Нелюдимый

POV Рома. - Поехали, отдохнём, тебе полезно будет подышать свежим воздухом. - Там будет твой брат, а я терпеть его не могу, ты же знаешь! - Егор уговаривал меня вот уже час. - Но мы же едем не в доме сидеть, а на природу. Давай соглашайся, там классное озеро. Порыбачим, позагораем, а то вон ты какой бледный. - Хорошо, ладно, - я почесал нос. - Но если что не так, поедем обратно. - Конечно, конечно! – Егор заскакал аки горный козлик и полез обниматься. Хмуро оттолкнув его, я пошел домой, собирать вещи в неожиданную поездку. С Егором мы дружим со школы, познакомились еще в пятом классе, когда он с семьёй переехал в наш город. С тех пор и дружим. Если честно, то Егор мне стал не только другом, но и братом, которого мне так недоставало. Я с детства был хмурым и необщительным ребёнком, а Гор, как только пришёл в наш класс, сразу же покорил всех своей сияющей улыбкой. Окинув присутствующих рассеянным взглядом, всё так же улыбаясь, уверенно направился прямо ко мне. С чего он выбрал именно меня, непонятно. Егор всё пытался завязать со мной разговор, и сначала он общался фактически сам с собой, я только слушал, но спустя несколько дней я с удивлением поймал себя на том, что отвечаю на его вопросы. Я никогда не понимал, чего такого во мне, хмуром, нелюдимом и не блещущем красотой, нашёл такой общительный и весёлый парень. Люди к нему всегда тянулись, тянутся и будут тянуться, он как маленькое солнышко: умеет всех осветить своей улыбкой, теплом и состраданием, что не скажешь о его брате. Брат. Единственное, чего мне так недоставало в детстве, и единственное, с чем не повезло, по моему мнению, Гору. Хоть мы и жили с мамой вдвоем, но я всегда мечтал не об отце, а, как ни странно, о брате. Папа умер, когда я еще под стол пешком ходил, а мама так и не нашла никого другого, целиком и полностью погрузившись в работу. Вероятно, подсознательно я хотел иметь защитника, друга и родного человека в одном лице, а мальчику, никогда не знавшему отцовской любви, этим идеальным человеком представлялся брат. Так вот, о брате Егора. Вот так с ходу даже не знаю, что о нем рассказать, просто он меня так бесит, что в голове одни маты. Вот как два абсолютно таких разных человека могут быть братьями? Его имя Данил, друзья зовут Нил, но по мне так это не друзья, а так, прихлебатели. Родители у них весьма состоятельные люди, но Егор этим никогда не кичился, что не скажешь о Даниле. Одежда, машина, прическа, парфюм - все кричало о том, что этот парень не стеснён в средствах. Я понимаю, если бы он сам себе зарабатывал на все это, а потом показывал всем СВОЙ достаток, а так… пижон и пустышка. И ладно бы все кончалось тупым бахвальством, но Данила всячески показывал людям на так называемое «своё» место, а проще говоря, унижал. Нет, что вы, он не опускался до банальных обзывательств, избиений и тому подобного, что так часто практикуют подростки. Всё можно было прочесть в его глазах, мимике, даже в ауре, этакий альфа-самец, что брезгливо посматривает свысока на всех, кто не похож на него. После его презрительных взглядов всегда чувствуешь себя оплёванным, остаётся ощущение, что ты с головы до пят в говне. Находиться рядом с ним мне всегда противно. Несмотря на его полный отвращения взгляд, девки при виде него чуть ли не писают кипятком. Не спорю, внешность Данила не подкачала, но это не повод таскаться за ним и лизать ему зад за маленькую капельку его псевдо-внимания. Если честно, меня раздражает не только Данил, - а точнее будет сказать, что не бесит меня только Егор, хотя иногда и он подбешивает, - меня вообще напрягают люди в целом. И, да, я не люблю себя, меня дико раздражает моя внешность. Ненавижу свои родинки, они как грязь, прилипшая к моему телу. Я вообще терпеть не могу грязь. Я дико чистоплотен, поэтому кроме головы волос на моем теле не найти. А еще я минимум по три раза в день хожу в душ, глупо надеясь, что рано или поздно это точечное уродство отмоется. Но, увы... приходится скрывать эти адские метки, чем придется. Именно из-за грёбанных родинок я ношу очки в огромной роговой оправе, из-за них мне приходится ходить в водолазках или шарфах даже в жаркую погоду, из-за них я никогда не подстригал волосы короче, чем по плечи, из-за них мне всегда жарко и плохое настроение. В майке меня видел только Егор. А почему не без неё, спросите вы? Да потому что под майкой скрывается моё второе уродство. Соски, дойки, сиськи как у коровы ей богу! Ну почему, меня, парня, угораздило родиться с таким выменем?! Нет, у меня конечно не первый размер, но что-то очень на это похожее. Это как если бы ореолы сосков, а они у меня в диаметре сантиметра четыре, слегка вздулись, а сами соски всегда стояли по стойке смирно. Так это еще не вся беда, эти дрянные пипетки жутко чувствительные, мать вашу! И из-за этого я себя реально ощущаю то ли недобабой, то ли недомужиком. Обычно такие сисяндры бывают у полных или старых мужиков, но мне-то еще семнадцать, и я вполне себе стройный, спортом не брезгую, даже наоборот, качаюсь (вдруг сиськи в мышцы уйдут), так почему же они достались мне? Под эти свои невесёлые мысли я собрал сумку и написал маме смску, что еду к Егору на дачу. На уговоры друга я поддался только потому, что это наше последнее школьное лето, а осенью уже в вуз. Поступать мы с Гором решили вместе, на филологический факультет, даже уже документы подали. Хорошо, что универ, который мы выбрали, находится всего в паре остановок от дома. Кстати, живём мы с Гором в соседних домах, что стало еще одной причиной нашей дружбы. Если бы мы жили далеко друг от друга, то не думаю, что у него получалось бы часто вытаскивать мою затворническую задницу на улицу, а так каждое утро он заходил за мной в школу, провожал до подъезда, звал по магазинам, да и вообще постоянно торчал у меня дома. Егор меня старше на полгода, поэтому пару недель назад он получил права и сейчас ждал меня около своего новенького серебристого Рено, подаренного ему предками на ДР. Я закинул сумку в багажник и уселся на переднее сидение. - Пристегнись, Ромашка! – весело пропел новоявленный водитель, а я надулся. - Я же просил не называть меня так! – вот, блин! Это его «Ромашка» меня просто добивает и вызывает желание пойти помыться. У кого о чем, а у меня о наболевшем, типа «Посмотрите на ромашку, у него везде букашки». Бррр... - Да ладно тебе, Цветочек! – нет, ну он надо мной издевается! «Раз сосочек, два сосочек, вот и Ромочка-Цветочек». - Егор, я не дал тебе в лоб только потому, что ты мой лучший друг, но если ты меня ещё раз как-нибудь так назовёшь, меня уже ничего не остановит, даже то, что ты за рулём! – прорычал я, сверля друга глазами. - Ну чего ты, Ромка, такой обидчивый? У меня настроение хорошее и я хоте... - Ты хотел испортить его мне? У тебя прекрасно получилось! – я отвернулся и стал смотреть в окно. Со своей сварливостью я уже сам себе противен, как только Егор меня терпит? - Да ну тебя, бука! – этот непробиваемый человек включил какую-то попсятину и радостно стал ей подпевать. Через час мы приехали и пошли затариваться провизией в ближайший магазин. На улице ласково припекало солнышко, а я всё больше и больше зверел, ведь на мне неизменно была водолазка и с меня текло уже в три ручья. По возвращению с магазина весь взмыленный и потный я, как стадо слонов, ломанулся в душ, сшибая все на своем пути. Под прохладными струями воды мне полегчало, и я наконец-то расслабился. Не знаю, сколько я вот так стоял, но из приятной неги меня вырвал громкий стук в дверь и недовольный голос Данила. Я проорал ему, что через десять минут выйду. Его мерзкий тон заставил снова почувствовать себя грязным, поэтому я стал остервенело надраивать своё тело вновь.