Помоги мне.

Глубоко втянув в себя омерзительно пахнущую струю воздуха, омежка недовольно поморщился, после чего неохотно открыл глаза, попутно отгоняя от себя источник неприятного запаха. Первое, что он увидел – это глаза беты, который заботливо убрал со лба Кристиана влажную повязку и отложил в сторону смоченную нашатырем вату. Так вот что так мерзко пахло. - Папочка! – Ники бросился на кровать к юноше, крепко обнимая его. – С тобой все холошо? Больше ничего не болит? - Нет, мой хороший, - омега обнял сына в ответ, пытаясь поглубже вдохнуть, чего сделать не получилось из-за чересчур сильного объятия сынишки. – Все нормально. Я устал, наверное, сегодня, поэтому и засыпаю на ходу, - он ласково погладил сына по светлым волосам. – А где Маркус? - Я здесь, - рядом с омежкой оказался второй сын, бойко запрыгнувший на кровать и прижимающийся так же, как и брат, к хрупкому телу омеги. – С тобой точно все хорошо? Кристиан не ответил, только кивнул в ответ. Несколько следующих минут омежка с сыновьями сидели молча. Кристиан думал о сложившейся ситуации, нежно гладя сыновей по волосам, а те в свою очередь старались не отвлекать папу, тихонько сжимая его в своих объятиях маленькими ручонками. Тот момент, когда в комнате оказался альфа, почувствовали все. Об этом предупреждали не скрип отворившейся двери, или звук въезжающей инвалидной коляски, а вмиг изменившаяся атмосфера. Казалось, вокруг альфы воздух достиг температурной отметки пика, какая бывает в самые яростные моменты жизни. Когда вокруг витает одна жестокость, нагоняющая депрессию, а больше ничего… Глаза изумрудного цвета быстро пробежались по ускользающему из комнаты бете с медицинским ящичком, после чего переместились на лежащего на кровати омегу. Он посильнее прижал к себе сыновей, будто готовясь защитить их в любой момент, когда потребуется. Такое поведение вызвало на губах альфы наглую усмешку, и он, не отрывая взгляда от жертвы в виде Кристиана, ближе подъехал к нему. - Тебе не кажется, что нам стоит поговорить без свидетелей? – злобно произнес он, намекая на уединение с омежкой. - Не трогай их. - Я, кажется, задал вопрос. - Давай поговорим, только не трогай детей, прошу тебя. Кроткий кивок головы в ответ, и Кристиан ласково поцеловав детей, просит их пойти поиграть с подошедшей тетей-горничной. Ребята начали было сопротивляться, однако одна сказанная шепотом фраза «так надо» от папы, и вот они уже выходят из комнаты, держа за руку задорно улыбающуюся девушку. Хлопок двери, и комнату разрезает наступившая тишина. Несколько минут альфа и омега смотрят в глаза друг другу, обдумывая перспективу предстоящего диалога. - Могу я узнать, что тебе нужно от нашей семьи? – не выдержав властного взгляда, омежка взял на себя инициативу и начал назревавший диалог. - Я хочу, чтобы эти мальчики воспитывались мной, - холодным тоном ответил Тайрон. – Из альфы я выращу достойного наследника моего бизнеса, а из омежки сделаю чудесного жениха для будущего супруга. - Ты не имеешь никакого права вмешиваться в их жизнь, Тайрон, - злобно прорычал Кристиан. Его бесила самоуверенность альфы в данной позиции. - О, еще как имею, милый мой, - альфа наклонился немного вперед и схватил собеседника за подбородок, приближая к себе. – Ты ведь прекрасно знаешь это. Как долго ты думал скрывать от меня моих сыновей? Думал, я не узнаю ничего? На что ты надеялся, Роберт? - Меня зовут Кристиан. Кристиан Уайт. Ники и Маркус Уайт – мои сыновья и больше ничьи. Я воспитаю их так, как посчитаю нужным, а Вам, - Кристиан с силой отдернулся от руки, - нечего делать в нашей жизни. – Юноша поднялся с постели, натянул на себя теплую кофту и направился в сторону выхода с целью забрать детей, уйти из этого неблагородного места и забыть все, как страшный сон, однако фраза, сказанная альфой вдогонку все таким же мертвецки спокойным голосом, остановила его. - Не в твоем положении дерзить мне, омега. Я могу забрать у тебя детей, и ни один суд слова против не скажет. – После услышанных слов на глаза омеги набежали слезы. – Это мои сыновья. И Маркус, и Ники. Я виноват в том, что не помогал вам ни коем образом ранее, однако сейчас я хочу сделать все, что от меня зависит для их дальнейшего воспитания. – Тайрон развернулся лицом к замершему в дверях омеге. – Еще раз повторяю. И Маркус, и Ники – мои сыновья. А ты – мой омега. - Ты не посмеешь сделать этого. Какой мотив движет тобой на этот раз, скажи мне? Я не спрашиваю, почему ты поступил со мной так два года назад, но зачем трогать детей? Я воспитывал их так, как считал нужным. И не для того, чтобы явился ты и начал расписывать свои планы на их дальнейшие жизни. Ты прав, может суд и слова не скажет, но только в том случае, если у них будут подтверждения твоего непосредственного отцовства. - Я сделал анализ ДНК, как только мальчишек доставили сюда. - Ненавижу, - омежка сполз на пол, глухо рыдая и закрывая лицо руками. – Как же я ненавижу тебя. За что? Почему именно они? Забирай все что угодно, но не трогай их. - Поздно. С этого дня вы живете здесь, хочешь ты того или нет. – Альфа выехал в дверь, направленную в смежную с этой комнату, краем уха слушая тихие рыдания омежки. *** Сполоснув лицо леденящей водой и приведя себя в порядок, Кристиан спустился к сыновьям, проверяя как у них дела. Маркус озорно гонял с большим грузовиком по комнате, под четким руководством Тайрона поворачивая куда надо, а вот Ники же сидел, сжавшись в углу, и рассматривал какую-то книжку. Юноша тихонько подошел к сыну, ласково приобнимая его и разглядывая из-за маленького плеча, что же за книжка так привлекла любимого мальчика. «Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц» гласила надпись на обложке книжонки. Никки увлеченным, но в тоже время отстраненным взглядом разглядывал иллюстрации к сказке, держа книгу так, будто в любой момент готов закрыть ее, если кто увидит. - Давай я почитаю тебе? – тихонько спросил Кристиан, проведя рукой по золотистым локонам и заставив мальчишку невольно вздрогнуть. - Папа, плости. Я не знал можно ли блать эту книжку, потому взял без сплоса. Я не хотел никого обидеть, честно-честно. - Все хорошо. Интересная сказка? - Я не знаю, ждал, когда ты плидешь, чтобы послушать, но калтинки мне понлавились. - Хорошо. Садись поудобнее, давай почитаю. Заслышав, как папа начал читать очередную сказку, Маркус не сдержался и подбежал к нему, усаживаясь рядом с братом и вслушиваясь в произнесенные слова. Он бросил некогда играющего с ним Тайрона одного. Слушать сказки по вечерам, которые читает папа, было их маленькой семейной традицией, и никакой дядька с кучей игрушек не мог этого исправить. Тайрона изначально оскорбил поступок сына, однако, когда он увидел, как тот увлеченно следит за каждым сказанным словом омеги, всю злость как рукой сняло. Даже недружелюбный Никки сидел и радостно улыбался, показывая всему миру свои ямочки на пухлых щечках. По мнению альфы, именно так и должен проходить каждый семейный вечер. В теплоте, уюте и с чудесным голосом, раздающимся по периметру комнаты и заставляющем невольно заслушаться. Тайрон вспомнил, как при знакомстве с омежкой в университете тот также любил сидеть и вычитывать вслух какие-то стихотворения или поэмы, позволяя читателю проникнуть в построенный им воображаемый мир. Вот только если тогда омега читал для любимого альфы, то.. сейчас все поменялось. Поменялась и сказка для чтения, и адресат этого чтения, и отношения омеги к некогда «любимому» альфе.