Коробка

Тронный зал Лорда внушал страх и почтение. Алые и черные тона навевали неприятные мысли о том, что может быть при малейшем признаке непокорности. А она каралась жестоко. Сюда редко приходили по своей воле. Разве что заместители и доверенные офицеры могли чувствовать себя здесь в относительной безопасности, ну еще, возможно, гениальные и необходимые лидеру ученые, вроде Персептора и Уилджека. А вот Бофф чувствовал себя очень неуютно. Слыханное ли дело — лабораторию атаковали десептиконы, разгромили ее, унесли реактивы и остатки лабораторного материала. Но все последующее казалось ничего не значащей мелочью, по сравнению с фактом того, что десептиконы осмелились явиться на базу. Да еще и эксперимент шел ко всем квинтам… А это совсем не нравилось Лорду Оптимусу Прайму. — Ну и, какие будут оправдания? Да, наконец-то… Клики тишины и выжидающего молчания казались страшнее, чем любой вопрос лидера. По крайней мере, сейчас. — Мой Лорд, позвольте мне объяснить… — запинаясь, начал ученый. — Это была случайность… — Случайность? — Прайм не повышал голоса, но в этом деланном спокойствии чувствовалась скрытая ярость. — Да, мой Лорд… Бофф понял, что говорит что-то не то. Оправдания никогда не принимались автоботами. Единственным оправданием провала была смерть. Причем смерть самого исполнителя провальной работы. И неважно, каким путем она наступила. — Ты знаешь, чем караются случайности, — почти ласково заметил Оптимус Прайм. — Так что, предоставляю тебе выбор — какая часть твоего корпуса тебе наименее дорога? — Но, мой Лорд, я не мог ожидать, что триада осмелится явиться на нашу базу! Это было… было непредвиденными обстоятельствами. Они убили охрану и… — И? — Ну… вы выделили слишком мало охраны для моей лаборатории… — То есть, ты хочешь сказать, что это моя ошибка? — Нет, мой Лорд, нет, что вы! Я просто… просто… — Заткнись, мне надоело слушать твое лишенное смысла бормотание! Лидер автоботов встал и подошел к коленопреклоненному ученому. Тот склонил голову в знак покорности и умолк. Нечего было и думать о том, чтобы разжалобить Лорда. Таких, как Бофф, можно было найти на Кибертроне без труда — он не был особо ценным кадром. Единственное, что могло его спасти, так это хорошие результаты эксперимента. Но, увы… В следующий миг ученый оказался на полу, чувствуя, как по фейсплету текут струи энергона. Боль пришла позже, но от нее засбоили видеодатчики, и пришлось опереться одним манипулятором на металлические плиты, чтобы не упасть. Моментально вспомнился коридор военных трофеев лидера — долгие ряды капсул с дезактивированными корпусами врагов. Там еще оставалось достаточно места… Хотя, вряд ли Боффу будет оказана сомнительная честь оказаться там, скорее всего, его корпус сожгут, как многих других трансформеров, осмелившихся стать на пути Прайма. — Если ты не можешь определиться с тем, что тебе не нужно, то решать буду я, — негромкий щелчок взведенного оружия в тишине показался оглушительным громом. — И я считаю, что в процессоре ты точно не нуждаешься. — Но, мой Лорд, позвольте мне… Я могу закончить эксперимент! — вскрикнул ученый, понимая, что стоит на грани дезактива. — Я понял, почему… — Твои отчеты годятся только на то, чтобы растапливать ими плавильню, — рыкнул черно-фиолетовый автобот. — Хотя, я вижу для нее топливо и получше. — Нет, умоляю вас, — взмолился Бофф, уже отчаявшийся получить шанс на спасение. — Умоляю вас, мой Лорд, пощадите! Я еще докажу вам свою верность! — Ты юлишь, как последний трусливый десептикон, — Прайм пнул ученого в бок, заставив того снова рухнуть на пол. Темно-зеленый мех едва сдержал стон. Уходить в дезактив не хотелось никому, тем более таким болезненным путем. Свидетелями этой сцены были только близнецы Джаз и Рикошет, замершие возле трона лидера. На фейсплетах у обоих застыло явное злорадство. Среди автоботов не было принято заступаться за сознаковцев, и нечего было рассчитывать даже на малейшую кроху сочувствия. Элитная охрана только ждала и молча наблюдала за разыгрывающейся драмой. Бофф не знал, что его жизнь спасла именно крохотная возможность разработать необходимый препарат. Прайму нравилась идея, и он хотел бы увидеть подобное средство в действии. Придется хорошенько наказать нерадивого ученого — работа пойдет куда лучше. — Шлаков неудачник, — выругался Оптимус. Выстрел таки был, и ученый хрипло вскрикнул, пытаясь зажать поврежденное плечевое сочленение. Точнее — то, что от него осталось. Перед оптикой зажглись сообщения о повреждениях, но вид отстреленного манипулятора был куда красноречивей. Из шлангов хлестал энергон и смешивался со смазкой и хладагентом. Еще немного и наступит оффлайн, если вовремя не перекрыть эти потоки. Но пальцы меха только скользили по искореженному металлу, не в состоянии ничего изменить. Алая оптика тускло замерцала, предвещая скорый конец, и погасла. — Уберите это, — с отвращением произнес лидер автоботов, когда в тронный зал вошли несколько рабочих дронов. — Может, Персептор починит этот шлак. А если нет, то отправьте его в Плавильню. Что-то она начала затухать в последнее время. И вытрите пол.

***

Дин проснулся, словно от толчка, открыл глаза и долго-долго смотрел в далекий потолок. Не было слышно шума, плача, не нужно было постоянно вздрагивать во сне, ожидая самого плохого. Парень внезапно понял, что наконец-то спал спокойно, впервые за последние месяцы, и это несмотря на то, что место, где он проснулся, трудно было назвать привычным. Он приподнялся на локте и посмотрел на мирно спящую сестру. Ами лежала, свернувшись клубочком, укрытая плотной и теплой синтетической тканью. Девочка выглядела такой безмятежной, что даже не верилось в то, что только вчера утром они пережили кошмар. А теперь, казалось, прошла целая вечность с того момента. Дин прикрыл глаза, восстанавливая в памяти события прошлого вечера. После разговора с лидером десептиконов, Старскрим отнес его с Ами в ремблок. Насколько понял парень, это место было аналогом человеческой больницы, даже выглядело схоже. Красный с белым робот, который их встретил, назвался Хуком и сказал, что пока это и будет для них домом. Из последних сил Дин сумел умыться и напиться из предложенной емкости с водой, закутал спящую Ами в кусок синтетической, но на удивление мягкой ткани и уложил ее в некое подобие постели из вороха таких же отрезков. И только тогда позволил себе прислониться к стенке ящика-спальни и задремал. Уже сквозь подступающий сон, он почувствовал, как его аккуратно укрывает тканью нечто огромное, но очень бережное. Стоило бы поблагодарить за такое проявление заботы, но сил тогда хватило только на то, чтобы сонно пробормотать «спасибо» и тут же заснуть. Осторожно, стараясь не разбудить сестру, Дин встал и оперся о край ящика. — Ну, доброе утро новой жизни, — негромко, обращаясь в пустоту, проговорил он. — Доброе утро? — заинтересованно спросили откуда-то сбоку. Парень вздрогнул и ошарашено посмотрел туда, откуда доносился незнакомый голос и встретился взглядом с бледно-голубым визором десептикона, сидевшего за одним из огромных столов. Тот, в свою очередь, с любопытством глядел на человека. — Доброе, — растерянно пробормотал Дин. — А разве сейчас не утро? — Смотря, по какому времяисчислению, наверное, — пришло время удивляться роботу. — Сейчас прошла примерно половина орна, если ты об этом. — А-а-а, понятно, — протянул парень, решив про себя потом узнать, что такое орн. Пока они разговаривали, робот встал и подошел к столу, на котором стоял ящик с людьми. Дин внимательно рассматривал незнакомого десептикона. Конструкцией и цветом он напоминал Хука, но им точно не являлся. — А вы кто? — Скраппер, — с гордостью представился десептикон. — Я один из конструктиконов. — Кто? — Ну-у, здесь мы заведуем ремонтом пострадавших, но на Кибертроне были строителями. Кристальный город — наше творение. Жаль только, что от него ничего не осталось — автоботы разрушили еще в самом начале Сопротивления. Из всей тирады Дин узнал только слово «Кибертрон», о нем упоминал еще Тандеркрекер, когда они летели сюда. Но перебивать говорливого робота было неудобно. Впрочем, тот произнес еще несколько слов и замер, смущенно покосившись на человека. — Я тебя совсем заболтал, а ведь Тандеркрекер просил меня сообщить, когда вы проснетесь. — Сейчас, — улыбнулся парень, обернувшись на сестру. — Я разбужу ее. Он присел возле спящей Ами и легонько погладил ее по голове. — Просыпайся, пора вставать. Девочка дернулась под ладонью и испуганно взглянула из-под встрепанного облачка волос. Ее глаза нездорово блестели на бледном лице, отчего она выглядела очень измученной. Дин насколько мог, расчесал и заплел ее волосы в пушистые косички, умыл и дал напиться. Эти мелочи он закончил делать как раз к приходу уже хорошо знакомого небесно-голубого десептикона. Даже странно, что эти роботы, которые, если честно, мало чем отличались внешне от собратьев с поверхности Земли, перестали пугать Дина еще «вчера». Не от каждого человека в теперешних условиях ожидаешь такой вежливости и обходительности. Дин не понимал, почему так быстро привык к ним, хотя их собратья поселили такой страх внутри. Возможно, сказался стресс, многодневное голодание и обезвоживание. Впрочем, десептиконы сделали все, чтобы сгладить неудобства, и было бы как минимум некрасиво не отблагодарить их. Хотя бы тем, чтобы не вздрагивать в их присутствии, словно ежесекундно ожидая казни. Только вот сестра с этой позицией категорически не соглашалась. Ами привычно спряталась за спину брата, едва завидев нечто огромное и крылатое. И никакие увещевания не помогали убедить ее в том, что это не враг и ничего страшного не будет. Поэтому Дин взял девочку на руки, прижимая к себе, а она доверчиво спрятала лицо у него на груди. — Мы с Саундвейвом думали над этой проблемой, — мягко заметил Тандеркрекер, когда уже нес людей к компьютерному залу. — Сегодня можно попробовать вывести ее из шока. — Каким образом? — Он сказал, что есть план. Но в чем его суть не распространялся. — Это… это же не опасно? — Конечно, нет, — удивился Тандеркрекер. — Мы дали тебе повод так думать? — Нет, но… — замялся Дин. — Прости, если это прозвучит грубо, но вы с теми другими с одной планеты… так что… — Ты с теми людьми, которые охраняли ваше поселение с оружием и не давали никому сбежать, тоже с одной планеты, — резонно заметил Тандеркрекер. — Но ты не настаиваешь на том, чтобы ворваться в нашу оружейную, не так ли? — Ну, нет, я и стрелять-то никогда не пробовал… — неловко пробормотал Дин, осознав, что, кажется, действительно обидел его. — Извини… — Ничего, я понимаю тревогу, но Саундвейв профессионал своего дела, — склонил голову десептикон. — Помни, мы просто стараемся помочь. Раз уж вы здесь — нельзя допустить, чтобы девочка находилась в таком состоянии. Это ее погубит. С этим сложно было поспорить. Парень отвел взгляд от голубой, почти синей, оптики. Было неловко смотреть на своего спасителя и не доверять ему. Но страх цеплялся за сердце стальными коготками, не желая отпускать. Если они действительно помогут Ами, не причинят ей никакого вреда, тогда можно будет поверить в чудо, а пока… А пока приходилось постоянно бороться с собой. Негромкое шипение раздвигающихся дверей, и перед людьми открылся вид компьютерного зала. Огромные, порой даже больше, чем размах крыльев у сикеров, экраны мягко светились, выдавая различную информацию. Схемы, графики, ряды неизвестных символов — все это складывало картину военной жизни. А перед терминалом, растянувшимся вдоль стены, стоял бело-голубой робот. Услышав шаги, он обернулся и приветственно махнул рукой. — Что нового? — поинтересовался Тандеркрекер, опуская людей на широкую консоль. — Ничего, все подозрительно тихо и мирно. Затишье перед бурей… — Ненадолго. Как бы она не грянула в самый неожиданный момент, — небесно-голубой сикер покачал головой. — А новости с Кибертрона? — Шоквейв скоро должен выйти на связь, вот и узнаем, — золотой визор полыхнул светом. — Но пока мне нечего сказать. Вот отчеты, которые я успел сделать за это время, передашь Мегатрону. Дин внимательно вслушивался в ровное шипение десептиконской речи. Голоса звучали негромко, мягко и беззлобно. Парень уже начал привыкать к их разговорам, и даже научился различать интонации в сплошном потоке механических звуков. Ами, поначалу дрожавшая от страха, робко выглянула из-под его руки и глянула на связиста. Огромный робот, как ни странно, не вызывал у нее такого ужаса как его сородичи. Возможно из-за своей совсем не человеческой внешности. Девочка все еще не выпускала руки брата, но уже не смотрела в одну точку, ни на что не реагируя. Наверное, Саундвейв это тоже заметил, потому что, отдав стопку датападов Тандеркрекеру, внимательно взглянул на людей. И совсем человеческим жестом махнул им рукой. Наверное, и улыбнулся бы, если бы мог. — Привет. Надеюсь, помните меня со вчера? Голос этого бело-голубого десептикона был полной противоположностью внешности — негромкий, глубокий и до невероятности похож на человеческий. Это несоответствие уже не в первый раз вогнало Дина в легкий ступор. — Д-да… вас всех тяжело забыть… — Еще бы, индивидуальный заказ, — он легонько ударил себя кулаком в угловатую грудь. — Я себя не на свалке нашел, знаешь ли. — Охотно верю, мистер Саундвейв… Из корпуса меха раздался вздох. Кажется, раздраженный. — Послушай, Дин, я может и слегка старше вашей цивилизации, но это не повод звать меня мистер. Просто Саундвейв. Вот. Дин не смог сдержать улыбку. Робот обижался, что его считают «старым» — есть в этом что-то сюрреалистичное. По отношению к инопланетному роботу понятие «старый» сложно применить, полагаясь на человеческие мерки, но Дин решил не расстраивать нового знакомого. — Хорошо, Саундвейв, как скажешь. — Вот и чудненько, — мех хлопнул ладонями и потер их друг об друга, словно замышлял злодейский план. — Так, прошу прощения, что приходится принимать вас здесь, но уйти с рабочего места я пока не могу. — Да ничего. У вас тут… увлекательно! — Ага, как ржа на корме… В общем, перейдем к насущной проблеме. Мне говорили, что малышка Ами требует небольшой реабилитации. — Да, это так, — Дин с грустью посмотрел на притихшую сестру. — Она видела такое, что… ребенок такого видеть не должен, в общем. — Да, я согласен, — кивнул Саундвейв. — Но не волнуйся! Дети отходчивы, я уверен, что мы сможем поправить положение, если чуть постараемся. Дин не мог точно сказать, что именно его успокоило и заставило довериться Саундвейву: его мягкий тон, дружелюбие, улыбка, которая хоть не была видна за маской, но все равно ощущалась… Разговор с ним казался таким… обыденным. Возможно, это именно то, чего больше всего не хватало в новом ужасном мире, который создали автоботы. Дин вздохнул и решился задать вопрос: — Каким образом? — Постараемся отвлечь от воспоминаний и дать новые впечатления. Обычно это помогает выйти из ступора. Но если нет — то я подкорректирую ей память, стерев часть неприятной информации. Дин вздрогнул. Робот говорил о вмешательстве в сознание, словно о чем-то будничном и незначительном, но для человека это звучало дико и страшно. Он отрицательно замотал головой. — Нет, не надо! — его голос задрожал. — Она всего лишь ребенок, не нужно ее мучить. — Это самый крайний случай, — постарался успокоить его связист. — Надеюсь, до этого не дойдет. Но в любом случае, я не буду что-то совершать против вашей воли. Вы и так достаточно пережили, и пройдет еще немало времени, прежде чем ваша психика адаптируется к происходящему. Мы постараемся, чтобы у вас больше не было таких неприятных потрясений. — Мы? — недоуменно переспросил Дин. — Мы, — спокойно подтвердил Саундвейв. — Мы все. На Немезисе вам ничего не угрожает, если конечно Варп не задумает очередной взрывоопасный эксперимент. Но это уже всеобщая беда, придется привыкать. Парень кивнул. Звучало не очень безопасно, но… Снова послышалось шипение дверей, Дин оглянулся и обомлел — такой странной процессии ему еще не приходилось видеть. Впереди гордо и грациозно вышагивал белоснежный робот-пантера, с золотыми глазами и длинным сегментированным хвостом, который едва-едва покачивался в такт ходьбе. Это существо даже невозможно было назвать роботом, настолько он выглядел живым и изящным. Позади большой металлической кошки шли два робота, ростом чуть выше человеческого. Голубые пластины на верхней части лица напоминали очки, ярко блестящие в полумраке. Оба о чем-то весело разговаривали, даже шутили, насколько Дин мог судить по широким улыбкам на их лицах. — Кто это? — шепотом спросил парень у бело-голубого десептикона. — Мои миниконы. Помощники, коллеги, друзья. Сложно объяснить, но ты скоро поймешь. — И, э-э-э… кошка тоже? — Это Рэведж — разведчик. А эти двое… — робот запнулся, словно пытался подобрать подходящее слово, которое точно отображало его отношение к собратьям. Сумел подобрать только исключительно жаргонное: — …раздолбаев — воины Рамбл и Френзи. Но, несмотря на столь малые размеры, умеют наводить шороху среди автоботов. Дин удивленно покосился на Саундвейва. Этот десептикон был первым из всех его новых знакомых, который пытался говорить, как люди. Как обычный человек с Земли, со всеми присущими людям оборотами и манерами. — А еще они очень хорошие друзья, — с неожиданной теплотой в голосе закончил связист. — Думаю, вам с ними будет легко. А особенно твоей сестре, — он сделал забавный жест руками. — Ну, размеры, ты понимаешь. Парень снова посмотрел на роботов. Сложно было представить себе, как можно найти общий язык с такими необычными существами. Но ведь с их огромными собратьями нашли же. А Рамбл и Френзи не выглядели ни страшными, ни пугающими. Необычными, странными, на человеческий взгляд, но вполне доброжелательными. Впрочем, Дин пока не увидел в десептиконах какой-либо злобы по отношению к нему и Ами, только любопытство и мягкость. Вот и эти маленькие роботы отвлеклись от разговора и с огромным интересом посмотрели на людей, но пока промолчали, словно ожидая разрешения. — Привел, — мягкий мурлычущий голос растекся по залу. Парень опешил, когда понял, что говорит белая пантера. — Как ты и просил. Спокойно и невозмутимо сообщив это, пантера отошла в сторону и легла на плиты пола. Словно обычная кошка, уложила голову на передние лапы, слегка пригасила оптику, оставив только едва уловимое золотистое сияние. — Спасибо, Рэведж, — визор Саундвейва замерцал, и связист повернулся к Рамблу и Френзи с немым вопросом. — Знали бы, что тут такие интересные дела, то пришли бы раньше, — подал голос красно-черный робот. — А то от Рэведжа ничего не добьешься. — Да уж… — протянул его оранжевый собрат, не отрывая взгляда от Дина и настороженно прижавшейся к нему Ами. — Так вот к чему такая спешка. А кто эта малышка? — Именно, — ровно подтвердил связист. — Это девочка с Земли. Она и ее брат пострадали от нападения автоботов, и теперь девочка находится в шоковом состоянии. Вашей задачей будет вывести ее из него. Надеюсь, вы справитесь с этим? Голубые линзы роботов ярко загорелись, десептиконы переглянулись и одновременно произнесли. — Да не вопрос!