Счастье всегда найдет дорогу обратно.

Если Оливер предполагал, что Блумсбери оживленный центр интеллектуальной жизни Лондона, то не на столько. За двадцать минут их пути до колледжа рыжий четыре раза терял Левиральфа из виду и все эти разы чуть было не потерялся. И только увидев табличку с надписью "London School of Economics" у главного входа в здание, Марио успокоился. - Почему мы не поехали на автобусе? Люк говорил, что полно маршрутов, на которых мы бы смогли добраться до колледжа, - обратился к шатену Оливер, переведя дыхание. - В этом нет надобности, - сказал, как отрезал, - я пользуюсь транспортом только при острой необходимости. Если что-то не устраивает, добирайся сюда с Уэстом за ручку, - парень развернулся и ушел прочь. Марио ни мог не заметить эту перемену в Леви, откуда-то взявшуюся отстраненность. По ушам ударила трель, оповестившая о начале занятия. - Твою мать, пара началась, - недовольно закусив губы, юноша достал гаджет из кармана брюк и набрал Уэста. - Я у главного входа, где тебя черти носят? - Ты их тоже видишь? - Удивленный громкий голос. - Что ты несешь, дурья башка? - Рыжий рыкнул в трубку, - ты опаздываешь между прочим. - Мне можно,Оли, я же староста, - пролепетал Люк, - через минутку буду на месте, - и отключился. - На британский флаг порву, - прошептал Марио, начиная отсчет, - шестьдесят, пятьдесят девять, пятьдесят восемь... - Шесть, пять, - парень гипнотизировал вход. - Оли, я здесь, - в дверь ввалился белобрысый юноша с широкой улыбкой. - Успел? - Звонок уже дали, - пожимая другу руку. Затем парни отправились в кабинет директора, где Оливер написал заявление о желании перевестись в LSE. Его определили в группу, выдали список нужных учебников и отправили на пары. К тому времени Уэст его покинул, и рыжему пришлось немного поднапрячься, чтобы найти нужную аудиторию. Группа Оливера была больше, чем в его предыдущем колледже, девушки преобладали. Парень сразу привлек к себе внимание противоположенного пола, на перемене его завалили вопросами. - А какие девушки тебе нравятся? - Хлопая ресничками, поинтересовалась брюнетка. - Секрет, - выдавил из себя улыбку Марио, которому порядком поднадоели новые любопытные одногруппницы. - А где ты живешь? - Это уже была рыженькая, которая вплотную подсела к юноше. - На Марчмонт стрит, - Оливер не знал куда себя деть от пустых разговоров с этими барышнями, которые преследовали его уже вторую перемену. Среди потока студентов он заметил знакомую шатенистую шевелюру и полосатый свитер. - Изволю отклонится, дамы, - не дождавшись ответа, Марио как ветром сдуло с места. Сейчас Леви был для него спасательным кругом. Левиральф стоял у раздевалки, ждал своё пальто. - Леви... - Мне некогда, - холодно отозвался парень, не глядя на собеседника. - Буду поздно. Сегодня без ужина. И он ушел, оставив рыжего наедине со своими мыслями. - Вот засранец, - нахмурился Оливер, - что с ним творится? - Ты что, с ним знаком? - Откуда-то взявшаяся брюнетка повисла на шее Марио. - Да, а что? - На слова юноши последовала странная реакция девушки. - Ну, понимаешь, он со странностями. Ты лучше держись от него подальше, - брюнетка похлопала глазками и льстиво улыбнулась. - Чушь, - фыркнул Марио, а сам подумал: "Как можно держаться подальше от человека, с которым живешь?". - Говорят, что "Леви" это не его настоящее имя, а лишь псевдоним. После смерти матери он сошел с ума, и ещё не в психушке лишь потому, что его отец влиятельный бизнесмен, - шепотом у самого уха проговорила девушка. - Извини, но меня не интересуют сплетни, - Оливер хотел отстраниться, но девушка не позволила ему этого сделать. - Это не сплетни. Сам посуди. Он может уйти с занятий, когда ему заблагорассудится. Первокурсницы рассказывали, что посередине пары он встал и ушел. Стукнуло в голову. И так постоянно, даже сейчас. Он либо спит на парах, либо его нет, но сессию сдает. Как же сильно Марио хотел сказать брюнетке - "закрой рот, шлюха", - но вместо этого произнес другое: - Мне всё равно, ясно? - Чего ты так грубо-то? Я всего лишь хотела предупредить, - девушка наконец-то отцепила руки и испарилась так же внезапно, как появилась. Оливер всем сердцем ненавидел сплетни, и эта ситуация вызвала у него далеко не позитивные эмоции. Парень плюнул на недавно услышанную информацию и отправился на последнюю пару, он не имел привычки судить о людях с чужих слов. Дверь в гримерную открылась, на пороге стоял шатен, тяжело дыша. - Опять бежал? - Спросил мужчина, крутя фотоаппарат в руке. - Ага, - ответил Левиральф, стягивая с себя одежду. - Опоздал на полчаса. Была бы здесь Мерилин, тебе бы не поздоровилось, - вставил свои пять копеек в разговор стилист. - Но её здесь нет, верно? - Довольно ухмыльнулся Леви. - После вчерашнего ей нездоровится, - прыснул смехом парикмахер. - А что было вчера? - Заинтересованно спросил шатен, помня вчерашнюю ссору с тетей в деталях. - Стив забрал её из бара ужратую в говно, - снова подал голос стилист. - Из-за похмелья она не пришла на съемку? - Удивился вслух визажист. - Это не похоже на мисс Квинс. - Верно, это не та причина, по которой её нет на рабочем месте. С сегодняшнего дня все фотосессии Леви будут проводится со мной, - констатировал фотограф, начищая линзы аппарата. - А ты, - он обратился к шатену, - дуй в душ и в следующий раз бери такси, чтобы не опаздывать, раз не любишь общественный транспорт. - Я не терплю никакой вид транспорта вообще, - уточнил Левиральф, закрывая за собой дверь. Съемка закончилась поздно, впрочем как всегда. Уставший шатен шел по ночным улицам Лондона, не боясь ни полиции, ни грабителей, ни нарушителей порядка. Дорога от агентства до дома заняла около сорока минут, в квартиру Леви зашел, когда часы показывали одиннадцать десять. На кухне горел свет. Разувшись и повесив пальто, парень прошел туда, думая застать Оливера, пожирающего запасы к третьей мировой, что хранит в себе холодильник, но на месте никого не оказалось. На столе стоял стакан с молоком и кусочек торта под стеклянным куполом-крышкой. Уголки губ юноши поползли вверх, затем он заметил стикер, который был зажат крышкой. Ровный почерк гласил - "Съешь меня, а то похудеешь". К еде все-таки пришлось притронутся и даже вымыть после себя посуду. По пути в свою комнату Левиральф решил заглянуть к Марио. Зачем? Леви сам не знал, но он был рад тому, что не один. Просто хотелось удостовериться, что Оливер материален и к утру никуда не исчезнет. Подойдя к кровати, парень присел на край и просидел так с несколько минут. - Эй, ты спишь? - Прошептал шатен в темноту комнаты, но ответа не последовало. Было слышно лишь тихое посапывание. - Спасибо за тортик, он был вкусным. Но молоко было холодным. В следующий раз вместо него пусть будет сок. Вишнёвый или виноградный. Только не томатный. Я не люблю томатный сок... - Хорош трепаться. Ложись спать, - проворчал Марио заспанным голосом. Левиральф от неожиданности дернулся. От испуга он прибывал в шоковом состоянии. Не раздумывая лег пластом рядом с рыжим. - Если собрался спать тут, тебе придется раздеться, - шепот у самого уха отрезвил Леви. - Извращенец! - Вскочил на ноги шатен и вцепился в ворот своего свитера. - Сам ты извращенец. Приходишь тут посреди ночи о соках рассказываешь, - язвил Оливер. - Да я поблагодарить зашел, а ты с меня натурой взять решил, - возмущался Левиральф. - Я имел ввиду, что в моей пастели спать в верхней одежде запрещено, так что пошел вон, - рыжий указал на дверь. - На завтрак хлопьев мне кукурузных, женушка, - шатен вздернул подбородок, картинно изображая гордость, соизволил удалиться из владений Марио, громко хлопнув дверью. - Сама ты сумасшедшая, а он забавный, - Оли растянул рот в чеширской ухмылке, уронил голову на подушки и уснул. *** Утро Марио началось с обычного набора действий: восстановить реальность после сна, разделить с Уэстом физические нагрузки, сходить в магазин и подать завтрак. После пробежки Оли сходил в душ и долго искал утюг, чтобы погладить рубашку, но наплевав на это дело, натянул на себя голубую футболку с абстрактным изображением, синюю ветровку и джинсы, куртку же решено было заменить жилетом. При всем параде парень направился к Левиральфу, дабы сообщить о том, что тот должен был проснутся час назад. Дверь, как и в прошлый раз, ощутимо соприкоснулась со стеной. - Эй, время уже семь двадцать! - Крикнул рыжий. Из-под одеяла донеслось неразборчивое бурчание. - Я сказал семь двадцать!! - Повторил Марио громче. - Что? - Высунулась заспанная моська. - Семь, - парень глянул на часы, - двадцать один. - Какого хрена? А разбудить? Эгоистичный ублюдок! - Леви соскочил с кровати, кинулся к шкафу и накинул на себя первое попавшееся, затем с воплями и страшными проклятиями потопал в ванную. Через несколько минут злой, ворчащий и уже усталый Левиральф завязывал шнурки на своих ботинках. Вырядившись в красные штаны и бирюзовый балахон, парень не испытывал никакого стресса, а у Оливера глаза на лоб полезли. - Ты серьёзно? - На рыжего вопросительно уставились два серых глаза. - Ты в этом собрался идти? - А что есть какие-то проблемы? - Леви оглядел себя в зеркале. - Любая девушка при месячных разорвет тебя, как Тузик грелку. Иди переоденься, я тебя умоляю, - Марио толкнул парня в сторону его комнаты, - давай поторапливайся, а то опоздаем. - Знаешь что? Во-первых, я не буду переодеваться, а во-вторых, опоздаем мы по отдельности, я с тобой никуда не пойду! - Показал язык шатен и попытался проскользнуть во входную дверь. - Ошибаешься. Ты сейчас пойдешь и переоденешься, - с глубокой уверенностью произнес рыжий, заграждая проход. - А вот и нет! - Левиральф попытался оттолкнуть парня от двери, но у него ничего не вышло, поэтому он начал колотить кулаками по груди Марио. Тот в свою очередь перехватил руки шатена, закинул его бренное тело к себе на плечо и понёс брыкающегося Леви в ванную комнату, где опустил под холодный душ. - Ты! Гад! Вода! Холодно! Придурок! Выключи! Ненавижу тебя! - Несвязанный набор слов лился вместе с ледяной водой, пока Оливер не переключил её на горячую. - Я же говорил, что ты переоденешься, - улыбка от уха до уха. Промокший до ниточки шатен, по которому до сих пор стекала вода, не вынес лучшего мстительного вердикта, как затащить рыжего к себе под импровизированный дождик. Душевая кабинка не была рассчитана на такое количество одетых людей, поэтому парни стояли близко друг к другу, настолько близко, что Леви чувствовал горячее дыхание на своей шее. - Не липни ко мне! - шатен попытался отстраниться. - Не липну я. Ты же сам затащил меня под душ, - непонимающе уставился голубыми глазами на собеседника виновник произошедшего. - Захотел затащил, захотел оттащил... И вообще это ты виноват! Отойди, мне нужно идти, - смущенно протараторил Левиральф. - В таком виде? - Недоуменно поинтересовался Марио, выключая воду. - Да. То есть нет. Ну, я высушусь и переоденусь для начала... - Но так как хотел шатен не получилось, после сушки и развешивания мокрых вещей, парни остались сидеть дома на разных краях дивана. Скоротали время до вечера в словесной перепалке и за просмотром фильмов. Ближе к шести голова Леви мирно покоилась на коленях Марио. Утомленные бурной дискуссией их сморил сон так и не дав досмотреть Эйс Вентуру до конца. *** Жизнь Леви текла в таком же русле: утром в колледже, днем в агентстве, а вечером домой. Каждодневные репетиции перед премьерой выматывали юношу до неузнаваемости, но каким бы уставшим он не был всегда спешил домой, что раньше за ним не наблюдалось. К слову, дома его ждал вкусный ужин и Оливер иногда. Рыжий временами где-то пропадал, но Леви считал, что не настолько они сдружились, чтобы вникать в чужую личную жизнь. А вникать было во что, Марио был популярным. Некая зависть закралась в сердце шатена, видя как длинноногие красавицы табунами виснут на Оли. Не то чтобы Левиральф был непривлекателен, совсем наоборот, но дело в том, что ни одна девушка не выдерживала больше часа общение с ним. Слабый пол не выдерживал натиска стёба и сарказма и ретировался на другой любовный фронт. Однажды Леви наткнулся на выходящего из душа Марио и заметил на спине того след любви в виде длинной царапины. Горько усмехнувшись парень про себя подметил, что себе такую роскошь позволить не может, ибо его тело - товар ценный и неприкосновенный. В свои шестнадцать ему хотелось каких-то отношений. Пусть и не долгих, пусть и только сексуальных, но хотелось. И вот в вечер на пятницу состоялся банкет в честь юбилея агентства. Левиральфа в агентстве все знали. Ещё бы! Лексус и Лэндон всегда вели меж собой войну за звание короля, но пока оба являлись лишь принцами агентства "Квинс". Именно эта война и с подвигла Леви на следующие действия: не уступить Одли ни в чём. Как и Лэндон Левиральф перефотографировался со всеми знаменитыми в широких кругах гостях того вечера, выпил со всеми кто предлагал выпить и потанцевал со всеми кто приглянулся. Чтобы одержать полную победу в этом сражении шатен должен был уйти с этого банкета с какой-нибудь леди для продолжения более интимного общения. Так как у Лэндона Одли была девушка, парень не мог позволить себе подобные выходки. Что касаемо Левиральфа, юноша закинул удочку и поймал двух прелестных рыбок, но выбрать конкретно одну из них не смог, будучи не в состоянии проанализировать ситуацию. В итоге с хотами и визгами трое завалились в пятьдесят третью квартиру семьдесят пятого дома на Марчмонт стрит. Молодые люди переместились в зал на красный диван, распивая виски из горла. И всё бы было прекрасно (возможно, что Леви лишился бы даже девственности), если бы на горизонте арки не появился сонный и весьма недовольный Оливер. - Эй, что за херня? Три часа ночи, - скрестив руки на груди, Марио всем своим видом выказывал своё возмущение по поводу. То что на нем были лишь пижамные штаны, доказывало фазу сна минут десять назад. - Оли? - Такое удивление вызвал склероз. Левиральф забыл про существование кого-то в своём доме и про чуткий сон того самого кого-то. Ему сейчас было крайне неловко, поэтому скинув с себя девиц, шатен направился к Марио, схватил того за руку и завел в ближайшую комнату, которая оказалась Оливера. - В общем был банкет... И я хотел... Просто девочки они... - Что-то пытался связать воедино парень. - Эй, посмотри на себя. Полуголый, растрепанный, заведенный, с красными от поцелуев губами, к тому же алкоголем разит за километр. Заваливаешь ночью с какими-то, - Марио остановился дабы подумать, - девушками. Что с тобой происходит? Ты ничего не нюхал? Чай не курил? - Я его сделал. Лэндон потерпел фиаско. Ты бы видел его перекошенное лицо! - С улыбкой до ушей и горящими глазами. - Ты чуть не переспал с двумя шлюхами, чтобы самоутвердится в глазах Одли? Леви, очнись! Ты этого хотел? Чтобы твой первый раз был по-пьяни и непонятно с кем? - Оливер выжидающе свел брови к переносице. - Тебе значит можно трахаться, а мне нет?! - Недовольный упрек в сторону рыжего. - Я может быть тоже хочу с кем-то засыпать, забывая о всех проблемах и просыпаться с желанием увидеть родную улыбку на любимых губах. - И конечно этим человеком станет одна из этих лесбиянок? - О чем ты? - Непонимающе потупил взгляд Леви. - Я знаю брюнетку. Сука редкостная, - констатировал Марио, - выгони их. - Неужели твоя бывшая? - Глаза шатена сощурились в укоризненном жесте. - Не моя, - скривился парень, беря с тумбочки гаджет. Через несколько минут парни вышли из комнаты, наблюдая весьма пикантную картину: девушки забвенно целовались, сплетая языки и запуская руку в роскошные кудри партнерши. - Дамы, прошу, не здесь. Такси ждет на выходе, - сообщил Оливер, скалясь. Когда гости покинули квартиру, рыжий заварил себе кофе и устроился на красном диване рядом с Леви, который обнял руками колени и уткнулся в них носом. - Чего залип? - Поинтересовался рыжий, попивая кофе. - Просто странно это, - вздохнул Левиральф. - Возбудило зрелище? - Ещё глоток обжигающего напитка. - Не то что бы возбудило, скорее повергло в шок, - беглый взгляд скользнул по растягивающимся в улыбке губам. - Что ж тут странного? Это влечение, - пожал плечами парень. - Влечение? - прошептал шатен, сокращая расстояние. - Да, - отозвался Оливер, ставя кружку на столик. - Влечении, - повторил Леви, пробуя на вкус губы Марио. - Что ты делаешь? - Отстранился парень, заглядывая в мутные серые глаза. - Кофе. Никогда его не любил, решил попробовать. - И как? - Усмехнулся рыжий. - Молоко вкуснее, - констатировал Левиральф, сминая губы Оли. - Спать иди, - бросил рыжий, отстраняясь. - Завтра будешь умирать от похмелья и стыда. *** - Оли, я умираю, - прохрипел молодой человек, сползая вниз по дверному косяку. - И? - Недоуменно уставился рыжий на бренное туловище, валяющееся в дверях его комнаты. - И ты должен мне помочь, - уверенность сквозила в голосе Левиральфа. - С чего бы мне это делать? - парень сел на кровати, оставляя недочитанную книгу в сторону. - С того что мне хреново! Голову плющит от боли, во рту пустыня и привкус говна... Сделай же что-нибудь, - жалобно промычал шатен, опуская голову на колени. - Клизму поставить? Говорят хорошо от похмелья помогает, - ухмыльнулся Марио. - Издеваешься, козёл? - Нахмурился Леви, зловеще сверкая серыми глазами. - Знаешь, я бы предложил тебе с кем-нибудь переспать. Секс с утра тоже помогает, но вот видок у тебя неважный, знаешь ли, ни одна девушка не потечет, - продолжал глумится Оливер. - Заткнись, идиот, мне правда херово, - устало выдохнул шатен. - Поднимись с пола, - произнес рыжий, стоя возле Левиральфа. - Это чистое проявление заботы? Боишься, что я заболею? - Парень вымученно улыбнулся уголками губ. - Что ты несешь? Мне просто нужно пройти, а ты валяешься в проходе, - небрежно толкая Леви ногой. - Бесчувственная скотина! Оставишь меня подыхать? - из-за спины Марио доносились крики Леви. Оливер зашел на кухню, налил в стакан воды и вернулся обратно в свою комнату, где на его кровати разлегся Левиральф, который продолжал проклинать рыжего за невежественное обращение к его персоне. - Что, умирающему воды принес? Смешно, смешно, - ворчал шатен. - Но она не поможет. Я литр выпил, а толку-то? - Закрой рот и возьми стакан, - строгим голосом произнес Оливер. Леви повиновался. Рыжий достал из кармана упаковку аспирина и бросил в воду две таблетки. Те быстро начали растворятся, образовывая разводы пузырьков. - Откуда это? - Удивленно уставился на стакан Левиральф, точно зная, что таблеток в доме не держал. - С утра в аптеку забежал. Выпей это, а потом в душ, - добавил парень, собираясь покинуть комнату. - Оли... - Что? - Почему ты сразу не дал мне таблетки? - Серые глаза выжидающе уставились в голубые напротив. - Хотел проучить тебя за вчерашнее, - улыбнулся Марио. - Оли, давай в кино сходим? - шатен улыбнулся в ответ. - За мой счет. - Ты так хочешь извиниться? - Я так хочу сказать спасибо, - и залпом осушил стакан с лекарством, - где моё теплое молоко? - Ты неисправим, Леви, неисправим, - смахивая рукой с лица улыбку. К четырем вечера Левиральф пришел в норму. Оливер стоял в прихожей и ждал шатена, в то время как сам шатен бегал по квартире в незастегнутой рубашке, одном носке и одетый в одну штанину джинс. - Я сейчас, я быстро, - уверял Леви, застегивая молнию на штанах. - Можешь не торопится, время у нас ещё есть, - посмотрел на часы рыжий. - Но пока мы дойдем... - застегивал пуговицы Левиральф. - А общественный транспорт на что? - Удивился Марио, поправляя растрепавшиеся пряди волос шатена. - Предпочитаю добираться на своих двоих, - опустив глаза в пол, бросил Леви. - Странные предпочтения. Ты всюду пешком ходишь? - Да, с того момента как моя мама разбилась на машине, - голос парня дрогнул. Оливер услышал то, что не ожидал услышать. Теперь причина, по которой Левиральф жил один, была ясна. - Надень второй носок и выходим. Сеанс начинается в восемнадцать ровно, можем не успеть, - в ответ был лишь кивок. Парни добрались до кинотеатра в 17.45. По дороге они многое успели обсудить и пришли к единому мнению о фильме, который будут смотреть. Простояв немного времени в очереди, Леви добрался до кассы. - Два билета на комедию N. - Нет билетов, - до ушей шатена донесся противный голос кассирши. - Как нет? - Растерянно хлопая глазами, уставился на Марио, - и что нам делать? - На ужастик сходим, - предложил рыжий. - Тоже нет, - в разговор встряла женщина. - А на что есть? - Немного резко отозвался Леви. - На мелодраму. Брать будете? - Ухмыльнулась кассирша. - Будем, - недовольно оскалился шатен, шаря рукой по карманам. - Оли, я кажется кошелек дома оставил. - ТЦ, и это называется за твой счет? - наигранное раздражение. - Оли... - Что ещё? - Тяжелый вздох. - Попкорн и колу купишь? - беззаботно улыбался Леви от уха до уха. - Билеты брать будете? - и снова режущий слух голос кассирши. - Будем! - В один голос ответили парни. Когда они прошли в зал, их ожидал маленький сюрприз. - Что? Последний ряд?! - Ошарашено таращась на билет, Левиральф чуть было не перевернул ведро с попкорном. Целующиеся парочки по всему спектру зрительной досягаемости сморили Леви. Парень уронил свою голову Оливеру на плечо и мирно просопел больше часа. Марио, предугадывая будущее, переместил жареную кукурузу к себе на колени. После фильма парни гуляли по вечернему Блумсбери, поедая попкорн, что остался с посещения кинотеатра. Фонари освещали малолюдные улицы, вдоль которых пестрели щиты магазинов и бутиков. Было достаточно тепло для апрельских безветренных вечеров. Казалось, парни успели обсудить всё на свете. Беседа была непринужденная, что создало необъяснимо легкую атмосферу вокруг. Леви для себя отметил, что никогда ещё не видел, чтобы рыжий кому-то так тепло улыбался. Он осознал, что это здорово иметь кого-то, с кем можно поговорить и приятно провести время. За последние годы Левиральф преуспел в постройке барьеров, которым никому не удавалось пройти кроме этого парня, поэтому, в конечном итоге, Леви остался один. Шатен решил для себя, что в следующий раз ни за что не забудет кошелек дома, а что следующий раз будет - он знал точно. *** Воскресенье Оливер любил больше чем какой-либо день недели, ведь именно в этот день он мог просидеть несколько часов за фортепиано, иногда добродушнейший человек по совместительству директор органного зала позволял Марио играть на рояле. Юноша рядом с инструментом любил проводить своё свободное время, отдыхая душой от суматохи будних дней. Это воскресенье не стало исключением. После утренней пробежки и домашних дел, Оливер отправился в органный зал, где просидел до трех. Забежав домой и быстро поев, рыжий поспешил на тренировку. Будучи разносторонней личностью, Марио с детства забивал свой график всевозможными делами, но при этом успевал учится и проводить время с друзьями. С раннего детства отец узрел в нем задатки музыканта и взял на себя духовное воспитание своего чада. Мать же пыталась переманить ребенка на сторону спортивного мира. Первым, в чем попробовал себя Оливер, был, конечно, волейбол, но опасность выбить пальцы, которыми дорожал Марио старший, была слишком велика. Мать будучи тренером не знала поражений, не стала отчаиваться и вскоре нашла для сына подходящее занятие, а именно футбол. Так Оливер и стал нападающим. Душа его лежала больше к музыке, но просто так оставить спорт он не мог, сказывалось давление со стороны матери. Закончилась изнуряющая тренировка, и молодой челок рвался домой с одной лишь мыслью о душе. От водных процедур Марио оторвала настойчивая трель звонка. Обернувшись одним лишь полотенцем на мокрое тело, парень поспешил открыть дверь, думая, что Левиральф забыл свои ключи дома. - Где этот паршивец? - Отталкивая в сторону рыжего, в квартиру залетел мужчина на вид лет тридцати восьми. На его лице читалось явное недовольство, серые глаза зло сверкали. Мужчина был дорого одет: на запястье поблескивали часы, изготовленные по собственному заказу немецкими мастерами; воротник черной шелковой рубашки был отделан золотыми нитями, а запонки с пуговицами были позолочены; классические черные штаны обрамлял кожаный ремень с увесистой бляшкой; кожаные туфли, пальто и шляпа подчеркивали статус этого человека, придавая ему некую загадочность. Марио закрыл дверь и вопросительно уставился на пришедшего. - Кто он? - Лексус! - Возмущенно вскрикнул мужчина. - Извините за вопрос, но вы случаем чай не курили? - Рыжий свел брови к переносице, всем своим видом демонстрирую степень своего недовольства. - Ты! Щенок, да как ты смеешь?! - Щуря глаза, прошипел незнакомец. - Что здесь делаешь? - Я здесь живу, - спокойно ответил парень. - А вы, позвольте спросить? - Мне нужен мой сын, - тяжелый взгляд серых глаз пронзал Марио. - Леви? - Вскидывая брови к верху. - Лекс, - уточнил мужчина. На лице Оливера задержалось непонимание. В это время ключ в замке прокрутили два раза, и дверь в квартиру снова открылась. - Ч-что ты здесь делаешь? - было первым, что произнес удивленный Левиральф. - За последний месяц с карточки было снято 17.000 $, а несколько дней назад ещё 6.000. Как ты можешь это объяснить, Лексус? - При виде сына мужчина сделал лицо проще, но атмосфера вокруг него была так же напряжена. У Леви участилось сердцебиение, скрипнув зубами, парень залился громким истеричным смехом, но в один момент смех сошел на нет. - Убирайся! - Выкрикнул шатен, надломив тишину. - Ты пришел о деньгах поговорить? После того, как ты умрешь, они всё равно будут моими, так какая разница, когда и сколько я трачу? Или, может быть, я тебе в тягость? - Взгляд исподлобья брошенный на мужчину, был полон ненависти и упрека, - ты скажи, может, я как мама сяду за руль и разобьюсь, набрав достаточную скорость, чтобы меня не успели спасти? - Лексус, зачем ты так? Я ведь... - Начал мужчина, ошарашенный таким поведением своего ребенка. - Ничего не хочу слышать! Убирайся! - Снова повысил голос парень, указывая на дверь. - Вон из моей квартиры... И из моей жизни тоже. Я не хочу тебя видеть. Мужчину переполняли злость и отчаяние. Он прекрасно понимал, что сын винит его в смерти матери и вряд ли когда-нибудь простит. Ему ничего не оставалось, как покинуть это место. Когда входная дверь закрылась за Левиральфом старшим, шатен еле как снял с себя обувь и поспешно направился к себе в комнату, скидывая по пути пальто на пол. Оливер прибывал в глубоком шоке, повесив пальто Леви на место, парень направился к себе, чтобы одеться. Марио успел натянуть только пижамные штаны, как из комнаты Левиральфа донесся звук бьющегося стекла. Рыжий кинулся к источнику звука. Открыв дверь он увидел разбросанные по комнате вещи, разбитую прикроватную лампу и осевшего на пол шатена, которого крупно трясло, и дышал он часто и судорожно. - Леви, что с тобой? - Марио присел рядом с юношей и приподнял его лицо за подбородок, заставляя того посмотреть на себя. Всё, что увидел Оливер это пустые серые глаза. - Не нужно казаться сильным. Левиральф прикрыл глаза и через мгновение по его щекам начали скатываться слезы. Он беззвучно плакал, дрожь усилилась. Марио притянул парня к себе, утешая гладил по спине, и, целуя в макушку. Когда Леви почти успокоился, рыжий перенес его на кровать, вытирая с щек мокрые дорожки. Шатен схватил руку Оливера и потянул на себя. С его губ слетело тихое, - "останься". Самому Марио не хотелось оставлять Левиральфа в таком состоянии одного, поэтому парень лег рядом. - Леви, зачем тебе такая большая сумма денег? У тебя какие-то неприятности? - тихо спросил рыжий. - Нет. Я пожертвовал эти деньги для детей с врожденным пороком сердца, - ответил шатен, прикрывая глаза. - Почему ты не сказал об этом своему отцу? - Оливер убрал с лица Левиральфа прилипшие пряди. - Ему не обязательно об этом знать, - Леви чувствовал успокаивающие прикосновения рук Марио. - Лексус... Это твоё настоящее имя? - рыжий провел тыльной стороной ладони по щеке мирно лежащего рядом парня. - Да, - прошептал шатен, находясь на грани между сном и реальностью. Оливер долго рассматривал Левиральфа, а затем смял его губы в нежном поцелуе и, обняв того покрепче, тоже провалился в сон.