Нелюдимый

POV Рома. Дня два мы с Егором провели на берегу озера, играя в карты, купаясь и болтая ни о чём, благо сюда из местных никто не совался. На третий день, утром, Гору позвонил отец и попросил его вернуться на сутки домой, почему, не сказал. - Ром, зачем тебе ехать со мной? Я же завтра утром уже приеду, - друг уже полчаса отговаривал меня ехать с ним. - Я не хочу оставаться здесь один! - Ну, ты не один останешься, а с Даней… - Тем более! Я не останусь с ЭТИМ! - Рома, успокойся ты, свалишь на весь день на озеро, книжечку почитаешь, а потом придёшь и баиньки, утром проснёшься, а я уже тут. Мы ж эти два дня практически не видели его. Я закусил губу и призадумался: и вправду, за все это время я его ни разу не видел, а только слышал, и то потому, что этого придурка тянет мыться, когда я в душе. Да и Кинга я давно дочитать хотел, поваляюсь у озера один, почитаю… - Хорошо, только чтоб завтра утром был как огурчик! - Есть, капитан! – смешно козырнул мне Егорка с дебильной улыбкой на лице и убежал на улицу заводить машину. Я направился на кухню собирать с собой перекус на променад. Наделав кучу бутеров и взяв немного фруктов, пошёл в комнату за книгой и полотенцем. Уже на выходе из комнаты я столкнулся с Данилом. Вот умеет он одним своим видом всё настроение запоганить, кажется, даже фрукты в пакете загнили, а бутерброды покрылись плесенью. - Слышь, ты, я уезжаю до вечера, будь добр, если куда-то пойдёшь, закрой дверь и не води сюда никакую шваль, – процедил этот нехороший человек. Мне кажется, завтрак в моем животе прокис, да и вообще начало подташнивать. - Ах, да… НЕ СМЕЙ ЗАХОДИТЬ КО МНЕ В КОМНАТУ! – рявкнул он так, что меня чуть не сдуло. - Больно надо, - я поморщился, - я, между прочим, тоже сейчас ухожу. - Мне всё равно, я предупредил, – и этот мерзкий субъект, поджав губы, направился на выход. Я выждал, пока не затих звук мотора его машины, и только после этого отправился на озеро. Перед выходом меня терзали сомнения: может вернуться назад и засесть в душе или всё-таки ускориться и занырнуть в озеро. Взвесив все за и против, я решил, что в душе я успею закрыться и после, поэтому ускорился в направлении прохладной водички вожделенного озера. Уже на подходе к нему я поскидывал все свои влажные от духоты шмотки и с разбегу, рыбкой, угрёб в прохладные глубины. Каааайф! Проплескавшись около часа, я удовлетворенно развалился на полотенечке и прикорнул. Проснулся я от боли в шее: укусила зараза какая-то, судя по тому, что достаточно больно, это была мошка. Эти твари хоть и мелкие, а кусаются, собаки, жутко больно, да и место укуса потом долго не заживает. Почесав шею, вздохнул и достал книгу, углубляясь в вымышленный мир, даже кушать что-то не хотелось. Из мира грёз меня вернула лёгкая тошнота и головная боль: похоже я словил удар от солнышка. Из-за противного Данила я забыл взять с собой кепку, а возвращаться за ней было банально лень. Добравшись до дома, я сразу залез в душ. Прохладная вода постепенно возвращала к жизни. Выходя из ванной комнаты, понял, что довольно-таки сильно замёрз, поэтому надел на себя толстовку со спортивками и залез под одеяло. Снилась какая-то чертовщина, наверное, я всё-таки перечитал Кинга, хотелось пить, но глаза не открывались. Чесался мошкариный укус. Сквозь сон почувствовал, что меня кто-то трясёт и сдавленно матерится. Через несколько минут, а может быть даже часов, я почувствовал, что меня нагло раздевают, но сил сильно сопротивляться просто не было. То ли во сне, то ли наяву я увидел, как перед лицом маячит плод инжира. Я так хотел пить, что вцепился в него губами и зубами и этот сок мне показался самым великолепным в мире. Я пытался высосать из него всё до последней капли, но фрукт у меня нагло отобрали. На меня опять накатила жажда, мне бредилось, что за мной бежит клоун с бензопилой, а я еле переставляю ноги. Бежал я недолго, так как провалился в какую-то яму, но судя по продолжительности полёта, я не просто упал в яму, а тупо свалился со скалы. Начал накатывать страх, ведь рано или поздно падение закончится, а умирать так не охота. Летел я вниз головой и уже начал различать острые камни, в скором времени которые окажутся последним, что я увижу. Я зажмурил глаза… и тут меня резко схватили за плечо и приставили ко рту стакан с шикарной ледяной водой. Захлёбываясь и проливая воду мимо, я жадно глотал так необходимую мне сейчас жидкость. Дальше я ощутил, как меня обтирают чем-то холодным, и я успокоился: наверное, я очень сильно перегрелся на солнышке, раз мне так плохо, а обтирает меня Егор. Скорее всего, вернулся Данил, увидел, что мне плохо и позвонил брату, а тот как настоящий верный друг побросал все дела и теперь сидит и заботится обо мне, горемычном. Сделав такие выводы, я уже решил расслабиться и пустить всё на самотёк, но тут рядом со мной заговорил какой-то незнакомый голос, после чего меня всего ощупали, что-то вкололи, что-то приклеили на шею, и я поплыл…