Никто не знает, о чём мы думаем. А я бы поспорил с этим.

-Я вчера так сильно напился? – спросил я. -Ты даже не помнишь? -Не-а. Потому и спрашиваю. Я сделал что-то плохое? Ты не захотела спать со мной. -Пьяным ты себя ведёшь по-другому, - сказала Кэтрин. – У тебя шутки такие пошлые. А ещё ты руки распускаешь. -В каком смысле? Лезу куда не надо или бью? -Первое. -Это не так уж и плохо, - я пожал плечами. -От тебя пахло перегаром. И ты постоянно лез целоваться. -Начинаю тебя понимать. Но, знаешь, я очень расстроился, когда проснулся один. Кэт ничего не ответила. Но мне это было и не нужно. Просто хотел выговориться. Теперь стало спокойно. Вот уж не думал, что когда-то буду так переживать из-за того, что утром в моей постели не было никого, кроме меня. Напротив, раньше мне всегда нравилось просыпаться одному. Даже после хорошей ночи. Я никогда не любил делить свои вещи с кем-то. Тем более кровать. Но не заниматься же сексом у стены. Нет, это, конечно, круто, но не постоянно. Иногда хочется просто полежать, наблюдая, как старательно двигается девушка на тебе. Правда я, опять же, никогда не выдерживаю. Всегда снова беру всё в свои руки (немного неуместная фраза, ха), потому что не могу позволить кому-то другому контролировать ситуацию. -Хочешь кушать? – заботливо спросил я. -Немного. -Тогда давай побыстрее примем душ. А то кто-нибудь съест наш завтрак. -Ты уже что-то приготовил? – поинтересовалась Катарина. -Да. Салат для разнообразия. Хватит уже гамбургерами питаться. Я слез с кровати и помог жене сделать то же самое. Всё ещё держа её руку в своей, направился в ванную. -Знаешь, у меня к тебе есть деловое предложение. Хотя это, пожалуй, скорее просьба, - произнёс я. -Что за просьба? -Ты не могла бы снова собрать бомбу? -Что? Бомбу? Зачем? - удивилась Кэтрин. -Мне нужно кое-что сделать в Детройте. -Что такое тебе нужно сделать, что для этого требуется бомба? -Детка, я всего лишь хочу, чтобы мы жили спокойно, - сказал я. -Не понимаю, как бомба может этому поспособствовать. -Нужно кое-кого убить. Перестрелять всех не вариант. А вот если бы я их взорвал... -Это из-за того...? Как там его? Ахмед? – спросила девушка. -Абдул. Да, из-за него. Он хочет забрать всё, что принадлежит мне. Кэт понимающе кивнула. Я открыл воду в душе, наслаждаясь молчанием. Тишина, нарушаемая лишь стуком капель. -Хорошо, - тихо произнесла моя жена. – Я соберу бомбу. -Спасибо, котёнок. Это всем нам поможет. Я взял бутылочку с гелем для душа. Выдавил немного себе на ладонь и начал намыливать Катарину. Она закрыла глаза, наслаждаясь ощущением моих рук на своей коже. А я кайфовал от возможности беспрепятственно трогать её. Потом девушка начала намыливать меня. Эротично. Теперь уже я закрыл глаза, наслаждаясь и пытаясь не возбудиться. Потому что мягкие пальчики Кэтрин буквально сводили меня с ума. Выбравшись из душа, мы вытерлись мягкими полотенцами и оделись. Мне вдруг захотелось крепко обнять жену. Что я и сделал. Прижал её к своей груди, вдыхая запах её волос. -Я люблю тебя, - еле слышно выдохнул я. -Я тебя тоже. Я не отпускал девушку несколько минут. Но потом, поняв, как сильно хочу есть, всё же потянул её на кухню. Мы спустились по лестнице и вошли в самое популярное помещение дома. Поесть-то мы все любим. Один Бидлс чего стоит! Я усадил жену за стол. Взял две ложки и сел напротив. -Мы что, прямо из салатницы будем есть? – удивилась Кэт. -Да какая разница? Я уже прямо со стола есть готов. И едва закончив фразу, я накинулся на салат. Только сейчас понял, что всю ночь ужасно хотел есть. Просто был слишком занят поиском занятия, чтобы заметить это. Забавно. Позавтракав, я выпил кружку кофе, а Катарина кружку чая. Потом мне пришлось напомнить ей про бомбу. Потому что у нас нет времени, чтобы ждать подходящего момента, настроения, вдохновения или ещё чего-нибудь. Я должен со всем расправиться, и тогда всё снова будет хорошо. Но почему всё это произошло тогда, когда я уже почти привык к спокойствию? Мне начало нравиться однообразие, а теперь я опять должен убивать. Нет, я, конечно, не против, но это выбивает из уже привычной колеи. Я ведь так стараюсь смириться с тем, что жизнь уже никогда не будет такой насыщенной, как раньше. Кэтрин поднялась из-за стола и направилась в ту самую комнату, куда никто не заходил уже очень давно, – комнату Джейсона. А я остался сидеть за столом, потому что это не моё дело. Ну, моё, конечно, но меня не должно там быть. Я послежу через мысли девушки. Она поднялась по лестнице и, помедлив у двери, всё же вошла в комнату. На столе по-прежнему лежали все необходимые для сборки бомбы материалы. Я не убрал их потому, что никогда не трогаю вещи тех, кого больше нет. Пусть всё будет так, как он оставил. Я ведь всё равно больше не захожу туда. Кэт взяла тетрадь, в которой были изложены все инструкции. Первая страница была посвящена ей. Она начала читать, у неё в голове зазвучал голос Джейса, а на глаза навернулись слёзы. Я зажмурился, понимая, что если она заплачет, то я тоже. "Привет, Кэтти! Если ты читаешь это, то я, вероятно, умер. Не грусти, хорошо? Ты должна понимать, что я никогда не боялся смерти. За все свои деяния я давно должен был умереть. Ну, не будем отходить от темы. Если ты читаешь это, то Джастин передал тебе моё желание. Да, я хочу, чтобы моё тело уничтожили бомбой, которую соберёшь именно ты. Понимаю, тебя это удивляет. Но если взглянуть на это с моей точки зрения, ничего удивительного здесь нет. Ты в достаточной степени невнимательна, чтобы тебе ничто не мешало. Но я надеюсь, что твоя невнимательность не помешает делу. На самом деле, особой концентрации здесь и не нужно, просто следи за пропорциями. Подробные инструкции изложены далее. Уверен, ты справишься. Даже больше скажу, тебе понравится. Я уверен в этом. Ну что ж, приступай. Люблю тебя, сестрёнка." Я так сильно кусал свою губу, что почувствовал солоноватый привкус крови. И стоит ли так волноваться из-за старой записки давно умершего брата? Чёрт, а он ведь и правда умер так давно! Почти два года – огромный срок. Только не для жизни. Но если бы МакКейн мог побыть с нами ещё два года, я был бы несказанно рад.