Усы, лапы и хвост

Казалось, только что захлопнулась дверь, и раз – уже нет пути назад, невозможно вернуться. Просто стена. И всё. Дотрагиваешься до её гладкой, немного шершавой поверхности, и странное такое чувство появляется в ладонях, лёгкое такое покалывание, но одновременно с этим мягкое, приятное, которое от рук переходит дальше и, кажется, расходится по всему телу, даруя невероятную лёгкость. И хочется закрыть глаза и просто стоять, наслаждаясь тем, что происходит, ощущая эту энергию, такую нежную, но и одновременно с этим с лёгким привкусом боли... или как можно назвать это покалывание? И это так странно… Но накатывает умиротворение. И не хочется никуда идти; есть лишь одно желание: стоять и наслаждаться этим мгновением, которое скоро прервётся. — Ты что, зависла? Твоих согильдийцев заперли, а ты тут стоишь и ничего не делаешь! — Незачем суетиться. Некоторые моменты просто неизбежны, Стинг, — девушка говорит это слишком спокойно, зажмурившись, словно довольный кот, а затем вдруг отлипает от стены и словно поясняет свои слова: — Ты не пробьёшь эту стену. И я не пробью. Здесь... Магия. Живая, концентрированная, даже, пожалуй, в большем количестве, чем во всех остальных стенах. Здесь будто её эпицентр, словно именно тут она зарождается, расползаясь по всему остальному замку. Это зала не проклятая, нет, просто именно тут находится... Хм... Алтарь, если тебе будет угодно. Именно здесь когда-то совершали различные ритуалы, чтобы добиться подобного эффекта, чтобы замок было сложнее уничтожить. Но не маги просто не могут здесь жить. Обычные люди, попадя в ту залу, просто сойдут с ума от огромного количества волшебства, витающего в воздухе. — Сойти с ума от магии? Издеваешься? — поинтересовался белый убийца драконов, сощурившись. — В таком случае в нашем мире все давно бы спятили. Рия улыбнулась, поборов желание вновь прикоснуться к стене, такой манящей, притягательной, успокаивающей. Магия, струившаяся в этой стенке, привлекала девушку, а вот та, которая уже была за каменной преградой, наоборот отпугивала, заставляла поёжиться от неприятных ощущений, которые сопутствовали в той зале. От того липкого холода и чувства, что за ними следят, внимательно смотрят, изучая, пытаясь понять, чего именно ожидать от незваных гостей... Но при этом не нападая, нет. Ведь Они не могли причинить физический вред вообще никому, ведь Они хоть и существовали, хоть сводили с ума, но сделать это могли лишь с обычным человеком... Простой люд не защищает магия. Простой люд может потерять голову от ужаса, от странных теней, завывающих звуков, образов, от невероятной боли и тоски, сжимающей сердце, которая будто исходит от Них. Да что там, ей, Рие, самой было там невероятно не по себе, хоть она и старалась этого не показывать и вызвала светлячков, открыв одну из своих склянок; специальных светлячков, отпугивающих Их... А какого же было там обычным людям! Тогда как Люси, казалось, этого не замечала. Вернее заметила лишь после того, когда они нарисовали пентаграмму, тогда, когда те светлячки будто перестали работать; когда стало тоскливо, когда казалось, что... Что все ощущения исходят от пентаграммы. А могла ли она впитать в себя окружающую атмосферу? Всё-таки в обрядах она, алхимик, разбирается крайне плохо... — Тёмные ритуалы, которые там проводились, привлекли духов, — послышался весьма меланхоличный голос, и из Тени вышагнул Роуг. — Думаю, в том зале приносили людей в жертву, и концентрация ужаса и страха вперемешку с сильнейшей магией привлекала призраков, тех, кто не смогли уйти на покой. Из-за слов Чени алхимик, казалось, вздрогнула и посмотрела на него расширившимися глазами. О нет, она не просто ужасно разбирается в ритуалах. Она в них не разбирается совершенно. И, кажется, натворила дел своим бездействием. — Ты сказал... Тёмного ритуала? — едва слышно прошептала алхимик, а, дождавшись кивка, резко ударила кулаком по стене, поморщившись. Боль, кажется, отрезвила сознание, и Рия вновь смогла вернуть себе более-менее спокойное состояние: — Я... Слишком слабый маг. Я могу почувствовать, что что-то не так, ощутить волшебство, откуда оно течёт, чем обусловлено... Ну, если дело в обрядах или в зельях. Это – одна из главных особенностей алхимика. Ощущать, что не так, чтобы быть в состоянии предотвратить. Когда мы создаём новые отвары, мы должны быть предельно сосредоточены, отдавать всего себя этому делу. Мы тогда будто бы чувствуем, что нужно добавить в определённый момент, ощущаем концентрацию магии, понимая, когда именно она дойдёт до того момента, когда лучше отставить всё в сторону, потому как всё может закончиться плачевно. Мы знаем, какого типа получилось зелье – безвредно ли оно для окружающих или же, наоборот, им лучше напоить врага... Нет-нет, мы никогда в итоге не знаем, что именно получится, но как бы ощущаем к чему относится – к опасному или нет. Это... Это сложно объяснить. Но алхимиком, тем, кто делает уже известные составы, может быть каждый, пусть, правда, зелья будут не настолько эффективны. Тогда как только алхимики с несильным даром к магии могут создавать отвары, делать из ничего, ведь они чувствуют волшебство. Девушка говорила сбивчиво, то и дело прикусывая губу или накручивая прядь волос на палец, тут же себя одёргивая и продолжая говорить. Было видно, что она весьма нервничает, хоть и старается говорить спокойно... И, как ни удивительно, но молодые люди её внимательно слушали, даже не перебивая, – Стинг даже нахмурился, словно показывая, что воспринимает её слова крайне серьёзно. — И, в общем... Я почувствовала в том зале магию. Я же обучалась одного алхимика, мне он часто показывал результаты её проявления и... И я точно могла сказать, что там проводился ритуал. Я подумала, что светлый, ведь, собственно, какая разница – духов может привлечь абсолютно любой... хм... алтарь, наполненный магией, неважно относящейся к какому типу. Им без разницы, главное – энергия как можно в большем количестве. А место со светлым алтарём всегда помогает сильным магам, ну и... — Ты решила, что ничего не случится, если Люси проведёт там ритуал, решила, что это должно ей помочь, раз, как ты считала, алтарь светлый, — спокойно закончил за неё Роуг, на что Рия еле заметно кивнула, пряча взгляд. Ей было стыдно. Очень. Она ведь могла хотя бы предупредить, попросить отложить ритуал до выяснения обстоятельств! Всех обстоятельств. Кажется, чем дальше, тем чаще она совершает ошибки. Вспомнить только тот цветок, из-за которого Люси стала кошкой, вспомнить только, как она, Рия, безответственно отнеслась к тому, что нужно найти информацию о том, что именно произошло с заклинательницей! Точную информацию. А она, блин, залипала на одного тёмного убийцу драконов... А затем ещё это. Надо же. И что же с ней случилось, что произошло? Когда вполне спокойная и уверенная в себе..? А была ли она такой? Может, ей так казалось, потому что и друзей у неё раньше толком и не было? Так, огромное количество знакомых и учитель, который, опять-таки, очень часто ругал её за невнимательность, за то, что она не умеет сосредотачиваться. Ох, сколько сил Рия потратила на последнее, сколько времени! Но, кажется, научилась. А теперь ещё оказывается, что нужно избавляться от безответственности и чрезмерной беспечности. От неё сплошные проблемы. — А откуда ты знаешь, что там именно тёмный алтарь и там приносились человеческие жертвы? — всё-таки не удержалась от вопроса Рия, прислонясь к стене и словно бы скатываясь, оказываясь сидящей, чувствующей, как теперь через спину проходит те тонкие иголочки, как приходит тепло, вновь медленно охватывая тело. Стало легче. Алхимик чувствовала, что может мыслить более-менее здраво. — Я тёмный убийца драконов. Мой наставник рассказывал о таких алтарях, научил чувствовать… Как бы если бы алтарь был светлым, я бы даже не заметил, а вот тёмные всегда ощущаю. Они подпитывают меня, делая сильнее, — ответил Роуг. Стинг его тут же подхватил: — А я ощущаю светлые алтари. Ну... как ощущаю, если не буду его целенаправленно искать, думать о нём, то, в общем-то, даже не замечу. У Роуга так же. Так что если бы ты не сказала про аномалию той комнаты, мы бы так и ничего не поняли, — светлый убийца драконов почесал затылок. — Да не парься ты так! Ты же одна из хвостатых, сама знаешь, что вас так же тяжело прихлопнуть, как тараканов. Вернутся они. Алхимик слегка вымученно улыбнулась, вновь подняв взгляд: — Надеюсь... — и в эту минуту ей так хотелось, чтобы её кто-нибудь обнял, прижал к себе. Так хотелось не думать. И успокоиться. Даже стена, словно накаченная магией, не могла вырвать её из всех этих мыслей, сравнений... Пожалуй, она всё-таки любит плыть по течению. Вот и сейчас вместо того, чтобы действовать, она просто сидит и проклинает себя на чём свет стоит. Разве так можно? Но... Она не сильная. Слабая. Не в её власти что-либо исправить. Не в данной ситуации. И можно бы было поискать что-нибудь про тот волшебный цветок, но это уже не имеет смысла. Ведь Люси всё равно станет прежней, с помощью Лексуса ли, спустя ли время… Не так уж и важно. Главное, что точно станет. А ещё... Заклинательница ведь сильная. Сильнее, чем она. Так что точно выберется, точно сможет провести обряд пусть и в том месте, где стоит тёмный алтарь, где все духи в подсознании становятся сильнее, мощнее... — Подумать только, наша гильдия и правда в замке, — со смешком вдруг произнёс Стинг. — Врал Генма, врал… Говорил, что сам построил. — Ты серьёзно можешь представить Генму, который строит всю эту махину, а после специально везде разбрасывает пыль, плетёт под потолками паутину, заводит мышей и разбрасывает грязь? — с заметной иронией спросил Роуг, видимо вспомнив, в каком виде была гильдия, когда они только появились. — Ну... — Стинг, кажется, немного смутился. Впрочем, ненадолго, спустя секунду он уже широко улыбался: — Мало ли, что могло прийти в голову старому маразматику! — Которому не больше сорока пяти, — фыркнул Чени, а затем вдруг посмотрел на Рию: — Ну что, долго будешь тут сидеть и страдать? Девушка неопределённо пожала плечами, вновь смотря в пол, но краем глаза замечая, что тёмный убийца драконов к ней подошёл. Подошёл и остановился. А сердце замерло. Ох... Какая же она жалкая! Мало того, что в очередной раз неосознанно... подставила – можно ли это так назвать? – Люси, так ещё и теперь готова опустить руки и перестать бороться. Она – такая весёлая, странноватая, безответственная, абсолютно ничего не умеющая в быту, сейчас просто сникла. В очередной раз. Но если тогда она хоть что-то заставляла себя сделать, то сейчас... то сейчас даже как-то безразлично. Просто противно от самой себя. От своих поступков. Некрасивых поступков. Ведь, в конце концов, даже когда Люси ушла неизвестно куда в виде кошки, неизвестно к кому попала, Рия не особо и волновалась! А ведь заклинательница могла угодить живодёру. А ведь то зелье, сделанное ещё давным-давно, то, баночки с которым они с Люси обменялись, могло бы помочь только в том случае, если бы алхимик всё время на него смотрела, не выпуская из виду. Тогда как на самом деле девушка просто таскала его с собой... С собой. И сейчас оно рядом, в сумке. Совсем близко. И Рия залезает в неё, доставая очередную склянку – жидкость в ней алая, словно кровь, спокойная. И облегчение будто осязаемое – девушка вдруг резко выдыхает и улыбается. А ещё точно знает, что если что случится, непременно поможет Люси. Даже если для этого придётся перевернуть замок вверх дном, превратив его в руины. Даже если придётся умереть. — Мне и дальше так стоять? — слышится голос Роуга. Рия поднимает голову, замечая, что Стинг уже куда-то испарился, а Чени стоит с протянутой рукой. Улыбка у неё на лице расплылась ещё сильнее, и девушка решила, что, наверное, выглядит совсем как идиотка. А сердце вдруг будто радостно подпрыгнуло, словно крича, подтверждая: «Да-да, идиотка! Самая настоящая!» Но, кажется, счастливая... А ещё невероятно глупая и безответственная. Но на этот раз всё будет как надо. И Рия всё-таки схватилась за его руку, почувствовав, как её рывком поднимают... И почему-то казалось, что у неё на мгновение выросли крылья... Надо же. Как это глупо.

***

Рия могла с точностью сказать, сколько именно прошло времени с их последней встречи с Хартфелией. Ровно неделя и… ну, часа так три, да. Алхимик старалась не волноваться, заперлась в своей комнате и занималась любимым делом – зелья, зелья и ещё раз зелья. Создать новую комбинацию из трав, придумать, рассчитать, что может получиться, проверить, в очередной раз убедиться, что магические растения – вещь не всегда предсказуемая, порой, кажется, и вовсе не поддающаяся логике. И ты должен всё прочувствовать, понять, отдать всю себя зельеварению, чтобы в итоге создать что-либо ранее неизведанное. То, чего не было и вдруг... Появилось. Это было похоже на чудо и невероятную радость, эйфорию – вот оно, новое зелье с новыми свойствами! Неизвестное, её! Ведь каждый алхимик своего рода хомяк, так и норовящий захапать как можно больше неизвестных рецептов. И ведь, заразы такие, просто так рецепты никогда не отдают! Даже своим ученикам. А почему? Потому как чем больше репертуар, чем разнообразнее и необычнее зелья, тем больше клиентов, тем больше зарплата, известность. Как правило, алхимики редко идут в гильдии – им и одним вполне хорошо, и платят им замечательно, и работать можно на дому, и никакой опасности… Так что Рия была своего рода исключением, решившим ступить в гильдию и выполнять задания. Но... Она нисколько не жалела. Ведь у неё появились друзья, можно сказать, самая настоящая семья, которые всегда придут на помощь. Ведь мир будто окрасился в более яркие краски – теперь впереди были приключение, борьба, драки! Когда кровь застывает в жилах, когда адреналин плещет чуть ли не из ушей. И всё это так захватывало Рию, так поражало. Впереди был целый мир. Неизведанный, интересный, такой, как и новые зелья – порой яркие, дарящие море позитивных эмоций, а порой наоборот мрачные, заставляющие страдать, мучиться. И это было... Невероятно! Просто восхитительно! С тех пор, как Рия вступила в гильдию, перед ней открылся весь мир во всей его красе. И этому алхимик была невероятно рада... Эх, можно подумать, что девушка вновь забыла о Люси, о том, что она закрыта в той комнате, но это было вовсе не так – крайне часто Рия поглядывала скляночку с красной жидкостью, в которой была кровь Хартфелии, смешанная с одними травами. Поглядывала и, успокаиваясь, варила дальше свои зелья... Одновременно и польза, и отвлечься можно. Как же хорошо, что в этом замке есть лаборатория, которой Стинг разрешил ей попользоваться! И как же плохо, что неясно, когда вернётся Люси. Там, где замешаны духи, всегда проблема со временем. Вспомнить хотя бы Звёздных друзей заклинательницы, у которых один день в их мире равен трём месяцем на Земле! А ведь места духов на земле куда более не стабильны – конечно, за сутки там не пройдёт больше месяца, но всё равно это доставляло некоторые неудобства и давало лишние поводы для беспокойства. В дверь затарабанили, отчего погружённая в работу Рия чуть ли не подпрыгнула – рука дёрнулась, и в зелье попало намного больше травы, чем рассчитывала алхимик. — Что-то случилось? — недовольно цокнув, спросила девушка, мимолётом бросив взгляд на баночку с кровью Люси. Ничего не изменилось. И это слегка повысило настроение. — Да. Нападение. Голос явно был взволнован и принадлежал Юкино. Рия мгновенно открыла замок на двери, а затем бросилась обратно к своему неудачному зелью, сняла котелок с горелки и вылила содержимое. Всё же ощутила, что волшебные свойства растений, добавленные в неверных пропорциях, полностью друг друга нейтрализовали, и дальше можно не экспериментировать. — Какое нападение? — слегка заторможено спросила алхимик. Кажется, пары неудачного зелья подействовали на неё успокаивающе... Может, зря вылила? Если так действуют его испарения, то, может, и зелье само вовсе и не неудачное?.. Хотя сожалеть уже в любом случае поздно. Видно что-то заподозрив, Юкино бросилась к плащу со множеством кармашков, забитых разными склянками, который тут же впихнула в руки Рии, сказав при этом: — Обыкновенное. Кто-то попытался проникнуть на территорию гильдии, но защитные контуры нас об этом оповестили. — Ложная тревога? — предположила Рия, впрочем, надевая то, что ей дали, и беря свою сумку. Да... Много у неё зелий. — Если бы, — быстро проговорила Юкино и схватила за руку алхимика, таща за собой. — Контур работает только тогда, когда кто-то пытается что-либо выбить, сломать... Да и, чёрт возьми, за тем «кем-то» тут же выступил кто-то ещё. Ох, прости, я плохо знаю подробности, меня послали за тобой, — девушка слегка смущённо повела плечом, улыбнувшись. — Просто сказали, что в противном случае ты здесь где-нибудь заблудишься. Логично. Даже если она вдруг узнает о нападении, отсюда она сможет дойти разве что до кухни… И то потому, что специально для неё нарисовали стрелочки, как до этой кухоньки дойти, хе. А коридор, меж тем, сменялся коридором...