Сжигая все мосты

Не знаю, сколько времени мы провели просто лежа в моей кровати и слушая тишину. Я все никак не решалась начать разговор и не только потому что боялась, но и потому, что попросту не знала с чего начать. «Илья, я бывшая самоубийца» или может так: «Однажды я примеряла роль половой тряпки, о которую благополучно вытерли ноги»? Спасибо парню за то, что не поторапливал меня, а терпеливо ждал пока я наберусь сил и мужества, ну и еще подходящих слов чтобы слепить их в разумное предложение. На дворе стояла глубокая ночь, как и в комнате, где мы сейчас находились. Город стих и, кажется, уже спал, если не брать в счет мелких алкашей и бомжей, которые частенько ошивались под окнами моей многоэтажки. Я возместила свою голову на крепкую грудь Ильи, а последний, в свою очередь, принялся одной рукой перебирать мои волосы, изредка зарываясь в них носом, и второй поглаживать меня по костяшкам моих пальцев. Рядом с ним мне всегда тепло и сейчас тоже не исключение, но от одной мысли о том, что мне предстоит вернуться на некоторое время в прошлое и рассказать Каманину о нем, меня бросает в мелкую дрожь, а по спине пробегает едва уловимый холодок. Моя рука, покоившаяся на груди у парня, непроизвольно сжалась и Илья мигом отреагировал, обеспокоено заглядывая мне в глаза. - Послушай, Стась, если не хочешь – можешь не рассказывать, - он аккуратно приподнял мой подбородок, сокращая между нашими лицами расстояние так, что его губы были в миллиметрах от моих. – Я тебя не вынуждаю. Я учащенно замотала головой. Зачем откладывать вновь все «на завтра», если в любом случае, как бы я не убегала от этой темы, она все же настигнет? Я проглотила душащие меня слезы вместе с комком, который встал в горле, и шумно выдохнула. Так как Илья все еще удерживал мое лицо, я потянулась к нему легонько чмокнула в губы и даже улыбнулась, хоть и получилось натянуто. - Нет, все хорошо, – заверила я и села на кровати. – Я без того долго оттягивала. Парень повторил за мной, аналогично как и я сев на кровати, и склонился ко мне, заправляя волосы за ухо, которые служили некой ширмой между нами. - Тебе так сложно об этом говорить? – заботливо спросил он, поглаживая мое оголенное плечо. - Не то чтобы сложно, просто не хочу в очередной раз все вспоминать, – выдохнула я. – Это… мучительно. Илья осторожно притянул меня к себе, обхватив за предплечье, и в успокаивающем жесте чмокнул в висок. - Знаешь, если человек, мысленно возвращаясь в прошлое, чувствует еще тяжесть внутри, значит оно до сих пор не дает ему покоя и удерживает на цепи, – философствовал парень. – А это плохо, как для тебя, так и для меня. Поэтому, тебе стоит поделиться со мной, чтобы я оценил ситуацию со стороны и, возможно, смог помочь. Мне хотелось яро возразить на счет его высказывания о том, что я все еще позволяю своим воспоминаниям брать надо мной вверх и увлекать в былые года, но в голове произошел щелчок как стоп-сигнал и известие о том, что, по сути, так и есть. Убежать от проблем - совсем не значит избавиться от них полностью. И пришлось согласиться со словами Ильи. Не люблю признавать чью-то правоту, но в данном случае он полностью прав, как и моя мать, в принципе. - Еще задолго до института, когда я жила в родном городе и доучивалась в школе, я встречалась с одним парнем, Мишей. Мы провели с ним вместе два года, – с большим трудом начала я. - Я догадывался, что ты не монашка, - хмыкнул Илья, за что в ответ получил мой свирепый взгляд и толчок под бок. – Прости, пожалуйста. Продолжай, – исправилась он, примирительно выставив руки перед собой. - Мы с ним учились в одной школе и он был на год старше меня. За ним ошивались все старшеклассницы и даже половина девочек со средней школы, – постепенно я начала погружаться и картинки прошлого замелькали перед глазами калейдоскопом. Он сидел за центральным столиком в столовой, в излюбленной привычке закинув левую руку на спинку соседнего стульчика, в окружении парочки своих друзей и еще нескольких особей, которые рьяно хотели набиться к нему в статус «друга» или «девушки». Как обычно, такой как он в жизни не заметит серую мышь вроде меня, и все, что мне оставалось делать – молча наблюдать и любоваться со стороны. - Опять на Мишку своего пялишься? – «просекла» Лиля, садясь рядом со мной с огромным подносом различной школьной пищи. Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки, будто это не подруга меня «спалила», а сам предмет моего воздыхания. - Может, хватит уже за ним сохнуть, Стась? – вторила мне в который раз она. – Ну он же в упор тебя не замечает. Не замечает, ну и пусть. Любить можно и на расстоянии, даже если оно измеряется далеко не в километрах. Зачастую, в жизни так и бывает: счастье рядом, стоит только протянуть руку. Вот только существует большой риск обжечься. Поэтому Миша для меня стоял за чертой, которую пересечь я никак не могла в целях самосохранения. Рассказать о своих чувствах было равно, что добровольно отдать себя на растерзание волкам. - Тоже мне, мачо, – пробубнил Илья себе под нос, но я его услышала. – И как же судьба свела тебя с этим мудаком? – уже озлобленно поинтересовался он. Я прекрасно понимала, что ему неприятно слышать все это: историю о моей большой неудавшейся любви, но утаить что-то – это как делать маленький надрез в наших начинающих отношениях, сначала вроде как ничего, а потом разойдется и сшивать будет поздно. - На вечеринке в честь дня рождения его друга, – я наткнулась на удивленные глаза парня и поспешила продолжить: - я не большой любитель шумных вечеринок и пьяных покачивающихся тел, но когда я узнавала, что на них будет и Миша, пришлось немножко пересмотреть свои позиции на этот счет. - Не думал, что у влюбленных баб настолько едет крыша, – Илья провел рукой по волосам и уставился на меня в ожидании продолжения. - На той вечеринке меня, случайно или намеренно, не знаю, облили какой-то красной гадостью и, естественно, мой наряд был испорчен. Большинство наблюдателей просто посмеялись, а он, к моему удивлению, указал где ванная и даже выбил у своего друга парочку чистых вещей для меня, – мой голос постепенно начал оседать, говорить становилось труднее. Воспоминания накатывали все сильнее и сильнее, сжимая виски. - Черт, я такая неуклюжая, – ругала себя я, обтряхивая мокрый подол своего кофейного платья. – Что теперь с этим делать? - Как вариант, можно попробовать отстирать, – хмыкнул Миша. Если честно, в этот момент мое испорченное платье меня волновало меньше всего. От одной мысли о том, что сам Миша стоит сейчас рядом со мной в пустом коридоре, да и еще разговаривает заставляло сердце учащенно биться. Слава Богу, освещение в коридоре было по какой-то причине выключено, но в данный момент я была этому очень рада. Видеть мои красные щеки ему было ни к чему. - Ему уже вряд ли что-то поможет, – мысленно мое платье лежало на помойке, а мы с Мишей уже играли свадьбу. Вдруг он наклонился и замер буквально в нескольких сантиметрах от меня, обдавая жарким дыханием мое лицо. Клянусь, меня чуть не схватил инфаркт. - Не расстраивайся, принцесса. Хочешь, я куплю тебе такое же? – всего два предложения и воздуха в моих легких как и не было. - Надо же, какой джентльмен, – не удержался Каманин от своего очередного колкого замечания. – Ну пока все хорошо, судя по твоему рассказу. В чем проблема тогда? Я мгновенно поникла и склонила голову, на что парень тут же отреагировал и взял меня за руку, покрывая костяшки пальцев невесомыми поцелуями. Так всегда: думаешь, что и на твоей улице начался праздник, что не всегда тебе быть в стороне и тайком восхищаться кем-то, но у любой сказки есть свой конец и светлая полоса в жизни не вечная. И главные герои, на первый взгляд хорошие и добрые, в итоге оказываются жестокими и злыми. - После того инцидента у нас завязалось общение. Он улыбался мне при каждой встрече, всегда здоровался и желал хорошего дня, а я что? Я сияла от счастья, потому что Миша наконец обратил на меня свое внимание, – я вздохнула, чувствуя, как тяжесть постепенно отступает. Наверное, это то, что мне нужно было столько времени – выговориться кому-то, не Лиле и не матери, а кому-то совершенно другому, человеку, который не проходил со мной все это. – Лиля меня предупреждала, мол, что здесь что-то не так. Столько времени не смотрел даже в мою сторону, а тут такое внимание от него. Илья хмыкнул. - Вот ваша проблема: вам только улыбнись, а вы уже выстраиваете себе воздушные замки, – покачал головой он. На его комментарий я лишь пожала плечами. Такая она девичья сущность. – И что? Это оказался спор? - Нет, – я грустно улыбнулась его догадке. – Это был не спор, – Илья задумчиво сдвинул брови. – Затем мы начали свободное время проводить вместе: гуляли по парке, ходили в кино. Дошло вплоть до того, что у нас завязались отношения, мы начали встречаться. - Вот видишь, Лилька, желания сбываются! – щебетала я своей подруге, когда мы шагали домой после уроков. Я никак не могла поверить, что все это происходит со мной и была просто на седьмом небе от счастья. Все казалось таким нереальным, словно я сплю и однажды придется проснуться. - Я, конечно, рада за тебя, Стась, но будь осторожна с ним, пока не удостоверишься, что за этим ничего не стоит, – говорила мне она. Не из зависти естественно, а по-доброму, ведь, честно говоря, я и сама даже близко не надеялась, что так все обернется, и в какой-то мере это было подозрительно. Но я была ослеплена своими чувствами к парню. - Миша умел красиво ухаживать за девушкой, заботиться, – продолжала я. – Такой парень был сплошной находкой: не курил, не пил, занимался спортом, знал чем угодить. Все заслуживают на такое счастье. Но мое длилось не долго. Я закрыла лицо руками, чувствуя, как душащие слезы скапливаются в уголках глаз. Нет, это не возьмет вновь надо мной верх. Глубоко вдохнув и выдохнув, я, кажется, немного успокоилась. - Мы повстречались два года. Это достаточно много для того, чтобы привязаться к человеку и сделать его частью своей жизни, своей семьи. Он никому не нравился из моих близких, но они уважали мой выбор. Илья на время умолк и воздержался от каких-либо слов. - Мы с ним часто обсуждали свои планы на будущее и я, кстати, была уверена, что оно у нас общее… В общем, в итоге он мне изменил, – последнюю фразу я произнесла на выдохе. Теперь замолкла и я, почувствовав вновь среди горла тугой комок обиды. Обиды от того, что мне вот так легко нашли замену. Оказывается, все-таки заменимые люди существуют и те, кто говорит обратное, несут полный бред? - Он спустил на помойку целых два года моей жизни и мое разбитое сердце в том числе. - И как он объяснил свой поступок? – голос Ильи окаменел и его челюсти плотно сжались. - Сказал, что ему стало скучно и однообразие начало его утомлять. Он тайком встречался с нами двумя, пока я не узнала об этом, – скупая слезинка обрушилась на мою щеку и я поспешила ее утереть. Только не реви. - Вот же придурок! – со рта парня вылетали различные ругательства в сторону моего экс-парня и меня, если честно, немного удивила такая реакция. Не думала, что его настолько заденут мои прошлые отношения. А теперь подошла очередь к самому главному, к кульминации. Никогда не любила признавать себя слабой, показывать, что и у меня есть слабые места и что меня также можно задеть и сломать. Поэтому последующее мое признание далось мне ох как нелегко. Каждое слово пришлось из себя выжимать: - Потом в моей голове будто что-то щелкнуло, после осознания того, что меня обманывали, использовали и в итоге оставили одну. Наши взгляды с Ильей встретились и я осеклась, так и не договорив. Мне стало страшно. Страшно увидеть осуждение в его глазах. Страшно увидеть разочарование. - И? Это же не все? – спросил он. Я до боли закусила губу, понимая, что все карты нужно раскрыть. В любой игре в конце все карты оказываются на столе, вот только я очень надеюсь, что в нашем случае все еще закончено не будет и Илья сумеет меня понять и принять. - Тогда мне казалось, что жизнь вокруг остановилась, Земля перестала вращаться, все постепенно начало угасать. Чувствовала себя растоптанной и…ужасно слабой. Все, что мне хотелось – это уснуть и не проснуться. С каждым моим словом Каманин все больше хмурился и тоненькие складки залегали на его лбу. - Я напилась таблеток и у меня даже почти все получилось, – я отвернулась и уперла взгляд в стену. С минуту в комнате не было слышно ни единого шороха. Я замерла, ожидая, что скажет в ответ парень, а он, в свою очередь, также сидел на месте, не шевелясь и упорно продолжая молчать. Эта тишина давила на уши и предоставляла большой разгон для моей фантазии. Он будет кричать, ругаться и называть дурой или просто встанет и уйдет, приняв меня за сумасшедшую? Что тогда я буду делать, если и его не станет в моей жизни? Сердце отстукивало бешеный ритм. Чтобы хоть как-то успокоить себя я принялась жевать свою нижнюю губу и мять пальцами простынь, но нервы шалили не на шутку. - Честно, я в шоке, – вымолвил он спустя некоторое время. – В шоке с того, какая же ты все-таки идиотка, Гордеева. Я зажмурила глаза и глухо простонала. Ну да, идиотка. - Мне сейчас отчаянно хочется взять ремня и хорошенько тебя выпороть, – вмиг Илья сгреб меня в охапку и прижал к груди, пока я находилась в замешательстве. – Где были твои мозги, скажи мне? Ты, блин, дура, Стася, понимаешь? Дура! Большая дура, – вычитывал он меня. – Зла на тебя не хватает. Нашла из-за чего! Взрослый человек, вроде как, школу закончила, а все туда же! Я пыталась что-то возразить и оправдать себя, объяснить, как мне тогда была ужасно и скверно на душе, но вместо этого услышала: - Просто замолчи, Гордеева. Не говори больше ни слова, пока я тебя не прибил, – процедил он. Но я его ослушалась. - Теперь ты понимаешь, почему со мной было так сложно? – я попыталась выпутаться из его крепких объятий и заглянуть в глаза, но парень не дал мне этого сделать. – Я всего лишь боялась опять быть кем-то преданной. - Вот теперь все прояснилось, – прошептал он мне возле уха. – Но ты все равно маленькая дурочка.

***

Мы так и уснули: уставшие, даже не переодетые в пижаму, мы лежали поперек кровати в обнимку. До последнего не хотелось вставать, и все равно сколько сейчас времени. Илья еще спал и я мирно лежала у него на груди, позволив ему немного дольше поспать. Наверное, сложно было услышать то, что такая вся из себя гордая и неприступная девушка когда-то была слабой и беззащитной, далеко не такой, какой является на данный момент. Или, может, это все муляж? И мое твердое сердце и точенная гордость всего лишь иллюзия? Самообман. С другой стороны я чувствую долгожданное облегчение после того, как я сумела выговориться Илье. Теперь мне нечего от него скрывать. Я перед ним раскрылась и, надеюсь, никогда об этом не пожалею. Не хочу вновь наступать на те же грабли. Каманин заворочался и сильнее сжал меня руками. Он что-то пробормотал во сне и мило так сощурился. Я невольно хихикнула и поняла, что хочу наблюдать такую сонную смешную мордочку каждое утро. Но вдруг раздался дверной звонок. Я, естественно, насторожилась. Время наверняка раннее, так кому что надо ни свет ни заря? Позвонили еще раз и я, сглотнув, выбралась из цепких объятий. - Эта правда кто-то долбится в дверь с самого утра или мне снится? – сонно буркнул Илья. - Я сейчас, – полушепотом молвила я. Оказывается, было не утро, а уже обед и стрелки часов показывали без пяти час. Кто-то настойчиво продолжал названивать в дверь. Марина? Она бы предупредила о своем приходе. Родители были вчера и сейчас должны быть по работам. Может, Лиля приехала? Я не стала дальше гадать и открыла дверь, не заглянув перед этим в глазок. Дурацкая привычка, но сейчас мне не было страшно, потому что со мной Илья и он, я почему-то была уверена, не даст меня в обиду. Первыми в глаза бросились черные мужские лаковые туфли. Затем взгляд прошелся вверх по джинсам, белой рубашке под черным пиджаком и остановился на совсем знакомом и когда-то до боли родным улыбающимся лицом. Он изменился за это время. Повзрослел, лицо приобрело более мужественные черты, чуть отрастил каштановые волосы. Но он для меня остался все таким же подонком. На пороге стоял никто иной, как Миша. Я застыла, как статуя, пялясь в одну точку – верхнюю пуговицу его рубашки. Не хватило сил смотреть в его глаза. Мир под ногами пошатнулся и я вцепилась в ручку двери, сильно сжав ее. В горле пересохло, у меня просто-напросто пропал дар речи. - Стася, кто там? – внезапно вышел из комнаты Илья. И тогда мое сердце упало в пятки и с дребезгом разбилось.