Я всегда с тобой, Василиса...

Как странно иногда выпадать из реальности. Ведь у каждого было так, что сидишь и смотришь с одну точку, не понимая, что происходит вокруг тебя, отключая все мысли, чувства и эмоции. Ты просто существуешь и ничего более. Это состояние стало для меня привычным за эти три месяца, которые пролетели словно пуля у виска. Многое изменилось, многое исчезло и появилось. За это время я поняла, что жизнь нужно ценить, а любовь оберегать. Изменилась я не только внутренне, но и внешне. Каждый помнит, какой я была в самые первые дни после смерти Марты? «Рыжие волосы, когда-то красивыми волнами спускавшиеся до талии, сейчас были спутаны между собой и встрепаны. Глаза больше не горели тем огнем, что прежде. Они были тусклые и словно стеклянные. В них не было ничего, кроме равнодушия и боли. Казалось, что они сейчас наполнятся слезами, но это было не так. Когда-то алые губы, сейчас казались бледными. Челюсти были сжаты, словно девушка пыталась сдержать крик. Мягкие черты лица, казалось, заострились за такой маленький промежуток времени. Я очень заметно похудела, так как ничем, кроме чая, не питалась» Сейчас я стою в ванной комнате и рассматриваю свое отражение, которое сильно изменилось со смерти бабушки. Концы ярких рыжих волос, которые заплетены сейчас в высокий хвост, были насыщенного черного цвета, что создавало контраст с моей бледной кожей, сильно напоминающей кожу мертвеца. Глаза подведены черной подводкой, которую я раньше даже в руки боялась брать, что делало их больше и выразительнее. Их блеск завораживал, а цвет удивлял. Губы были покрыты прозрачным блеском, что делало их сочнее и красивее. Одежда тоже была непривычной для прошлой меня (угу, прошлой). Черная борцовка, черные кожаные штаны и черные замшевые туфли с открытым носом и на высокой платформе. На руке находился широкий браслет с шипами, который стал неизменной частью моего образа. Я никогда его не снимала, не считая походов в душ, ведь он закрывал ужасный шрам, который все время напоминал мне о событиях новогодней ночи. - Василиса, мы опаздываем! – раздался голос Фэша, заставив меня вздрогнуть. Закатив глаза, я взяла с полки матовую красную помаду, которую очень любила, и накрасила свои губы. Теперь мой образ был закончен, и я со спокойной душой могла отправляться в мое любимое здание – школу. - Василиса! – вновь оглушил меня крик парня, и я, повторно закатив глаза, вышла из своего «убежища», то есть из ванной комнаты. - Ну, зачем так кричать? Я не глухая, - пробурчала я и, подумав, добавила, - пока что. - Бери сумку и пошли, принцесса, - чмокнув меня в нос, промурлыкал Фэш, вручая мне мой любимый рюкзак, на оформление которого я потратила около трех дней от всех весенних каникул, которые, кстати, вчера закончились, а сегодня нам предстоит первый день в школе после кратковременного отдыха. - Слушай ты, принц, - в шутку разозлилась я, - хватит меня есть. - Какие мы злые, - с широченной улыбкой произнес Драгоций и, схватив меня за руку, повел в прихожую, где он обул меня, одел и с чувством выполненного долга повел на улицу. Вы, наверное, удивились подобным выходкам, ведь это так не похоже на настоящего Фэша, но дело в том, что он до сих пор извиняется за ту выходку в Новый Год, а также он считает себя виноватым в моем ужаснейшем шраме. Сколько бы раз я не говорила ему, что он не виноват, но это давало такой же результат, как говорить со стеной и просить ее сходить в магазин. Да, такая запущенная ситуация. Мы быстро дошли до школы, по дороге несколько раз споткнувшись. Во дворе учебного заведения было много учеников, и стоял такой хаос, что тщетные попытки учителей привести молодежь в чувства и хоть чуть-чуть успокоить не имели результата, но как только мы зашли на территорию, все затихли, пристально рассматривая нас и что-то шепча на ухо своим друзьям. Я вам еще не рассказывала, что мы стали почти знаменитостями школы? Особенно после того неофициального концерта в актовом зале. - Наконец-то! – закричал кто-то, и уже через секунду я ощутила груз у себя на спине. Скинув лишний балласт, я повернулась к улыбающейся подруге, которая только так теперь здоровалась: запрыгивала на тебя сзади и душила в объятиях - и, рассмеявшись, накинулась на нее с обнимашками. - Захаррка! Как давно мы не виделись, - почти провизжала я, не отпуская Драгоций. - Конечно, на целые каникулы залезла в своей квартире да спортзале, фиг вытащишь! – надув губки, сказала подруга, а потом мы вновь засмеялись. Две сумасшедшие, ей-Богу! - Внимание, ученики! – раздался голос директрисы, сопровождаемый невыносимым визгом микрофона. - Сейчас опять будет скучная получасовая речь, - пробурчал Фэш, обнимая меня сзади и зарываясь носом в мои волосы. Я лишь тихо рассмеялась и стала прислушиваться, что же болтает наша «любимая» директриса. - То, что я сейчас вам скажу, станет для вас печальной новостью, но, увы, решение уже принято и обжалованию не подлежит. Я ухожу, как говорится, в отставку… - дальше слова женщины не были слышны из-за аплодисментов и радостных выкриков учеников. Для всех это стало сенсацией века и радостью всей жизни. Сквозь шум я услышала страшные слова бывшего директора: - На мое место встанет Астрагор Драгоций. Надеюсь, он наведет здесь порядок. На сцену вышел глава клана Драгоциев и, взяв микрофон, сильно ударил по нему, что по всей округе пронесся невыносимый звук, который немного остудил пыл развеселившихся учеников. Сейчас каждый ученик, каждый учитель внимательно следили за движениями мужчины. Каждый затаил дыхание. Слова Астрагора разрезали затянувшуюся тишину: - Надеюсь, за время моего управления ученики научатся дисциплине. Я была уверена, что каждый из подростков, находящийся сейчас в этом страшном месте, сглотнул и от страха широко распахнул глаза. - Сейчас я хочу сказать и показать вам самые важные части школьного устава. Прошу выйти на сцену Василису Огневу, - сказал Астрагор, смотря на меня в упор. Я чувствовала, как Фэш сжал мою талию, словно не пуская на сцену, но я лишь вздернула подбородок и, освободившись от хватки Драгоция, модельной походкой пошла к сцене. Мне уступали дорогу, словно я шла на казнь. Кто-то шептался у меня за спиной, я расслышала всего лишь то, что я всегда такая бесстрашная и крутая. Видимо, какой-то новичок в школе появился, вот ему и объясняют кто такая Василиса Огнева. Не сочтите это за эгоизм, но так и есть. Весть о том, что какая-то замухрышка стала новой суперзвездой школы была оглушающей, но я никогда не гналась за высоким статусом, так что не стала зазнаваться, но, признаю, приятно слышать о себе такое. Поднявшись на сцену, которую специально установили для этого дня на крыльце школы, я бесстрашно посмотрела в глаза этому старику. Только сейчас я заметила, что на моих губах застыла усмешка, а руки сжались в кулаки. - Дорогие мои ученики, - пафосно начал Астрагор свою речь, не отрывая от меня своего взора колючих черных глаз, - посмотрите на эту особу. Вызывающая одежда, макияж…вам это ничего не напоминает? - Вас в прошлом? – не удержавшись, съязвила я, с удовольствием слушая хохот подростков. Широко улыбнувшись, я посмотрела на Фэша, который прижал руку к лицу, явно не одобряя моих действий. - Очень остроумно, - сухо отметил старик, - для Вашего уровня, мисс, в самый раз. Так на чем я остановился? Ах, да. Это, - он указал на меня, - пример бунтарства и несоблюдения правил. Таких я в школу пускать не буду, так что, Василиса Огнева, либо вы сменяете гардероб, либо школу. - А сегодня отпустите? - Когда вы снимите с себя то, что называете одеждой - да, а в таком виде – нет, - ответил Астрагор, не понимая, что совершил огромнейшую ошибку. - Хорошо, что я сегодня жажду попасть в школу, - произнесла я и начала снимать борцовку. Оставшись в одном лифчике, я ощутила прохладный ветерок. Все-таки апрель – это не шутки. - Что ты делаешь? – прошипел Астрагор, хватая меня за руку. - Вы сами сказали снимать эту одежду. - Оделась быстро, несносная девчонка, - прошипел Астрагор, сгоняя меня со сцены. В толпе меня встретили аплодисментами, а в конце – разозленный Фэш. - И что это было? – спросил меня Драгоций, натягивая на меня мою же кожанку. - Объявление войны, - прошипела я, смотря на Астрагора, который в свою очередь прожигал меня своим орлиным взглядом. «Начало войне положено, осталось дело за малым – выиграть битву,» - подумала я и усмехнулась собственным мыслям.