Никто не знает, о чём мы думаем. А я бы поспорил с этим.

_________________________________________________ Через восемь месяцев. 5 февраля 2019 год. 16.57. -Господи, поверить не могу! - бормотала Кэтрин. Она крепко сжимала мою руку, и, когда снова начались схватки, я подумал, что девушка скоро сломает мне пальцы. -Держись, котёнок, - я попытался улыбнуться, хотя был слишком взволнован. Схватки через каждые пять минут. Значит, совсем скоро у нас родится второй ребёнок. В этот раз точно в срок, так что мы не так сильно переживаем. -Я боюсь, - прошептала Кэт. -Тебе лишь надо будет сосредоточиться на мне. Боль буду чувствовать я, тебе останется совсем немного, только чтобы контролировать процесс. -Я помню. Но всё равно боюсь. -Ох уж эта твоя эмоциональность, - я всё-таки выдавил улыбку. -Меня тошнит. -Мы уже почти приехали, милая. Потерпи. Когда я затормозил у больницы, Катарина сразу же распахнула дверь автомобиля и полной грудью вдохнула свежий воздух. А потом у неё снова начались схватки. Я тут же протянул руку, зная, что это её успокаивает. Она схватила моё запястье и сжала его изо всех сил. Я слегка поморщился. Девушка явно сильнее, чем выглядит. -Всё в порядке? – Кристиан, ехавший следом за нами, выскочил из своей машины. Вместе с ним к нам подбежал Чарльз. -Да, - кивнул я. Мы медленно покинули парковку и направились в здание больницы. А потом всё снова как в тумане. Я едва осознавал, что происходит. Лишь слабо помню, как Кэтрин положили на каталку и куда-то повезли, а нам велели ждать в коридоре. Мы с парнями стояли у палаты, пока к нам не вышла медсестра, которая сообщила, что всё в порядке и Кэт уже рожает. Потом на меня надели халат, заставили тщательно вымыть руки и впустили к жене. Я сразу же протянул ей ладонь, которую она, не раздумывая, схватила. -Сосредоточься, - еле слышно произнёс я. Девушка на секунду оторвалась от мыслей о боли и подумала обо мне. Тогда-то я и начал забирать её чувства. Во время родов это сложно сделать. Сложно и отвлечь Катарину, и оставаться сосредоточенным, когда тело разрывает такая боль. Но я, разумеется, готов терпеть ради своей любимой. Всего лишь несколько часов. Я справился в прошлый раз, справлюсь и в этот. Пока мы оба страдали от боли (я от адской, а Кэтрин от того необходимого, что осталось), я бормотал всякие успокаивающие вещи. И они были не только для моей жены, но и для меня самого. За последнее время я слегка отвык от таких ощущений. Жизнь была спокойной. Мы победили Лос-Анджелесских драконов, и больше никто на нас не покушался. Поэтому мы спокойно сидели дома и воспитывали сына. Он уже очень большой и очень умный. Так и не скажешь, что ему всего полтора года. Особенно, когда он начинает говорить о своих будущих братьях и сёстрах. Мне кажется, он точно знает, сколько их будет, хотя упорно скрывает это от меня. Но я не возражаю. Ещё успеется. -Я люблю тебя, котёнок, - пробормотал я. Она сильнее сжала мою руку, и почему-то мне стало спокойнее. Да, я догадывался, что этот жест успокаивает не только Кэт, но и меня. -Уже показалась головка! – радостно воскликнул акушер. Господи, уже совсем близко! Я на какое-то время сосредоточился на боли, а потом помещение пронзил крик новорождённого. Мой взгляд сфокусировался на ребёнке. -Поздравляю, у вас девочка! – объявила медсестра. Потом всё происходило чертовски быстро, а я совсем ничего не соображал, поэтому, когда, наконец, пришёл в себя, у нашей дочери уже было имя - Джазмин Патриция Бибер. Мы придумали его давно, ещё когда сами были подростками. И вот теперь настало время им воспользоваться. Так странно. Все наши мечты и планы воплощаются в реальность. Никто ведь на самом деле не думал, что так будет. -Она такая крошечная, - выдохнул я. Мы с Катариной находились в палате. И вот к нам принесли Джазмин. Я вскочил со своего стула и осторожно забрал малышку из рук медсестры. Немного подержав дочь, я передал её жене. Мы с девушкой умилённо смотрели на ребёнка, кажется, даже забыв дышать. Потом Кэтрин начала кормить Джазмин, а я вышел в коридор к парням. Они оба радостно улыбались. -Джул и Келли передают вам свои поздравления, - сообщил мне Чез. Я кивнул, всё ещё пребывая в слишком сильном шоке, чтобы ответить хоть что-нибудь. Вдруг в моём кармане зазвонил телефон. Я вытащил его и, мельком взглянув на дисплей, ответил. -Да, Стейс? -Кэт уже родила, да? – спросила моя сестра. -Да. -Девочку, да? -Зачем ты спрашиваешь, если уже и так знаешь? – я закатил глаза. -Потому что мне Джейсон сказал. Я прислонился к стене и провёл рукой по лицу. Конечно, мой сын уже обо всём знает. Я должен был догадаться. -Что ещё он сказал? – спросил я, неуверенный, что на самом деле хочу знать. -Что он очень рад. -Хорошо. -Дай мне трубку, - где-то на том конце послышался голос Колина. Потом шорох, и телефон, очевидно, перекочевал к нему. -Поздравляю, брат! – было слышно, что парень улыбается. -Спасибо. -Как назвали? -Джазмин, - ответил я. На секунду между нами повисла тишина. Кол понял, что это в честь сестры, а на это сказать было нечего. Сейчас ведь явно не подходящее время, чтобы выражать соболезнование. -Что ж, ладно, не буду отвлекать, - неловко вывернулся парень. В трубке раздались короткие гудки. В течение следующих двух часов я то сидел с Кэтрин, то выходил к парням, которые отказывались уезжать домой без меня. Я твердил, что вообще не собираюсь уезжать, хотя прекрасно понимал, что не продержусь даже до утра: я не спал всё ночь, и мозг уже вырубался. -Поезжай домой, Джастин, - моя жена снисходительно улыбнулась. Как будто я какой-то слабак, который не в состоянии совладать с собственным телом. Наверное, сейчас это правда, но это не повод смотреть на меня, как на ребёнка. -Я не хочу оставлять вас, - произнёс я. -Ничего с нами не случится. Выспишься и вернёшься. Я тоже устала. -Хорошо, котёнок. Я вернусь утром. -Люблю тебя, - Кэт поцеловала меня. Я улыбнулся, коротко обнял её и вышел в коридор. -Поехали, - кинул я друзьям. Они вскочили с лавочки и последовали за мной. -Просто поверить не могу, что у тебя уже двое детей, - пробормотал Крис. – Всё ещё помню, как ты ныл, что хочешь быть отцом. -Такое трудно забыть, - согласился Чез. Мы все дружно рассмеялись. Я и правда постоянно раздражал их своими непрекращающимися разговорами о детях. Постоянно говорил, что хочу, чтобы сначала родился мальчик, а потом девочка, чтобы он её защищал. И вообще рассказывал, как буду их воспитывать, в какие игры играть, какие мультики с ними смотреть. Всё обернулось немного не так, как я хотел, потому что этих детей, очевидно, не нужно воспитывать. Но я всё равно счастлив. Когда мы добрались домой, я сразу пошёл к Джейсону. Он меня уже ждал. -Джазмин? – спросил он, едва я вошёл. -Да, что-то не так? -Мне нравится это имя. -Это в честь твоей тёти, - вздохнул я, садясь на пол прямо там, где стоял. -Она умерла. -Да, умерла. Она была очень доброй. -Ты любил её, - кивнул мой сын. Возникает чувство, что часть нашего разговора протекает только в наших головах. Если слышать наши короткие реплики, можно решить, что мы не понимаем друг друга. Но это не так. Джейс знает, о чём я говорю, а я знаю, о чём говорит он. Наверное, так и должно быть в семьях. Может только не тогда, когда твоему собеседнику полтора года. Но я уже привык, что мой ребёнок не такой как все. -Тебе пора спать, - наконец пробормотал я. Ребёнок лишь согласно кивнул. Говорю же, он не такой как все. Я уложил Джейсона, немного посидел с ним, а потом пошёл к себе. Едва войдя в комнату, свалился на кровать. Даже раздеваться не стал. Я просто так устал! Бессонная ночь, полный волнений день, потом ещё куча боли. Я оказался не совсем готов ко всему этому. И теперь у меня не было не только физических, но и моральных сил. Однако прежде чем позволить себе заснуть, я решил проверить, как там Кэтрин и Джазмин. Но они обе уже спали, поэтому я успокоился и закрыл глаза. Я резко сел, тяжело дыша после страшного сна. Взъерошил свои волосы и, откинув одеяло (когда я вообще успел укрыться?), встал с кровати. Вокруг было темно и тихо – так же, как в моём кошмаре. Я взглянул на часы: два ночи. И я всё ещё не отдохнул, но в постель точно не вернусь. Этот сон слишком сильно меня взбудоражил. Взяв чистую одежду, я отправился в душ. Может, это поможет мне прийти в себя. Но даже после контрастного душа мне не стало лучше. Только если совсем чуть-чуть. Я оделся и, то и дело проводя рукой по влажным волосам, пошёл на кухню. Там начал варить себе кофе. Потом вдруг решил, что это совсем не то, что мне нужно. Выключил всё и вышел на крыльцо. На мне не было куртки, лишь кашемировый свитер, но в данный момент меня это не волновало. Я уселся на заснеженные ступеньки и закурил. После пары затяжек почувствовал себя немного лучше. После пары сигарет – почти хорошо. А ещё так замёрз, что вообще перестал соображать. Должно быть, на улице около минус двадцати градусов. Не хило. Я вернулся в дом, и только тогда меня начало потряхивать. Похоже, я замёрз сильнее, чем мне показалось ранее. Вот теперь кофе был бы к месту. Поспешив на кухню, я вернулся к приготовлению своего любимого напитка. Потирая плечи, я пританцовывал у плиты. А когда в моей кружке оказался горячий кофе, я, не подумав, хлебнул его и обжёг язык. Очевидно, сегодня не мой день. Через какое-то время я выпил ещё кофе, а потом вообще решил позавтракать. Пожарил себе яичницу и быстро смёл её с тарелки. Сначала мне показался странным мой дикий голод, но потом я осознал, что не ел уже почти двадцать часов. Ну и денёк вчера выдался! Немного походив по кухне, я решил посмотреть телевизор. Вряд ли там много интересных программ в такое время, но вероятность того, что я найду более интересное занятие, довольно мала. Только если разбудить всех и поехать в студию… Нет, я потеряю счёт времени, а мне нужно в больницу к жене и дочери. Я бы вообще прямо сейчас поехал, только ведь не пустят. Чёртовы правила!