Гипноз

Как они напились, Юури уже толком не помнил. Помнил только, что было невероятно весело, и Сара казался близким, как никто, аж по шее горячие мурашки от его лукавого взгляда бежали, а тело немело. Может, это было диковинной разновидностью гипноза, но что-то подсказывало Юури: дело не в гипнозе. В конце концов, на него гипноз Сары не действовал никогда… — А девушки?.. — вспоминался еще вопрос, сейчас кажущийся до смешного нелепым. Волосы Сары сияли в приглушенном свете гостиной, и он сам сиял, а сладкий запах, исходящий от него, кружил голову, заставлял сознание растворяться в вязком тумане. Юури шатало, как на корабле, когда он пытался думать, и ответ получился совсем идиотским: — Мне не понравилось. — Неужели? Кажется, он не стал рассказывать Саре о своем первом позоре, когда кончил через полминуты, едва успев вставить — скорострел, да и только, а она ничего не сказала, совсем, и он… — Лучше с мужчиной? — Не знаю. Вот этот свой ответ Юури помнил совершенно точно, потому что с мужчинами у него, конечно же, ничего не было и быть не могло. Помолвку они с Вольфрамом, повзрослев, разорвали, решив остаться просто друзьями, тем более что Вольфрам всерьез надумал жениться. Юури личная жизнь волновала мало. С женщинами он встречался, но редко; у него была «рана», как это говорится, и вспоминать о ней не хотелось бы. Тем более сейчас, подшофе, в компании порядком повзрослевшего и только похорошевшего Сары. Юури любил наведываться в гости — к Саре, к Флурин, к Антуану. С ними он чувствовал себя как в компании старых друзей и совсем не ощущал давления — того, из-за которого избегал надолго оставаться в Шин-Макоку. Там было душно. Неспокойно. А здесь — здесь было хорошо. И даже то, что он упился без меры, не мешало, наоборот, стало легко-легко. — А если со мной?.. — Да ты что. — Нет, ну правда. Сара смотрел своими невероятными глазами и смеялся, и Юури засмеялся тоже, а потом они пили еще, кажется, на брудершафт — Юури пытался объяснить, что это такой иностранный обычай, Сара не понимал, но выпить выпил. Потом они поцеловались, пьяно и горячо, и выпили снова, опять на брудершафт. Поцелуи пьянили не хуже вина, было хорошо, сознание понемногу уплывало, пока не уплыло совсем, и, проснувшись во все той же гостиной на диване, Юури толком ничего не помнил. Хмель до сих пор не развеялся, кажется, было все так же легко, а похмелья не чувствовалось совсем. Совсем рядом послышался короткий стон. Юури постарался не делать резких движений; сердце рванулось куда-то к горлу. Он приоткрыл глаза и понял, что лежит на диване в приятной компании. Или не самой приятной — на том же диване расположился Сара. Он лежал на боку, к Юури спиной, в критической близости. Прекрасные волосы и дивный запах никуда не делись, и при воспоминании о смеющемся Саре Юури столкнулся с проблемой в виде болезненно набухшего члена. Смазки было не так уж мало, Юури подозревал, что такими темпами белье спереди промокнет, и хорошо, если только оно. Вдобавок бедрами он прижимался аккурат к заднице Сарареги, выгодно подчеркнутой его странной одеждой. Нехорошо. Юури попытался осторожно выпутаться и убрать руки, которыми уже успел по-хозяйски Сару облапать. Ох, пахло от него слишком приятно, даже лучше, чем от девушки. Сара, похоже, спал слишком крепко для того, чтобы заметить происходящее. Или наоборот. От этой мысли, промелькнувшей в сознании, Юури дернулся, сейчас же высвободив руку. Сара сонно пошевелился и приоткрыл глаза. — Решил попробовать? — пробормотал он хрипло. Слышать такой голос у Сары было странно, и смысл его слов до Юури дошел далеко не сразу. — Прости, я сейчас… — Юури кое-как отодвинулся и убрал вторую руку, которую он устроил на чужом животе, забравшись пальцами под одежду Сары спереди. — Не нужно извиняться. Сара вывернулся так, будто был мастером в каком-нибудь диковинном боевом стиле — Юури порадовался ширине дивана, которая все это позволяла, — и уселся сверху, расставив колени. Юури рвано выдохнул, когда Сара прижался ягодицами к его члену, и без того болезненно чувствительному. Он даже не попытался скинуть Сару с себя. Сердце застучало в ушах и, оглушенный этим звуком, Юури не нашел в себе сил сопротивляться, когда Сара улегся на него, — легкий, какой же он легкий, — обхватил ладонями его лицо и коснулся сомкнутых губ своими. Голова кружилась — слишком много ощущений; Юури впустил настойчивый язык Сары в свой рот и без особой охоты ответил на поцелуй. — Я ведь знаю, что ты хочешь. Давай, — прошептал Сара и дотронулся до плеч Юури. Расстегнуть пуговицы рубашки для ловких рук Сары было делом минутным; в скором времени он уже осторожно гладил ладонями грудь Юури, скользя по влажной от пота коже. — Нет, — Юури попытался возразить. От возбуждения, охватившего его, все лишние мысли вылетели из головы. Он мог сосредоточиться разве что на поглаживающих его руках, приятной тяжести сверху и вкусном запахе. Исходящий от Сары аромат усилился — он тоже хотел, Юури, казалось, мог понять это по одному запаху, даже не видя. Юури просто лежал, раскинув руки в стороны, не пытаясь что-либо предпринимать. Сознание напоминало кораблик, который швыряли прихотливые волны, Юури не мог понять, хорошо ему или плохо, а еще не понимал, что это, похмелье или опьянение, или и то, и другое вместе. Вольфрам, наверное, чувствовал себя так на корабле, когда его тошнило, пришла непрошеная мысль, но думать было не время и не место, и сожалеть — тоже. — Уверен? — прошептал Сара на ухо, обжигая горячим дыханием. По идее, Юури должен был почувствовать запах перегара, но все перебивал другой аромат, присущий только Саре, особенный, его. Юури не смог ответить; Сара, не мешкая, спустился ниже, обвел языком кожу под его пупком, прочертил влажную дорожку к паху. — Да, — выдохнул Юури, накрывая его затылок ладонью. Сара вдруг затих; он тоже часто дышал. Ощущать его дыхание было щекотно, и Юури невольно напрягся. Он не хотел кончить прямо сейчас, опозориться, как раньше, хотя что там — это было давно, как за густой матовой пеленой, и сейчас тоже было за пеленой. Он терялся в ощущениях и едва сдерживался. Юури погладил гладкие волосы у Сары на затылке, потом запутался в них пальцами и надавил слегка. Сара понял, чуть приподнялся, чтобы стащить с Юури штаны и белье и спустить их до колен. — Такое ощущение, будто я тебя принуждаю, — пробормотал Сара, забираясь пальцами под пояс. Юури всхлипнул, когда мягкая ткань проскользила по слишком чувствительной коже; Сара наклонился и лизнул член Юури, подтянувшийся к животу. Юури хотел ответить, что принуждение тут ни при чем, это просто гипноз, и это хорошо, будто грязь смывают с когда-то чистого стекла, сводят слой за слоем, но не смог выговорить такую длинную фразу, потому что Сара приподнял его член и принялся облизывать обнажившуюся головку, изредка помогая себе рукой. У Юури воздух из легких вышибло: с женщинами было не то и не так, и этот дивный запах не плыл по воздуху, не кружил голову… Может, Сара пользуется каким-то особыми благовониями? Как госпожа Шери… Впрочем, на Юури такие вещи обычно не действовали. Иногда он даже об этом жалел. Когда Сара обхватил губами головку, а потом наклонился, будто пытаясь вобрать в рот как можно больше, Юури не вполне осознанно качнул бедрами. Сара отстранился, выпустив член изо рта, потянулся обвести языком тяжелую мошонку, прихватил губами кожу у основания члена. Краем глаза Юури заметил, что одну руку Сара запустил под свою одежду непривычного покроя и теперь ритмично ею двигает. Кажется, его это все… возбуждало. Не меньше, чем самого Юури. — Сара, — вырвалось у Юури, когда Сарареги вернулся к головке и опять взял в рот, на этот раз глубже, до самого горла. От ощущений темнело в глазах, Юури неловко поглаживал плечи Сары сквозь легкую ткань и едва сдерживался, чтобы не толкаться бедрами. Сара на мгновение отстранился, чтобы тут же вернуться к начатому, провел языком по выпуклым темным венам, и Юури понял, что сдерживаться дольше не сможет. Сара тоже понял. В следующее мгновение он снова наделся ртом на член Юури. Влажный горячий рот сжал его — это было потрясающе, и Юури попытался отстранить Сару. Тот уже сообразил сам, с чмокнувшим звуком выпустил член Юури изо рта и со странным интересом воззрился на выплескивающееся семя. Его было много: последний раз Юури виделся с женщиной… давно. Вставать не хотелось. Чувство странного шатания, это хорошо-плохо, казалось теперь призрачным, но до конца не ушло. Нужно было бы сходить искупаться — что от гостиной Сары до купален не так далеко, Юури помнил по прошлым визитам, — но делать ничего не хотелось. Напало странное отупение, и это было хорошо. Не хватало только, чтобы неуместные мысли вернулись. Сара, пахнущий уже не так сильно, но столь же соблазнительно, улегся рядом. Потянул на себя покрывало, вытирая мокрую от спермы ладонь, придвинулся ближе к Юури. — Понравилось?.. Юури не знал, что ему ответить. Он не хотел думать. Панически боялся. Не хотел вспоминать. Ни к чему хорошему это бы не привело, у него была «рана», он был обречен нести ее до конца жизни и знал это. Но… От каждой раны найдется свое лекарство. Возможно, оно не излечит ее, но даже если просто снимет боль… Юури повернул голову, заглядывая в блестящие глаза Сары. Потом коснулся ладонью его шеи, нашел бьющуюся жилку — живой. Настоящий. И пахнет от него очень приятно. — Мы можем зайти дальше, — предложил Сара. Думать о «дальше» было лень, не время и не место. — Еще скажи, что ты не хотел, — Сара было обиженно поджал губы, но Юури покачал головой и улыбнулся, и Сара, расслабившись, улыбнулся тоже. — Я не знал, что ты такой… инициативный, — слова дались с трудом. — Думал, что я девушка? — Сара засмеялся. Юури дотронулся до его щеки: — Нет. — В следующий раз точно зайдем дальше, — Сара накрыл его руку своей. — И ты будешь снизу… Юури. Юури не стал спорить.