Немного о нежности

*Представьте для создания атмосферы: время часа три ночи, темный кабинет, уставленный стеллажами с древними фолиантами, освещен только стол и широкое кресло, а еще потрескивают дрова в камине и в трубе подвывает злой февральский ветер.* - Сев… - Гарри стоял в двери кабинета босой и взъерошенный. Белая рубашка Снейпа, накинутая на голое тело парня, съехала с плеча, открывая трогательные ключицы и шею, доходила до середины бедра, мягко контрастируя со смуглой кожей стройных ног. - Малыш, почему ты не спишь? – Северус поднял голову от заваленного бумагами стола. В нежном свете свечей и камина его мальчик казался прекрасным видением. - Мне стало холодно без тебя, и я проснулся… - позевывая, пожаловалось видение. Снейп завороженно смотрел на босого мужа, стоящего в дверях. - Иди сюда, горе мое, - мужчина поманил рукой, отодвигаясь вместе с креслом от рабочего стола. Парень прошлепал по каменным плитам пола (Северус предпочитал аскетичность в кабинете и не позволил Гарри положить тут хотя бы небольшой коврик) и с удовольствием устроился на коленях своего любимого. - Что пишешь? - Вечером пришло несколько писем, на них необходимо срочно ответить, но я был слишком увлечен мужем, - Северус чмокнул Гарри в макушку и сильнее прижал его лохматую голову к левому плечу, - отправлю утром, только допишу. Мужчина подхватил под коленки ноги парня и поставил, чтобы его пятки уперлись в подлокотник кресла по правую руку. Широкой ладонью накрыл пальчики обеих ног. «Так и есть, холодные как ледышки». - Нола, - позвал мужчина. Личная эльфийка Гарри появилась рядом и выжидающе посмотрела на хозяина. - Принеси носки и плед. Когда всё требуемое оказалось на столе перед зельеваром, Северус сам надел на замерзшие стопы мужа мягкие бежевые носки крупной вязки. При этом не отказал себе в удовольствии пройтись губами по острой коленке. Опустил ноги парня и укутал его теплым пледом, удобнее устраивая на своих коленях. - До сих пор не могу привыкнуть, что ты можешь быть таким… - Гарри потерся о плечо Северуса затылком и уперся холодным носом в шею мужа. - Каким? - Нежным… В Хоге я даже и предположить не мог… - не прекращая зевать, ответил парень. - В Хогвартсе я с ума сходил и бесился от злобы на тебя, на Дамблдора, на весь мир, - мужчина вздохнул, вспоминая их неприглядное прошлое. - Влюбился первый раз, да еще и в студента, без надежды на взаимность, без будущего, посреди войны – сумасшествие. И решил, что раз не может быть отдачи, будет наоборот. Проще было отказаться от своих чувств, видя в твоих глазах ненависть и злобу. - Северус, - Гарри поднял голову и серьезно посмотрел на мужа, сна в глазах как не бывало. – Ты хоть и умный, но такой дурак. Мучил нас обоих. Как подумаю, что весь шестой курс мы могли трахаться по всем углам как кролики, а вместо этого я напивался в Выручай-комнате, покусать тебя хочется. - Гарри, я же не знал, что мы магические партнеры и притяжение взаимно. Простишь ли ты меня когда-нибудь? - Точно – дурак! - парень хмыкнул, притулил голову обратно и плотнее завернулся в кокон пледа. - Давно простил. Северус обнял крепче свое невозможное счастье, проверил, накрыты ли ноги этого самого счастья, и принялся за оставленное письмо. Он не мог и не умел цветасто говорить о своей страсти к мужу. Непривычное чувство нежности и терпимости ко всему миру он стал испытывать, как только Гарри появился в его личном пространстве и в его постели. Которую парень взял практически измором, и зельевар был как никогда рад хваленому гриффиндорскому упрямству и верности намеченной цели. Снейп ухмыльнулся, вспоминая, как Гарри (теперь уже, кстати, Снейп) раз за разом доказывал ему, что достоин присутствия в жизни Северуса. А потом была ссора и понимание своей неправоты, раскаяние и желание вернуть любимого мальчика. Стало не до гордости, когда Снейп увидел Гарри в министерстве через две недели после разрыва. Бледного и исхудавшего, такого несчастного. Грейнджер безмолвной статуей следила за Снейпом с укором и вызовом. «Только подойди. Прокляну!» Но Северус всё равно подошёл. Сгреб в объятия упирающегося Поттера. Поцеловал так, как будто от этого зависела как минимум жизнь. И плевать, что бесчувственная, саркастичная сволочь посреди атриума Министерства прилюдно целует героя магической Британии. Плевать на Скиттер и Скримжера, на шипящую на него Грейнджер, на все плевать. Потрескивание поленьев в камине, скрип пера и легкое дыхание спящего Гарри настраивали Северуса на необыкновенно умиротворенный лад. Хотелось обнять весь мир. Но для начала Снейп ответил согласием (хотя не собирался) на невыгодный для него контракт, отметив, что в будущем сотрудничество обещает большие доходы. О будущем вообще теперь стало приятно думать. Хотя бы потому, что оно наступит и непременно подарит что-то хорошее. «Гриффиндорское влияние», - хмыкнул про себя Снейп. А как ещё думать, когда есть дом с крепкими стенами, любимое дело и бесконечно обожаемое зеленоглазое чудо рядом?