My Sweet Prince

*Накидываю рюкзак на плечо* Мне нравится этот город, но я больше не хочу тут жить: тебя нет рядом, да уже и не будет. И я не хочу, чтобы эти воспоминания убили меня, поэтому я пишу глупую записку своим родителям и клею ее на зеркало. Они не заслужили, я знаю. Но слишком много изменилось. Изменился я, благодаря тебе. Прохожу мимо домов и площадок, где мы, до недавнего времени, гуляли. И сердце опять заныло, напоминая о том, что этих моментов больше не будет. Я не могу не попрощаться с тобой. Иду еще дальше и заворачиваю на тропинку. Легкий ветер ерошит мои волосы, и я наслаждаюсь этим. Ты научил меня любить природу. Я раньше просто не обращал внимания, но с тобой я понял, как все - таки это прекрасно. Ты научил меня наслаждаться мелочами. И я всегда буду благодарен тебе за это. И вот, наконец, я вижу знакомую ограду. Открываю дверцу и захожу внутрь. Это кладбище. Мне уже становится плохо. Слезы душат меня. Но я стискиваю зубы и иду вперед… к твоей могиле. Твоя могила находится за деревом. Ты хотел, чтобы она была именно здесь. Я помню, как ты привел меня сюда и показал это место. А я наивно полагал, что все будет нормально, что ты останешься со мной… Но ты тогда уже смирился. Мне трудно дышать. Я облокачиваюсь спиной о дерево, напротив твоей могилы и... Я не могу смотреть. Черт, я не могу видеть твое имя на холодном камне. Мои ноги подкашиваются, и я падаю на пожелтевшую траву, сжимая ее в своих пальцах. Меня трясет. Слезы катятся. Я умираю. Умираю внутри. Я закрываю лицо руками и падаю на траву полностью, свернувшись комочком. - Билли, ты нужен мне! Ты мне чертовски нужен! - не узнаю свой голос. Я кричу в пустоту. Услышь меня. Приди. Забери с собой. Но не бросай… Грудную клетку пронзает боль с такой силой, что я уже кричу. Голос охрип. И все что я могу сделать, это кататься земле. Потому что тебя нет. Я не могу этого изменить. Это просто клетка. Я не могу найти выход. Ты бы нашел… Билли… Ты бы нашел. - Мой милый, - сдавленно выдыхаю я, - на кого ты меня оставил? На кого, черт возьми, ты меня оставил?!? – кричу я, кидаю рюкзак в сторону, запуская пальцы в свои волосы, сжимаю их. Я не знаю, сколько времени корчился на земле. Спустя какое – то время слез вообще не осталось. Боль, которая недавно сжимала грудную клетку, подобно огромным тискам, пропала. Я весь обессиленный облокотился спиной о дерево, и красными от слез глазами смотрел на могилу. Все, что от тебя осталось, это лишь тире между двумя датами. Ты был чертовски молод. Какие – то восемнадцать лет. Жизнь только начинается. Но смерть всегда забирает самых лучших. Ты был лучшим, мой милый. Жаль, я понял это слишком поздно и провел так мало времени с тобой. Но все это время было лучшим в моей жизни. Я закрываю глаза и начинаю вспоминать нашу историю… Я - самый популярный парень в школе. Меня обожали все девушки, уважали парни. Я постоянно таскался со своей, так сказать, бандой на дорогих машинах. Мои родители неплохо зарабатывали и всем могли меня обеспечить. Не считая моего материального статуса, у меня была красивая внешность: голубые глаза, блондинистые волосы, в меру накаченные руки, которые были покрыты татуировками. Я часто хамил учителям, устраивал драки. В общем, у меня был статус плохого, но сексуального мальчика. А это, видимо, всем нравилось, поэтому я предпочитал ничего не менять. Учился я на тройки, но некоторые учителя, очарованные моим обаянием легко натягивали мне четверки. Я научился нравиться людям, чтобы извлечь из этого выгоду. Да, я пользовался людьми. Разбрасывался ими направо и налево, как деньгами. Много дерзких выражений в запасе и полная уверенность в себе. В моем классе был мальчик. Очень неприметный. Его звали Билли Джо Армстронг. Он был практически отличником в нашем классе. Честно говоря, я чморил его, как мог. Наверное, именно на нем я полностью отрывался, и мне было плевать на его чувства. Он был просто мальчиком для издевательств. Над ним смеялся весь класс. Он был не таким, как все. Слишком умный. Слишком хороший. И это становилось поводом для постоянных насмешек и оскорблений. Это был обычный день. Мы с друзьями, как всегда прикатили в школу на моем мерседесе под громкую музыку. Я со своей компанией выпрыгнули из машины и летящей походкой направились в школу. И тут на глаза мне попался Армстронг. И я, как обычно, не упустил возможности подшутить над ним. Он стоял спиной ко мне, поэтому, я подбежал, развернул его, схватил за шкирку и толкнул назад. Он с грохотом упал на пол. Его голова была опущена, и он не изъявил желания поднимать на меня глаза. - Как дела, милый? - спросил я, а моя компания залилась смехом, - деньги есть? Он также молчал и меня это начало бесить. Сильно ударив его ногой в живот, я схватил волосы на его затылке и рывком поднял голову. Его глаза были заплаканы. - Не трогай меня. Меня итак скоро не станет, будешь радоваться, - хрипло сказал он, вынимая из кармана пару смятых бумажек, он бросил мне в лицо, - я еще заработаю. А ты так и оставайся маменьким сыночком, - он сказал это спокойно, без всякой злости и ненависти. И это меня взбесило еще больше. - Ты подстилка. Ты существуешь для того, чтобы об тебя вытирали ноги, - усмехнулся я и ударил его со всей силы по лицу. Его голова мотнулась в сторону, но он не упал, а лишь поднял на меня глаза и улыбнулся. - Нравится унижать? Больше ты не на что не способен. - Да что ты себе позволяешь, сучка, - я влепил ему пощечину, - у меня есть все, а ты никто в этом мире. - Ты пустой. В тебе нет ничего. Ты жалок, - я видел, как из его носа потекла струя крови. - Майк, прекрати, - мой друг взял меня за плечо, но я резко скинул его руку и оттолкнул от себя. - Не мешай мне! – я развернулся к Армстронгу, - с каких пор ты такой смелый, сучка? - Мне уже нечего терять, - ответил он, смотря мне в глаза. Я толкнул его и он вновь упал на землю, напоследок я ударил его ногой в живот. - Ты тот, кого все призирают. Тряпка. Ты никто, - сказал я с ненавистью, - ты даже пальца моего не стоишь, - я вновь ударил его, - не зли меня, милый. Я оставил его лежать на земле, а сам пошел на уроки. На первом уроке его не было. Нет, мне было плевать. Но если эта мразь пожалуется, то у меня будут проблемы. Я ненавидел его с того самого момента, как он пришел в наш класс. Вторым уроком была биология. И он явился на нее. Я с усмешкой смотрел, как он заходит в класс и садится на свое место. Даже не посмотрел на меня. Я со злостью взглянул на него. Прямая осанка, правильная походка. Весь такой идеальный, что аж тошно. Начался урок. Я как всегда тупо сидел и что – то рисовал в тетради. - Сейчас я буду называть двух людей, и вы будете готовить свой проект в паре. Я дам вам срок в две недели. - Зачем? – лениво протянул я, - я итак списать могу. Учительница строго посмотрела на меня. - Вы будете должны защитить его. Это исследовательская работа. Она начала называть пары людей и я молился, чтобы меня не поставили с этим зеленоглазым мудаком. - Майкл Притчард и… Билли Джо, - сказала она. - Нет! Не надо с ним, - запротестовал я. - Все. Вы в паре. - Сука, - прошептал я и посмотрел на своего напарника. Он также прямо смотрел на меня. Я показал ему фак и отвернулся. Мудак. На других уроках все прошло гладко. И, слава богу, нас в пару не ставили. Какой идиот придумал всю это херню? После школы я зашел в туалет покурить. Я стоял, оперившись на подоконник одной рукой, а другой держал в руках сигарету и смотрел в окно. Друзей я послал к чертовой матери. Настроение было ужасным. Я его итак терпеть не могу, а теперь еще и проводить с ним время. Он – грязный коврик для ног. Он - пустое место. И тут дверь в туалет открывается и ... кто же это? Чертов Армстронг! Блять. Я ему сейчас врежу. - Уйди. Не действуй мне на нервы, - бросил я. - Слушай, я хотел поговорить… Я бросил сигарету и прижал его к стене. - Ты оглох что ли?! Уйди, я сказал. Я с такими, как ты не разговариваю. Я только унижаю, - выплюнул я ему в лицо и грубо толкнул в сторону. - Это насчет проекта. Когда мы начнем его делать? - Я смотрю, со слухом у тебя проблемы. Неужели я тебя так сильно ударил? - Хватит уже. - А то что? Мамочке побежишь жаловаться? – скривил губы я. Он вздохнул. - Так что насчет конспекта? - Сам делай, - я достал новую сигарету и отвернулся от него. - Я знал, что ты так скажешь. Я не хочу иметь плохие оценки, тем более за эту работу Патрисия Луис поставит сразу три оценки. У тебя с биологией все плохо, так что если будешь делать со мной, то это для тебя шанс получить нормальную оценку при выпуске из школы. Тебе же не нужны тройки? Я нервно сжимал сигарету в пальцах. А гаденыш прав. - Ладно. Начнем на выходных. Будем ходить в школьную библиотеку и там делать этот чертов проект. Он кивнул и уже хотел выйти из туалета, но я остановил его, взяв за запястье. - Если я согласился, это не значит, что мы будем друзьями. Это не значит, что я не перестану унижать тебя. Я делаю это только для себя, - я смотрел в его глаза, еще сильнее сжав хрупкое запястье. - Я и не сомневался, - усмехнулся он, - теперь, может, отпустишь меня? Я брезгливо отпустил руку. С того момента мы не общались. Да я и не горел желанием подходить к нему. Во мне как будто что – то переклинило и совершенно пропало желание врезать ему, а наоборот, я хотел узнать его поближе. Но я послал эти идиотские мысли к чертям. Дружить с тряпкой? Пф, это бред. Долбанный бред. Дни стремительно проходили, и вот настали «долгожданные» выходные. Мы решили встретиться утром. На часах было уже десять утра, когда я с сигаретой в зубах плелся в школу. Я ненавидел школу, но мне надо было ее закончить. Если бы не родители, я бы бросил ее к чертям. Когда я пришел в библиотеку, Армстронг был уже там и копался в каких – то бумажках. Я бросил сумку и шлепнулся рядом с ним. - Хэй, - сказал я. - Привет. Я думал, ты не придешь, - ответил он, что – то записывая в тетрадь, - она еще тесты раздала, - он протянул мне листы. - Какого? – я взял и начал рассматривать гребанные задания. - Не надо было так рано уходить с урока, - усмехнулся Джо. - А она не охуела ли? - я поднял глаза на него, - ебанный проект и тесты… Он улыбнулся. - Можешь прямо сейчас сказать ей об этом, - он кивнул в сторону двери. Я повернулся и увидел миссис Патрисию Луис, которая стояла около библиотеки и о чем – то увлеченно болтала с библиотекаршей. - Блять, - выругался я, - надеюсь, она меня не слышала. - Видимо, нет, - сказал брюнет, - с чего начнем? - А? - я поднял голову. - С тестов или с проекта? - Давай с тестов. - Отлично. Читай, - он придвинул стул и сел рядом. Слишком близко, что я мог чувствовать его сладкий запах. Черт, Притчард, хватит. Не думай об этом. - Ладно, я сам, - сказал он и прочитал первое задание, - предметом изучения общей биологии является… - Ну и что там? – лениво протянул я. - Сам - то как думаешь? – усмехнулся он. - Закономерности развития и функционирования живых систем, - ляпнул я. - Молодец, - ответил Армстронг и обвел правильный вариант ответа кружочком, - давай дальше. И мы начали выполнять эти гребанные тесты. Я даже не думал, что с ним можно нормально общаться. Он мог пошутить, и я смеялся. Черт возьми, я смеялся искренне. И, скажу честно, мне нравилось. Но виду я не подавал. На предпоследнем вопросе мы начали спорить. - В клетке возбудителя чумы нет…. Ну подумай, - говорил Армстронг. - Я не знаю, пусть будет мембрана, - сдался я и взял карандаш. - Подумай еще, - настаивал Джо. - Все, пусть будет рибосом! – воскликнул я и хотел уже обвести ответ, но Армстронг закричал: - Не смеей! - Да забей, пусть будет так, - наплевательски ответил я. Вдруг он поднялся и сел на мои колени сверху, отбирая у меня карандаш. Я аж поперхнулся. Я видел, как он обвел правильный ответ и сел на место. А у меня, черт возьми, встал. Я успел прикрыться своей сумкой и резко вскочил. - Ты чего? – нахмурился он. - Ты долбанный придурок. Не смей больше так делать. Пидарас хренов! - выкрикнул я и выбежал из библиотеки. Я побежал в туалет. Прижавшись спиной к стене, я расстегнул ширинку и спустил штаны до бедер. Молясь, чтобы никто не зашел, я закрыл глаза и достал из боксер уже набухший член. Я издал тихий стон, когда моя рука начала скользить по члену. Вдруг, я услышал, что дверь туалета отворилась, но уже не мог ничего с этим поделать. Зашедший оказался Армстронгом. Он усмехнулся и медленно подошел ко мне. А стоял, не в состоянии ничего сделать и смотрел на него. Он наклонился к моему уху и взял мой член в свою руку. - Трус, - он начал стремительно водить рукой по затвердевшей плоти, - только и можешь убежать и стыдливо дрочить на меня в туалете. Пульс участился, дыхание стало тяжелым. Я начал покачивать бедрами в такт его движениям. Он запустил свою руку в мои волосы и я чувствовал, как его рука сминает мои волосы в своих пальцах. Он двигал рукой по моему члену, но смотрел прямо мне в глаза. И только сейчас я понял, насколько они красивы… Я ненавидел себя в этот момент. Ненавидел его. Он тряпка. Я презираю его. Но сейчас я только мог тихо стонать, уткнувшись носом ему в плечо, чтобы не видеть этих глаз. - Ты сейчас такой уязвимый и беспомощный, - он ускорил движения, - ты же только унижаешь… Он прав. Он, черт возьми. Ненавижу его! Ненавижу, ненавижу, ненавижу! Мое тело затряслось в судорогах, и я вцепился ладонью в его плечо, сжимая пальцами его водолазку. Я кончил ему в руку, а он лишь улыбнулся. -Это было ядро, - сказал он, вытерев сперму об меня. - Ч - что? - в непонимании спросил я. - В клетке возбудителя чумы нет ядра, - ответил он, и быстро поцеловав меня в губы, ушел. Я спустился вниз по стенке, запуская пальцы в волосы. - Ненавижу... Ненавижу!!! - кричал я, ударяя кулаком по плитке. С того момента мы не общались. Он пропал на неделю. Я все школьное время смотрел на пустеющее место за партой, где он сидел. Он сидел у окна, и я иногда мог наблюдать, как он заинтересовано смотрит на улицу. Долбаный псих. Я ненавидел его. Я хотел, чтобы он умер. Пропал. Исчез навсегда. Эту неделю я грезил о нем. Я, черт возьми, дрочил на него. Я не мог понять, меня просто влекло к нему. Я не знал, что со мной происходит. И все это время я видел перед собой эти ярко - зеленые глаза. Ты тот, кого я презираю. Но вместе с этим ты являешься тем, кого я хочу. Хочу физически. Не понимаю. Ничего, черт возьми, не понимаю. Вскоре он явился. Но он даже не посмотрел на меня. Я прожигал его взглядом, а он проходил мимо. И я не выдержал. На перемене, я подошел к нему и прижал к стене. - Сучка, - зло прошептал я, - куда ты свалил? - Не твое дело, - ответил он, равнодушно смотря на меня, - проект я доделал, приди в следующую субботу, я дам тебе ту часть, которую ты должен будешь выучить. О чем он говорит? О проекте?! Я придавил его еще сильнее к стене. - Я ненавижу тебя, - прошептал я ему в лицо. - Не смей влюбляться в меня, - он улыбнулся. Я даже опешил от такого заявления. Влюбляться? О чем он говорит? И я со всего размаха ударил его. Он упал на пол и я видел как он схватился рукой за разбитый нос. Я смотрел, как он корчится на полу от боли. И мое сердце разрывалось. Я ненавижу его. В тоже время я не хотел причинять ему боль. Но я делаю это. Блять! Что происходит со мной? - Сука! Уйди из моей жизни! - крикнул я и, ударив его ногой в живот, убежал. И убежал в этот долбаный туалет. Опять. Трус. Просто трус. Почему он не уходит из моей головы? Я достал сигарету, поджег ее и затянулся. Бред. Все эти чертовы мысли. Я чувствовал, как едким дым проходит по моим легким, и расслаблялся. И тут открылась дверь. Я обернулся. - Зачем ты пришел??! – с злостью выкрикнул я. Он убрал руку от лица и я увидел кровь, размазанную по всему подбородку. - Смыть следы твоей злости, - он прошел мимо меня к раковине и включил воду. Я нервно смотрел на него, сжимая в руках сигарету. Но он как будто не обращал внимания, словно меня нет. Смывая остатки крови с лица, он выглядел чертовски невинно. Его бледное детское лицо было настолько красиво. Изумрудные глаза и пухлые губы. Боже мой, он прекрасен. Я зажмурил глаза и повернулся к окну. Нельзя так думать. Он тряпка. Он ничтожество. Он воплощает собой все то, что я в этой жизни призираю. Я докурил сигарету и выбросил ее в окно. Прозвенел звонок. - Ох, - вдохнул Армстронг, быстро вытирая рукавом мокрое лицо. Он уже хотел выйти из туалета, но я ухватил его плечо рукой и развернул к себе. Я схватил его за талию и прижал к стене, впиваясь в губы брюнета. Он стоял неподвижно, и немного дрожа. - Нет, - он опустил голову, - отпусти меня. Но я не слушал. Я хотел только одного – его. Обладать им. Я прижал его руки к стене и стал покрывать поцелуями его щеки, потом шею, покусывая нежную кожу и оставляя на ней красные пятна. Он отворачивался от меня. Я видел, как он старается смотреть на все возможное, только не мне в глаза. Я стащил с него футболку, обнажая его хрупкое тело, а он даже не сопротивлялся. Я стал покрывать поцелуями его бархатную кожу, оставляя в некоторых местах засосы. Почему ты не сопротивляешься? Тебе нравится? Я посмотрел на него. Он поднял голову вверх и я видел, как по его лицу катятся прозрачные слезинки и текут вниз по шее. - Что с тобой? - спросил я. - Н – не надо, прошу, - дрожащим голосом произнес он. От этих слов по телу разлилась злость. - Почему ты не сопротивляешься?! - крикнул я. Он лишь смотрел на меня и молчал. Я вновь ударил его по лицу, на что он, охнув, упал на пол. - Почему ты не сопротивляешься?!! – зверел я, а он беспомощно сидел на полу, опустив голову. Его пальцы, словно хотели сжать каменную плитку. Он молчал. А меня это бесило еще больше. Я рывком поднял его и прижал к стене. Так как на стеклах были наклейки, закрывающие весь обзор, я мог не волноваться, что нас увидят через окно. Но я боялся, что какой – нибудь идиот может зайти в туалет в самый неподходящий момент. Но уже сейчас было плевать. Я спустил с него штаны, и услышал, что он плачет уже в голос. Но, словно не замечая, я расстегнул ширинку, обнажая горячую плоть. Армстронг начал дрыгаться, но я схватил его за волосы на затылке и ударил его головой об стену так, чтобы он не потерял сознание, но затих. Я плюнул на член, понимая, что если не смазать, больно будет мне и размазал слюну по всей длине. Приставив член ко входу, я стал тыкаться в него. Но он сжался с такой силой, что я не смог в него проникнуть. - Расслабься, - шипел я. Но он продолжал стоять неподвижно. Я снова ударил его и он расслабился. Тогда я стал погружать в него свой инструмент и услышал, как он тихо воет, а его ногти карябают стенку. От ощущения его узости у меня совсем съехала крыша и я проник в него быстро, совсем не заботясь о его ощущениях. Хотя, какое мне дело до его чувств? Армстронг закричал. Я, похоже, порвал его. Но мне было плевать. Теряя над собой контроль, я стал врываться все сильнее в дрожащее тело, легко проскальзывая внутрь благодаря его крови. Я слышал, как он воет. Видел, как его руки беспомощно ползают по стене. Он давился собственными слезами, хрипел, скулил, а я возбуждался еще больше, чувствуя полную власть над ним. Все больше ускоряя движения, я схватил его за плечи, все дурея от ощущений, и неосознанно укусил его за левое плечо. Он взвизгнул. Я зажал его рот рукой, чувствуя, что уже близок к развязке. Сделав пару толчков, я излился в него и с протяжным стоном вышел из него. Он упал на пол, не в силах даже надеть штаны. Я надел штаны и застегнул ширинку. А он зажался в угол и закрыл лицо руками. Он сидел в углу, такой беспомощный, такой беззащитный... Боже, что я наделал? Я изнасиловал его… - У – уходи прочь, - прошипел он. Я приземлился рядом с ним, беря за одно плечо, но он резко скинул его и тут же зажмурил глаза, тихо охнув. - Мне больно! Мне даже пошевелится больно! - кричал он, - ты доволен, да? Ты видишь, что ты сделал? Ты этого хотел?? - Билли… - я в первый раз назвал его по имени. - А я думал, что ты изменишься… Я ведь верил, - плакал он, - но ты такой же, как и все остальные… - Прости меня… - выдавил я. - А зачем мне твои извинения? Уходи, Майк. - Дай мне помочь тебе, - ответил я, мысленно убивая себя за то, что сотворил. - Ты уже все сделал. Если хочешь мне помочь, то просто уйди… - всхлипнул он. - Прости меня… - сказал я, вставая с колен и чувствуя, как по щеке катится слеза. Я быстро выбежал из туалета и как раз прозвенел звонок. Оставалось еще три урока, но мне было плевать. Я со всех ног побежал домой. Я закрылся в своей комнате и, забившись в уголок комнаты, начал рыдать. Я ненавидел себя. Я не хотел… Я не понимал, что делаю. То, что я делал с тобой… Все эти годы. Я вспомнил все. Все эти легкие обиды с пятого класса, которые переросли в серьезные драки. И я понял одну вещь – я всегда был зависим от него. Хоть и бил его, хоть и унижал, но я просто нуждался в нем. Почему он никогда не сопротивлялся? Думал, что я изменюсь? Какой же он наивный мальчик. Мальчик с добрым сердцем. А ведь оно у него действительно светлое и наивное. Боже, что я сделал с ним… Что сотворил… Я чудовище. Прошла неделя. Он ни разу не появился в школе. И от этого я боялся еще больше. Теперь мне было плевать на то, что со мной сделают, если узнают. Я боялся за него. В первый раз, мне действительно было страшно. Я с тоской смотрел на пустующее место мальчика, с которым я сотворил ужасное. В последнее время я ни с кем не общался. Мне совершенно стало плевать на свою репутацию. Я послал всех к чертям. И только его я оставил в своем сердце. Сегодня была пятница. Он не пришел. И я решил прийти к нему домой. Я так хотел его увидеть. После уроков, я подошел к нашей классухе и спросил адрес Билли. Она, слава богу, без лишних вопросов, сказала мне адрес и я, чувствуя легкую дрожь в коленях, пошел к дому Билли. Когда я подошел к месту, я увидел небольшой, двухэтажный домик. Он очень аккуратно смотрелся за оградой. Я открыл дверь калитки и замер около двери. Взяв себя в руки, я постучал. Мне открыла женщина с рыжими, закрученными в кудряшки волосами. Видимо, это была мать Билли. - Здравствуйте, а Билли можно? – вежливо спросил я. - Кто ты такой? Насколько я знаю, у Билли нет друзей, - ответила она. - Мы с ним вместе делаем проект. Можно мне его увидеть? - Он уже неделю из своей комнаты не выходит. Ну, ты можешь попробовать зайти к нему, - она отошла, чтобы дать мне пройти. Я кивнул и зашел внутрь. Она закрыла за мной дверь. - На втором этаже, вторая дверь – его комната. Удачи, - сказала она и удалилась. Я снял кеды и прошел мимо гостиной к лестнице. Поднявшись наверх, я нашел нужную дверь и постучал. - Мам, прости, я не хочу сейчас ничего, - послышался до боли знакомый голос. Я зажмурил глаза. Мои руки начали дрожать. - Билли, это я… - тихо ответил я. - Заходи, - ответил он. Я открыл дверь и увидел его. Он был более бледным, чем в прошлый раз, когда я его видел. Я закрыл с собой дверь, и сел на край кровати, где он лежал. - Зачем ты пришел? Проект на столе, - сказал он тихо, кивая в сторону небольшого письменного столика в углу. - Как ты? – спросил я. - Тело болит немного, но ничего. Я привык к боли, - произнес он, а мое сердце сжалось. - Прости меня, боже, прости меня… - начал шептать я, и я почувствовал, как в уголках глаз начинает щипать и слезы медленно текли по лицу, оставляя дорожки. Я подсел ближе к нему и положил ладонь ему на щеку. - Я больше не причиню тебе боли – прошептал я. - Почему? - спросил он, смотря на меня своими ярко – зелеными глазами, словно смотря в душу. - Ты мне нужен, - шептал я, - ты мне чертовски нужен. Я гладил его нежную кожу, убирая с щеки челку. Он обвел глазами мое лицо, ища своей рукой мою. Я сплел свои пальцы с его, чувствую легкую эйфорию. - Почему я тебе нужен? – он мягко коснулся подушечками пальцев моей щеки. - Билли, я люблю тебя… - признался я не только ему, но и самому себе. Губы Билли легко дрогнули, словно в улыбке. Он обхватил своими маленькими ладошками мое лицо и притянул к своему лицу. Наклоняюсь ниже и целую его в щеку, потом в другую. Щеки соленые от слез, и губы — тоже, а еще они горячие, мягкие и влажные. Он плачет. Ну и пусть, главное он рядом. Я целую, касаясь губами его рта, снова и снова, бережно и почти воздушно. Наш поцелуй, один на двоих — нежный и чистый, без подтекста, без намеков, просто невероятно сладко и приятно вот так целовать его, так, как никого другого я бы не смог и не захотел бы. - Майк, - тихо произнес он, отрываясь от моих губ, - я тоже люблю тебя… Я нежно прижал его к себе, вдыхая этот манящий, сладкий запах его кожи. Мой, теперь ты мой. По – настоящему. - Прости меня за все, малыш, - тихо сказал я, - я так виноват перед тобой. - Я уже все простил. Я всегда знал, что ты в душе хороший человек. Я знал, что ты можешь быть нежным, - отозвался Билли, утыкаясь носом мне в шею. Я лишь сильнее сжимал его в объятиях, зная, что теперь все будет хорошо. С этого дня мы были неразлучны. Я был только с ним. В школе все были шокированы, когда мы на моей машине приехали туда в понедельник. Но я показал всем фак и полностью отказался от своих старых друзей, если их можно было назвать таковыми. Мне теперь не нужна была слава, мне было плевать на репутацию, только он был важен теперь. Мой зеленоглазый мальчик. Мы стали сидеть вместе за партой. Кстати, мы защитили проект. И защитили на отлично. Он, оказывается, не был занудой, как я полагал раньше. Он много знал, умел играть на гитаре. Боже, какой у него был голос. Он пел мне песни, которые сочинил сам. И это было волшебно. Почти каждый вечер мы проводили вместе. У нас никогда не кончались темы для разговоров. Мы постоянно спорили на какие – то не значимые темы. Дурачились, как дети. За это время, проведенное с ним, я почувствовал столько любви, сколько не чувствовал всю жизнь. Когда он сидит у меня на коленях и тихо учит уроки, а я целую мочку его уха, и он довольно мурчит в ответ. Когда он играет на гитаре и закрывает глаза, я и понимаю, что он поет сердцем. Когда утром, я чувствую, как он касается подушечками пальцев моей щеки, потом целует в шею, ласково шепча «Пора в школу, Майки». Когда он смеется над твоими шутками и делает это так невинно и красиво, что я даже забываю , о чем говорил ранее, и просто любуюсь тобой. Когда ты засыпаешь у меня на плече и твое тихое посапывание убаюкивает меня. Ты любил гулять вечерами. Ты всегда брал меня за руку и мы уходили туда, где нет домов. Это место было походе на лес. Я раньше не понимал, почему ты так рвешься туда. Но вскоре я почувствовал и увидел красоту природы. Я видел, как ты трепетно относишься ко всему живому и природа воздает твою доброту. Я видел, как ты закрываешь глаза и трогаешь листву и она словно отвечает тебе тихим шелестом. Ты говоришь, что природа прекрасна, стоит лишь почувствовать ее. Я любил смотреть, как ты закрываешь глаза и подставляешь свое лицо легкому порыву ветра, давая ему нежно перебирать твои волосы. И в этом все был ты. Настоящий. И в один миг что – то произошло. Ты опять пропал. Не ходил в школу. Я приходил к тебе домой, но никого не было. Ты не отвечал на звонки. Я не находил себе места. Прошло две недели. И после тысячного визита, твоя мама открыла мне. Вид у нее был мрачный, словно она очень долго плакала. Я, быстро побежал наверх и ворвался в твою комнату.. И я увидел тебя.. Ты неподвижно сидел на кровати, смотря в одну точку. Ты был еще бледнее и под глазами красовались синяки. Я подбежал к тебе , сел напротив и взял тебя за руки. - Милый, где ты был? Что с тобой случилось? - казалось, я сейчас просто взорвусь от волнения. - Это.. это все было ошибкой… - тихо сказал он. - Что? Мы с тобой? - я в шоке раскрыл глаза. Не может быть, он не мог говорить так просто. - Да… Майк, прости меня.. - За что ? Он опустил голову, но я все равно видел, как соленая влага катилась по щекам. Я схватил его лицо в свои руки и начал нежно сцеловывать слезы. Он отмахнулся от меня. - Майк,уходи. Забудь меня... – всхлипнул он. - Ты не можешь так говорить, Билли, я же люблю тебя! - Я тебя не люблю!! - выкрикнул он. Я словно от удара отпрянул от него и прижался спиной к стене, молча смотря на него. Он полностью залез на кровать, лег, словно комочек и уткнувшись лицом в подушку. Я сидел и просто смотрел, как нервно поднимаются его бока, слышал, как он тихо воет в подушку. Ты меня не любишь? Разве? - Почему же ты плачешь, милый? – я поднялся с пола и присел рядом с ним, нежно проводя тыльной стороной ладони по его мокрой щеке. Он лег на спину и посмотрел на меня красными от слез глазами. - Майк, я так виноват... У меня рак… - тихо ответил он, смотря куда – то сквозь меня. - Что? - прошептал я, - нет... нет... нет... – шептал я, - скажи, что это неправда... Боже. Скажи это… мальчик мой, - бессвязно шептал я, чувствуя ,что где – то в глубине души что – то остро кольнуло. - Все те разы, когда я пропадал, я был на лечении в другом городе. А в этот раз мне сказали, что лечение не помогает, и что болезнь скоро начнет прогрессировать в ускоренном темпе. Я не хотел, чтобы ты влюблялся в меня, потому что не был уверен, что я выиграю в этой борьбе с болезнью. Прости меня, Майк. Боже, я так не хочу тебя бросать, - он поднялся и обнял меня. Я схватил его за плечи и уже не сдержал слез. Мой милый принц. За что тебе такое? Боже мой, лучше бы я умер… - Ты не виноват, малыш… Я буду с тобой… - ответил я, сжимая его в объятиях. Мой мальчик. И теперь все шло как будто в ускоренном темпе. Постоянная боязнь расстаться преследовала нас. И я до сих пор не мог понять, почему Бог забирает таких светлых людей? Я бы с радостью поменялся с ними местами, только чтобы мое милое солнышко осталось жить. Почему он?? Он ведь другой, не такой, как все... Он верит в любовь и романтику. Он верит, что её жизнь превратится в кое-что прекрасное и захватывающее. У него есть надежды и страхи, как у любого человека. Иногда он напуган. Иногда он чувствует себя нелюбимым. Иногда он чувствует, что никогда не получит одобрения от тех людей, которые много для него значат. Но он смелый, добрый, и идет по жизни с высоко поднятой головой. Один раз ты сказал, что хочешь мне кое – что показать. Ты повел меня в место, которое находится подальше от города. Ты стал более слабым, но до сих пор ходил в школу и гулял. Ты хотел жить, я видел это в твоих глазах. Через некоторое время, я понял, что ты ведешь меня на кладбище и уже хотел уйти, но ты умолял меня остаться, говорил, что это важно. Я помню, как ты остановился у какой – то могилы и сел напротив нее. На надгробии было написано «Энди Армстронг». Я сел рядом с Билли, обнимая его за талию. Он положил мне голову на плечо. - Мой отец был прекрасным человеком. Он умер от рака. Знаешь, я думаю много о жизни и смерти... Я столько в жизни не сделал, - он улыбнулся, - я хотел стать рок - звездой. Он достал из своей сумки, которую взял с собой какую – то старую тетрадку и протянул ее мне, - Там все мои песни и музыка к ним. Сохрани их, - сказал он, беря меня за руку. Легкая слеза скатилась по моему лицу, но я быстро стер ее, сжимая сильнее ладонь Билли. - Майк, - он поднялся и пошел к месту, где стояло большое дерево. Он зашел за него и там было небольшой уютный участок, - я хочу чтобы моя могила была здесь. И теперь я не мог сдержать слез. Я облокотился спиной на это чертово дерево и сполз по нему, смотря как бы на него, но не видя ничего перед собой из – за пелены слез. Билли подошел ко мне и стер их пальцем, улыбаясь. - Я всегда буду рядом, - он положил руку мне на грудь, напротив сердца, - вот здесь, милый. Я взял его за плечи и притянул к себе, нежно касаясь губами его губ. Он легко поддался мне, обнимая меня за талию. Пока ты рядом, я буду жить. Пока ты здесь со мной, мое сердце будет петь. Но когда ты уйдешь, я знаю, я умру. В душе ничего уже не останется. С каждым днем ты все слабел и все чаще уезжал «лечиться». На самом деле, это даже не лечение. Тебя просто поддерживали разными препаратами, чтобы ты прожил лишних два – три месяца. И мы были рады каждому дню, проведенному рядом друг с другом. Я видел все переживание в твоих глазах, но не мог ничего поделать. Это тяжелое бремя мы должны были перенести вместе. В этот обычный день мы сидели на уроке математики. Твое рвение учиться всегда поражало меня. И даже не слушая моих упреков, ты продолжал ходить в школу, ссылаясь на то, что тебе уже нечего терять. Даже другие уже начали замечать изменения в твоем внешнем виде, но ты не обращал внимания. И я удивлялся тебе. Твоему рвению. Ты сильный, я знаю. И тут учитель вызвала тебя к доске, я улыбнулся и пожелал тебе удачи. Ты медленно подошел к доске, взял мел и тут случилось нечто ужасное ... Ты выронил мел из руки и сам свалился на пол. Я вскрикнул и со всех ног бросился к тебе, падая рядом, быстро положив твою голову к себе на колени. - Зовите медсестру быстро!! - кричала учительница, звоня в скорую. А я лишь мог сидеть около тебя, нервно шатаясь и шептать: - Малыш, не уходи от меня, ты не можешь… - у меня из глаз потекли слезы и я видел эти взгляды одноклассников. Кто – то усмехался, кто – то был напуган, но мне было плевать. Сейчас я думал только о нем и мысленно просил Бога, чтобы тот не забирал его так скоро. - Где скорая?!! - выкрикнул я с злостью, смотря на тебя лежащего без сознания. Я тряс тебя руками, плакал, что – то кричал, но вскоре почувствовал, как чьи – то руки оттаскивают меня от тебя и начал вырываться. - Успокойтесь, - сказал человек в белом халате. - Я поеду с ним, я его близкий человек! – крикнул я. И дальше все как во сне. Его кладут на носилки и уносят, а я бегу следом. Мы в машине и я сижу рядом, а на тебя повесили множество трубок. Потом мы в больнице и тебя куда – то увозят, а я остаюсь в коридоре… И только вечером мне разрешили зайти к тебе. Ты лежал на белых простынях, из носа и плеча торчали трубки. Когда я пришел, ты медленно открыл глаза и легонько улыбнулся, на большее у тебя не было сил. Я сел рядом, держа тебя за руку. - Милый, я так испугался, я думал ты умрешь... - прошептал я. - Бог не заберет меня раньше времени, - ответил Билли, легонько сжимая мою руку. Я поднялся и поцеловал его в лоб. - Знаешь, врачи были удивлены, почему я продержался так долго. Это благодаря тебе. Спасибо, Майки, - он улыбнулся теперь как раньше и я понял, что вложил в эту улыбку все свои силы. Я смотрел на своего мальчика, понимая, что никогда не смогу его отпустить. Улыбнувшись я поцеловал его ладонь. Еще немного. Осталось очень мало времени. Ты умирал на глазах. С каждым днем все бледнее. Синяки с глаз уже не сходили. У тебя стали появляется галлюцинации, ты часто кричал во сне. А я был рядом, чтобы успокоить тебя. У тебя начали случаться провалы в памяти. Ты часто все забывал. Но я был рядом, чтобы подсказать, объяснить, напомнить. Ты пытался вставать, но тебе это очень сложно давалось. Но я был рядом, чтобы держать тебя за руку в нужный момент. На теле стали появляться красные пятна, это было ужасно. Ты угасал, угасала твоя жизнь. Вскоре ты перестал ходить и лежал пластом. Ты не мог даже пошевелиться. Я кормил тебя с ложечки, помогал тебе во всем. Ты был полностью беспомощен. Потом ты перестал говорить, я мог только видеть безжизненные глаза, наблюдающие за мной. Но я знал, что ты слушал, я не переставал говорить с тобой. И в один из тех дней, когда я проснулся, я не услышал твоего дыхания. И я понял, что случилось. Но не было слез. Почему – то я не смог плакать. Я молчал, когда тебя хоронили. Это страшно, когда хоронят любимого человека. Просто из меня как будто вырвали кусочек чего – то, что отвечало за эмоции. Так тебя не стало… И вот так закончилась история моей любви. Я долгое время не ходил в школу, сидел дома и смотрел в одну точку, словно сумасшедший. А может и правда, я сошел с ума? Мне до жути осточертели эти улицы. Потому что каждая из них напоминала нас… Тебя. А мне было больно. Больно это терпеть. И сейчас я сижу на кладбище и тихо умираю внутри. Все было так странно. Я вспомнил, с чего все начиналось и понял одну вещь: я ненавидел его как только мог, я любил его как никого, я был безразличен к нему как - будто никогда не знал его. Я думал о нем, пытаясь забыть. И забывал, но всё равно помнил. И ревновал ни к кому, ни к чему, а ко всему. Я звонил ему и не хотел разговаривать. Я молчал, хотя мне было много, что сказать. Не подходил к телефону, но ждал звонка. Я кричал, когда пытался быть спокойным. Я отталкивал его, когда хотел обнять. Я смотрел его фотографии, но не хотел видеть. Я лгал ему, когда он знал правду. Я общался с другими, хотя он был лучше. Я обижал его и обижался сам. Я хотел, чтобы он был всегда рядом и сам прогонял его. Я причинял ему боль и охранял от других. И когда он ушел, он стал мне ещё ближе, потому что он в моём сердце, в моём уме, в моей душе. Я не люблю его, он - моё всё. Я закрыл глаза… Вдруг я почувствовал свежий ветерок. Я оказался на каком – то лугу, который был полон желтых цветов. Небо было слишком ясное и я почувствовал прилив радостных эмоций и энергии счастья. Я прошел вперед, вдыхая воздух, пахнущий травой и медом. Я шел, не разбирая дороги пока не увидел человеческую фигурку впереди. Я подходил все ближе и все сильнее начинал дрожать… В этой фигуре я все больше узнавал тебя. Этот белый костюм, в котором тебя похоронили. Да, я не ошибся, это был ты. Слезы снова стояли в моих глазах. Ты обернулся, и я увидел тебя прежнего. Не бледного и немощного, а полного жизни и энергии. И ты вновь улыбнулся мне той самой родной улыбкой, которую я так любил и я почувствовал прилив тепла, словно все разбитые осколки моей души вновь собрались воедино. - Здесь красиво, не правда ли? – спросил он, поворачиваясь ко мне спиной и смотря куда – то вперед. Я подошел к нему и увидел красивый вид на озеро. Все так цвело и пело. - Билли… - начал я, но он приложил пальцы к моим губам. - Тсс, - он улыбнулся, - я люблю тебя Майк, но тебе стоит начать жить. Хватит все время скорбить обо мне. У тебя вся жизнь впереди и я знаю, что ты найдешь того, кого полюбишь, и кто будет любить тебя не меньше. А я буду рядом с тобой всегда, вот здесь, - он положил руку мне на грудь, напротив сердца , - помнишь? - Да, малыш… - ответил я, чувствуя, как по щеке катится слеза. Он подошел ближе и поцеловал меня.. Я схватил его и сжал в объятиях. Мне так его не хватало… Его теплоты, запаха. Я нежно ласкал его губы своими и не мог насытиться. Он немного оттолкнул меня от себя. - Время вышло, мой милый. Я люблю тебя, помни это. И спасибо, что был со мной все это время, - он поцеловал меня в щеку и я понял, что это было в последний раз, - не делай глупостей… Я в последний раз взглянул на него, и был счастлив. Вдруг, я почувствовал, что земля под ногами расходится и я проваливаюсь в темноту… Я вздрогнул и оказался на этом чертовом кладбище. Я посмотрел на небо и улыбнулся. Я знаю, ты со мной. И я вернулся домой. Прошло много времени. Я закончил школу и устроился работать. Но не прошло и дня, чтобы я не вспоминал о нем. Благодаря ему я изменился. И стал смотреть на жизнь по – другому. И я благодарен этому светлому мальчику за то, что он появился в моей жизни. Я хочу сказать одно: если вы любите человека, то не бойтесь за него бороться. Пусть ничего не получится, пусть вы проиграете, но хотя бы, вы пытались. Боритесь за любовь , ведь это одно из немногих чувств, за которые стоит бороться. Так мало хорошего осталось в этом жестоком мире, так храните это чувство, ибо жизнь рано или поздно заменит смерть.