Wanderlust

      По моим примерным подсчетам в Лориене мы пробыли около месяца. Что касается следующего утра после пира, то оно ознаменовалось появлением у шатра, с утра пораньше, Леголаса с букетом полевых цветов. И где только нашел. На мой вопрос, по какому случаю букет, прозвучал виноватый ответ, что это в качестве извинений за вчерашнее окончание вечера.       После этой его выходки, я честно порадовалась, что живу не в личном шатре. Потому как, судя по взглядам, что на меня бросали некоторые эллет, я им явно, фигурально выражаясь, подложила свинью. Так что, спокойно спать в одиночестве я бы не рискнула. Убить не убьют, но проверять границы их фантазии не хотелось.       И вот когда, в один из вечеров, Фродо вернулся с квадратными глазами, после разговора с Галадриэль, мы поняли, что пора продолжить наш путь. В последнюю ночь к нам в шатер вернулся ночевать Леголас, до этого ночевавший у кого-то из местных. Боромир высказал мысль, дескать «принц снизошел до простых смертных», на что Гимли выдвинул версию, что Леголас надоел даже местным эльфам, и они его просто выселили. Еще немного поразвивав эту тему, все улеглись спать.       Утро сборов проходило в странной атмосфере, с одной стороны все были отдохнувшими и полными сил, с другой – нас уже начинали терзать переживания.       Нам выделили провизию. Я, наконец, попробовала лембас. Что могу сказать, вкусно, а главное и правда, сытно. Так же каждому путнику подарили по плащу из легкой, но теплой шелковистой ткани местной выделки. Материя плащей меняла цвет в зависимости от освещения. Застежка в виде зеленого листа с серебряными прожилками скрепляла плащи у горла.       Вдруг, среди провожающих я заметила знакомое лицо. – Халдир? – кинулась я к эльфу. – Я пришел, что бы проводить вас. Не думала же ты, что я с тобой не попрощаюсь? – тепло улыбнулся мне эльф, дружески обнимая. – Будь осторожна. И знай, если тебе понадобится помощь, только позови. – Спасибо, друг мой. – Береги ее, Леголас. Только тебе я могу доверить заботу об этом юном цветке, – серьезно сказал Халдир, глядя куда-то мне за спину. – Тоже мне цветочек нашел, – смущенно пробурчала я. – Именно. И тебе меня не переубедить, – он еще раз кивнул всем нам и отошел к остальным провожающим.       Спустя еще некоторое время явились Владыки. Келеборн долго о чем-то беседовал с Арагорном, видимо давал советы насчет лучшего пути.       Потом пришло время даров. Арагорну подарили прекрасные ножны для меча, а так же большой зеленый камень в оправе, изображающей орла с распахнутыми крыльями. Ну, можно сказать, Галадриэль чуть ли не благословила их с Арвен. Боромиру достался редкой красоты золотой пояс. Мерри и Пиппину - маленькие серебряные пояса с пряжками в форме золотого цветка и небольшие кинжалы. Леголасу вручен был мощный лориенский лук и колчан стрел к нему. Эльф светился от счастья как ребенок, которому подарили долгожданную игрушку.       Сэму досталась коробочка земли из сада самой Владычицы. Гимли, жутко краснея и прячась в бороду, все же осмелился попросить у Галадриэль прядь волос. После небольшого шока, вызванного такой просьбой, Владычица смилостивилась и вручила гному аж три пряди. По-моему, Гимли от счастья ушел в нирвану, настолько мечтательным стало его лицо.       Фродо достался хрустальный фиал, хранящий в себе свет Эарендила. Хоббит благодарно поклонился и молча отступил назад. Наконец подошла и моя очередь. – Я не знаю, что можно подарить тебе, Катарина. Разве только надежду. Вспоминая нашу прошлую беседу, этой ночью я видела, что твои друзья ищут тебя, не смотря ни на что. И возможно, в самую трудную для тебя минуту, когда надежды уже не останется, они помогут.       Я непонимающе смотрела на Владычицу. Вот что за дурная привычка у этих эльфов - говорить загадками? В ответ на мои мысли Галадриэль тепло улыбнулась и сказала: – Ты все поймешь в свое время.       Мне осталось только пожать плечами и вместе со всеми отправиться к лодкам. Не стоит удивляться, что я попала в лодку к Леголасу и Гимли. Мы здраво рассудили, что так будет примерно равное распределение общего веса на три судна. Эльф сел на весла и мы отчалили.       Первое время пути Гимли прибывал все в том же состоянии прострации. И мог разве что горестно вздыхать. Мы с Леголасом только понимающе переглядывались.       Арагорн неукоснительно следил за тем, чтобы на стоянках зря времени не терять. Отправлялись рано и плыли допоздна. Ночевали на берегу, не заходя далеко в лес, устраиваясь с минимальными удобствами.       Спустя три дня пейзаж на берегах стал меняться, леса уступали свое место зеленеющим равнинам и каменным уступам. Компанию нам составляли только различные птицы. – Лебеди! – неожиданно воскликнул Сэм. – Ого! Ну и здоровущие! – А ты в курсе, что лебеди – одни из самых преданных существ? – обратилась я к хоббиту и, видя в его взгляде интерес, продолжила. – Они создают пару на всю жизнь. Говорят, что если один партнер погибает, то и второй скорее последует за ним. – Как романтично, – протянул Пиппин. – Ага. У нас даже песню этому сложили. Она так и называется – «Лебединая верность». – А спой ее? – тут же отозвался хоббит. Ну вот кто меня за язык тянул? – Давай в другой раз? Во-первых, она грустная, во-вторых – сложная, а в-третьих – нам надо быть осторожными. – Хорошо, но мы запомнили, что ты обещала ее спеть, – заметил Леголас. Я на это, застонав, уткнулась лбом в колени.       Дальше все опять последовали в молчании.