Я не пытаюсь описать будущее. Я пытаюсь его предотвратить. (с)

Глава 7. Когда Стайлз едва не влетел в палату носом вперед, намного раньше уже привычного времени, да еще и с школьным рюкзаком, Клаудия сразу же поняла - что-то не так. И была права: едва кинув рюкзак с тетрадками в угол, он кинулся к маме, уткнулся лицом в одеяло и горько зарыдал. Так, как могут плакать только несправедливо обиженные и наказанные дети. С долгими всхлипами и подвываниями. Все, что ей оставалось, это приглаживать рукой непослушные вихры и ждать, когда можно будет узнать, в чем дело. Ждать пришлось долго, минут пятнадцать точно. Только когда рыдания перешли в икоту, всхлипы перешли в бормотание. - Мам, почему одни люди любят друг друга, а другие – нет? И как получилось, что вы с папой любите друг друга, а меня – нет? - Как же так, Стайлз? А я? А папа? А Скотт? Как же ты можешь говорить, что тебя не любят? – она знала, о чем спрашивает Стайлз, но хотела услышать этот вопрос от него. - Почему ты любишь папу, а папа – тебя? И почему, как бы я не ухаживал за Лидией, она проходит мимо меня, зато улыбается Джексону, хотя он тупой, и гордится тем, сколько у его родителей денег, а сам учится хорошо только потому, что Лидия ему подсказывает. И Дерек – почему он никак меня не полюбит? Мам? Почему я ему даже не нравлюсь? Стайлз поднял свои огромные глаза на мать, ожидая получить ответ, но она только смотрела в окно и продолжала гладить его по макушке. Решив, что ответа не дождется, мальчик опять опустил голову на больничное одеяло. - Давным-давно, когда солнце было маленьким, - неожиданно нарушила тишину Клаудия, - жили на свете люди. Они были странными, те люди. Наполовину мужчины, наполовину женщины с одним огромным сердцем. Они не любили никого, кроме себя. Даже других таких людей. Они не помогали, не смеялись, не радовались жизни и не давали появиться на свет маленьким мальчикам и девочкам. Зачем, если их надо было любить, а этого делать они не хотели. И тогда боги разгневались на них и разделили на мужчин и на женщин. А еще у каждого из них была только половинка сердца. И тогда люди стали чувствовать. Они стали обижаться, злиться, дуться. Но еще они стали радоваться и любить. Не себя, а других людей. И когда встречаются две половинки когда-то разбитого пополам сердца, они женятся, чтобы родить ребенка – символ их любви и единства. Но иногда бывает так, что встречаются люди, чьи половинки сердец совсем чуть-чуть не подходят друг другу. Между сколом остается маленькая щелочка. Они могут прожить всю жизнь, считая, что нашли свою половинку. А бывает, что эта щелочка ранит и ранит своими острыми краями сердце так, что вместо любви бывает только боль. - Ты думаешь, что между мной и Дереком именно такая щелочка? – после долгой паузы нерешительно спросил Стайлз. - Я не знаю, сынок, - нежно улыбнулась Клаудия. – И никто не знает. Не забывай одну вещь: ты еще маленький мальчик, а Дерек – уже взрослый. Может быть, вы те самые две половинки, просто он не может пока этого понять из-за разницы в возрасте. Может быть, между вами есть щелочка… Подрасти еще немного, мой Бэтмен, и тогда само время покажет вам, кто вы друг другу. - Но мне плохо сейчас, - пожаловался маме Стайлз. - Он же пока не женится на ней, а просто встречается. А со сколькими девушками он встречался до этой… как ее? - Кейт. Эту гадину зовут Кейт. - Нехорошо так отзываться о посторонних, да еще и незнакомых людях, - строго заметила Клаудия. - Мам, ты просто не видела их вместе, - уперто замотал головой сын. – Дерек смотрит на нее, как на самое вкусное мороженое, а вот она – как щенка, которого хочет пнуть, но не может. - Они сами разберутся между собой, Стайлз, - устало покачала головой Клаудия, но все же отложила в памяти, что надо поговорить с мужем на эту тему. Как бы снисходительно они не относились к внезапному увлечению собственного ребенка, но вот в уме и наблюдательности ему было не отказать. И раз уж Стайлз настолько негативно относится к этой девушке, то стоит на всякий случай предупредить Хейлов. - Мне надо домой, а потом в библиотеку, - мальчик со вздохом сполз с больничной постели, потягиваясь и вытирая остатки влаги со щеки о плечо. - Ты не слишком много учишься? Или совсем перестал гулять? – озабоченно спросила Клаудия. - Ну, в библиотеке я делаю уроки и кое-что читаю. По четвергам мы со Скоттом ходим в магазин за комиксами, едим мороженое и идем в кино, если есть что-нибудь интересное. А так, я перед тем, как еду к Хейлам, немного гуляю или хожу в гости к одноклассникам, - совсем по взрослому пожал плечами ребенок. - А у миссис Талии я обычно играю с Кайлом, или мистер Хейл нас тренирует – мы бегаем, прыгаем и вообще… - Стайлз… а ты не слишком много времени проводишь там? – у Клаудии язык не повернулся спросить у сына, не навязывается ли он Хейлам. А вот у мужа она это спросит обязательно. - Да ну. Миссис Хейл сама меня пригласила! – удивился Стайлз. - Тогда беги, - совсем бледно улыбнулась Клаудия, из которой эмоциональный всплеск сына вытянул и так невеликие силы. – Но завтра я тебя обязательно жду! ****** Приподняв брови, Талия задумчиво разглядывала Стайлза. До этого на кухню, привлеченные эмоциональным раздраем, фонившем на весь дом, заглянули почти все обитатели. Кроме Дерека, который опять где-то пропадал. Едва заметным движением брови женщина выставила всех, оставшись наедине с мальчиком, который сейчас, стоя на коленях на табуретке, злобно сопя, размашисто вымешивал ком теста, вымазавшись в нем до самых локтей и рассыпав муку на три шага вокруг стола. - Дерек? – сочувственно нарушила женщина тишину, снимая ребенка под мышки со стула и накрывая тесто крышкой. Подставив скамеечку к кухонной раковине, она счистила деревянной лопаточкой остатки теста с детских рук и включила кран с водой. - Вот как так? – порывисто обернулся к ней Стайлз, взмахивая руками и обрызгивая себя, Талию и почти всю кухню брызгами воды и каплями жидкого теста. – Ведь Дерек очень умный, добрый, милый и вообще. Почему он не видит, что она его не любит? И к тому же она старая! И он ей не нужен! - О! – протянула Талия, поняв причину взбудораженности и так активного ребенка. – Ну, тут уже ничего не поделать, Стайлз. Такова природа всех детей – вырастать. Вырастать, становиться непослушными, встречать девушку или юношу, которого считаешь тем единственным, с которым проживешь всю жизнь. Иногда везет, как твоим папе и маме. А иногда искать приходиться долго. Бывает, что везет уже через несколько попыток, но случается и так, что искать приходится всю жизнь… - Она – не его половинка, - уставившись на женщину неожиданно тяжелым и взрослым взглядом, заявил восьмилетний ребенок. – Она не принесет ему ничего хорошего, только разобьет сердце. Но я этого не допущу. Она не испортит ему жизнь, потому что я позабочусь о нем сам. Ей нет места рядом с ним. Больше не обращая внимания на опешившую женщину, Стайлз быстро домыл руки и кинулся с кухни, во весь голос зовя Кайла.