Поиграем?

Темная машина с характерными шашечками остановилась рядом. - Прошу, мадмуазель. К вашим услугам! - улыбнулась Ванг, распахнув руку в самом гостеприимном жесте, будто бы приглашала ее не в салон чужого авто, а в свои роскошными апартаменты. - Нет, апартаменты может, конечно, не такие роскошные. Что есть, то есть. Но, в целом, ход твоих мыслей соответствует действительности. Давай, садись быстрей. Сама за стоянку доплачивать будешь. - Обойдешься, - Ларина скрестила руки на груди. – Какое право ты имеешь указывать мне, что делать? Следующие слова, сказанные уже на ушко, повергли ведьму в полный шок. - Потому что так надо, милая. Иначе не может быть. Хаос всегда сверху. Пошли. Шокированная и покрасневшая, как рак Татьяна не успела понять, как когда и почему оказалась на заднем сидении той самой машины, следующей, несомненно, по ее адресу. "Вот стерва" - в возмущении думала она. - Как у нее так вышло. - У меня и не то выйдет, - отозвалась Ванг с переднего сидения. - Вот увидишь. - Лучше уж ослепнуть, - усмехнулась ведьма. Какого хрена она повезла ее к себе? Оставалось надеяться только на то, что она будет вести себя достаточно прилично. - Лучше ты веди себя прилично. И тогда может быть, все будет не так страшно - даже наоборот. Ларина задохнулась собственным возмущением. Лицо бедного таксиста надо было видеть. Наконец, они несмотря ни на что, благополучно прибыли к месту назначения. - Располагайся, любимая, - распахнув дверь перед дорогой гостьей, самым, что ни на есть сладким голосом, произнесла она. - Все для тебя. Кроме фиолетового полотенца в ванной, - легко будто в порядке вещей дотронувшись до плеча ведьмы, Ванг удалилась прочь, видимо, обеспечивать ей уют. - Ну и зачем ты меня притащила? - наконец-то спросила Ларина, попивая горячий чаек того же ее любимого, как оказалось фиолетового цвета. - Ну как же, - блин, ей кажется или в глазах Джулии зажглись те самые искры? - Ты же взрослая девочка. А зачем взрослых девочек обычно зовут к себе, м? Ларина безапелляционно поставила чашку на стол. - Ванг! Во-первых, я тебе не девочка. Во-вторых, ты меня не звала, а можно сказать силой затащила к себе. И в третьих, - на полноватых губах заиграла усмешка. - У тебя ничего не выйдет. Думаешь, накачала в сиськи силикон - и весь мир у твоих ног? - И ничего не силикон! - обиженно заморгала она, нарочито выставив свое "достояние" вперед. - Хочешь проверить? - Не хочу, Ванг. Если б они были мне необходимы - сделала б себе такие же. - Эх Ларина, Ларина, - обреченно вздохнула девушка, флегматично размешивая что-то в своем магическом чае. - А в фанфиках ты посговорчивее. - Вот их и читай, - парировала ведьма. - Можешь написать о том, как сумеречная ведьма отказала тебе в сексе? - Не боишься, что фанаты сочтут тебя сумасшедшей, - брови Духа саркастически взлетели вверх. - Тебя это никогда не пугает. - Я не сумасшедшая, а гениальная. - Есть разница? - Конечно. Гению можно простить все, - лицо Джулии озарила безупречная улыбка. - Гению можно. Тебе нет. - Плохая ты девочка Ларина, - коварно прищурилась Джулия. - Наказать бы тебя, как в фафниках. С плеткой. И наручниками. - Да ладно. А они у тебя есть? - Конечно, - Ванг не сводила с нее странного взгляда - словно в поединке. - В шкафчике, в комнате. Немаленькие глаза ведьмы стали еще больше. - И это называется "асексуал"? - Это называется «на всякий случай». Который, похоже, наступил, – и снова эти похотливые искры. На что она рассчитывает? - Ларина. Ты ж умная девочка. Все понимаешь… - Да, – неожиданно кивнула ведьма. В ее глазах зажегся странный, недвусмысленный блеск. – Понимаю. - Правда, – изумленно подняла бровь девушка, вызвав коварную усмешку у ведьмы. Спасовала девочка? - Ничего я не спасовала, – Джулия вдруг вскочила с места, обнимая ведьму сзади. Тонкие руки жадно блуждали по миниатюрной фигуре. – Ну что? Воплотим фанфики в жизнь? - Не здесь, – улыбнулась Таня, поднявшись с места и тотчас увлекая Духа в сторону комнаты. Уложить неожиданно податливую девушку на диван тоже не стоило особых усилий. - Я сейчас, – подмигнула она, к изумлению и ужаса Джулии направившись к…шкафу! - Что ты делаешь? – только могла спросить она, когда Ларина резким и ловким движением пристегнув Духа к кровати. – Вообще-то, Хаос всегда сверху. - Ничего, – выдохнула ведьма завершая манипуляцию с другой рукой. – Перебьешься. Главная ассексуалка страны. Отойдя от Духа на приличное расстояние, Ларина потерла руки, любуясь результатами своей работы. - Ну вот и отлично. - Все? – в голосе Духа послышалась обида. – А как же фанфики? - А…. фанфики? – невинно улыбнулась ведьма, в недрах скромных апартаментов отыскав ноутбук. – Будут тебе фанфики. Что у нас там? «Фанфики Ванг и Ларина». Вот! Таак… «Бизумная любофь». Рейтинг – 21. – То, что надо! - Нет, – ошарашено закивала головой Джулия, и без своих хваленных способностей зная, что ее ждет. – Не надо. - Надо, Юля, надо, – обреченно кивнула, Ларина открывая первую главу. «Ее губы достигли груди, нежно касаясь клитора» - Ларина, немедленно, остановись! - на лице бесчувственного Духа Хаоса, кажется, заблестели слезинки. - Хрен тебе. Ты же хотела «жарких бизумств». Видишь, как автор оценивает величину твоих губ. Не зря столько силикона втюхала. - Это автору надо учебник по анатомии втюхать. И по русскому языку – в придачу! - Погоди. Тут самое интересное началось. «Ловкий пальчик ведьмы неожиданно проник в лона Духа, бесследно растворившись в нем». - Ларина, я умоляю. Я сейчас умру. От ужаса или смеха. - Да ладно, – закачала головой Таня, все же закрывая вкладку с «шыдевром». – Вот она – великая сила искусства. Даже Дух Хаоса научился смеяться. А ты говоришь… - Ларина, – кажется, взгляд Джулии и впрямь стал щенячьим. – Ну, отстегни... - Только не надо говорить мне, что Дочери Люцифера нужно в туалет. Нет? Есть ты, стало быть, не хочешь. Сама говорила, из дома можешь сутками не выходить. Тогда в чем проблема? – пожала плечами миниатюрная блондинка, направляясь в прихожую и стремительно одеваясь под шокированным и испуганным взглядом. - Ключи от наручников и от дома я возьму с собой. Уж не обессудь. Жди меня и я вернусь. Дух извращества! – усмехнулась она, наконец, скрываясь за дверью, провожаемая тем же беспомощным взглядом.