Когда невозможно дальше скрывать

Сейчас Стайлз отчетливо слышит, как хрустит рука Эрики, как ломается и крошится кость. Видит рыжеволосого монстра, который издевается над ней и увлеченно разглядывает гримасы боли блондинки, не обращая внимания на Бойда, который пришел в себя и теперь дерет когтями спину оборотня, в попытке помочь своей паре. Видит, как другой оборотень вспарывает грудь Скотта и откидывает его, как тряпичную куклу, в сторону. Питер и Айзек уже выглядят слишком измученными и потрепанными. Всегда ухоженный Питер, выглядит отвратительно, что же тогда говорить о подростке. Чуть в стороне от основного действа он видит своего альфу. У Дерека разодрано плечо, ему даже кажется, что он видит кость. Но оборотень упорно держится на ногах и рычит на женщину и мужчину, которые окружают его для финального удара. --- Буквально час назад они все спокойно проводили время возле сгоревшего особняка Хейлов. Ремонтировать или сносить который Дерек не хотел. Он говорил, что это дань их прошлому, напоминание. Да никто особо и не настаивал на том, чтобы что-то сделать с развалинами. Ведь теперь они использовали эту территорию для тренировок. Лес, простор, свежий воздух, много места чтобы что-то сломать, рай для молодых щенков. Эллисон учила Лидию стрелять из арбалета. Рыжеволосая девушка изъявила желание научиться самостоятельно защищать себя, и у нее очень хорошо получалось пускать стрелы. Волчата спарринговались парами, Питер сидел на крыльце с лэптопом и всем своим видом показывал, что вообще понятия не имеет, что он тут делает. А сам Стайлз сидел под деревом, наслаждался солнцем, стараясь понять заданный параграф по химии и думал о том, что бы приготовить на ужин. Но тут из леса к их дому вышли пятеро оборотней. В том, что это не простые люди, никто не усомнился. У всех них глаза светились красным, и была какая-то темная, давящая аура. Ненормально большой бугай с внешностью уголовника, чуть впереди с темными длинными волосами женщина, поддерживающая под руку мужчину в солнцезащитных очках и с тростью. И паренек с огненно рыжими волосами, за спиной которого стоял альфа со шрамом на щеке. – Это и есть стая Хейлов? – обращаясь к мужчине в очках, спросил рыжий юноша, на вид ему не было и двадцати лет. Мужчина кивнул. Наверное, он был у них главный, так как стоял посредине. – Да это же просто детский сад, зачем нам такой слабый альфа? – как-то обиженно продолжил парень и скрестил руки на груди. Оборотень, стоявший рядом с ним, хмыкнул и, оглядев стаю напротив, остановил взгляд на Лидии. Та даже глазом не моргнула и лишь выше вздернула подбородок. – Ты напоминаешь капризную принцесску, – сказал Стайлз, даже не оторвавшись от учебника. – Да как ты… – начал было рыжий, но был остановлен поднятой рукой с тростью. – Ты смелый и с чувством юмора, – мужчина глубоко вдохнул, – человек. Я при любом исходе обещаю сохранить тебе жизнь, ты мне понравился. Стайлз отложил учебник и посмотрел на чужую стаю оценивающе, приподняв бровь. – Фу, не горю желанием нравиться Вам, – брюнет состроил гримасу, как будто пожевал лимон. – Да? А кому же ты хотел бы нравиться? – улыбаясь, продолжил альфа их странный диалог. – Не Ваше дело, – поднялся на ноги Стайлз и улыбнулся во все тридцать два зуба. – Вы что-то от нас хотели или просто гуляете по чужой территории? – Не принимайте близко к сердцу, он всегда слишком болтливый, – подал голос Питер. – И по какой же причине мы удостоились внимания стаи альф? – по его мнению, лучше лишний раз не нарываться, особенно на столь сильного противника. – Не волнуйтесь, мы ненадолго, у нас здесь маленькое дельце, – ответила ему женщина. – Никогда не слышал про стаю из альф. Разве такое возможно? – Скотт непонимающе переводил взгляд с Питера на вожака чужой стаи. – Возможно, – коротко рыкнул Дерек. – Ох, мальчик мой, вы еще слишком неопытны и многого не знаете, – снисходительно ответил альфа альф. – Ваша слава опережает вас. Кровожадные, получившие свою силу нечестно, предав свои стаи, оставляющие за собой кровавые реки, – вновь заговорил Питер. – И какое же у вас здесь может быть дело? – вмешался Стайлз. – Нам нужен только лишь ваш Альфа, – начала говорить женщина, и все-таки у нее был приятный, мелодичный голос. – Видите ли в нашей стае только лучшие. Мы делаем тебе одолжение, Дерек, приглашая к нам. О такой возможности другой бы мог только мечтать! И если ты пойдешь с нами добровольно, то мы не будем трогать твоих щенков, – скалясь, объяснила волчица. – И подумай о силе, которую получишь присоединившись к нам. Дерек сверлил чужаков колючим взглядом изумрудных глаз, в которых иногда вспыхивали опасные красные блики. Ребята потихоньку смещались к дому, пряча людей за собой. Атмосфера накалялась. – Зачем ему ваша стая, когда у него есть мы? – непонимающе спросил Стайлз. – Да чего с ними сюсюкаться, убьем их, и он сам пойдет за нами! – подал голос гигант. – Только попробуйте их тронуть. И я перегрызу ваши глотки. Дерек принял облик оборотня, его глаза горели красным пламенем, он выпустил когти и клыки и принял боевую стойку. – Ты сделал свой выбор. Мы не принимаем отказов. Поставил этой фразой точку в переговорах вожак альф. И они сорвались со своих мест. Оборотень со шрамом кинулся в сторону Лидии, Джексон рванул ему наперерез, хотя он мало чего мог противопоставить опытному альфе, но он не мог позволить ему добраться до своей пары. Скотт решил помочь ему, ведь если бывший канима не справится, то этот урод может навредить их людям. Стайлз с девушками стояли возле крыльца, он прикрывал их собой. Простым людям, или почти людям, лучше не вмешиваться в такие кровавые разборки, если они не страдают суицидальными наклонностями. Женщина сразу же кинулась на Дерека, но вот он-то мог постоять за себя, в отличие от все еще слабых и неопытных подростков. Питер решил взять на себя самого большого альфу, хоть он и держался всегда в стороне, да и не любил драки, но умирать он не любил больше. И еще посчитал, что его сил и опыта должно хватить, чтобы противостоять ему. К нему присоединился Айзек, он уже привык к дядюшке Пи и к его характеру, да и терять новую семью не хотелось. Подросток отвлекал громилу, ловко и быстро перемещаясь вокруг него, а Питер наносил удары. Рыжеволосый парнишка ломанулся к Эрике, стоящей перед Стайлзом, но Бойд атаковал его раньше, полоснув по лицу, откинул назад. Но Альфа поднялся и растянул губы в сумасшедшей улыбке, в глазах появился какой-то странный ненормальный блеск. О ранах напоминали белесые полосы, которые вскоре пропали совсем, все-таки альфа сильнее простых бет. Парнишка атаковал темнокожего, наносил удары не останавливаясь, Бойд успевал только защищаться, ни о какой атаке и речи быть не могло. Эрика зарычала, теряя контроль, и бросилась на помощь своей паре. Как только она добежала до них, рыжий вырубил Вернона, припечатав о дерево. Повернулся к приблизившейся волчице корпусом, схватил ее за горло и опрокинул на землю. Он начал сжимать пальцы, разрезая когтями кожу, вгоняя их в ее тонкую шейку. Она сопротивлялась, драла когтями руку, причиняющую ей боль. Но толку от этого не было, альфа как будто бы не чувствовал ее сопротивления. И все это время в стороне стоял мужчина с тростью и ничего не делал. Дерек и волчица двигались быстро, полосовали друг друга когтями, сломали пару деревьев, крови было много. Волчице удалось уйти от удара Хейла, и она располосовала ему плечо. До этого безучастный ко всему происходящему альфа двинулся к ним. --- Стайлз понимает, что его стая не выживет в этой неравной схватке. Альфы сильнее, с этим не поспоришь. Он больше не может слушать хрипы Эрики, тяжелое дыхание Айзека, бешеный стук сердец девушек за своей спиной, сочащуюся кровь из ран, которые расцветают на телах всех оборотней. Он и так долго скрывал то, кем является на самом деле. Ему удавалось не пользоваться силой в открытую, из всех прошлых передряг выходить сухим. Но сейчас не тот случай, когда все может закончиться хорошо, без его вмешательства. Он давно научился не чувствовать жажду, контролировать себя, прятать силу. Ребенок человека и чистокровного вампира. Отец до сих пор не знает, что именно любовь к человеку сгубила его жену. Его мама пожертвовала собой ради них, и с этим ничего не поделаешь. И когда на твоих глазах пытаются уничтожить твою стаю, твою семью, прятаться больше нет смысла, и он отпускает себя. Движения слишком быстры даже для оборотней. Первым делом он оказывается рядом с альфой со шрамом на щеке, тот уже собирается вспороть горло Джексону. Стайлз просто возникает перед ним, хватает крепко за шею, поднимает над землей и в следующую секунду его смертоносные клыки вспарывают ему глотку. Он чувствует, как кровь хлещет ему в рот и стекает по пищеводу, наполняя тело еще большей силой. Отбрасывает практически мертвое тело в сторону, через два удара сердца оно будет точно мертвым. Но это его уже не волнует, в следующую секунду, руку сжимающую горло Эрики он вырывает с плечевым суставом, и точным и сильным ударом отправляет рыжеволосого оборотня в полет до ближайшего дерева. Слышит, как ломается его позвоночник. Начинает аккуратно разгибать пальцы и вытаскивать оторванную конечность из шеи девушки. Закончив с этим, он, довольно щуря святящиеся холодным серебряным светом глаза, кидается к гигантскому альфе. Резко выныривая перед ним и закрывая Питера, Стайлз бьет надвигающегося оборотня в живот, и когда тот склоняется, впивается клыками ему в шею, кровь снова льется ручьем, а он следующим движением зубов уже вырывает кусок трахеи из шеи захлебывающегося своей же кровью оборотня. Добивать его нет времени, все равно он уверен, что с такими ранами они все точно не выживут. И теперь его основная задача спасти Дерека, он не может позволить им забрать его у него. Он не может позволить смерти снова отнять у себя того, кого любит. И Стайлз бросается на женщину, нападая сзади и протыкая ее спину рукой с удлинившимися и заострившимися ногтями, вырывает ее сердце. У него нет времени убивать ее долго и мучительно за то, что она сделала с его альфой. Она оседает на землю, глядя остекленевшими глазами куда-то вперед, так и не поняв, что произошло. Дерек уже стоит на коленях, держась за раненное плечо, он весь в крови. Стайлз двигается к последнему живому чужаку, вытягивает руку, чтобы вцепиться в горло, но тот уворачивается и отскакивает на пару метров, и парень успевает только сбить с него очки. И теперь серебряные спокойные глаза смотрят в белесые пустые напротив. – Никогда бы не подумал, что в стае оборотней может быть вампир. Но ты же пах человеком. Это неожиданно. Ты убил всю мою стаю, похоже, они были не настолько сильны, как я представлял. Не хотел бы ты присоединиться ко мне? Ты и вправду мне понравился. Стайлз принял расслабленную позу, глядя на оборотня, поднес руку ко рту и слизнул со среднего пальца кровь. – За то, что вы сделали с моей семьей, я вас не прощу. Он произнес это спокойно. Альфа напротив него обратился в оборотня, в этой форме он стал еще отвратительнее, немного напоминая Питера, когда тот сошел с ума, только цвет шерсти был пепельный. Он пригнулся к земле, готовясь атаковать. – Вы мне не понравились, поэтому я убью Вас. Сказав это, Стайлз в мгновение ока оказался рядом с готовящимся к прыжку альфой, одним движением рук оторвал его голову от тела и откинул в сторону. Он стоял посреди поляны, с рук капала кровь, она впиталась во все его тело и одежду. Глаза светились, клыки торчали и упирались в губы. Сейчас он совсем не был похож на того подростка с синдромом дефицита внимания, который постоянно двигался, махал руками и болтал. Сейчас он стоял спокойно, величественно, его окружала аура уверенности и силы. На поляне повисла гробовая тишина, Стайлз наконец-то понял, что он сделал, но у него же не было выхода, если бы он не сделал это, они бы все погибли? Он облизывается, его плечи опускаются вниз, придавая ему вид провинившегося щенка, и он, наконец-то, медленно поднимает взгляд. Стайлз боится смотреть на Дерека и решает сначала осмотреть стаю, он должен это сделать, чтобы принять решение, что делать дальше. И он смотрит. Сначала на девушек, все так же стоящих возле крыльца, но теперь они прижимают руки ко рту и смотрят на него глазами полными ужаса. Переводит взгляд на Скотта, лежащего на земле и держащегося за бок, из которого до сих пор течет кровь, раны нанесенные альфой заживают медленнее простых травм, тот смотрит на него просто с непониманием. Джексон уже пришел в себя и, вообще ничего не понимая, озирается по сторонам. Питер, поддерживая еле стоящего на ногах Айзека, смотрит с благодарностью, но тоже немного шокировано. Конечно, никто ведь даже и предположить такого не мог. Бойд держит на руках Эрику, зажимая раны на ее шее, а она осторожно прижимает к себе сломанную руку, в их глазах он видит только трепет и благодарность. – Я полукровка, я должен был что-то сделать, чтобы вы не умерли. Он говорит это тихо и медленно, глядя на землю перед собой. И только теперь осмеливается посмотреть на Дерека. Тот все так же стоит на коленях и смотрит на него во все глаза. Шок и удивление четко отпечатались в его уже снова оливковых глазах. Стайлз поднимает руку, и альфа дергается в сторону, как если бы на него направили пистолет с аконитовой пулей. Подросток поднимает руку выше и переводит на нее взгляд, она в крови. И тут все его тело прошибает судорогой, он кидается к ближайшему дереву и его выворачивает кровью, которую он успел поглотить, и которая еще не успела впитаться в организм, вся она выходит обратно. Он никогда не позволял себе пить чью-либо кровь, ему это было не нужно, и это новое ощущение непривычно, его организм отторгает чужеродную пищу. Стайлз сползает на колени, держась за ствол дерева, глаза начинает щипать. Он понимает, что все не будет как прежде, он боится их потерять. Он боится, что больше никогда не сможет быть со стаей, находиться рядом с Дереком. Он четко понимает, что не сможет жить без этого хмурого волка. В детстве мама рассказывала ему, что, когда придет время, он найдет свою пару. Он определит, что это нужный человек по запаху и по тому, как организм будет на него реагировать. Она рассказывала, что при первой ее встрече с его отцом, весь мир приобрел запах пиона. Она больше не чувствовала запаха крови, текущей в людях и так манившей вкусить. Она смогла побороть жажду и посвятила себя семье. Вот и с ним произошло нечто подобное, только наоборот. Всю жизнь Стайлз не чувствовал тяги к крови, не ощущал себя действительно особенным. Но как только он почувствовал запах дерева, пыли и дорогого парфюма, тогда в лесу, когда они искали ингалятор Скотта, и он увидел Дерека, он понял, что попал. В нем впервые проснулся интерес, ему стало любопытно узнать какова на вкус кровь, текущая по венам этого оборотня. Тогда он испугался, ему не у кого было спросить совета. Но со временем он знакомился с Хейлом ближе, узнавал его лучше и понимал, что жажда не проснулась, что это просто было указателем тому, что он нашел свою пару. И он принял это, не только из-за физических условий, а потому, что видел, какой альфа на самом деле. И каждый день влюблялся в этого мужчину все сильнее и сильнее. Сердце стучит где-то в горле, и он пропускает тот момент, когда к нему подходит альфа. Дерек здоровой рукой берет его за плечо и дергает на себя, разворачивая и впечатывая в свою грудь. – Спасибо, – говорит он хрипло и тихо, тяжело дыша в макушку, вцепившемуся ему в остатки от майки Стайлзу. Просто одно слово, но оно мгновенно проясняет всю ситуацию и отметает ненужные мысли. Стая наконец-то спокойно выдыхает, Стайлз оказался не просто человеком, но с этим они разберутся потом, главное, они все живы. * * * На восстановление и заживление всех ран у них уходит почти неделя. Дитон помогал им всем, чем мог. Все это время они дружно прогуливают школу и живут в лофте. Только Стайлз изображает нормальную жизнь. Проводит время с отцом, когда тот свободен, и кормит его полезной едой. Посещает школу, ходит на лакросс, отмазывает ребят справками, которые помогла сделать Мелисса. Ей не рассказали всю правду, не позволили взглянуть на сына, Скотт просто позвонил ей и сказал, что на неделю останется у Хейлов. Она понимала, что это связанно со сверхъестественным, но не лезла, уяснив, что меньше знаешь – крепче спишь. И раз Скотт живой, то паниковать не стоит. К тому же она видела Стайлза чуть ли не каждый день, а раз он продолжает вести себя как всегда, то значит все в Бейкон Хиллс в порядке. После школы подросток закупал много разной еды и ехал в лофт кормить голодных волков и рассказывать им события, произошедшие в школе. Тела пришлых альф он сжег на заднем дворе особняка Хейлов на следующий же день. Ребята, как только перестали истекать кровью, и отойдя от первого шока, начали приставать к нему с разными вопросами про его вид, точнее про одну из половин его вида. Стайлз сначала уходил от этих вопросов, менял тему, сбегал, прикрываясь отцом. А потом всем надоело, и они приперли его к стенке, в буквальном смысле. Как только плечо Дерека начало заживать, он припечатал подростка к стене в лофте и попросил, читай приказывая прорычал, чтобы он рассказал им все с начала и в подробностях. И Стайлз рассказал. Про маму, про то, как постоянно помогал им, когда они не знали, пользуясь то силой, то немного применив гипноз, то подслушивая разное и используя эту информацию. Ведь нюх, слух и зрение у него были чувствительнее, чем у оборотней. Регенерация присутствовала, но без питья крови была не намного выше, чем у простого человека. Питер со своим «ангельским» характером достал его подколками про «темную лошадку», «скромняжку» и «оказывается, ты не такая уж и трусливая школьница, какой показывал себя раньше» по самое немогу, также умудрялся называть всех оборотней «девчонками». Парни обижались, Эрика только хихикала и постоянно вилась возле своего спасителя, вызывая ревность у Бойда. К концу недели вся стая уговаривала Стайлза загипнотизировать как-нибудь дядю Пи, чтобы он перестал над ними издеваться. Но тот понимал, что Питер таким образом разряжает обстановку и показывает, будто ничего и не случилось, и это вызывает уважение к этому бывшему психу. Когда все исцеляются, и остаются только мелкие незаметные шрамы, Лидия предлагает устроить вечеринку с пиццей и выпивкой. Все сначала удивляются, но практически сразу соглашаются. И вот Питер уезжает куда-то, возвращаясь только через пару часов и притаскивая много алкоголя, за которым к машине спускаются все щенки и возвращаются в лофт с целым ящиком у каждого в руках: пиво, виски, вино и мартини. Эллисон и Стайлз намешивают в половину из бутылок смесь трав, чтобы и оборотни тоже опьянели. А Эрика заказывает много пиццы и еще пару сетов суши. И вот всё наконец-то готово для их маленького домашнего торжества. Дерек поднимает свой бокал и произносит первый тост: – За Стайлза, – и смотрит ему прямо в глаза. И все присутствующие тоже поднимают свои стаканы, поворачиваются к нему и вторят вожаку. И Стайлз не уверен, как именно он должен на это реагировать, поэтому просто опрокидывает в себя жидкость из своего стакана, виски обжигает горло, и на глаза наворачиваются слезы. Но это вызывает у присутствующих смех, и они тоже осушают свои стаканы. Пицца как-то быстро заканчивается, алкоголь убывает тоже довольно быстро. Им всем нужно расслабиться и отдохнуть. Спустя пару часов все уже достаточно пьяны. Скотт и Джексон уносят своих девушек в комнаты, которые облюбовали и успели обжить, при объединении стаи в одну крепкую, сплоченную семью. Остальные еще держатся. Эрика сидит на коленях Бойда и признается ему, что он для нее единственный и навсегда, а Стайлз полностью в прошлом. Он ей верит. И когда она засыпает у него на плече, то он тоже относит ее в их комнату. Лейхи, выпив пол-ящика пива и пару бутылок мартини, начинает втирать Питеру, что у них сумасшедшая семейка, но его все устраивает. Стайлз умудряется выпить, как и простой алькоголь, так и то, что они нахимичили с охотницей. Его развозит долго, но в конце он уже плохо что-либо понимает. И только поэтому подсаживается на диван к Дереку, слишком близко, а ведь диван не маленький, и начинает рассказывать тому заплетающимся языком насколько ему было тяжело все это время молчать, и как он боялся, что его не примут таким, какой он есть. Еще говорил что-то про то, что не хочет больше терять тех, кого любит, и при этом так внимательно и сосредоточенно смотрел в изумрудные глаза, что Дереку на миг показалось, что тот совсем не пьян. А потом подросток просто пошатнулся и упал лицом на колени мужчины, и Хейл, закатив глаза, прикрыл их рукой. К этому моменту в гостиной были только они вдвоем. Питер ушел к себе минут 10 назад и прихватил с собой Лейхи. Альфа искренне не хотел знать, что там происходит между ними. Он отставил свой стакан на журнальный столик, позволил себе на секунду зарыться пальцами в отросшие волосы подростка, лежащего на коленях. Потом все же взял себя в руки и, подхватив пьяное тело на руки, пошел в свою спальню. Но даже будучи не в трезвом состоянии, он отметил слишком маленький вес своей ноши, а теплое дыхание в шею вызывало какую-то неудовлетворенность. Утро встретило всех в стае жутким похмельем и головной болью. Никто из них не желал по собственной воле выбираться из мягких кроватей. Стайлз осознал, что он явно лежит на кровати, а не на диване, на котором, как он помнил из последнего, делился с Дереком своими переживаниями. Он поморщился и немного пошевелившись, почувствовал на своей талии что-то тяжелое и теплое, и что его спине как-то уж слишком жарко. Он попытался открыть глаза, и ему это удалось, с попытки так пятой. Перед глазами предстал шкаф, ага, очень информативно. Глаза слипались, в горле царствовала пустыня, но он нашел силы снова разлепить веки и перевел взгляд на кровать, на которой лежал. Простая такая, обычная кровать, застеленная черным бельем. И тут его взгляд остановился на руке, перекинутой через его талию, и пробирающуюся под задравшуюся майку, поглаживая живот. Дыхание сбилось, сердце остановилось, а рука, что так бесцеремонно к нему приставала, напряглась и притянула его назад, к чему-то твердому. Все похмелье как рукой сняло. Эту руку Стайлз не спутает ни с чьей, и этот парфюм он тоже прекрасно знает. Его сносит с постели быстрее, чем должно бы в такой ситуации. Он вскакивает и оглядывается на кровать. Там лежит он, тот с кем, Стайлз мог делить одно ложе только в своих мечтах, ну или снах, после которых приходилось скрываться в ванной и стирать трусы. А сейчас альфа лежал, как ни в чем не бывало, на своей кровати, весь такой взъерошенный, сонный и домашний, и смотрел на него недовольным осуждающим взглядом. – Я... это… мне надо... – пискнул Стайлз и скрылся в ванной, закрыв за собой дверь на замок. Дерек тяжело вздохнул и растянулся на всей кровати. Постельное белье еще хранило запах парнишки и тепло его тела. Умывшись и утолив засуху водой из-под крана, Стайлз все же решил выйти из ванной, не мог же он там провести всю жизнь или мог? Альфа был все в той же позе, на кровати, в которой его оставил сбежавший подросток. – Я, это… мне надо домой, – Стайлз сглотнул комок, появившийся в горле, и всеми силами старался не пялиться на так соблазнительно лежащего перед собой альфу. – Скажешь ребятам, что я решил откосить от уборки, так как здесь не живу, – он как-то нервно хихикнул, почесал подбородок и направился к двери под пристальным взглядом мужчины. – Хорошо, – услышал он, уже закрывая за собой дверь. Приехав домой, подросток завалился на кровать и корил себя всеми известными ему проклятьями. Как он мог упустить такой шанс полежать с мужчиной мечты на одной кровати. Что за черт его дернул на этот побег? – Да он был просто пьян, поэтому и не понял, с кем оказался в одной постели, – говорил себе Стайлз. – Ага, не понял. Да меня же сложно с кем-то перепутать. Да и утром он был уже достаточно в себе и все же лапал меня. Возможно, есть шанс, что у него ко мне есть какие-то чувства... – с надеждой пробормотал он, уткнувшись в подушку, и подвел черту своим терзаниям: – В общем, я гребанный неудачник, взял и просто сбежал домой. Другого такого шанса мне в этой жизни не светит. Он еще какое-то время поворочался, сходил принял душ и улегся спать. Сразу же проваливаясь в сон. Вечером его разбудил какой-то шум, доносившийся с улицы. Встав с кровати, он подошел к окну и открыл его, запуская в комнату прохладный уличный воздух. И тут же в оконном проеме перед ним возникло сосредоточенное лицо Дерека. Парень так испугался, что вскрикнул, как не подобает парню, и если бы отец был дома, то уже обязательно влетел бы в комнату сына, хорошо, что шериф на работе. Он отшатнулся назад и, споткнувшись о кед, упал на задницу, больно так упал. Альфа быстро залез в окно, закрыв его за собой. – Только не говори, что уже что-то успело случиться, с того момента как мы расстались утром, и всем нам угрожает опасность,– пыхтел парень, пока вставал с пола и потирал ушибленное место. Дерек проигнорировал эту фразу, поглядел, как подросток трет свою филейную часть, и нахмурился еще сильнее. Он разулся, помня как Стайлз возмущался, что это его комната и здесь он устанавливает правила, и то, что он не собирается изображать золушку и мыть полы после того, как Дерек ходит в обуви, и поставил ультиматум «либо разуваешься, как только попадаешь в комнату, либо вообще не приходишь». И Дереку пришлось следовать некоторым правилам, которые установил юноша, ведь на тот период он скрывался от полиции. Скинул кожанку, повесив ее на спинку компьютерного стула, и, пройдя в комнату, сел на не заправленную кровать. Стайлз прифигел от такой наглости и начал наезд на оборотня. – Ну а что тогда тебе здесь понадобилось, а позвонить нельзя было? Надо было перепугать меня до чертиков своей хмурой физиономией? Реально, вот почему у тебя сейчас такое выражение лица, как будто кто-то умирает или уже умер? – Стайлз бы еще долго продолжал этот поток праведного гнева. Но Дерек просто поднял на него свои зеленые глаза, и у парня все слова застряли в горле. Он не видел такого Дерека никогда. Тот всегда старался держать лицо. Строил из себя человека-скалу. Но сейчас в его взгляде была усталость, обреченность и повисший, незаданный вопрос. Стилински не знал, что делать с таким альфой и что говорить ему. Все его красноречие в данный момент решило уехать в отпуск, не предупредив хозяина. Поэтому он стоял и пялился на мужчину в ответ, ожидая, что же будет дальше. Дерек еще какое-то время смотрел на подростка, а затем оперся локтями о колени, чуть наклоняясь вперед, и уставился на сцепленные перед собой руки. Он был напряжен, под плотно облегающей майкой просвечивался рельеф застывших камнем мышц. Молчание затягивалось. Тишина никогда хорошо не влияла на нервы Стайлза, и когда он уже было решился что-то сказать, Дерек заговорил. – Все живы, здоровы, и нам никто не угрожает. И… – он запнулся и сделал паузу. – И просто теперь, когда нам известен твой секрет, – он как-то неопределенно хмыкнул, – просто раньше я боялся, а теперь понимаю, что ты можешь постоять за себя... – он не стал договаривать «и спасти всех нас». – И вот, – альфа делает глубокий вдох, пару секунд сжимает и разжимает руки, сцепленные в замок, до такой степени, что белеют костяшки, – я понял, что больше не хочу скрывать свои чувства к тебе, ты мне нужен, Стайлз. Дерек встает с кровати и смотрит в глаза напротив. Карие, распахнутые от удивления, они завораживают своей прозрачностью, затягивают и не отпускают. Он уже давно попал к ним в плен, еще тогда, когда раненный пулей Кейт, ехал в его джипе в ветлечебницу. Когда этот парень смотрел прямо на него и решался, спасать его или выкинуть где-нибудь подыхать. Тогда он зависел от этого, тогда еще мало знакомого подростка, но доверился ему, и он его не подвел. Отвлекая своей болтовней от боли, искренне переживая за его состояние, он даже был готов отпилить ему руку. Стайлз был таким Стайлзом, и больше ничего не нужно было. Дерек начал осторожно подходить к парню. Он понимал, что нельзя спугнуть его, ведь если он откажет, то в чем будет его дальнейший смысл жизни? Но Стилински оставался собой всегда. Он озорно прищурил глаза и растянул свои пухлые губы в насмешливой улыбке. Сердце альфы замерло в ожидании. Он остановился посреди комнаты и ждал. Стайлз сократил разделяющее их расстояние. – Эта ситуация напоминает мне какую-то дешевую романтичную мелодраму, – он слегка наклонил голову, разглядывая волка напротив. – Хотя вся наша жизнь больше напоминает третьесортный фильм ужасов. Но я думаю, что буду последним идиотом на планете, если откажу тебе. Стайлз улыбается своей самой теплой и открытой улыбкой, глаза светятся счастьем, и Дерек понимает, что это самое лучшее, что когда-либо происходило с ним. Он, осмелившись, обнимает парня за талию и притягивает вплотную к себе. Наклоняется к его лицу и выдыхает в губы: – Ты не вампир, ты настоящий чертенок. И впивается в такие соблазнительные губы страстным поцелуем. Сразу же проникая в жаркий желанный рот языком. Стайлз, ну а что Стайлз, он всем доволен. Он слишком долго терпел и скрывался. И теперь он желает всего Дерека, только в свое личное распоряжение. Обвивает волка за шею, проникая рукой за воротник и царапая его спину короткими ногтями. Он начинает посасывать язык, хозяйничающий у себя во рту, после начиная ласкать его своим языком. Альфа одной рукой зарывается в этих мягких пушистых волосах, а вторую опускает на мягкую попу парня и несильно сжимает ягодицу. Подросток стонет в поцелуй, и мужчина забирает этот звук вместе с воздухом из легких своего личного счастья. Дерек вклинивает колено между ног парня, прижимает к себе еще сильнее, хотя между ними совсем нет разделяющего пространства. Стайлз буквально виснет на нем, гладит его по щеке, отмечая, что щетина совсем и не колючая. Поцелуй становится немного мягче и нежнее. Он начинает тереться об его бедро своим пахом. Как же сейчас мешает одежда, как же хочется коснуться чужой обнаженной кожи своей кожей. Хочется исследовать все эрогенные зоны партнера. И оборотень будто читает его мысли, он наконец-то запускает свои руки под майку юноши. Поглаживает спину широкими горячими ладонями, задирая, мешающую одежду все выше и выше. Им приходится разорвать поцелуй, чтобы избавиться от майки Стайлза. И они, не тратя времени зря, тут же избавляются и от майки Дерека, она теряется где-то в углу комнаты. И теперь их торсы соприкасаются без мешающих преград и это равносильно маленькому взрыву. Юноша цепляется за плечи мужчины, как за спасательный круг. Контраст ощущений заставляет подростка выгнуться, еще сильнее прижаться своей грудью к горячей груди Дерека и откинуть голову назад. И волк пользуется этим, припадая к его шее, жадно целуя, вылизывая каждый доступный участок кожи, оставляя свои метки. Руки блуждают по чужой коже, поглаживая и слегка царапая. Он опускается к ключицам, целуя и покусывая их. И Стайлз плавится под таким напором, шея его слабое место, и он не может уже сдерживать громких стонов. Но жесткая ткань джинс оборотня мешает наслаждаться всем этим в полном объеме. И он тянет руки к поясу штанов мужчины, и своими ловкими длинными пальчиками быстро расправляется с ремнем, пуговицей и молнией. Дерек довольно выдыхает ему в ключицу, почувствовав, как уменьшилось давление на возбужденную плоть. Отрывается от Стайлза и ведет его к кровати. Добравшись до нужного предмета мебели, он укладывает парня на спину и, стягивая с него домашние штаны, натыкается на темно-синие боксеры с желтыми цыплятами. Он поднимает насмешливый взгляд вверх, высоко подняв брови, и видит, как Стайлз закрывает ладонями краснеющее лицо, и не может сдержать улыбку. – Только попробуй заржать, и я тебя укушу. Я не собираюсь оправдываться! Это не выглядит полноценной угрозой, и явно не способствует попытке волка сдержаться. И он утыкается парню в бедро и начинает лающе смеяться. Это завораживает подростка. Такой смех он слышит впервые и ему это нравится, он понимает, что готов каждый раз надевать смешное белье, только лишь бы его любимый улыбался и смеялся по его вине. Дерек же отсмеявшись, стаскивает с него штаны вместе с трусами. И теперь им обоим уже не до смеха. Их обоих обдает мощной волной возбуждения, вытесняя все ненужные мысли. Мужчина видит перед собой блестящее от пота и подрагивающее от возбуждения тело любовника. Его карие глаза блестят от желания и кажутся черными, щеки все еще розовые от смущения, но губы все равно слишком яркие, слишком красные от недавних поцелуев. На шее уже расцвели темными пятнами метки. Подросток немного стесняется и из-за этого пытается прикрыться руками. За окном уже давно стемнело, и комнату освещает только свет от уличного фонаря, проникающий сквозь окна, и это создает полумрак в комнате. Хотя им обоим не нужен свет, чтобы видеть. Грудь у Стайлза гладкая, без волос, быстро, часто вздымающаяся, и на ней так соблазнительно смотрятся розовые соски, которые так и манят их прикусить и поцеловать. Подрагивающий от возбуждения живот с дорожкой темных волос от пупка к паху. Длинные стройные ноги немного согнуты в коленях и разведены в стороны. Дерек снимает свои штаны и, выпрямляясь, берется за резинку трусов. И слышит как учащается сердцебиение подростка, как он сглатывает слюну. Чувствует усилившийся запах возбуждения в комнате. Кажется, куда еще, но воздух становится гуще, острее, добавляется пряность, и становится тяжело дышать, поэтому он приоткрывает рот, пробуя этот коктейль на вкус. И понимает, что никогда не сможет им насытиться. Стайлз смотрит во все глаза на раздевающегося мужчину, боготворя его тело, Дерек совершенен во всем. Он видит направленный на себя взгляд, такой жадный, голодный, любящий, и от этого бросает в жар. Альфа тянет резинку вниз и обнажается полностью. Стайлз смотрит на его крупный, крепко стоящий член, блестящий от естественной смазки, и сжимает яички в кулак, чтобы не кончить только от одного вида Дерека. Сердце стучит где-то в горле и дыхание сбивается. Мужчина довольно улыбается и забирается на кровать, устраиваясь между ног юноши. Берет его ногу под коленкой и приподнимая, начинает целовать щиколотку, второй рукой поглаживая бедро другой ноги. Спускается дорожкой влажных поцелуев к коленке и дальше по внутренней стороне бедра к паху. Стайлз расслабляется под ласками оборотня, убирает руки и, заводя их за голову, вцепляется пальцами в подушку. Теперь он полностью раскрылся перед альфой, отдался ему весь без остатка. И Дерек ценит это, тянется вверх, опирается возле его головы на согнутую в локте руку, и накрывает его губы своими. Поцелуй почти целомудренный, легкое касание губ. Но это вызывает у них обоих улыбку. Они смотрят глаза в глаза и наслаждаются этим моментом единения душ. Однако Стайлз обхватывает его шею ладонью, гладит большим пальцем скулу и притягивает для поцелуя. Тягучего, медленного, нежного. Дерек гладит предплечье держащей его руки, кладет свою руку поверх ладони Стайлза и переплетает их пальцы на своей шее. Отрывается от мягких губ и подносит переплетенные руки к своим губам, целует запястье подростка, прослеживая языком вены. Юноша делает судорожный вдох и прикрывает глаза. Мужчина целует запястье, сгиб локтя, плечо, ключицу и наконец-то накрывает манящий сосок своими губами. Начинает посасывать его, ласкать языком и слышит протяжный стон. Проделывает это же с другим, и чувствует руку на своей голове, пропускающую его волосы между пальцами, поглаживая и массируя кожу головы. Ему хочется урчать от удовольствия. Он прокладывает легкими поцелуями дорожку вниз и останавливается напротив аккуратного, прижавшегося к животу члена пары. Поднимает взгляд на лицо Стайлза, ловит его взгляд и говорит хрипло, обдавая чувствительную плоть теплым дыханием: – Смотри на меня. Юноша не успевает ничего ответить, он чувствует жар обволакивающий головку его члена, легкое касание языком уретры. Почти задыхается, видя как губы Дерека растягиваются на его органе. А потом только ритмичные движения головой вниз, вверх. И никаких мыслей в голове, только обволакивающее тепло чужого рта, мягкие поглаживания языком по головке и стволу и красные глаза, ловящие все выражения на его лице. И Стайлза накрывает, он не сдерживает долгий протяжный стон и кончает в рот оборотню. Выгибается дугой над кроватью и комкает простынь в руках, перед глазами пляшут разноцветные пятна, и кажется, слух отключается на пару секунд. Дерек проглатывает все, довольно облизывается и вылизывает опадающий член. Собственная эрекция уже начинает причинять неудобство, но желание сделать партнеру приятно перебивает все остальные желания. Пока подросток приходил в себя, альфа достал, из лежащих возле кровати джинсов, смазку. Как только дыхание Стайлза более или менее выровнялось, и к зрению вернулась четкость, он заметил в руках оборотня маленький тюбик. Мужчина выдавил лубрикант на все еще вялый член парня и свою руку. Обхватил его член, и начав надрачивать, лег сверху целуя чуть приоткрытые и такие сладкие губы. Поводил рукой вверх вниз по начавшему снова крепнуть органу, погладил большим пальцем головку, смешивая искусственную и естественную смазку, спустил руку ниже и собрал в горсть яички парня. Перекатывая их в кулаке и массируя средним пальцем под ними, ловил губами вырывающиеся томные стоны. Стайлз сходил с ума, терялся в своих ощущениях. Ему было слишком хорошо, он думал, что умрет от перенаслаждения. Альфа опустил руку еще ниже и начал массировать колечко мышц. Не надавливая, только слегка поглаживая. Стайлз завозился под ним, согнул и развел ноги шире, открывая больший доступ. Водил руками по спине оборотня, слегка царапая короткими ногтями. Дерек начал вводить первый палец, медленно, аккуратно, двигая внутрь и наружу. Вставив его полностью, повращал им и начал слегка сгибать. Нащупал бугорок простаты и с нажимом провел по нему. Стайлз широко распахнул глаза, выгнулся под ним, сильнее прижимаясь к нависшему телу, и громко застонал. И Дерек не смог сдержать свой ответный стон паре, больше напоминающий рычание, которое прошлось по всей грудной клетке и отразилось эхом в теле Стайлза. От чего парень напрягся, а потом обмяк и расслабился. Мужчина воспользовался моментом, проник в любовника двумя пальцами и начал двигать и вращать рукой, растягивая тугие мышцы. Разводил и сгибал пальцы, подготавливая юношу. – Ты... не мог бы... ускорить... этот процесс... – тяжело дыша, прошипел Стайлз. – Я не хочу причинить тебе боль, – хрипло и рыча ответил оборотень. – Мы бы могли вообще пропустить эту прелюдию и приступить к основному действию. Если что, то исцелиться я смогу. Стайлз сказал это и двинулся навстречу растягивающим его пальцам. Альфа зарычал, выдергивая пальцы из все еще тугой дырочки, вызывая расстроенный стон пары. Мужчина выпрямляется между разведенных ног, выдавливает остатки лубриканта на свой член и приставляет головку к пульсирующему колечку мышц. Стайлз смотрит прямо в красные глаза, с таким желанием и уверенностью, что альфа не может и не хочет тянуть еще дольше. Он одним резким толчком входит на всю длину, вырывая из горла пары крик, а из глаз слезы. И понимает, что повелся как школьник. И начинает целовать лицо замершего парня: губы, щеки, веки, лоб, гладит его бока и грудь, задевая соски. Стайлз отвлекается на ласки мужчины, привыкает к распирающему чувству. Обвивает ногами своего мужчину, обнимает за шею, притягивая ближе к себе, и делает попытку двинуться на горячем, твердом члене альфы самостоятельно. Хейл понимает это как разрешение, подхватывает рукой юношу под бедра, немного приподнимая над кроватью, и выходит почти полностью, оставляя внутри головку, и толкается обратно в жаркое и узкое нутро. Слышит сдавленный хрип Стайлза и повторяет движение снова. Чуть поменяв угол, входит осторожно, чувствует, как парень вздрагивает, и слышит довольный стон сорвавшийся с его губ. Он понимает, что задел простату, и повторяет движение, вырывая сладкие, хриплые стоны. Сначала Стайлзу было больно, непривычно, давящее чувство заполненности не приносило удовольствия. Но с каждым толчком альфы внутрь, неприятные ощущения сменялись удовольствием. Особенно когда Дерек проехался по простате и продолжил двигаться, задевая ее снова и снова, ему хотелось кричать от счастья и чистого кайфа, растекающегося по венам, но он мог только хрипеть сорванным горлом. Оборотень наращивает темп, начинает двигаться быстро. Чувствуя, что долго не продержится, просовывает руку между телами и обхватывает ладонью член пары. Начинает двигать рукой в такт своим движениям внутри него. И через несколько минут Стайлз замирает, зажмуривается, приоткрывает губы в немом крике и кончает, выплескиваясь в ласкающую его руку. Сжимается внутри, и это подводит альфу к финалу. Дерек делает последний толчок, проникая в содрогающееся тело глубже и кончает, долго, и запрокинув голову назад, громко рычит. Стайлз успевает отойти от пережитого оргазма и наблюдает за волком в момент наивысшего наслаждения. Ему нравится такой альфа, он притягивает его к себе и целует, вылизывая появившиеся клыки, кусая и оттягивая губы. Дерек приходит в себя долго, выходит из Стайлза и ложится рядом с ним на кровать, возвращает себе контроль и облик человека. Подросток поворачивается на бок, кладет руку на грудь мужчины. Альфа обнимает своего человека, притягивает в объятья, почти укладывает на себя и прикрывает глаза. Подросток начинает поглаживать его грудь, поднимаясь к шее. Начинает чесать за ухом, наблюдая за реакцией Дерека, который в открытую этим наслаждается и растягивает губы в улыбке. И Стайлз подтягивается и чмокает волка в нос. – Я так и не сказал, что люблю тебя, – говорит шепотом и, видя вытянувшееся от удивления лицо Хейла, заливается смехом. – Я тебя теперь никуда и никогда не отпущу, – отвечает альфа. И просто прижимает его ближе к себе, накрывает их одеялом и начинает засыпать. А Стайлз все не может поверить в реальность произошедшего. Но теплое тело оборотня и его бьющееся сердце под рукой умиротворяют, успокаивают и он тоже засыпает. В окно проникает свет от уличного фонаря, но теперь к нему прибавился свет серебристой, полной луны, и только они становятся свидетелями укрепления связи между этими совершенно разными существами, но такими похожими в своих чувствах.