Найти тебя

Я не знаю, в каком именно месте допустил ошибку... Его легкое прикосновение, которое чувствуется намного острее из-за понимания, что здесь мы вообще-то не одни. Может, когда решил сдаться и согласился с ним на прогулку? Горячее дыхание у ширинки. Он ловит собачку зубами, задевая грубую ткань джинс губами. Может, когда поддался его игре? Никто и не услышит, как мягко вжикает молния, выпуская на свободу большой и давно уже возбужденный член. Или все началось, когда я заглянул в его глаза? Там. На вокзале...

* * *

- Слушай, а накорми меня? - Снежок смотрит жалобно-жалобно и в какой-то момент мне действительно хочется откормить это беловолосое чудо, пока оно гаденько не усмехнулось. - Или ты жадничаешь? Эй, альфа, - парень хлопает меня по плечу. - Ты случаем у нас не альфонсо? - Вот смотрю я на тебя и думаю, как же ты до своих годов-то дожил, не отравившись собственным ядом? - А хамить красиво не умеешь, - довольно замечает Снежок, щуря свои голубые глазки. Мы идем плечом к плечу, держа на двоих его большой солнечный зонт. - Неужели омежки все перед тобой стелятся? - Стелятся. Просто Мир был исключением... - И ножки раздвигают? - Раздвигают, - соглашаюсь я, уже с интересом посматривая на омегу. Что ж он удумал уже? Мне уже как-то страшно оставаться с ним наедине, но... Я ищу эти моменты. - Какой интересный фронт работы. Тогда будем покорять! Что он там собирается покорять, я не понял. Точнее не успел. Снежок, усмехнувшись, вдруг выхватил зонт и, волоча его по земле, принялся бежать. Сначала я растерялся, потом чертыхнулся, а после и вообще за ним побежал. - Остановись, придурок! Я урою тебя! - Сам ты кретин! - окликается парень, побежав к дороге. - Кто ж после такого останавливается. И вообще, может, я для тебя стараюсь, цени! Для меня он старается? Я чертыхнулся. Ненавижу дождь! Сейчас замерзну, как собака, заболею, а ему хоть бы хны. А он еще и смеется. Что за... - Снежок!!! - я резко вырываюсь вперед, хватаю этого кретина за шиворот, заставляя омегу резко податься назад. Он кашляет, ведь вырез с силой давит на горло, скорее падает, чем делает несколько шагов назад, натыкаясь мне на грудь. Я инстинктивно обнимаю его руками. Я не чувствую ничего. Ни злость на его не внимательность, ни желание убийства по отношению к водителю, совсем ничего, кроме глухо бьющегося сердца под моими руками и рваного тяжелого дыхания недо-омеги, который... просто странно влияет на меня. - Денил... - Молчи, - стискиваю его крепко-крепко, утыкаясь в мокрые от дождя волосы. Делаю вдох-выдох, заставляя успокоить и свое сердце, что бьется не менее глухо. Испуганно. Я ненавижу дождь. В такие моменты... кто-то обязательно погибает... "- Вы с Арином чокнутые. Где не надо ходите вечно как привязанные, а в случае опасности... Скажи, Денил, ты думал, смерть избавит тебя от меня?" - Денил? Чужой голос. Не его. Я встряхиваю головой, морщусь, отгоняя ненужные воспоминания, не сразу, но заставляю свое тело отпустить Снежка. Он молчит, не язвит. Только смотрит как-то странно, с пониманием что ли? В такой момент я не уверен, что не сболтнул что-то вслух. Не ответил на Его слова. Зонт под ногами грязный, мокрый, испорченный. Не воспользуешься. - Идем. Омега молча соглашается, послушно идет справа и непривычно молчит. Вся эта атмосфера, да и сам он раздражает больше, чем, когда мы ссоримся. И это странно... - Батюшки, Ден, это реально ты? Я останавливаюсь, хмуро смотрю на выходящего из машины крупного альфу моего возраста. Темноволосый, со слишком мужественным лицом, грубым подбородком и этими вечно густыми бровями, ну прям как... - Гномик? Снежок удивленно поднял глаза. Ну да, назвать этого бугая гномиком... - Ахаха, узнал-таки, паршивец, - парень громко смеется, привлекая излишнее внимание. Довольно подходит ко мне, пытаясь убить в своих медвежьих объятьях, находит взглядом омежку, но, судя по тому, как он протягивает ему руку, принимает за альфу. - Приветствую друга этого паршивца. Вы заняты? - и прежде чем кто-то из нас успевает ответить, он уже тащит нас к своей машине. - Ребят, а у нас пополнение. Вот же влипли.

***

А может, не влипли? Гномик, он же Твен Грин, был моим одногруппником, точнее уже бывшим, так как еще в прошлом семестре я лениво свалил на заочку. Оказалось, наш бугай нашел своего омежку и на днях решил узаконить их отношения. Вот тут-то я и упал в осадок, прекрасно помня его прошлый гулящий образ жизни. А сейчас, как он говорит, просто весело проводит время без омежьего внимания. Да уж. Компания выдалась веселой. Много знакомых, а так же не знакомых лиц, веселая музыка, свободная квартира, наполненная до отвала выпивкой и разной вредной закуской и самое, что сейчас для меня главное, с заводящим настроем, как раз то, чего мне сейчас не хватало. Их настроение подхватило меня сразу, да и Снежок, чего уж тут скрывать, поддался практически сразу. Единственное чего я не понимаю, так это то, что неужели никто не видит в нем омегу? Его движения плавные, заводящие. Просто наблюдая за ним с кресла, я понимаю, что не могу отвести глаз. Куда бы я не посмотрел - всегда уцеплю взглядом беловолосую макушку, возвращаясь к ней. И он это знает. Вот кто из нас паршивец. - Эй, Денил, - на мое плечо легла рука Гномика. - Может уже хватит просто пить? Это мне нельзя расслабиться, - он любовно посмотрел на кольцо на пальце. - А чего терпишь ты? Или тебе не по вкусу мои друзья омежки? Я усмехнулся, забирая из его пальцев почти уже скуренную сигарету. Делаю одну затяжку и понимаю, что совсем не прочь закурить, да и расслабиться все же хочется. - Идем, курнем? Я соглашаюсь и прежде чем покинуть комнату, оглядываюсь, но вот только беловолосой макушки уже нет... Курилкой у него, как, оказалось, служила небольшая комнатка, окна в которой были раскрыты. Посередине комнаты стоял круглый стол, накрытый заботливой омегой цветастой скатертью, а по его окружности расположились несколько стульев и два больших бежевых кресла. Что это еще за стол заседания? Следом за нами зашли еще двое пока еще плохо знакомых омег. Тот, что был чуть меня пониже с забавным выражением лица, уселся на стул. Его же друг, высокий, даже вытянутый альфа, плюхнулся на одно из кресел. Я тоже поспешил занять свое место, бросив очередной взгляд в коридор. Снежок точно где-то здесь. Я просто чувствовал это. Не знаю почему, но мыслей касательно его ухода не было. - Слушай, Денил, а твой друг точно альфа? Я посмотрел на того коротышку. Пф, даже знай он, что Снежок омега, ему бы ничего не светило. Но, даже зная это, я отчего-то ответил: "Да". Парнишка обреченно вздохнул, завел разговор о каком-то новом клубе, а я, приняв сигарету у друга, затянулся, да так и закашлялся, когда чужая рука легла мне на колени. Я развернулся к альфе, желая сказать все, что думаю о нем, да даже на руках показать, но руки того парня были на столе, а это значит... В кармане зажужжал телефон. "Угадай кто?" Снежок... Первой мыслью было достать и отшлепать, второй - написать нечто гадкое, но раз мою вибрацию услышали, то услышат и его. Пф, и почему я его защищаю? Его рука чуть сильнее сжимает мое колено. Тихий жаркий выдох в паховую область. Дергаюсь, но быстро прихожу в себя, лишь крепче вцепившись в подлокотник. Он ловит собачку зубами, задевая грубую ткань джинс губами. Тянет на себя, но та, словно изливаясь, выскальзывает изо рта. Рычит. Не слышу, но знаю. Вновь ловит ее зубами, теперь для верности еще и губами наверняка сжимает и медленно, с трудом, тянет ее вниз. Звуки его действий утопают в чужих разговорах. Очередной выдох Снежка через ткань тонких боксеров заметнее. Он выталкивает из тугого тканевого полукруга пуговицы, позволяя уже возбужденному члену поиметь чуть больше свободы. Не избавляясь от преграды, касается его сначала носом, вдыхает, поглаживает тонкими длинными пальцами, плавно высвобождая его из трусов. Прошелся плавно вверх-вниз, заставляя внутренности сжаться, а после просто лизнул головку. Прошелся пару раз языком по члену, перед тем, как вдруг обхватил ствол губами, заодно пощекотав уздечку языком. Да чтоб тебя! Я чуть не взвыл, вцепившись в несчастное кресло сильнее. Гномик взглянул на меня, усмехнулся и перевел все внимание на себя, развлекая народ интересными байками. Я прикрыл глаза, откинувшись на кресло. Ощущение его мягкие губы, обхватывающие мой член, нанизывающего влажного языка, его теплое дыхание, которое так четко ощущается внизу живота, когда Снежок заглатывает ствол целиком, касаясь кончиком носа чуть вьющихся темных волос. Не выдерживаю, все же толкаюсь ему на встречу, заставляя его сдавленно выдохнуть, выпуская плоть наполовину. Хочу увидеть его лицо... Пальцы удерживают член у основания, язык, дразня, вновь мучительно обводит контур головки. Губы смыкаются плотнее и начинают плавно опускаться вниз, вбирая в себя все больше плоти, до самого конца. Опускаю ладонь на его голову, поглаживаю, зарываясь пальцами в волосы. Больше всего хочется остаться одним, отдавшись всем этим ощущениям. А что мешает? - Гномик? - так сложно, чтобы голос не дрожал. - Понял-понял, пойдемте, нам там Ден таких интересных омежек привел. Я усмехнулся, убедился, что все покинули комнату, плотно прикрыв за собой дверь, а после, прикрыв глаза, негромко простонал. Снежок, почувствовав отсутствие угрозы, ускорил движения. Чертов омега, как же я сейчас хочу тебя... - Снежок, - рыча, пытаюсь притянуть его к себе, но тот, сопротивляясь, касается зубами члена. Чертыхаюсь, а этот гаденыш лишь набирает темп. - Да вылезь ты уже оттуда! Я хочу тебя видеть! - Дени? Из-за стола выглядывает удивленная моська. Я хватаю его за плечи, притягивая к себе. Снежок ударяется, чертыхается не хуже меня, но я затыкаю ему рот поцелуем, чувствуя слегка солоноватый привкус самого себя. Я ненавижу поцелуи после минета. Это мерзко. Противно. Отвратно. Но сплетая наши языки, понимаю, что, если оторвусь от него, мне просто скрутят шею. Парень перебирается ко мне на колени, чуть двигает бедрами, задевая возбужденный член. Хах, актив во всем? Сложно у нас будет... - Д-дени... Его голос неуверенный, слабый, задыхающийся. Я двигаю бедрами, заставляя его тем самым скользить по моему члену. Поцелуи спускаются на шею, подцепляю футболку снизу, желая, наконец, от нее избавиться. - Денил... Коснуться губами его кожи, лизнуть выемку возле ключиц, пересчитать чуть выпирающие вызывающие рёбрышки. Хочу коснуться их, коснуться всего тебя. В нос ударяет аромат дождя. Морщусь, матерясь на открытые окна, коленям становится мокро, но это не сперма. Смазка? Снежок дышит тяжело, часто, щеки красные. Течка? Я останавливаюсь на мгновенье. Просто теряюсь, а он, воспользовавшись этим, вдруг ударяет меня в грудь. Спрыгивает с меня, убегая из комнаты. - Снеж! - Я встаю, делаю шаг, чуть ли не падаю, когда джинсы опускаются вниз. - Снежок! - быстро застегиваю, бегу за ним, не обращая внимания на стояк. - Снеж! Открытая входная дверь. Отсутствие его обуви. Мое громко бухающее сердце. Я ведь не...