Я не пытаюсь описать будущее. Я пытаюсь его предотвратить. (с)

Глава 11. Все расчеты Джона оказаться дома хотя бы к обеду пошли прахом. После ухода Хейлов коротко пискнул телефон, сигнализируя о пришедшем сообщении. Там было только короткое: «Главного зовут Крайтон». Стоило только шерифу хоть немного разгрести бумажный завал, как раз к обеду, как перед зданием полицейского участка остановилось два мощных черных внедорожника, из которых вылезли шестеро мужчин в строгих костюмах и черных очках, которые без всяких корочек и значков буквально кричали о принадлежности этих людей к определенной организации. Пройдя тараном сквозь весь участок, старший бесцеремонно толкнул дверь кабинета шерифа и, не дожидаясь разрешения, вошел. - Добрый день, меня зовут агент Крайтон, ФБР. - Агент Крайтон, ФБР? – поднял на вошедшего усталый, но внимательный взгляд Джон. - Это проблема? – Крайтон аккуратно снял очки и убрал их в нагрудный карман костюма. Ему сказали, что здешний шериф мужик нормальный и адекватный, но, похоже, слишком замордованный работой. - Нет, нет. Никаких проблем. А в чем причина вашего приезда? – Джон встал из-за стола и кивком пригласил пройти за собой. - Так, внимание! Это агент Крайтон из ФБР, как я понял – со своей командой. И сейчас он скажет, зачем он тут. - Мы за Кейт Арджент. - Постойте! А на каком основании? – тут же вскинулся адвокат, который как раз выходил из камеры задержанной на поднявшийся шум. - Раз уж я вынужден передать задержанную вам, то хотел бы знать – почему? – Джон устало оперся на стол одного из детективов. - Было шесть поджогов. Дом на отшибе, небольшая семья. Дома поджигали, и во всех случая в телах обнаружены огнестрельные ранения – им просто не давали выбраться из горящего дома. Опрос показал, что в трех случаях в городе видели незнакомую женщину. Блондинка, светлые глаза, возраст – двадцать один-двадцать пять лет. Этот случай - седьмой и идеально подходит под серию. А мисс Арджент – под описание той женщины. Так что дело передано нам, как проходящее по нашей юрисдикции. - Шесть?! – вычленил для себя самое главное Джон. - Да. Подготовьте все бумаги на нее, и мы бы хотели сами побеседовать со всеми свидетелями. - Шесть… - мигрень началась с новой силой. Одно дело – взбесившаяся подружка, которая что-то не поделила со своим парнем, хотя и в этом случае месть получалась излишне… жаркой. Но если предположить, что она намеренно сблизилась с Дереком Хейлом, чтобы подобраться к дому поближе… Она сумасшедшая. - Шериф, и вы вот так просто отдадите мисс Арджент ФБР? – попытался сыграть на противоречиях адвокат, прекрасно понимая, что одно дело – шериф занюханного провинциального городка, и совсем другое – государственная машина, из шестеренок которой выцарапать Арджент будет почти невозможно. - Господин адвокат, мне платят не за то, чтобы я защищал преступников, а за то, что я их ловлю. И у меня, в отличие от многих моих коллег, нет предубеждения против ФБР. Тем более, раз дело настолько громкое. Свое я уже получил – мой сын в безопасности, Хейлы выжили, поджигательница задержана. Пусть теперь о ней голова у других болит. Агент, она ваша. Заберете ее сейчас? - Не совсем. Сначала мы должны опросить свидетелей и потерпевших. Вы можете это устроить? - А уже снятые показания не подходят? – Джон аж скривился от грядущей перспективы. - Это проблема? – Крайтон удивился. - В отношении моего сына – да. У него СДВГ, и бывают панические атаки, если слишком сильно надавить. - СДВГ? – у Крайтона задергался глаз. Про такую маленькую деталь ему не сообщили, а она грозила большими проблемами. - Синдром дефицита внимания и гиперактивности. Моему сыну тяжело долго сосредотачиваться на чем-то, если только это не является центром его фиксации. Тогда его наоборот – невозможно отвлечь. И он не может долго находится на одном месте – ему чисто физически это тяжело. Поэтому я даже не представляю, как он смог провести столько времени на этом долбаном дереве. - И как вы с этим справляетесь? – Крайтон задал вопрос не просто из сочувствия – ему необходимо было выстроить обвинение с учетом этого факта. - Аддерол. Прием три раза в день. Это позволяет ему более менее нормально учиться и общаться с другими. Галлюцинаций не вызывает, на здравость мышления не влияет. Единственно, необходимо быть очень осторожным в вопросах и вовремя останавливать, когда тема уходит в сторону. А это бывает после каждого предложения, - чуть насмешливо глянул искоса Джон на агента. – Вся проблема не в самом диагнозе, и не в таблетках. Проблема в том, что у Стайлза высокий айкью. Очень высокий. Впрочем, наша школа в этом отношении – аномалия. С моим сыном учатся как минимум трое, кто не уступает ему в интеллекте. - Поэтому вы и не отдали его в интернат для таких, как он? – Крайтон не представлял себе, как бы он справлялся с таким ребенком. - Стайлз абсолютно нормален, - жестко отрезал шериф. – Это просто чрезмерно активный и любознательный ребенок, в чем я не нахожу абсолютно ничего плохого. У него есть друзья, которые не видят в нем ничего ненормального, и с ними он может не только играть, но и поговорить. Учителя имеют полное представление о моем сыне, поэтому идут на некоторые поблажки для него, что абсолютно не влияет на его учебу. Отвернувшись от агента, шериф окинул внимательным взглядом улицу – за разговором про Стайлза они успели выйти из участка и все это время стояли около внедорожника приехавших. Все было как обычно. Никто не толпился перед участком, детей и подростков почти не было – школа. Обычный тихий день. И дай Бог, чтобы, когда увезут Арджент, так было долгие годы. - Мой сын сейчас с миссис Маккол, матерью одного из его приятелей. Хейлы собирались поговорить со страховщиками и строителями, но их младшие сейчас в гостинице. С кого начнем? Шериф выполнил все согласно протоколу, бумаги были безукоризненны. Собственно, они могли просто забрать задержанную и бумаги, но в этом деле все было не просто, поэтому лучше подстраховаться и перевыполнить план по бумажной работе и опросам свидетелей, чем потом наблюдать, как все разваливается из-за их лени. - Сначала ваш сын, потом – Хейлы, - решительно кивнул Крайтон, махнув своим людям. ****** - Стайлз, вот скажи мне, о чем ты думал?.. – к вечеру мигрень стала полновластной хозяйкой головы Джона, поэтому сил на воспитательный процесс сына уже не оставалось. - Папа, у тебя лицо серое, ты ляг, а тебе принесу поесть в постель, - робко погладил отца по плечу сын. – Миссис Маккол дала мне очень вкусного жаркого для тебя, есть сок, салат. Давай так? А поругаешь меня завтра. Я не хочу, чтобы ты заболел, как мама… С нажимом растерев лицо ладонями, Джон сделал над собой усилие и с трудом встал с дивана. Стайлз был прав. От головной боли перед глазами двоилось, от недосыпа мышцы были будто мокрая тряпка, скрученная жгутом. Позвоночник от напряжения аж звенел, а в руки и ноги залили расплавленный свинец. Лучше и правда поспать, пока не свалился. Стайлз заботливо проводил отца наверх, проследил, как он зашел в душ, и неплотно прикрыв дверь ванной, чтобы услышать, если что, метнулся на кухню, судорожно собирая ужин. - Мне плохо без твоей мамы, но если я потеряю еще и тебя – мне уже не ради кого будет жить… - притянув сына в свои объятья, почти неслышно прошептал Джон в вихрастую макушку и отрубился. Закаменев всем телом, Стайлз несколько раз судорожно вздохнул и развернулся к спящему отцу лицом. - Не потеряешь. Ни меня, ни маму. И сам не умрешь. У нас еще будет счастливая семья, у меня будет братик или сестричка. Вот увидишь. Я перестану вести себя как придурок, и Дерек будет моим. Все будет так, как нужно. Только потерпи еще немного… ****** Со вздохом облегчения шериф Стилински сплавил Кейт Арджент федералам. Он слишком хорошо понимал, что такую акулу ему не удержать, только пострадает сам и подставит под удар свою семью. А выцарапать эту сумасшедшую из лап ФБР будет куда сложнее, чем у шерифа провинциального городка. Стайлз в школу пошел уже через два дня, моментально став героем. Вернулся он сильно озадаченным, и только телефонный разговор с Талией прояснил ситуацию – Кора на перемене извинилась перед Стайлзом за те слова про его маму. Сама. Дерек в школу не ходил – он заперся в гостиничном номере и почти не выходил наружу, настолько ему было плохо и стыдно. Его не могли расшевелить ни Питер, ни Лора. Талия к сыну пока не подходила, давая время остыть. Но чем ближе был вечер ужина, тем больше нервничал сам Стайлз. Он почти все свободное время пропадал в библиотеке, роясь в странном наборе книг, плохо спал по ночам, ворочаясь и тяжко вздыхая, проваливался в свои мысли до такой степени, что его приходилось тормошить, чтобы добиться внимания. Утро воскресенья началось с того, что Джону пришлось успокаивать его, находящегося на грани панического приступа. Стоило ему предложить остаться дома, как у сына чуть не началась вторая волна панической атаки. Стайлз то носился по дому метеором, то застывал каменным изваянием и ни на что не реагировал. Добиться от него внятных объяснений было невозможно. Не помогли ни новый телефон, ни заказанная пицца, ни попытка поговорить. В конце концов Джон просто оставил все, как есть, хотя и не понимал, в чем дело. Со здешними Хейлами Стайлз был знаком давно, они прекрасно его знали и волноваться о них было странно. Хейлы-родственники тем более вряд ли что могут сказать – они обязаны ему жизнью в полном составе. Дерек? Ну, может быть… Перед самой поездкой Стайлз будто очнулся. Переоделся всего четыре раза, два раза почистил зубы, три раза переобулся и пять раз вымыл руки. Правда, они чуть не попали в аварию, когда сын не своим голосом завопил, требуя остановки, заметив в окне аптеку. Потребовав бумажник отца, скрылся в помещении, где пропадал почти четверть часа. Уже готовый идти на поиски, Джон облегченно выдохнул и понадеялся все же доехать до Хейлов хотя бы в течение часа, когда в дверях показался Стайлз, прижимающий к себе объемный пакет. Прижимая его к себе, как самое дорогое, сын как-то совсем уж нетерпеливо ерзал на заднем сиденье машины, но при этом молчал. Джону было очень интересно, что же в том пакете, который сын проверял чуть ли не каждые пять минут, но благоразумно молчал, не желая прорыва активности. Молчит – и ладно. Дом Хейлов сиял новыми окнами и выделялся свежим деревом стен, хотя на поляне до сих пор виднелись проплешины после пожара и чувствовался запах дыма. Он чувствовался и внутри дома, но больше ничего не напоминало о страшном происшествии. Все блестело полировкой, новым покрытием, обивкой и, если бы не запашок дыма, можно было решить, что дом просто только после ремонта. За столом в гостиной сидели все Хейлы. Даже Саймон Хейл, возле стула которого стояла трость и который единственный из всех приветствовал гостей сидя. Дерек был тут же, но старательно прятался в самом дальнем и темном углу комнаты, надеясь стать как можно незаметнее. Талия почти силком усадила Стайлза за стол рядом с отцом, не позволяя помочь с сервировкой стола. А Джону, наконец, удалось посмотреть на всю семью в родной обстановке. Что они родственники – было видно сразу. Кора пошла скорей в отца рыжеватыми волосами и светлой кожей. А вот Лора, Дерек и Кайл были почти неотличимы от своих мексиканских родственников. Черноволосые, смуглые, с высокими скулами – с первого взгляда так и не скажешь, что они – американцы. В комнате суетились не меньше десятка детей и подростков разного возраста, помогая более взрослым накрывать на стол, создавая при этом очень уютный шум энергичного, но дружного дома. Стайлз при этом умудрялся обмениваться с сидящим рядом Кайлом мнением о чем-то очень для них важном, дружно начиная плеваться ядом на тех, кто осмеливался влезть в их беседу со своим мнением. Сам Джон не видел ничего противозаконного в том, чтобы тихо рассказывать Саймону о передаче Кейт Арджент ФБР и возможных для нее перспективах. К его рассказу внимательно прислушивался Хорхе, который сидел рядом с хозяином дома и в общей суете никак не участвовал. Ужин начался с короткой, но полной тепла речи Талии о том, как они рады знакомству с таким замечательным мальчиком, как Стайлз. Что двери их дома всегда открыты для него, и если ему когда-либо что-либо понадобиться – они всегда помогут ему. Постепенно торжественная атмосфера растворилась, и за столом стало гораздо шумнее, но при этом – интереснее. Джон с удовольствием беседовал с Саймоном и Хорхе о различных случаях из их жизни. К беседе Кайла и Стайлза присоединились еще несколько человек, и сын уже несколько раз едва не перевернул находящиеся в пределах его активно жестикулирующих рук приборы. Спасала только реакция рядом сидящих. Женщины предпочитали больше молчать, но при случае вполне могли блеснуть красноречием и образованностью. Вечер плавно переходил в ночь, и Джон уже подумывал о том, что пора бы потихоньку собираться домой, когда заметил, что Стайлз опять начал нервничать. Видимо, это заметил не только он, так как за столом очень быстро стало тихо. - Стайлз? Что случилось? – удивленно обратилась к его сыну Талия. Нервно сжимая и разжимая пальцы на десертном ноже, Стайлз смотрел на женщину широко раскрытыми глазами и все чаще дышал. - Стайлз, успокойся. Скажи мне, что случилось? – протянула к нему руку через стол Талия. - Все-все, что мне потребуется? – выдавил из себя сиплым голосом вопрос Стайлз. - Конечно, - не опуская руки, кивнула Талия. – Мы перед тобой в неоплатном долгу, который даже представить сложно. И тогда Стайлз сделал абсолютно невозможную вещь – он полоснул зажатым в руке ножом по протянутой руке.