Форменосские привидения

— Ну что, господа-феаноринги, встряхнем это место? Устроим бунт? — вопросил Мелькор, оглядывая выстроившихся перед ним сыновей Феанаро. — Что молчите? Я же вижу, вам тоже это, — Вала указал на здание валинорской школы, в которую его милые родичи отправили на исправительно-воспитательные работы (а если конкретнее, грозному Морготу предстояло ТРИ века присматривать за мелкими эльфятами, кормить их, одевать и т.д. Короче, типичный воспитатель в детсаде…), — не нравится. Я ведь прав? Так давайте снесем ее ко всем валараукар! Взорвем это адское место! Феанарионы переглянулись. Учиться в школе им действительно не нравилось, но устраивать погром и тем самым нарваться на неприятности, выраженные в виде ругани отца и наказания от правящей верхушки Амана, то бишь Валар, тоже не хотелось. Мелькор понял их сомнения и сказал: — Вы не беспокойтесь. Во-первых, что бы ни случилось, всех собак свесят на меня, а не на вас, ибо «Темный Вала насильно принудил хороших эльфят к разрушению школы» — тоном младшего брата произнес он. — А во-вторых, даже если вас поймают на месте преступления, я вас не дам в обиду. Обещаю. Я сумею устроить вам надежное убежище, где можно отсидеться, пока буря не утихнет. Ну, так что, вы согласны? — А зачем вообще это делать? — спросил Макалаурэ, тренькая что-то на арфе, с которой не расставался денно и нощно. Кано из всей семерки был самым разумным. Да и учиться ему, в отличие от младших братьев-балбесов, нравилось. Тьелкормо, Карнистир и Атаринке, хоть и ходили на занятия (и то по приказу Феанаро), но то и дело норовили слинять с уроков, не готовили задание на дом и вообще всячески пытались сорвать уроки. Амбаруссар в школе вообще редко кто видел, они в основном дома занимались. Один только Майтимо разделял рвение Кано к учебе. Но сейчас и он с интересом смотрел на Мелькора и явно хотел принять его предложение. — Ну как это зачем, Кано? Ты чего? Это же весело! — Ага, весело! — не сдавался менестрель. — А потом знаете, что будет? Нас отец прибьет просто! Да и Валар явно разрушение школы не простят! — Зануда ты, Макалаурэ! — фыркнул Мелькор, отвернулся от второго феаноринга и вопросительно посмотрел на остальных. — Ну, а вы? Турко, Морьо и Курво согласно закивали. Близнецы тоже согласились, уже прикидывая, как можно поднять на воздух ненавистную школу. Нельо подумал-подумал и таки согласился. Кано, видя, что он в меньшинстве, какое-то время упрямо пытался переубедить братьев, но ничего у него не вышло. Печально вздохнув, менестрелю ничего не оставалось, как присоединится к остальным. — Вот и отлично! — потер руки Мелькор. — Так, тише-тише… — остановил он младших рыжиков, которые уже надумали кучу советов о взрыве школы. — У меня уже есть план. Я знаю состав одной ядерной смеси. Нужно только достать необходимые ингредиенты… — А мы знаем, где их взять! — завопил Тельво. — У Ирмо в лаборатории! У него всегда куча всяких химических штук есть! Что тебе нужно? — Так, чтобы ее сделать, мне нужна азотная кислота, ртуть и спирт. И того, и другого, и третьего нужно совсем немного. Мы же не хотим взорвать весь Валинор, верно? — улыбнулся Мелькор. — Хотя-я-я… — увидев семь пар злобных глаз, он поспешно осекся. — Ладно, шучу. Хватит с нас и школы. — Темный с неприкрытой ненавистью посмотрел на здание учебного заведения. Ох, сколько мук он там вытерпел! Сколько маленьких детишек таскало его за волосы и одежду, требовало рассказать сказку, сколько раз ему доставалось от разозленных родителей малышей, когда Вала не выдерживал и бил или кричал на эльфят. Но теперь все, конец мукам. Скоро это здание полетит на воздух! Амбаруссар, пока Мелькор предавался мечтам, уже помчались в лабораторию Лориэна. Беспрепятственно проскользнув мимо как обычно мирно спящего Владыки Грез, близнецы вошли в лабораторию и застыли в изумлении на пороге. Чего только не было там! Огромные стеллажи стояли по всему помещению. За стеклянными дверками аккуратными рядами разместились колбочки и флакончики с химическими веществами. Сотни, тысячи одинаковых бутылочек, на каждой была этикетка с названием препарата. Не было бы этих этикеток, найти нужное вещество было бы нереально. Рыжики осторожно прошли по рядам, высматривая нужные бутылечки. В скором времени они (спасибо Ирмо, который каждый препарат подписал!) были найдены. Взяв флакончики и прихватив с рабочего стола Лориэна детонатор (все-таки уроки химии и физики были полезны) феаноринги также беспрепятственно выбрались наружу и побежали обратно. Мелькор, пока ждал их, уже успел нацепить на себя заляпанный и местами прожженный белый халат и защитные очки и приготовить форму для смешивания препаратов. Взяв из рук близнецов все, что они принесли, Вала попросил всех отойти на всякий случай, а сам принялся за работу. Осторожно вылив по очереди три препарата в форму, он их смешал, потом не менее осторожно перелил в стеклянную бутылку из-под вина и крепко закрыл. Повернулся к ожидающим его феанорингам и объявил: — Все, готово! Так, теперь я эту штуку запущу в школу. Будьте осторожнее: взрыв будет мощный! Не вздумайте подойти близко! — предупредил Вала. — Особенно это вас, господа, касается! — это уже было обращение к близнецам. Те невинно захлопали глазками: мол, а что мы-то? — И не надо притворяться, я вас прекрасно знаю. Так, ладно, все готовы? Хорошо. Как только я кину это, — Мелькор покачал залитой в бутыль смесью, — быстро сваливайте куда подальше, ясно? Семеро голов согласно закивало. Мелькор вздохнул, подошел поближе к зданию школы, размахнулся и кинул взрывчатку. Бутыль описала в воздухе круг, мелькнула в свете Древ и залетела в открытое окно. В тот же миг раздался мощнейший взрыв. Наблюдающие за всем феаноринги и Вала синхронно вздрогнули, переглянулись и… бросились врассыпную. И вовремя, ибо пять минут спустя после взрыва на месте преступления из-под развалин школы вылезло нечто черное, с жутко оскаленными зубами и злобно блестящими глазами. — Кто посмел?! Найду — убью! — завыло нечто жутким голосом. — А я тебе помогу! — отозвалось второе нечто, вылезшее из-за ближайшей кучи мусора и обломков. Первое нечто, в котором с большим трудом можно было узнать Манвэ, с видом неуловимого мстителя стало рыскать по окрестностям в поисках преступников или хотя бы улик, оставленных ими. Его соратник-Мандос тем временем завертел на манер пса-ищейки носом, пытаясь определить, каким образом было взорвано здание. Учуяв запах ртути и спирта, а также заметив среди развалин кусок черного плаща и несколько рыжих волос, Намо понял, кто все это натворил… — МЕЛЬКОР! — раздался гневный вопль Судии по всему Валинору. — Поймаю — придушу, темную сволочь эдакую! И соратников-феанорычей твоих за компанию!

***

А «темная сволочь» за компанию с феанорингами прятался от правосудия в подвалах Форменоса. Феанаро, молодец такой, хорошие подвалы себе под крепостью вырыл. В таких катакомбах можно было веками прятаться, и никто никогда тебя там не найдет. — Слушайте, а если они нас все-таки найдут? Они же нас на месте в Чертоги Мандоса отправят! Надо что-то делать! — озвучил мысли всех присутствующих Атаринке. Макалаурэ печально вздохнул и снова завел свою шарманку: — А я же говорил, что это плохая идея! Говорил! — он хотел еще что-то добавить, но замолк, заметив на себе нехороший взгляд Морьо. Менестрель снова вздохнул, поерзал на месте и ушел в себя. Неожиданно Амбарто что-то придумал. Посмотрел на брата, по осанвэ переговорил с ним и, наконец, сказал вслух: — Я знаю, что мы с ними сделаем! — и близнецы стали излагать свой план по обезвреживанию злобных Сулимо и Мандоса. Мелькор выслушал их и, невольно восхитившись сообразительностью близнецов, согласно закивал, соглашаясь с коварным планом. Тут до преступников всея Амана донесся гневный вопль Мандоса. Все дружно подскочили от испуга. Мелькор невольно поежился, вспоминая свое заключение в Чертогах. Возвращаться туда ему ой как не хотелось. А уж попадаться на глаза злющему Мандосу не хотелось вдвойне. Тот вполне мог не только навеки в своих Чертогах Темного заточить, но и развоплотить его к балрогам! — Ну все, конец нам… — грустно констатировал не менее грустный факт Майтимо. — А я вам говорил!!! — истерично завопил Кано. — Говорил! Почему вы не слушали?! А-а-а-а, нас убьют всех! — Макалаурэ окончательно впал в истерику. Тьелкормо раздраженно поморщился и треснул его по затылку, проворчав: «Да замолчи ты уже!». Курво обернулся к близнецам. — Давайте быстрее! А то нас реально поймают! — потребовал он. Амбаруссар в свою очередь уставились на Мелькора. — Мелькор! Нам нужна твоя помощь! Вала встряхнулся, отмахиваясь от нерадужных картин на тему «Злой Намо развоплощает грозного Темного Владыку» и повернулся к близнецам с немым вопросом. Те хором выдали свою просьбу, от которой впали в шок все ныне находящиеся в подвале: — Принеси Сильмариллы! — Что-о-о-о? — аж подпрыгнул Мелькор. — Сильмариллы? А зачем? — увидев требовательный взгляд рыжиков, порядком озадаченный Вала все-таки кивнул. — Ну, вот вам Сильмариллы! — в руках Мелькора тотчас возникли Камни. Амбаруссар взяли их и, хитро заулыбавшись, стали дальше развивать свою идею. — Так, Кано! Вы с Нельо сейчас идете в Тирион и… — Ну нет! — возмутился тот. — Я больше в ваших играх не участвую! Хватит с меня и взрыва школы! — Участвуешь! — зловеще зашипел, аки змея, Питьо. — А иначе отец узнает, кто ночами ворует его любимые печеньки! Менестрель заметно побледнел и упал бы, не успей ухватиться за стену. Как они узнали? Ведь он соблюдал все меры предосторожности! Кано покосился на довольно улыбающихся близнецов. Вот шантажисты, а! Все вынюхают! Но делать нечего, угроза была действительно серьезной. Отец бы не простил этого поступка. — Ладно, шантажисты, уговорили… — промолвил он. — Что делать надо? — Мы их напугаем. Нельо, вы с Кано к ним выйдете и скажете, что у нас в Форменосе обитают стра-а-а-ашные привидения, прямо-таки ужасные. Турко, Морьо, Курво, вы будете, собственно, привидениями. Мы все устроим. А ты, Мелькор, будешь их озвучивать! План был единогласно принят. Майтимо и Макалаурэ, выбравшись из подвала, помчались в город, пугая встречавшихся по пути эльдар истошными воплями «Привидения!» А Амбаруссар тем временем стали готовить «ужасных форменосских призраков». Они притащили из дома белые простыни, кучу красок и мегафон. Надев на братьев простыни, близнецы и Мелькор стали их раскрашивать пострашнее. В итоге на белых простынях красовались страшные рожи, наделенные тремя рядами острых зубов, звериными рогами и огненными глазами. А так как краски были фосфорными и светись в темноте, «привидения» вышли довольно жуткими. Когда раскрашивание было закончено, вся компания вышла в сад. Близнецы закрепили Сильмариллы, которые должны были использоваться в роли потустороннего освещения, на деревьях. Осталось только найти места для самих привидений и их озвучивателя. Но и эта задача быстро была решена. — Так, Турко, ты иди в те кусты. Морьо, бегом за угол. Курво, а ты спрячься вон за тем деревом! Мелькор, ты залезь на то дерево и изображай звуки того света. — скомандовал Тельво. Все послушно разбежались по местам. Сами близнецы устроились в кустах и оттуда наблюдали за происходящим. Мелькор, устроившись в ветвях, решил заранее попробовать озвучить призраков, а то мало ли, в нужный момент ничего не получится. Он взял мегафон, прокашлялся и та-а-а-ак завыл, что феаноринги перепугались, подпрыгнули от неожиданности и испуга и зажали уши. Вала с довольной мордой опустил мегафон. Не успели «неуловимые вредители» спрятаться, как к Форменосу на всех парах примчался Мандос. Следом за Судией бежали старшие феаноринги, тщетно пытаясь остановить Валу. Намо огляделся, отыскивая Мелькора и Ко, но никого не увидел, ибо было уже темно, да и спрятались «преступники всея Амана» хорошо. — Вам лучше уйти отсюда! — крикнул Кано, привлекая внимание Мандоса. Тот оглянулся, гневно смотря на менестреля. Кано невольно попятился. — Нет, я уйду отсюда только вместе с головой Мелькора! Я знаю, что он где-то здесь прячется! И я его найду! — с этими словами Намо с самым грозным, на который был способен, видом, помахивая плеткой и тихонько матерясь под нос, направился в сад. Феанарионы, переглядываясь и надеясь, что план сработает (а то плохо будет всем!), пошли за ним. А в саду разыгралась эпичная картина. Троица «привидений», громко и злобно завывая, хаотично двигалась по саду. Морды на простынях, которые от специальной краски и так-то, сами по себе, светились жутко, были самые что ни на есть ужасающие, а особый свет Камней делает их еще страшнее. Мелькор выл так, что кровь в жилах стыла. Заметив Мандоса, Турко, Морьо и Курво двинулись на него, зажимая в кольцо. Намо застыл каменным истуканом посреди сада: — Эру, что это?! — А мы предупреждали… — тихо отозвался Нельо. — Это наши злобные привидения, которые ныне ОЧЕНЬ злы. Советую вам срочно покинуть Форменос. Я слышал, они любят валарскую кровь… Намо неосознанно попятился назад. «Призраки» закружили вокруг него, размахивая руками и шипя «Уходи с нашей территории! Уходи! Немедленно!». Нельо и Кано, решив подыграть, тоже жутко завыли за компанию с Мелькором и братьями. Все это действо сопровождалось потусторонним переливом Самоцветов. Вскоре психика Судии не выдержала, и он, перепугано заорав, драпанул к выходу из сада. Вслед ему донеслось грозное «И чтоб тебя тут больше мы не видели!» Как только Намо исчез с горизонта, вместо «привидений» на поляне появились весьма узнаваемые Турко, Морьо и Курво. В тот же самый момент всех пробрало на ржач. Кано и Нельо стояли, обняв друг друга, дабы не упасть. Темная троица каталась по травке с безумным хохотом. Из кустов выкатились ржущие близнецы, а с дерева свалился хохочущий Мелькор. — Рыжики, вы гении! Никогда не видел Мандоса таким напуганным! — вытирая слезы от истеричного хохота, заявил Мелькор. — Теперь он точно больше сюда не сунется!

***

Как выяснилось впоследствии, Мелькор оказался абсолютно прав. К Форменосу Намо больше никогда близко не подходил и старался, если приходилось ездить в ту сторону, объезжать крепость Феанаро за десять миль. А когда он слышал какой-либо вой (а слышал он его часто, ибо Мелькор не мог не издеваться над Мандосом), он неосознанно вздрагивал и затыкал уши. Психологическая травма, она такая… На всю бессмертную валарскую жизнь остается…