Улыбнись, Adar

Однажды, когда еще совсем слабое весеннее солнце все же пробирается в дебри Лихолесья, когда робко, но радостно, в проталинах, начинают пестреть нежные подснежники, домой – к отцу – наконец возвращается Леголас. Весенним ветром он врывается во дворец и птахой летит по дворцовым лестницам и проходам. И несет он в сердце слабое, затаенное чувство – надежду, появление которой он объяснить не в силах. Знает лишь, что сейчас неимоверно важно увидеть, прочувствовать, какую реакцию вызовет у Владыки его нежданное появление. Реакцию, не прикрытую маской хладнокровия, не подавленную королевским самообладанием. Поэтому и велел принц не сообщать отцу о своем приезде. Будто не минули десятилетия, будто не сменил Анор серебряный Итиль уж тысячи раз – все также восседает король на своем витиеватом троне. И Леголас как всегда удивляется дару Трандуила выглядеть по-царски величественно даже в самой вальяжной позе. Вот сейчас он сидит так – величаво расслабленный - и, кажется, пребывает в легкой дреме. Легко и бесшумно, будто морской бриз, взлетает Леголас по лестнице и, зачарованно остановившись, выдыхает, почти без звука: - Adar! Трандуил открывает глаза, и такая искренняя, светлая радость озаряет его еще мгновение назад совершенно бесстрастное лицо, что чувствует себя Леголас бесконечно, незаслуженно счастливым. Значит, мог он еще вызывать в отце подобные чувства. Значит, не совсем заледенело сердце прекрасного владыки. - Пора уходить, Леголас, – осторожно произносит Арагорн, когда гостят они в Лихолесье уж с месяц. - Иди, а я останусь. С отцом, - отвечает Леголас. Ибо, как маленькое дитя, не хочет больше находиться вдали от родителя. Как сын - горы готов свернуть за искру одобрения в кристально-синих глазах отца. Как влюбленный - хочет ловить каждую его улыбку.

***

- Чего ты хотел, Леголас? – спрашивает Трандуил, выходя из дворца в цветущий сад. - Пойдем, Adar, - тихо говорит Леголас и осторожно, почти боязно, тянет отца за руку. Так он боится, что Трандуил не пойдет за ним, вырвет руку и вновь скроется в темноте своего чертога, что касается ладони отца лишь двумя пальцами. Они проходят вглубь сада, где под цветущими яблонями, окруженными жужжанием пчел и шмелей, расстелено покрывало, на котором на салфетках лежат фрукты, бутерброды, сыры и много разных вкусностей, любимых Трандуилом. В тени, в кувшине, стоит любимое королевское вино. Леголас неуверенно поворачивается, боясь поймать осуждающий взгляд. Но лицо Трандуила выражает удивление, недоверие, некоторую долю смущения. И даже царского самообладания не хватает, чтобы скрыть благодарную, абсолютно растроганную улыбку.

***

Леголас сидит, опершись спиной о ствол дуба. Он пытается читать, но слова порхают перед ним словно бабочки, никак не соединяясь в нечто связное. Гораздо больше завораживает принца то, что на плече у него спит его король. Adar. Белоснежные волосы отца, перекинутые через плечо сына, ниспадают по его спине нежным шелком. Осторожно повернув голову, Леголас любовно скользит взглядом по его лицу – как никогда спокойному и умиротворенному. Нежное весеннее солнце ласкает и будто подсвечивает идеальную кожу безупречного лика, и Леголас в очередной раз испускает тихий восхищенный вздох. Нет во всей Арде существа более совершенного, чем Adar, и Леголас давно не задумывается о том, в какой момент он перестал воспринимать его, как своего родителя. Жизнь эльфов бесконечна, а молодость – неувядаема. И можно ли воспринимать родителем того, чья молодость не уступает твоей. И красота такая дивная, что и прекраснейшие эльфийские девы ей завидуют. Леголас откладывает книгу и с благоговейным трепетом скользит пальцами по гладкой щеке. Длинные ресницы начинают трепетать, словно крылья бабочки. Трандуил слегка поворачивает голову, и Леголас касается губами шелка волос, потом лба. Приподнимает лицо отца за подбородок и приникает к его губам, подавляя удивленный вдох.

***

Леголас почти не дышит – ведь там, в тончайшем шелке царского ложа, спит его король. Серебро волос на серебристом шелке в серебряном свете луны. Прекрасное на прекрасном. И совсем не вовремя думает Леголас о своей матери. Что сказала бы она, увидев здесь сына? У ложа ее супруга. У ложа его отца. Это плохо. Это неправильно. Омерзительно? Леголас отбрасывает эти мысли. Пусть все дело в искажении, для него это – самое верное, самое правильное действие в его жизни. Он аккуратно опускается на кровать и склоняется над своим отцом. Трандуил спит, обнаженный. Лишь тонкая простыня прикрывает нижнюю часть тела. Он походит на подростка, вошедшего в пору самого расцвета своей красоты. Леголас восхищенно выдыхает и наклоняется, касаясь губами там, где особенно заметно пульсирует венка. Трандуил вздрагивает, но не просыпается. Лишь поворачивает голову в другую сторону, бессознательно открывая сыну больше пространства для ласк. И шепчет во сне: - Леголас….