Это ещё не война

— Я вас слушаю, Ли. — Профессор, я... — Маргарет прикрыла глаза. Что ж, из всех неудачных предлогов она выбрала самый неудачный. Глупый. Дерзкий. Но деваться некуда — другого предлога у неё не было. — Я принесла вам чай. Он не сказал ничего. Он выглядел измождённым, издёрганным. — Это очень хороший чай, снимает нервное напряжение, — тоскливо проговорила она, заполняя невыносимую паузу. — Вы не подумайте, я не потому, что вы как будто не можете себе приготовить... Такой чай заваривает моя мама. И лавандовый сироп... совсем свежий, я собрала цветы и вчера сварила... — Ваша мама? — переспросил Снейп. — Что ж... Поставьте сюда. — Он смахнул со стола несколько пергаментов. — Вы ведь не затем пришли, чтобы докучать мне, нахваливая свои фамильные рецепты? — Нет, сэр, я пришла не за этим, — Маргарет заправила за ухо непослушную прядь. — Мне нужно... Я хотела бы... Казалось, за последние дни она перебрала в уме все возможные зачины и окончания. Ещё воображение услужливо подкидывало варианты ответов на её признание — один хуже другого. "Ваш друг — опасный сумасшедший, он в официальном розыске! Вы притащили в школу потенциального убийцу, вы подвергли опасности детей!" — гремело в одном ухе. "К сожалению, ваши откровения запоздали. Ваш друг найден мёртвым несколько дней назад. Если бы вы рассказали всё сразу, этого бы не произошло", — шептало в другом. "Думаю, вам будет интересно узнать, — доносилось как бы издалека, — что руководству школы с самого начала было известно, кем на самом деле является ваш так называемый филин. После событий 1994 года эту дыру в защите залатали. Коул Кливен не покинул даже территорию Хогвартса, как был арестован". Как ей вообще ударило в голову, что этот разговор имеет смысл? Все друг другу врут. Люди обманывают в малом и в большом, так почему бы ей не обмануть Снейпа? Стоило бы гордиться тем, как она разжалобила МакГонагалл, как заставила Брэда держать язык за зубами! Стоило бы радоваться и ликовать, что все прошлогодние злоключения скатились с неё, как с гуся вода. А она как по наваждению изводит себя. Чем она провинилась? Тем, что скрывает от человека то, что его не касается? Жаль, понимание пришло так не вовремя, теперь придётся что-нибудь говорить. Впрочем, ей было, с чем обратиться к профессору, и помимо истории с Коулом. — Меня гложут сомнения, сэр, и мне нужен совет. Я очень довольна учёбой в Хогвартсе, беспокоит только, что из этого выйдет дальше. Я выросла в другом обществе. Как мне сориентироваться здесь? Места, в общем, все разобраны, так мне кажется. В том обществе мои родители кое-чего добились, и могут дать мне неплохой старт. А здесь придётся пробиваться без поддержки, профессор, и я не уверена, чем я могла бы заняться, чтобы быть полезной и не затосковать. Папа и мама много путешествуют, и пока я не пошла в школу, всегда брали меня с собой. Я люблю движение, люблю чужую речь, а здесь всё статично, здесь все свои. Как будто это придуманный мир. Как будто это превосходное приключение, которое должно закончиться, и тогда я останусь безработным неучем — в своём обычном мире. Снейп выдержал паузу, убеждаясь, что она закончила. Он небрежным движением налил себе чаю. — Вы склоняетесь к тому, чтобы уйти? Или к тому, чтобы остаться и завоевать своё место здесь? — Я не знаю, — честно ответила Маргарет. — Если я уйду, то вряд ли найду покой. Если я останусь, то буду всегда упрекать себя за то, что спряталась от большого мира в резервации. Я чувствую себя какой-то аномалией. Профессор, так бывает со всеми, у кого грязная... — она запнулась, желая перефразировать, но то было минутное малодушие, — грязная кровь? Снейп с громким звоном поставил чашку на блюдце. — Не употребляйте при мне этих выражений, мисс Ли, — сказал он очень строгим голосом. — Ваша кровь такая же обыкновенная, как моя, или вашей подруги Прюитт. Ген магии пока ещё никто не открыл. — Тогда что такое магия? Наука? Искусство? Ремесло? Почему нельзя использовать средства, которыми мы располагаем, чтобы помочь тем, кто нуждается в помощи? — Это очень опасные идеи, мисс Ли, — вздохнул Снейп и пригубил ещё чаю. — Спросите в библиотеке книги о Геллерте Гриндевальде. — Спасибо, профессор, обязательно спрошу. Я не имею в виду большие проекты... победить голод во всём мире, это, ясное дело, невозможно. Но использовать гной бубонтюбера, чтобы лечить гнойные высыпания у всех, не только у волшебников — это ведь вполне реально? — Ли, присядьте, — устало попросил профессор. Только теперь она заметила, что стоит, опираясь обеими руками о его стол. Она смутилась, села и сложила руки на коленях. — Всё великое начинается с малого, — сказал Снейп. — Сегодня вы хотите лечить прыщи. Завтра пожелаете ремонтировать дороги. Послезавтра — бороться за права нерождённых детей. Намерения могут быть благими сами по себе. И кажется: так легко всё исправить, нужна лишь толика волшебства. Но волшебство — это не способ изменить мир, поймите, Ли. Не увлекайтесь чувством собственного превосходства. Если вы при помощи магии станете убирать улицы, то лишите тысячи людей их рабочих мест. Если вы откроете маглам секрет бубонтюбера, им завладеют не прыщавые подростки, а корпорации. И так далее. Я заметил, вы стараетесь не использовать магию для бытовых мелочей. Этот подход я одобряю. Ручной труд облагораживает — трудитесь. Лишения облагораживают — терпите. За последнее столетие было изобретено множество заклинаний утилитарного назначения, но гораздо полезнее обходиться без них: поставить стремянку, если не можете дотянуться, помёрзнуть, когда холодно, вымыть за собой тарелку... Да и прыщики на лице можно перетерпеть, неплохое лекарство от чванства. Он подлил ещё чаю. Маргарет молчала. — Вы слишком рано задумались о специализации, мисс Ли. Но раз уж задумались, ваша склонность к травничеству и зельям очевидна. Начните глубже изучать древние языки, не ограничивайтесь рунами и латынью. Это поможет вам читать труды, недоступные другим. Что касается решения покинуть магический мир или остаться в нём, здесь я не дам совета. Если вы предпочтёте уйти, вас ждёт вызов в Министерство, вопросы и, вероятно, всю жизнь — проверки. Но это преодолимо. Как и отсутствие рекомендаций — не конец света, если вы захотите остаться. — Сэр, профессор Стебль согласилась оставить меня в Хогвартсе на летний спецкурс. Я уже написала родителям, и они прислали разрешение. Мне только нужна ваша подпись... — Нет, — резко оборвал её Снейп. — Нет? — переспросила Маргарет, не веря своим ушам. — Вы не ослышались, Ли. Вы знаете правила: учащимся младших курсов нельзя оставаться в школе на лето. Не вижу причин и возможностей сделать для вас исключение. У вас ещё даже не началась специализация. — Но... — Маргарет растерялась от такого резкого перепада в его настроении. — Но почему, если профессор Стебль не против? — Потому что я против, — ответил Снейп, давая понять, что пререканий не будет. — Теперь идите, мне нужно работать. За чай спасибо. Ваша мать прекрасно вас научила.