коже живота, спускаясь все ниже он целует чувствительную внутреннюю сторону бедра. Александр останавливает взгляд на длинном члене, с головки которого сочится смазка. Он проводит языком по взбухшим венам на фаллосе и облизывает головку. Гефестион дрожит от возбуждения, все его мышцы напряжены. От наслаждения он сжимает челюсти, когда Александр проходит горячим языком по всей длине члена. Хилиарх запускает пальцы в золотистую копну волос и тянет на себя, когда его плоть оказывается целиком в плену горячего рта царя. — Ксандре… Александр совершает ритмичные движения головой, оглаживая бедра любимого. Столь умелые ласки царя заставляют чаще дышать, поддаваться бедрами навстречу горячему влажному рту. — Ещё рано, мой любимый Гефестион… — хилиарх стонет от разочарования. Он готов умолять, чтобы Ксандре не прекращал, не останавливался ни на минуту. Александр льет ароматное масло из флакона себе на руки; обхватив ладонями свой член, он растирает масло по всей длине. Обхватывает Гефестиона за лодыжки, укладывая его ноги себя на плечи. Хилиарх чувствует, как в него упирается горячий, влажный член царя, и, впиваясь пальцами в его плечи, подаётся вперед, чтобы насадиться на член, но Александр придерживает его. Затуманенный взгляд скользит по торсу царя вверх. — Смотри на меня, Гефестион. Я хочу видеть твой взгляд, когда проникаю в тебя. И он послушно смотрит на царя, не мигая и не отводя взгляд, пока тот медленно и плавно входит в него. Гефестион стонет так громко, что наверняка слышит весь дворец, наполненный только ночной тишиной, когда царь сменяет размеренный темп на более быстрый. Резкие толчки сопровождаются яростными стонами Александра. Он обхватывает член любовника, и двигает рукой в такт движениям бедрами. Гефестион в сладкой судороге выплескивается себе на живот после нескольких резких толчков. Смотрит на Александра, как тот зажмурив глаза до боли и прикусив губу, кончает в него с громким стоном. — Александр, ты невероятен, — возлюбленный убирает с его лба влажные пряди светлых волос и с нежностью целует приоткрытые пересохшие губы. В самом сердце Гефестион хранит преданность и любовь своему царю.