Девушка с янтарными глазами: Месть оборотней

Есть у меня одна черта. Странная черта, скажу я вам. Я с удовольствием жду праздника, украшаю помещения и так далее. Но вот наступает праздничный день, настроение портится, и я чувствую себя одинокой и потерянной. Хочется плакать, но мешает гордость. И за это я ей благодарна. Слёзы - это слабость. А я не хотела давать слабину. И так расклеилась. Чтобы объяснить, нужно увидеть. Месяц назад, в апреле, я встретила Эстер. В тот день, когда прилетели из Нового Орлеана мои родные, она просто исчезла. С тех пор нападения оборотней стали чаще, Марсель, в целях его безопасности, переехал сюда. Наша семья и Локвуд патрулировали город. Вампиров здесь стало гораздо меньше. Но вот, сегодня тридцатое мая. Мой день рождения. Я Хоуп Майклсон, я гибрид, я первородная и я сижу в какой-то странной апатичной позе на земле возле дома Сальваторе. Сижу и плюю на всех и всё. Семья, зная мою странность, объяснила моё поведение остальным и они тоже ко мне не лезли. Вот и хорошо. Никто не будет жужжать на ухо. В душе я знала, что лгала самой себе. Я хотела чтобы кто-нибудь сел рядом и понял. Принял со всеми странностями. Хотела ощутить поддержку и понимание. Но с другой стороны, я в таком настроении хамила каждому встречному. И потому никто не подходил ко мне в таком настроении. И я понимала и прощала. Внезапно позади раздались шаги и рядом сел Кол. - Извини, место занято, - постаралась не очень грубо произнести я. Он усмехнулся. - Хандра? Понимаю, понимаю... - он вздохнул и в шоколадных глазах зажглась грусть. Он действительно понимал. В последнее время мы сблизились. Первородный вампир и первородный гибрид. Почему? Характер был очень похож. К дому подъехала машина. От неё понесло знакомым запахом. Деверо? Что ведьма здесь забыла?!! Она вышла из машины. Только сейчас я заметила в каком ужасном состоянии ведьма. Круги под глазами, волосы в хаотичном беспорядке, она выглядела ещё апатичней чем я. Ужасная худоба и бледность делали Деверо неузнаваемой. Но это была именно она. Несмотря на то, что тогда в Новом Орлеане я была готова её убить, сейчас моё сердце сжималось от сострадания и жалости. Она подошла к нам, качнулась и села. - Помогите, я... Я больше не могу! - Что случилось?!! - спросила я. - Эстер... Она... Я наложила заклинание на оборотней, чтобы они могли превращаться когда захотят. Но теперь каждую ночь это... Это высасывает из меня силы... Я не могу. Больше не могу... - Но... В твоих воспоминаниях этого не было! - Я стёрла себе память, тогда, на кладбище... - неожиданно ведьма начала задыхаться, потом захлебываться собственной кровью. Кол смотрел на Софи с отвращением, но и в его глазах мелькнула жалость. Я посмотрела на тело. Теперь передо мной лежала оболочка одной из душ. Всего лишь... Теперь я поняла, что надо действовать. И быстро. Апатия сменилась яростью. Что за чёрт! У меня день рождения, но блииин! Чувствую себя на войне. Со смертью Софи волки потеряли своё преимущество. И мы этим воспользуемся. С лихвой. - Кооол, - протянула я. - Как насчёт уменьшить популяцию волков в ближайших городах?!! - И взбесить Эстер?!! Я в деле! - Кто бы сомневался.

***

- Чёрт подери, где вы шатались?!! - Ребекка была зла. Что, впрочем, не изменило моего боевого настроя. - Так, узнали как оборотни смогли превращаться когда захотят и немного уменьшили их количество, а также спешим сообщить... Они это преимущество потеряли! Вампиры уставились на нас с изумлением, а Кол принялся всё объяснять. Я не слушала никого. Просто впилась пальцами в подоконник и смотрела в окно. Эстер... Это имя не выходило у меня из головы. Но в то же время приносило боль и гнев. Я села за стол, давным давно заставленный едой и напитками, и стала есть. Кол, видя моё рвение, тоже уселся рядом. Гилберт и Локвуд приняли это как сигнал к ужину и тоже принялись за трапезу. В общем, скоро все сидели за столом и со всех сторон был слышен весёлый галдеж. Ну хоть с этим проблем нет. К концу дня я сидела в гостиной братьев и пила бурбон. Надо же... Несмотря на произошедшее, я с уверенностью могла сказать, что это был один из самых лучших моих дней рождения. Раньше, в детстве, мне было неинтересно в кампании взрослых, потом у меня началась эта странная хандра. Но не теперь...