фантазёр

ДоЧон шла по дорожке. Эстер не брала трубку, и она не знала, куда ей сейчас пойти. Разозлившись, она шикнула что-то под нос и, сложив руки на груди, повернулась к чёрному силуэту. ─ Может, хватит за мной идти? Чимин спокойной походкой, не спеша, подошёл к ней, обошёл её, внимательно осматривая, и замер, испепеляя девушку пошлым взглядом. Она так близка, здесь, рядом, смотрит на него, дрожит, боится, а он до безумия хочет её. ─ В чём дело? На дне рождения Айри ты вот так вот зашёл в мою комнату, пялился на меня, а сейчас прибежал ко мне! Так что тебе от меня надо? «Хочу... Всю... Тебя. Это мой окончательный ответ». ─ Хватит на меня так смотреть. Мне не комфортно. Если хочешь что-то спросить, спрашивай. Только перестань вот так смотреть, ─ отвернувшись, ДоЧон тронулась с места, но рука Чимина не позволила продолжить ей шаги, ухватив её за холодную и дрожащую ладонь. Дрожь усилилась ещё сильнее, и тело залилось пламенем. Было жарко, душно и до боли приятно от его прикосновения. Он первый парень, который дотронулся до неё. ─ Одна ты не пойдёшь, ─ сжал Чимин её руку, словно кто-то хочет забрать её у него. ─ Посмотри вон туда. Кто-то следит за нами, точнее за тобой. Кажется, он положил на тебя глаз. ─ Где? ─ и действительно чья-то мужская фигура промелькнула неподалёку у стен здания, и ДоЧон, прежде тем, чем испугаться, удивилась такой наблюдательности Чимина. У него что, третий глаз на затылке? ─ Я пойду. Отпусти руку. ─ Не отпущу. Разве тебе не страшно? А вдруг он маньяк, который ждёт того времени, когда я свалю от тебя, и тогда он набросится на тебя. Не успеешь и пикнуть, как ты уже лежишь под ним на холодном асфальте и стонешь от боли, не от удовольствия, поверь уж. Продолжить, чем это закончится? ─ Нет! Пошли, ─ затащила ДоЧон его, с ужасом поглядывая назад. Она в эти минуты успела всё представить. Картина была ужасной. ─ Его больше не видно. Всё в порядке. ─ Нет, не всё в порядке! ─ Встретились они взглядами, и ДоЧон потеряла дар речи, утонув в его глазах. Звучит глупо, но ДоЧон вдруг поняла, что Чимин прекрасен. Прекрасны его взъерошенные тёмно-каштановые волосы, тёмные и загадочные глаза, излучающие животный голод, и тень ухмылки, которая не сползала с его лица. Зажмурив глаза и помотав головой, она проснулась и продолжила: ─ А сейчас всё мне объясни. ─ Что тебе объяснять? ─ Ты... Ты... ─ облизывала и кусала она губы от неловкости. ─ Перестань это делать. ─ Что перестань? ─ Облизывать губы, ─ взял он её за подбородок, и его глаза замерли на её губах, которые чертовски манили его. Он с трудом сглотнул подкатившийся к горлу ком и большим пальцем прошёлся по её нижней губе, очищая от помады. Чимин сократил расстояние между лицами и стал изучающе разглядывать девушку. Она не сопротивлялась, она спокойна, но в глазах горел уголёк страха и удивления. Слишком рано. Он не хочет её напугать. Если он сейчас поцелует её, то она убежит. Слишком рано. Чимин положил палец с помадой в рот и хорошенько облизнул его языком. Ощущался вкус клубники ─ такой сладкий. Голод дал о себе знать. Он понял, что очень голоден ею. Хотелось попробовать её на вкус, хотелось узнать её вкус поцелуя, вкус кожи, вкус страсти. Внизу живота резко заныло, и кровь прилила к паху, заставляя Чимина покрываться мелкими каплями пота и лишая его разума. В это время он опасен, и он сделает всё, что ему хочется... «Слишком рано», ─ вновь шептало его подсознание. ─ Зачем ты это сделал? – вырвалась она от него, ощупывая горящие щёки и лоб. ─ Просто хотел попробовать вкус твоей помады. ─ Ты не перестаёшь меня удивлять. Ты... О Господи! Я даже не знаю, что тебе сказать, не знаю, о чём с тобой разговаривать. Мы едва с тобой знакомы и ничего друг о друге не знаем. ─ Это я виноват. Забыл представиться. Я Пак Чимин, ─ протянул он руку, сделав один шаг к ДоЧон. ─ Нам ДоЧон, ─ слабо сжала она его руку. ─ Что? Почему ты опять на меня так смотришь? У меня что-то на лице? ─ Нет, твоё лицо прекрасно. ─ Пожалуйста, перестань говорить мне комплименты. Мне неловко. И мне пора домой. Наверное, Эстер уже пришла и ждёт меня. ─ Она всё ещё на вечеринке, уж поверь мне. Я заметил её краем глаза, танцующую с новым другом, когда мы выходили из дома, ─ победно заявил Чимин. ─ Но мне всё равно пора. ─ Я же сказал: одна ты не пойдёшь. ─ Почему ты мне приказываешь? ─ ДоЧон, я хочу, чтобы ты была в безопасности, ─ в его голосе прозвучали нотки искренности и сожаления, как заметила ДоЧон. Что-то ей подсказывало, что не стоит бояться его, и что он особенный, совсем другой. ─ Я не знаю, что тебе от меня нужно и почему моя безопасность так важна для тебя, но всё это звучит глупо. Пак Чимин, я требую объяснений. И один вопрос: ты и вправду встречаешься с моей сводной сестрой? ─ Вопрос правильный, ─ сделал он паузу, подбирая нужные предложения в уме. ─ Хочешь узнать какие у нас с Айри отношения? А никакие. ─ Что? Как это? Или, нет. Я поняла. Ты с ней чуток походишь, получишь от неё то, чего тебе хочется, и потом бросишь. Я знаю вас, парней. ─ И что же ты, интересно, о нас знаешь? Просветишь? ─ Не буду говорить, ты лучше расскажи мне о вас с Айри. Вы с ней давно знакомы? И как я предполагаю, это тебе она всё обо мне рассказала. ─ Нет. ─ Тогда как ты обо мне узнал? Я спрашиваю уже в сотый раз, Пак Чимин, что тебе нужно от меня в конец? ─ Не злись. А то я сделаю так, чтобы ты замолчала и только кричала и извивалась подо мной. Поняла? ─ его язык-шалун взялся за свою работу ─ излагать красноречиво и в то же время пошло мысли и желания. ─ А с Айри я встречался ради того, чтобы увидеть тебя. Ты всегда дома, и твой свет в комнате всегда погасает в одиннадцать ночи. Твоя сестра была последней надеждой. И можно сказать, я использовал её. Ты ведь не злишься? Как я понял, вы не ладите друг с другом как и с мачехой. Госпожа Мин не простая женщина, а Айри просто избалованное дитя! Тебе с ними плохо, и это заметно со стороны. Извини, если взболтнул лишнего. Просто я... ─ выдохнул Чимин и, наполнив лёгкие кислородом, продолжил, ─ ДоЧон, я не хочу, чтобы ты грустила. Да, ты права. Всё это кажется бредом. Но это так. ─ Постой, ─ ДоЧон окаменела, мешая в голове его фразы. Чимин понимал её, понимал её положение в семье, их отношения. Ему удалось увидеть её настоящую оболочку, которую ДоЧон старательно скрывала улыбкой и сверкающими глазами. ─ Пак Чимин, не нужно меня жалеть. И спасибо, что заступился за меня и проводил до дома. ДоЧон зашла во двор и, подойдя к двери, посмотрела в сторону дороги, но Чимина там уже не было. Стало в душе так грустно и пусто. Она не хотела с ним расставаться, не хотела, чтобы он вот так ушёл. Она неожиданно для себя открыла, стоя здесь на пороге, что её душа, сердце, тело – всё жаждало Чимина, и что за всё это время их невидимые нити связались в один прочный узел. «Я ошибалась. Чимин совсем другой. Он такой... Но почему он мне так нравится? Ай, о чём я? Совсем крыша поехала! Да какая любовь? Я всё ещё катаюсь с детьми на велосипеде и сосу сгущёнку из тюбика. Пора спать».