Омегоархат

- Карель сказал, что должен, - ответил за всех Шираз. - Ладно, - старший муж посмотрел на среднего с сарказмом, - пусть сделает мне минет, прямо здесь и сейчас, и может есть с нами. Ян, переведи ему на планшете, чтоб лез под стол. - Ты не сможешь его заставить! - пожарный всерьёз испугался за новенького, и недаром. - Зачем его заставлять? Эта шлюха сам сейчас бросится на любой, даже грязный член. – Это был намек на ежевечерние встречи омеги. Ян, смущаясь, настучал требование старшего мужа на компьютере. Христо встал, покраснел и твердо сказал по-английски: - Нет! - Пошел вон отсюда! Сегодня ты не ужинаешь! Чтоб никто не смел приносить ему еду в комнату! – с этими словами Неурай налил себе пиво и начал есть. Юноша развернулся и покинул гостиную. Все мужья ели молча. Обычного веселого гама за столом как и не бывало. Ян с трудом запихал в себя салат и, извинившись, ушел к себе. Гюнэль вскочил за ним, даже не попрощавшись. Шираз тоже хотел уйти, но голод не тётка, тяжело не ужинать после целого рабочего дня, особенно если ты под два метра ростом и под сотню килограмм весом. Но как только альфа почувствовал, что голод отступил, тоже встал и ушел к себе. А по дороге развернулся и решил навестить мальчишек – смыть с себя это противное чувство грязи, что появилось от слов Неурая. А старший муж доел и отправился в комнату Христова: - Вставай, маленькая сучка, и пошли со мной. Наложник понял Неурая по движению головы и молча отправился следом. «По крайней мере, вдвоём в комнате, не будет таким унижением», - подумал он, прекрасно зная, что главный муж его ненавидит. Врач зашел в свою комнату и махнул головой в сторону кровати. Паренёк без лишних слов скинул всю одежду и встал на кровать на четвереньки. - Слишком быстро, Хрюшка, совсем не боишься меня, сейчас мы это исправим. Навсегда запомнишь своё место, ты – просто секс-игрушка в этом доме. И нечего лезть к моему омеге! – старший муж открыл ящик комода и вынул четыре старых галстука. Потом он дернул юношу за левую ногу и привязал её к столбику кровати, вторая нога и руки почти мгновенно были привязаны вслед за левой. Тут уже наложник начал выворачиваться и лепетать что-то быстро-быстро на своём родном языке. - Извини, болгарским не владею, - с издевкой ответил Неурай. Он почти нежно погладил попу новенького и большие яйца и со всего размаха ударил по правой ягодице. Паренёк заорал, а на коже отпечатались все пять пальцев, ярко-красного цвета. Альфа неудовлетворенно хмыкнул, достав кожаный ремень из шкафа. Взял пряжку в середину ладони, чтобы кожу не порвало у такой дорогой игрушки, лечи потом, мучайся. Дальше порка продолжилась уже ремнем. Неурай бил сначала только по правой ягодице, почти точно попадая, потом, когда на ней живого места не осталось, перешел на левую. Христо орал не переставая и пытался крутиться ужом на кровати, но галстуки, завязанные бантиком, держали на удивление крепко. Слёзы унижения и боли намочили уже всю подушку. Когда уже и левая ягодица горела огнем, Неурай ударил по яйцам. Христо и раньше было очень больно, но тут он даже голос сорвал и мог только хрипеть, раня и так больное горло. Дальше старшего мужа заинтересовала дырочка, и он попытался ударить именно по ней. Пару раз промахнулся, но в конце концов всё же попал. Новенький больше не двигался, только натужно хрипел от дикой боли. Неурай отложил ремень и погладил красную распухшую промежность: - Вот, теперь можно и трахнуть тебя. Запомнишь надолго, кого следует уважать в этом доме. – Старший муж всунул палец в горящую огнем дырочку. Наложник опять заорал и начал выкручиваться из-под руки, откуда только силы взялись. Дверь распахнулась, и на пороге замер Шираз. - Зря я вам сразу не поверил! – Черный гигант перехватил руку Неурая, оглядываясь на стоящих в двери Яна и Гюнэля, – Больше ты ничего ему не сделаешь! - Сам хочешь его трахнуть? Ладно, но только после меня, - спокойно продолжил старший альфа. - Его никто не будет трахать. Я не позволю! – на руках пожарного вздулись все мышцы и вены от напряжения. - Пока ещё в этом доме я - старший альфа! Хочешь вылететь без суда? Я тебе даже видеться с сыном не позволю! Будешь жить под мостом как бомж на свои жалкие копейки пожарного. - А сам вылететь отсюда не боишься? – на пороге стоял бледный как смерть Карель. – Ян, пожалуйста, принеси из кухни лёд, приложим к побоям. Гюнэль, прошу тебя, принеси из моей ванны омежий гель, я хочу намазать Хрюнечку. Шираз, развяжи его, пожалуйста. Дальше омега опустился на колени перед кроватью выпоротого альфы и начал сцеловывать слёзы с глаз и губ пострадавшего. Когда наложнику развязали руки, он первым делом обнял своего омегу и начал жалобно рассказывать что-то по-болгарски. От боли и страха новый язык совершенно выветрился из его головы. - Я знаю, что тебе больно и страшно, но больше тебя никто не обидит в этом доме. Давно надо было это сделать, сразу, как я заметил эту неприязнь Неурая. Просто не думал, что врач, дававший клятву Гиппократа, сможет ударить. К сожалению, профессия не делает нас другими, – ответил глава семьи. Карель приложил лед на спину и ягодицы новенького. Христо опять заорал от боли, и уже все мужья бросились его утешать. Все, кроме Неурая – он молча вышел из комнаты. Дальше омега намазал гелем несчастную дырочку, Ширазу пришлось держать наложника за плечи, так как тот изворачивался от боли. - Уже всё, Хрюнечка, уже всё, отдыхай. – Омега попросил всех оставить мальчишку одного в спальне. Члены семьи собрались в гостиной. - Я хочу есть, - бросил слугам Карель, появившийся в комнате последним. – Кто со мной? - Все, - ответил Шираз. Пока слуги суетились и приносили к столу поздний ужин, мужья сидели молча и напряженно. Но как только последний бета вышел, глава семьи важно произнёс: - У нас в семье произойдут некоторые изменения. Во-первых, с этой минуты Шираз становится старшим мужем. Это моё решение! Не важно, с кем первым я связал свою судьбу и кто старше по возрасту. Теперь он отвечает передо мной за то, чтобы в этом доме царили мир и порядок. Он всегда был самым сильным, защитник мой, самым справедливым и самым умным, самым нетребовательным и соблюдающим, в первую очередь, интересы всех остальных в этом доме. Шираз, я никогда не говорил тебе этого, но всегда был рад, что мои родители выбрали именно тебя. – Омега встал, подошёл к своему черному гиганту и нежно поцеловал его в губы. - Спасибо, что вступился за самого слабого в нашей семье. Теперь моя совесть не отягощена хотя бы изнасилованием привязанного и избитого мальчишки. - Тебе спасибо, Карель, быть старшим мужем – мечта каждого альфы. Постараюсь быть достойным этого. - Хорошо, идем дальше. До развода Неурай остаётся жить в этом доме, но меняется спальнями с Хрюней. Шираз, распорядись, пожалуйста, чтобы слуги перенесли все вещи. Потом он сможет только навещать своих детей, а я его видеть не хочу. Неурай, открывай счет в банке для своей зарплаты, моими деньгами ты больше не распоряжаешься. И последнее, просто из чистого любопытства, за что ты его так сильно наказал? – поинтересовался омега. - Он отказался сделать мне минет, – шепотом ответил альфа. Новости его просто убили – развод, потеря семьи, сыновей и, самое главное, любимого Рыжика. - Никогда не поверю, Хрюня обожает минеты! Шираз, что было на самом деле? - Это правда. Неурай потребовал сделать ему минет, прямо здесь в гостиной во время общего ужина. Это было оскорблением и унижением, а не просьбой. - С сегодняшнего дня все наказания наложника только с моего разрешения! А теперь всем приятного аппетита, кто первый закончит ужинать, тот отнесёт еду Хрюне в спальню, – сказал грузный глава семьи. - Как ты так вовремя успел? – спросил Шираз. - Меня сняли с самолета. Глава правительства терпеть не может моего начальника и пытался как-нибудь его «укусить» – взял и запретил ему лететь с помощником. Сейчас я готов его расцеловать за это, – ответил Карель.