Тетрада

POV. Беренель. Что я чувствовал? Смятение. Моя душа рвалась на части, как будто во мне сражалось два разных существа. Одно высокомерно твердило мне, что я больше, чем просто один из эльфов, другая нашептывала, что я никто и звать меня никак – просто получила это тело, и теперь не знаю, что с ним делать. Темными и холодными ночами в лесу я часто просто лежал и смотрел на звезды чужого мира, который теперь станет и нашим, но как же мне не хватало знакомых созвездий, не хватало гор, среди которых я выросла, но последнее чувство заменил лес. Я не был его ребенком по духу, но мое тело реагировало. Стоило дотронуться до коры дерева и мне казалось, что я мог бы сказать, как оно пробивалось из маленько семечка, стремясь превратиться в огромного и могучего исполина… но все это было нереально. Я отходил в сторону и, разорвав контакт, не мог вспомнить и половины ощущений, что только что испытывал. В отличии от Ксана, который сам был как часть леса, я был всего лишь его слушателем. Именно так, мне шептали сказки, истории, пытались учить, но я не мог всего воспринять в полном объеме, как будто огромный фильтр стоял между нами, и оттого я был чужд лесу, и меня все еще тянуло к горам. Я раздражался по любому поводу, устал и морально и физически. Мне надоело бегать с места на место, хотелось осесть где-то и насладиться жизнью, но в нашей четверке это было невозможно сделать. Если Давид был достаточно рассудителен, то Ксан и нек бесили своими поступками. Они не были детьми, но вели себя именно так, и мне надоело нянчиться с ними. Как будто два пупа земли, которые только и думают, как найти неприятности на свои задницы. Я только начинал чувствовать свою значимость, как они тут же все портили. А кто за все в ответе? Я. Ну, Давид помогал порою, выручая двух попаданцев. Мне иногда хотелось сказать вампиренышу: «Хватит изображать из себя заботливого папочку! Хотят разгуляться – пусть отвечают за свои поступки! Сколько можно их выручать и спасать? Пусть получат по заслугам, может, скорее вырастут, и наши с тобой попытки их облагоразумить не пропадут зря». Иногда приходили мысли, что всему виной наши разные менталитеты и способы воспитания. Я привыкла, что с самого детства глава семьи – это мужчины. И их нужно слушаться безприкословно, даже если это твой младший брат, но у девочек все было иначе: да, они пришли ко мне в гости и даже сделали подарки, как велит закон моей родины и веры, да, проявили уважение к моему отцу и мужчинам, не влезая в их разговор, но все равно – они были иными. Даже если судить, как просто Давид и Вик рассказывали о своем сексуальном опыте – я бы не смог, это ж не яой! А что творил нек в моих грезах?! Такого ни в одной манге не увидишь, ни в одном аниме не нарисуют! Даже просто вспоминая, чувствую, как уши краснеют, это же надо такое хвостом творить!!! Да теперь при одной мысли о этой гибкой части тела, меня чуть ли не трясти от возбуждения начинало… Лабиринт добил меня и всю человечность во мне. Я был напуган, как никогда, потерявшись и слыша, то звуки погони, то отдаленные голоса друзей. Мне хотелось и плакать, и кричать. Я не мог успокоить свою фантазию и расшатавшиеся нервы. Кого мне винить, как ни других –ведь я ничего плохого не делал, наоборот, только шел за другими, и к чему это привело? За нами погоня, мы растерялись, но при этом Вик и Ксан не перестают шутить, чем больше раздражают нашу погоню! У меня же была только одна мысль – поскорее выбраться из этой передряги. Я жалел, что побежал, куда глаза глядят, ведь сначала мне был оказан хороший прием. Разве на меня кто-то нападал? Нет! Разве мне грубили, меня заковали в кандалы? И зачем я побежал? Да потому, что Давид что-то крикнул, и я, поддаваясь стадному инстинкту, ринулся вперед, а ведь что-то внутри нашептывало, что ничего страшного не произойдет. В итоге, я почувствовал панику. Она подкрадывалась ко мне и рисовала страшные картины расправы за то, что покалечили одного из стражников: Давида пинают и тащат на помосты, где его ждет палач в черном костюме и с огромным топором в руке и остроконечном колпаке на голове. Ксана надевают петлю на шею. Нека, которого прилюдно раздевают до гола и насилуют сразу целой толпой, разрывая на части. И себя, стоящего на коленях и понимающего, что это конец. О своей расправе вообще думать не хотелось, да и не представлялась она мне. Встреча с двумя эксбиционистами, решившими развлечься на свежем воздухе, не особо впечатлила, а вот предложение присоединиться, и чуть ли не облапывание в четыре руки – да! От них я убегал еще быстрее, чем от стражи, под веселые перекрикивания парней, так заслушался, что не сразу заметил куда бегу, за что и поплатился. Снова попав под конвой, я уже не чувствовал доброжелательности от эльфов, скорее тихую ярость. И все равно, стоит отдать им должное, ни оскорблений, ни нападения не последовало, разве что только Вик получил раз за свой длинный язык, но, тут же разжалобив Ксана, стражник получил сдачу от ожившего дерева. «Правильно, нечего нашего нека обижать!» Ксан что-то прошептал неку, как всегда понимая его и заботясь, словно мамочка над новорожденным кулечком, аж тошно иногда. Или это ревность? Нет! Плевать мне на их отношения. Или не плевать? Я опять запутался. Настроение снова стало паршивым, как когда очутились в лабиринте. Ребята на меня сердились: обида явственно отразилась на их лицах, после того, как мы попали в Дворцовый квартал. Несмотря на то, что мои поступки во многом могли быть истолкованы неправильно, ничего криминального не произошло. В конце концов – почему им можно вести себя как клоунам, а мне нельзя хоть раз высказаться на их счет? Разве я первый всегда начинаю? Это неку спокойно не сидится и он постоянно во что-нибудь влезает. Ему вообще природой один путь заложен – быть гаремным мальчиком! Кто бы знал, как он меня уже достал с ушами… вместе с дриадом. Тоже мне защитник слабых и невинных – посмотрю я на него, когда тот под чары Вика попадет. И Давид не лучше, возомнил себе – «Мистер Я Круче Всех» – подумаешь, у него всего на пару сантиметров больше, за то я красивее! Раздражение уже было осязаемым, да на столько, что даже наши сопровождающие предпочти держаться от меня на расстоянии, все больше рассредоточившись рядом с остальными пленниками. Я просто шел следом за главным конвоиром, не обращая внимания на окружающую нас красоту. Шел с прямой спиной и гордо поднятой головой. Парни тоже молчали, и даже нек проникся серьезностью ситуации, где нам грозила реальная опасность – это же не кабан, от которого можно спрятаться на дереве, и даже не стая голодных волков-переростков. Тут все всерьез – и оружие, и эльфы, умеющие с ним обращаться. Шутками не отделаешься. У меня нещадно разболелась голова. Ощущение, что меня двое, увеличивалось с каждым шагом. Прошлая я, предпочла опустить глаза в пол и тихо ожидать конца, нынешнего я распирали чувства уверенности и собственного достоинства, приправленные злостью и раздражения. А все вместе корежило и выворачивало наизнанку. Не в прямом смысле – морально. Как если бы я вернулась в подростковый возраст, когда «играли» гормоны и хотелось всего и сразу. – Ну, тогда я пошел? – не к месту спросил Вик, когда нас уже привели в огромный холл, того самого готического замка, на что я только сейчас обратил внимание. – Куда? – изумился я, а стража заинтересованно на нас покосилась. – Ну, как же? У нас была прекрасная экскурсия, нам показали лучшие виды города, устроили развлекательно-спортивное мероприятие на природе – пора и честь знать. Как говорится: «В гостях хорошо, а дома лучше»! А ты, Беренель, можешь остаться, надо же выяснить, кому такое «счастье» длинноухое привалило. И он реально пошел!.. Отодвинул пальчиком наставленное оружие, обогнул ошарашенных от такого поворота событий стражников и двинулся назад в сторону дверей, через которые мы вошли. Правда, ушел недалеко. Очухавшись и что-то заливисто просвистев, мои сородичи его в мгновение ока догнали, подхватили под белы ручки и принеся, поставив на место рядышком с вампиром. Я не знал смеяться или плакать, у меня зарождалась истерика. – Видать, они не в курсе, что словами ребенка – глаголет истина, – хмыкнул Давид, изогнув бровь, словно спрашивал у нека: «И что это было?». Тот, сделав невинную моську, пожал плечами, так же безмолвно ответив: «А вдруг прокатило бы!?» – Чего вы прицепились к ребенку, как Писофаки сандерса? – встал в позу дриад, прижав к себе ластившегося котика. Вот паразит! Еще и язык нам показывает, пока Ксан цветочно матюкаясь не видит. – Может ему срочно в кустики по маленькому надо было? Он же еще маленький и дикий совсем, к высшему обществу не приучен, кушает в последнее время плохо, нервный стал, – а после Ксан, подмигнув мне, продолжил: – Вот недавно встретил двух дроу и одного сожрал чуть ли не на месте! Глядя на эту троицу, я видел, как они близки друг другу, даже Давид, который постоянно был недоволен поведением Вика и Ксана, находил с ними общий язык и почти не злился. Я любил их, по-своему, хотел быть ближе, но не мог. Мне стало вдруг тоскливо и одиноко. Грудь защемило странное чувство. Вдруг я потеряю всю нашу связь и… как я буду без заботы вампира, очарования и сумасбродства Вика и языкастости и услужливости Ксана. Я уже их теряю. Сам отдаляюсь. – Угу, – скептически согласился вампир, сложив руки на груди и угрожающе сверкнув глазами. – По-большому он уже нагадил, я видел. До сих пор запашок ощущаю, – друг демонстративно повел ногой, намекая. – Это не я!!! – на всю залу заорал Вик, заливаясь краской смущения. Наконец главный из конвоирующих нас эльфов решил прекратить весь этот балаган и, принеся мне свои извинения, чуть склонив голову, отдал приказ двигаться вперед. «А ничего так… С размахом!» – констатировал через пару минут. Светлый, отделанный золотистым мрамором, холл первого этажа насыщенный запахом цветов из ваз. Широченные двери и подпирающие высокий потолок колоны были увиты экзотическим плющом, на который я посматривал не без подозрения. Дело в том, что этот подвид растения был ядовит. Я это точно знал, поэтому шепнул остальным, предостерегая: – Плющ не лапать – он ядовитый. Достаточно растереть его листья между пальцами, и вы в течение часа отбросите коньки от сильнейшей интоксикации. – Для носителей правящей крови он безвреден, в силу наличия выработанного за не одно столетие иммунитета. Остальных можно спасти, только если дать выпить особую выдержанную микстуру из редких трав, но не позднее получаса с момента попадания яда внутрь организма. В противном случае, это просто отсрочит кончину, – подтвердил мои неожиданные знания один из эльфов. Ребята заозирались по сторонам, а я нахмурился, пытаясь понять, откуда все это знаю и не только: да-да, во мне прям энциклопедия ядовитых растений. Кровь отлила от лица, вдруг хозяин прошлого тела все еще существует и теперь готов бороться за свое место? – А откуда ты… Если бы я сам знал? Но ответить ничего не успел, из боковой двери вышла группа молодых эльфов, разодетых кто во что горазд – у одного даже перья в волосах заметил, у другого россыпь бус на шее, и я был уверен, что все это парни, но внешняя слащавость. Ужасно! Даже мое яойное воображение не могло смотреть на парней, накрашенных как шалавы кабаре, одни только блестки на верхнем веке глаз чего стоили. – Тиорам! – радостно взвизгнул парень и, пробежав через зал, повис у меня на шее. Ничего не понимая, только и успел, что его подхватить под нижние округлости, обтянутые белыми облегающими штанишками, иначе бы просто упали оба. Я был в шоке, меньше не сказать. Моя нижняя челюсть отвисла в немом вопросе, но я молчал. Парни тоже переглядывались между собой с немым вопросом и пожимали плечами, показывая, что не понимают, что происходит. – Я так рад тебя видеть! Вас с Трианом слишком долго не было. И как только смогли от сопровождения скрыться? Если бы вы видели, как твой отец гневался! – быстро говоря, начал он. Впервые секунды горячих объятий, перемешанных с пламенной речью незнакомца, растеряно стоял. Но почувствовав, как по мне начали бесцеремонно скользить чужие руки, забираясь под полы плаща, скривился. Терпеть не могу, когда кто-то тянет ко мне свои грабли без разрешения. Единственную поблажку делаю только для троицы своих друзей. Хотя они меня особо и не лапают, хотя иногда и хотелось, чтобы было иначе. Я посмотрел на нека. Почему на него? Кто меня знает, может, хотел увидеть ревность в его взгляде, но вместо этого была только брезгливость. Опустив соблазнительную мягкую выпуклость, напоследок пройдя по ней ладонью, словно запоминая идеальную форму, убрал цепляющиеся за шею пальцы. И сделав шаг назад, вопросительно уставился в часто моргающие бирюзовые глаза напротив. Разглядеть дополнительные детали соблазнительного паренька помешал метнувшийся к нам эльф в строгом костюме сдержанного темно-серого цвета. – Господа, прошу, поторопитесь, Владыке уже сообщили о вашем возращении! – Тиарам, Триан, увидимся позже! – понятливо закивал странный эльфенок, торопливо направляясь к двери, попутно утягивая за собой второго милаху, не забыв стрельнуть глазками в сторону Давида и подмигнуть мне, а потом, посмотрев заинтересованно в сторону Вика, грудным шепотом заговорчиски сообщил: – Мне не терпится узнать, кому из вас удалось изловить дикого нека. Я отходил от оцепенения, а вот нек тут же вспылил, услышав слова эльфа. – Чего?! – негодующе зашипел Вик. Я только хмыкнул, посмеиваясь. Нек так и остался стоять с открытым ртом, когда его назвали диким. Может дело было в том, как он произнес слова «изловили» и «дикий нек» в одном предложении, но нужно отметить, что это хотя бы объясняет наше совместное пробуждение на поляне, но тогда откуда там взялся Ксан?.. – Масенький, ты не волнуйся, в обиду тебя мы не дадим, – погладил того между возмущенно-вздыбленными ушками дриад. Нужно будет обязательно пообщаться с тем пареньком и вызнать у него подробности, только проследить, чтобы нек не добрался до него раньше – это с виду он пушистый и хвостатый, но я-то видел, как он когти о кору точил! – Господа! – напомнил нам о времени эльф, что и раньше торопил нас к Владыке. Волнение этого эльфа я понял только тогда, когда подошли к высоким двустворчатым дверям, но не пораженный их размахом, а тем, что шли мы до них почти полчаса быстрым шагом! И это по утверждениям провожатого, мы еще и шли самым быстрым и окольным путем, если так вообще можно сказать о роскоши коридоров – куда не плюнь, в антиквариат попадешь. И вот двери, как по волшебству раскрылись, явив нам… Сердце ухнуло вниз, замирая, и я встал как вкопанный. Сияющий и просторный тронный зал был под завязку забит народом! Казалось, здесь собрались все, кому не лень! Высокий эльф в золоченом венце и властным лицом гордо восседала на возвышении в центре. Возле ног сидела девушка в полупрозрачных одеждах и не решалась поднять глаза от пола, по бокам охрана, за троном еще охрана, но в мундирах попроще. И все они, кроме той, что у ног, в немом восхищении смотрели на этого эльфа. Скажи он им прыгнуть из окна или нырнуть в выгребную яму – сделают, лишь бы угодить. Ксан, стоя справа от меня, резко выдохнул и заскрипел зубами. Удивленно глянул на дриада и проследил за его взглядом. Возле одной из колон находился тот самый эльф, что пытался его снять у фонтана и неминуемо нарвался на грубость из-за чрезмерной настойчивости. Скользя пристальным изучающим взглядом по дриаду, он высокомерно ухмылялся, выказывая свое неуважение и гнусные намерения. Ксан изо всех сил старался себя сдерживать: несмотря на кипевшее возмущение и неприязнь, внешне он оставался спокойным и, казалось бы, равнодушным. Увидев, как тот эльф похабно облизнулся, его передернуло, а заодно и меня. – Наконец-то, – произнес Владыка, голос которого отразился от стен и высокого потолка, усиливаясь в разы. От звуковой атаки, за спиной пискнул Вик, а Ксан чуть присел, и только я и Давид никак на это не отреагировали. Не знаю, почему вампир, а я в прошлой жизни часть сталкивалась с криками мужчин, это старики чаще степенно и многозначительно молчат, а молодые… «Кого-то он мне напоминает…», – промелькнула мысль, когда я начал разглядывать владыку более внимательно, но вот кого? – Оставьте нас! – смотря в упор на нашу компанию, повысил голос эльф, и нас не смело толпой лишь потому, что по бокам встала стража, защищая. Мы бы тоже последовали за ними, но кто нас пустит? – И так, сын, ты соизволил наконец вернуться? – не меняя позу, поинтересовался Владыка, даже не дождавшись, когда все выйдут. В зале еще оставалось около десятка посторонних, а наша охрана, получается, вышла самой последней. «КТО?!» – распахнув глаза, я застыл и даже вздохнуть не мог, не то чтобы ответить. Шокированные друзья, таращились на меня как на седьмое чудо света. Слова эльфа произвели фурор в нашей маленькой компании. Ноги стали ватными. «Ну вот, не хватало еще сознание потерять», – пронеслось в голове. Как будто чувствуя мое состояние, ребята подошли ближе и я смог опереться о них, но все равно было страшно посмотреть на «папочку», хотя оставалась надежда, что он кому-то еще сказал это. Ну, мало ли. – Только попробуй упасть и опозориться, – услышал я голос Давида, вставшего за моей спиной и позволяя облокотиться о его плечо. От меня явно ждали каких-то действий, а я даже слова произнести не мог, мечтая сейчас оказаться как можно дальше отсюда. Хоть поворачивайся и беги со всех ног. – Позволите говорить, – услышал я уверенный голос вампира. Оглянувшись, отметил про себя, что Вик спрятался за Ксана, но выглядывает с любопытством. Дриад стоит и делает вид, что его вообще тут нет, и только Давид абсолютно спокоен. Я даже начал завидовать его самообладанию. – Триан, если честно, я не ожидал от вас такого безрассудства. Как вам только в голову пришло, отправится в мертвые пустоши!?! Вы хоть представляете, чем могла обернуться ваша авантюра? – эльф ударил кулаком по подлокотнику, или как эта часть называется у каменных тронов? Мне даже показалось, что где-то за окном шандарахнул гром. Ноги предательски ослабли, и если бы не Ксан и Вик, то я бы все-таки упал в обморок. – Бер, держись! – шепотом поддержал меня Вик, с участием заглядывая в глаза, в то время, как Дриад с вызовом глянул на Владыку, но тот этого даже не заметил, смотря только на меня. – БЕР?! Что все это значит, объяснись!!! Вот теперь точно грянули гром и молнии… Точнее глаза эльфа сверкнули молниями, а голос раскатистым громом заметался эхом под потолком. Попытался хоть что-то сказать, но даже язык предал меня, и, как рыба, выброшенная на берег, только и мог что раскрывать и закрывать рот. Даже все мысли разбежались, как тараканы. Король смерил меня заинтригованным взглядом и кивнул на Давида, которого назвал Трианом. – Ваше Величество, простите, если мы как-то показали свое неуважение, – вампир склонил голову и тут же выпрямился. – Дело в том, что мы оказались в довольно неприятной ситуации, и то, что оказались именно тут – чистая случайность… – Так… – эльф хищником устремил на нас взгляд, подавшись корпусом вперед. – Что с наследником? – прошипел Владыка не хуже гадюки, а у меня даже веко задергалось. – Он Вас не помнит, – подал голос Ксан, которого, кажется, вообще не впечатлил вид Владыки эльфов, как и остальных, впрочем, и только на меня давил его авторитет чуть ли не до мокрых штанов. В зале загалдели, но удивление было недолгим. Владыка поднял руку, призывая к тишине. – Что-о-о! Всем разом память отшибло? – с некой ехидной улыбкой, эльф посмотрел на вампира. – Так вы уже в курсе? – не менее ехидно ответит наш хвостатый камикадзе. – Ну, раз мы со всем разобрались, со всеми познакомились, пойдем мы. Да? Ага… – и нек потянул меня в сторону дверей, а я уже мысленно прощался с отважным и глупым котенком. – СТОЯТЬ!!! Раз такое дело, оставьте нас одних! – громогласно заявил папаша. – Триан, ты можешь остаться, я хочу услышать, что произошло. Если кто-то еще и оставался в зале, то они поспешили на выход, предварительно склонив голову перед своим владыкой, и только после этого покидали его, а вот Вик и Ксан даже не думали двигаться с места, и даже подошедшая к ним стража не могла изменить их решения. – Эй, не трогай меня!! – начал орать нек, когда один из стражей хотел вывести его под белы ручки. – Извращенец! – закричал Ксан, выдав опешившему стражнику увесистую оплеуху. – Я с такими не танцую! – не знаю, как Вик дотянулся, но сейчас страж лежал на полу, зажимая руками пах, а нек, чуть ли не прыгал на нем, выказывая свое недовольство. – А то взяли моду, маленьких обижать! Еще и за задницу лапать! Да я сам себя за нее не трогаю!!! – не на шутку разошелся паренек, и уже мне с Давидом пришлось его оттаскивать под заинтересованный взгляд Владыки. – Они пришли со мной и никуда не уйдут! – не знаю, откуда пришла уверенность, но дрожать я перестал, теперь только злился, что позволил себя запугать и позволил обижать своих друзей. Король не смог скрыть удивления. Кулаки его даже сжались, как и челюсти. Давид толкнул меня в бок – прямо по ребрам, а нек развернулся в моих руках и показал большой палец, на плече я почувствовал руку Ксана. Все дали понять, что готовы до последнего меня поддержать. – Ты всегда был упрям, сын мой, но на этот раз зашел слишком далеко. Только потому, что память к тебе не вернулась, я пропущу мимо ушей твои слова. Остаться может лишь вампир. Остальные дождутся тебя за этими дверьми, – с нажимом на последнюю часть фразы эльф встал с трона. – Вот это платьишко!!! – чуть ли в унисон выдохнули нек и дриад, а посмотреть действительно было на что: вышитый серебром и самоцветами балахон джедая – это нечто! Лицо владыки практически побелело от гнева, хотя и раньше не могло похвастаться румянцем, но теперь даже губы слабо выделялись, а небесно-голубые глаза начали наливаться чернотой. – Так. Сейчас твои зверьки или идут в коридор, или в темницу. Я ясно выразился? – Да, вполне, – в зале ощутимо запахло озоном. Давид все понял без слов и уже сам повел ребят за дверь, уговаривая спокойно постоять и не разбредаться по дворцу, а самое главное – МОЛЧАТЬ! – Итак, теперь Вы оба, расскажете мне, что произошло, – эльф не стал садиться на свой трон, а решил степенно пройти вдоль колон, заложив руки за спину. Осанка, поворот головы, плавность движения – этот эльф не мог быть ни кем иным, кроме Владыки. – Нечего рассказывать, – я пожал плечами и сложил руки на груди, продолжая следить за папашкой, которого так не поворачивался язык назвать. – Очнулись все вместе на одной поляне, без оружия и совершенно не имея понятия о своих личностях. – Триан, тебе есть, что добавить? – не оборачиваясь, Владыка спросил Давида. Никак не привыкну, что у нас новые имена, точнее старые, точнее бывшие… – Тиарам изложил суть произошедшего, более чем доступно, – сухо ответил вампир. – Я понял. Сейчас Вас проводят в ваши комнаты, и чтобы до завтрашнего дня даже не выходили за их пределы. Отдохнете, освежитесь, переоденетесь, как того требуют Ваше положение в обществе, а не позориться в своих обносках. Мне стало обидно за свою одежду – да, она не царская, но нам она тоже не просто так досталась, и пробираться по лесу в ней вполне удобно! – Ваших друзей, или кто они там, разместят и о них подобающе позаботятся. Свободны. Спорить никто не стал, так же как и кланяться, все равно у Владыки на затылке глаз нет. Переглянувшись с вампиром, не сговариваясь, направились к дверям, которые сами по себе распахнулись, как и в прошлый раз, когда мы заходили в залу. – Ваше Высочество, Высокий Лорд, – перед нами низко склонился эльф. – Позвольте проводить в Ваши комнаты. – Где дриад с неком? – я, как и вампир, тоже заметил, что нигде не было видно парней, но успокаивало то, что нигде не было слышно криков, так же, как и не видно следов крови на полу. – Их уже проводили. Дриада в сад, там много деревьев и беседок, а нека в ваш личный гарем… – КУДА?! – еще неизвестно кто громче заорал, но внимание мы к себе привлекли. – Ваше Высочество… – эльф бледнел и был готов упасть в обморок, как еще недавно я. – Ш-што блиш-ше: сад или гар-рем? – тряхнул эльфа Давид, точнее теперь Триан, сильно коверкая речь из-за удлинившихся клыков. – С-с-са-с-са… – Живо веди в сад! – рявкнул уже я, готовый еще и придержать слугу, дабы вампиру было удобней его глодать. Эльф на ватных ногах шел чуть впереди, чтобы указывать дорогу, но после злого окрика вампира «Шифо!!!», бежал так, что мы за ним еле поспевали, и как раз вовремя. Ксан схваченный по рукам и ногам, извивался в руках четырех стражников, высказывая им в цветочной форме все способы размножения, и каким конкретно кто из них размножился. Только напрягло не это, а то, что несли его аккурат по тропинке, ведущей в беседку, увитую незнакомыми цветами, а там стоял и довольно улыбался давешний знакомец, так и не оставивший надежду затащить нашего дриада в свою постель. – Сука! – зашипел я не хуже вампира, понимая, что еще бы пару минут и Ксюхе нанесли такую травму, что потом не один психолог не вытянет. – Убью! Выпью… – полностью поддержал меня Давид, и мы на перегонки бросились спасать друга. Не сговариваясь, я бросился на стражу, а вампир в беседку, горя желание поужинать на ночь, хоть и было уже далеко за полночь. Первого эльфа, что попался мне под горячую руку, я схватил за плечо и, развернув к себе лицом, сломал нос, второму, что уже и сам выпустил ногу дриада, облагодетельствовал хуком справа и практически сразу, но другой рукой ударил в «солнышко». – Так их, гадов! Мочи всех – не жалко! Пусти на удобрения трахелоспермумов вонючих*!!! Уй… – последнее Ксан высказал, когда приложился головой о тропинку, так стражники выпустили его руки и, полностью лишив поддержки, а Ксан получив прямой контакт с замлей и травой, тут же пустил свои умения в дело, и уже через пару секунд все четверо эльфов были в плотных коконах цветущего вьюна. – А-а-акхххх… – раздалось из беседки, но как-то совсем задушено. Поняв, что тут делать больше нечего, побежал на помощь вампиру, только он и сам прекрасно справился, и сейчас, намотав гриву волос эльфа на кулак, в прямом смысле, знакомил его с предметами роскоши – попросту стуча лицом в элементы декора, да так, что лепные цветочки и узоры, я мог уже четко рассмотреть на лбу и щеках. – Вот, что значит расписать под хохлому… – задумчиво протянул дриад, обхватив себя руками за плечи. – Давид, брось ты эту астру гомолеписа*, нечего руки марать. – Нам еще за Виком идти, – напомнил я вампиру, понимая, что тот только вошел в азарт и отнимать у него такую игрушку сейчас не совсем безопасно, но вот потом, когда адреналин схлынет, ему станет очень плохо. – Гхррр… – Давид сплюнул под ноги и, долбанув последний раз, приблизил к себе так, чтобы тот мог видеть только его глаза, горящие сейчас жаждой крови, ненависти и убийства. – Есшо рас-с увиж-жу тут фыпью до тна! – мне показалось, что клыки у него стали еще длиннее. К нашему счастью, слуга, указывающий нам дорогу сюда, не сбежал, хотя стоял и трясся, как осиновый лист. – Теперь в гарем, и живее! – Зачем? – не понял моего распоряжения Ксан. – Они туда Вика увели! – ответил вампир, уже с нормальными клыками, но все еще горящими глазами, под которыми слуга был готов бежать куда угодно и поскорее, лишь бы избавится от пристального и плотоядного внимания Высокого Лорда. – П-п-прошу з-за м-м-мной, – заикаясь, с третьего раза проговорил эльф, стартанув с места. Десять минут быстрого бега, и мы уже стояли возле двери, разукрашенной золотыми вензелями, и, что самое удивительное, на страже тут стояли непонятные эльфы в черном трико, но вооруженные до зубов. Не один я притормозил при подобном зрелище, а уж когда те, встав на колени, поклонились, распростершись на полу, у меня даже челюсть отвисла. – Господин, рады Вашему возращению, – прошелестел один из них, не поднимая головы от пола. – Бер, не стой столбом, – ткнул меня локтем Ксан, не менее шокировано рассматривая эльфов в трико, особенно того, что в плечах был шире, чем он, в два раза. – Так, пошли уже, потом полюбуетесь на мужиков в капронках, – и, сделав первый шаг, я смело взялся за ручку двери. Та поддалась легко без скрипа, а на наше появления никто не отреагировал. Просторная комната, не меньше той, где нас принял Владыка, была завалена подушками, подушечками, подушещами, подушенциями различных расцветок и между ними стояли подносы с фруктами и графины с питьем, а редком миниатюрные бокальчики, украшенные резьбой и самоцветами, но ни кого это не интересовало – все гаремные обитатели столпились у противоположного выхода и старались рассмотреть то, что там происходит. Не меньше сотни худеньких и молоденьких пареньков вслушивались в знакомые вопли. – Суки рваны-ы-ееее! Глаз на жопы натяну и моргать зааастаааавлюююю! А-а-а-а! В асфальт укатаю-ю-ю-ю!!! А-а-а-а-а… – Что тут происходит? – из неприметной каморки вышел эльф в черном трико, точно такой же, как и у тех, что мы встретили ранее. – Ваше высочество? – удивление мелькнуло лишь на секунду, но после и этот распростерся на полу уже в знакомом приветствии. – Ваше высочество, пощадите. Новенького не удается успокоить, но его уже почти подготовили к Вашему визиту. – Что? – осипшим голосом переспросил я, даже боясь представить, что там делают с Виком, раз он такой ор поднял. – Ваше Высочество… Тут же начали перешептываться наложники, стараясь принять позы пособлазнительней и стреляя глазками. – Бер, а не хило ты тут устроился! И что на каждого сил хватало? – не сумел удержать издевки Ксан. – Не помню… – Уйя-я-я-я-я!!! – прервал наше шокированное шушуканье вопль нека, и мы рванули в его сторону. Пожалуй, спасаясь на дереве от стаи волков, я чувствовал себя в большей безопасности, чем среди этих откровенно пошлых, раздевающих и голодных взглядов. Даже Давид предпочитал смущенно смотреть в пол, лишь бы никто не попался на его глаза. Зато Ксан вообще не чувствовал дискомфорта и рванул самым первым. – Ваше высочества, там сейчас идут подготовительные процедуры, подождите тут, Ваш фаворит скрасит время… – Еще слово и ты труп, – четко проговорил Давид, клыки которого снова начали удлинятся. Уже почти пройдя всю залу, навстречу мне выбежал зареванный нек, прижимая полотенце к щеке. Сердце ухнуло куда-то в пятки, а ладони сжались в кулаки: если Вик скажет всех тут прирезать, я даже не стану думать и… вышвырну всех! – Ваше высочество? – чуть не набежал на меня нек и поднял полные слез глаза. Слаженный тройной выдох и одна мысль «Не Вик!», зато паренек, выпустив полотенце из рук, упал на пол и завыл дурниной. – Ваше Высочество, я только помочь хотел, успокоить новенького, рассказать какой Вы нежный и страстный, что нет лучшего господина, а он… Накажите его, он там всех покалечил! Он Дикий! Его место в клетке, но не с Вами рядом, он не оценит Вашей щедрости, прошу, накажите его за мое лицо, которое Вы так любите… – Ага, а вот и фаворит. Ну, считай, тебе уже скрасили ожидание, – хлопнул меня по плечу вампир, но никто из нас не решался зайти в «процедурный кабинет», где уже смолкли вопли Вика. Первый шаг дался с трудом – пришлось перешагивать израненного фаворита, но я-то видел, что там была лишь тоненькая царапинка, второй быстрее, третий еще быстрее, на четвертом я сорвался на бег, спиной чувствуя присутствие парней. Мимо нужной двери, чуть не проскользил по полу, но сумел остановиться, и, забежав в нее, замер при виде сурреалистичной картины: Вик, сидя на портьере где-то под потолком, совершенно голый и с налепленными полосками для удаления волос на ногах, недовольно шипел на столпившихся снизу эльфов, раздетых по пояс, и чего только в их руках не было, начиная от шланга с воронкой с одного конца, заканчивая фалоимитаторами, непонятно из чего изготовленных, но в натуральную величину. На диванчике уже лежали полупрозрачные шмотки, обшитые бисером и цветными лентами, а в самой середине комнаты стояло гинекологическое кресло, только не совсем правильной конструкции. – Вик! Котенок, слезай, уже все закончилось! – первым отмер Ксан и расталкивая толпу эльфов, принялся пробираться к декоративной портьере. – Ксанчик, беги, они и тебе сейчас эпиляцию в зоне бикини без анестезии сделают! – завопил нек, взирая вниз полными ужаса глаза. – Убью, точно всех убью! – прорычал Давид, а я вспомнил, что как раз там у нека была сильная волосатость, такое при совместном купании на речке не скроешь. – Вик все закончилось, тебя никто не тронет! – попытался я успокоить друга, видя, как безмолвные «работники» воронки и искусственного члена отступают к стенке, не поднимая глаз от пола и согнувшись чуть ли не в поясном поклоне. – Не слезу! – еще сильнее вцепился в ткань нек, и только теперь начал рыдать практически в голос. – Они меня насильно раздели, потом чуть не утопили, и промывание желудка хотели сделать!!! А еще налепили эти чертовы полоски и давай волосы драть… Мне так больно и страшно было, а они, как роботы, только молчат и держат, чтобы не вырывался, а потом… – у Вика началась самая настоящая истерика, и никто из нас не знал, как спустить нашего котика вниз и успокоить. – ВСЕ ВОН! – гаркнул я на евнухов, только сейчас поняв, что там, где должна быть мужская выпуклость, ничего нет, так же и там, где могла быть и женская грудь, все было ровненько. За секунду в комнате остались только мы вчетвером. Ничего не говоря друг другу, Давид шагнул к портьере, чтобы попросту сдернуть, а я подошел, чтобы поймать хрупкое тельце. Ксан, который и так стоял рядом, начал укутывать нека в ткань, как только тот оказался в зоне его досягаемости, но успокоиться мы смогли только, когда Вик перестал реветь и начал рвано всхлипывать. – Больше такого не повторится, мы тебе обещаем, – заверил я нека, чувствуя, как его начало знобить, и даже боясь представить, что сталось бы, появись мы на полчаса позже. Помнится, я раньше мечтал о подобной роскоши, теперь осознал, что ноги тут моей больше не будет. Слишком противно не то, что слышать, а смотреть на подобное: морально извращенные, распущенные, старающиеся привлечь к себе внимание озабоченные существа, которые ничего не умеют, кроме как подставлять задницы или раздвигать ноги… Нужно будет узнать, можно ли всем им даровать свободу или еще как-то избавиться. – А теперь быстро уходим, пока нас тут не порвали на сувениры, – перехватил Давид Вика, даже не замечая его веса, уверенным шагом направился на выход. – Жесть! – подтвердил Ксан, выглядывая за дверь. – Там толпа в два раза больше стала, еще и мужики набежали огроменные. – Евнухи? – Не, те в черном трико, а эти с голыми, накачанными торсами и шароварах, а у одного даже соски проколоты и он весь в блестках, – громко сглатывая поделился наблюдениями Ксан, как завороженный пялясь на наложников. – Если такого связать и… Ой! – прикрыл Ксан рот ладошкой, понимая, что сболтнул лишнего. – Идем? – Бежим! – кивнул я, и мы действительно побежали. Я первый раскрыв дверь с ноги, потом Давид с ценной ношей и прикрывал нас Ксан, следя, чтобы за нами никто не уцепился. Только закрыв за собой дверь, мы перевели дух и, поймав первого встреченного нами эльфа, потребовали сопроводить в мои покои. К сожалению, нам попался не слуга, а какой-то придворный, поэтому пришлось его пару раз одернуть, чтобы тот не задавал лишних вопросов и молча вел в нужном направлении. Эльф смекнул верно, а мне вспомнилась фраза из «Горе от ума»: «Минуй нас пуще всех печалей, и барский гнев, и барская любовь».