Я тебя ненавижу.

Я помню, как мы встретились с Дейдарой впервые. Это было в детстве, когда он играл в лего, создавая дома, после чего руша их. Позже он описал мне слова Итачи, которые вводили в ступор, не давая осмыслить каждое слово по очереди. Но еще через мгновенье в маленькую комнату протиснулся парнишка примерно моего возраста. Рыжие, нет, огненные волосы напоминали локоны матери, впитавшие кровь и это меня смущало. Когда этот паренек примкнул к нашей компании, Дейдара строил нахмуренную морду и при каждом удобном случае пытался нахамить рыжему. Что поражало, так это манера поведения паренька. Культурен, умен и рассудителен, в свои-то десять лет. Хотя, наверное, все мы росли не по годам. Как выяснилось все, кто был причастен к Акацуки, являлись сиротами. Совпадение? Не думаю. У многих родители погибли в каких-то не понятных ситуациях, другие жаждали мести и были абсолютно похожи со мной, но были и те, кто сам убил своих родных, а одним из них был Сасори, мальчик с кровавыми волосами. Стоило ли его бояться? Да. Причем еще как стоило. Под маской безразличия и интеллигентности, скрывалась психически не здоровая голова. Я привык к тому, что в школе меня не любили и презирали, потому что я был изгоем с нестандартным мышлением. Но в такой компании я чувствовал себя совершенно нормальным. - Ты новенький? – Прогудел без эмоциональный говор. Он стоял передо мной в позе куклы, будто каждое его движение было кем-то сыграно, словно кто-то управлял им, дергая за невидимые нити. Но нет, его сущность сама по себе являлась таковой. Мальчик был пуст изнутри. Карие глаза так же без эмоций пялились на меня, тогда я сглотнул и лишь кивнул. «Куда я попал?!» - мчалось в моей голове. Меня словно запихнули в психушку к таким же психам, как и я. Хотя нет, к более ужасным психам. - Следуй за мной. Дейдара-кун, а ты уберись пока что здесь. – Я оцепенел, куда идти и зачем? От этого паренька излучался холод, будто от мертвого. Мне было крайне не приятно находится в его компании, а тут еще и идти с ним куда-то уж точно не вызывало у меня восторг. Рыжий развернулся и, приоткрыв дверь, сказал: - Ну, ты идешь? – Я лишь снова кивнул и продвинулся вслед за ходячей куклой. – Как тебя зовут? Парнишка пытался выдавить улыбку, поворачиваясь ко мне, но вместо этого на его физиономии происходило, что-то ужасное. Я отвернулся и куда-то в бок произнес: - Хидан Мацураси. – Наверное, это было в последний раз, когда я упоминал свою фамилию. Причина тому то, что я узнал далее. - Серьезно? Мацураси? – Да, с мимикой этому парню нужно было работать и работать. Его удивление больше было похоже на злорадную рожу. – Твой отец, он ведь мертв? – Я снова кивнул, но уже с большей интригой в глазах. – Значит ты сын Мацураси-самы. Наверное, его гены еще не пробудились в тебе. Мат пока что не слышу, вроде не куришь, ну и, конечно же, твои красивые алые глаза еще не видели море крови. – Снова эта аналогия про море. Как же она изначально меня бесила. - От куда ты знаешь моего отца?! – Твердо крикнул я. Мальчуган открыл дверь новой комнаты, в которой за большим дубовым столом сидел Какузу и внимательно вчитывался в какие-то бумаги, напялив очки. Увидав меня, на его устах разгорелась улыбка. Рыжий толкнул меня вперед, дабы я зашел внутрь. Я слегка продвинулся от небольшого толчка в спину и уже рассматривал кабинет огромного мужчины. Дорогие картины, шкафы с многочисленными книгами, кожаный стул и диваны. Здесь пахло деньгами и каким-то странноватым привкусом железа. - Хидан-кун, проходи не стесняйся. В этом кабинете решаются огромные дела и даются некие задания. Но сначала… Я, не дав закончить фразу, выкрикнул свои слова: - От куда этот еврей знает о моем отце?! – Мой палец указывал на рыжего паренька, который без эмоционально посмотрел в мою сторону. - Ого, Сасори уже даже оповестил тебя, что знаком с твоим стариком? Как мило с твоей стороны, «еврей». – С горячей улыбки мужчина перешел на дерзкий и злой взгляд на рыжего паренька. Тот как-то пофигически пялился, будто на зло в глаза старшего товарища. - Так вы расскажете? – Настаивал я. Какузу рухнул на кожаное кресло с недовольным видом и прикрыл лицо рукой. С глубоким вздохом его зеленые очи переместились на меня, а я замер в ожидании. - Чтобы рассказать, откуда мы знаем твоего отца, мне нужно проинформировать тебя о нашей организации в целом. Видишь ли, у нас, как и у любой компании есть некие правила, обычаи и нюансы, которые мы все дружно соблюдаем. Так же, когда новый человек приходит к нам в организацию, он подписывает бумаги о неразглашении и ознакомляется с нашими обычаями целиком. Быть может, тебя что-то шокирует… Мужчина встал с удобного кресла и продвинулся к огромному шкафу с великим выбором книг. Грациозно его рука приземлилась на одну из кожаных обложек и отдернула книжку чуть на себя. Вскоре часть шкафа начала двигаться и в итоге открылась некая дверь в темное пространство. Всё выглядело, как в обычном кино и даже ни капельки не удивило, правда, сильно насторожило. Какузу первым зашел внутрь и, включив свет, пригласил нас зайти следом. На моём лице виднелась присущая мне злость, а мои брови сами собой супились, глядя на высокого мужика. Сасори и глазом не моргнул. Ему будто было все равно. Внутри все выглядело до безумия обычно. Простой стол, на котором лежали бумаги и нелепо брошенные ручки. Чуть выше фотографии людей, среди которых я нашел не менее знакомое лицо. - О-о-отец… - Я подошел чуть ближе, дабы разглядеть ужасающую, родную физиономию. Но почему его портрет висел здесь среди однородных фотографий различных людей? Разве что внизу на его фото была непонятная метка красным маркером, среди других фото такие тоже встречались, но на многих такого и не было. Переведя свой взор, я нашел Какузу, который весел выше всех. Рядом расположился мужчина, который был в момент убийства моих родных. Остальные личности были совершенно не знакомы. – Почему портрет моего отца здесь?! - Все эти люди члены нашей организации. Твой отец не исключение. Я потерял дар речи. С открытым ртом мои глаза рассматривали родной портрет. - Что?.. - Он разве тебе не рассказывал о своей работе? – Спохватился мужчина, нелепо натягивая улыбку. В том-то и дело, отец всегда скрывал подробности своей работы и часто менял её. То он был полицейским, то кондитером, то охранником в клубе, то аптекарем. Папа менял место работы почти каждый месяц. Я думал, что это из-за характера его гонят из одного места в другое, ну или же он искал себя в том или ином труду. Но причем тут эта организация? Каждый раз его отсылали на командировки в другой город и я был крайне счастлив, когда отца не было неделями дома. Как же все было запутано! Голова шумела воспоминаниями, а особенно засел момент последних его прошептанных слов «Прости меня». Моё лицо нервно искажалось, совокупляя две эмоции целиком. Я был зол и опечален, мне хотелось реветь, но агрессия внутри молодого организма только росла. - Мой отец менял работу буквально каждый день, он не мог быть членом вашей организации! – Яростно произнес я. - Ха-ха, - Какузу украдкой посмеялся, после чего серьезный взор обрушился на меня – Дорогой ты мой, сотрудники нашей организации вынуждены менять место работы практически каждый месяц, дабы выполнить заданную миссию. Твой отец был отличным бойцом, он без вопросов выполнял самые грязные задания. Его фамилия становилась все более знатной в нашем круге. Все его уважали, так как Мацураси-сан был одним из лучших! Но у каждого пламени свой предел, и вот его пламя потушилось морем крови, созданное из его же плоти. – Мужчина даже немного взгрустнул, смотря на фотографию коллеги. - Что ты несешь?! Что вы все тут несете?! Почему вы убили моих родителей? Почему убили моего отца, если он был с вами в одной шайке?! Что за хуйня здесь творится?! - О, а вот и мат. Какузу-сама, мне кажется, он будет даже лучше своего отца. – Кукла, что стояла позади, нелепо улыбнулась и тут же вернулась на исходную. - Сасори, помолчи. – Прозвучал спокойный мужской тон. – Хидан-кун, мы не специально убили твоего отца и мать. Наверняка твой папа беспощадно вываливал на тебе всю свою агрессию, ведь при такой-то работке входишь во вкус и уже не отличаешь задание от не задания. Ты еще наверняка нам благодарен за содеянное. - Какая еще работка? И от куда вы все это знаете? Благодарен? Не думаю! - Работа – убийства. От куда все знаем? У каждого из нас была нелегкая судьба и практически каждый второй срывается на своей родне. Благодарен, еще как благодарен. Ты ведь его ненавидел и презирал, и правильно делал. Он был высококлассным наёмным убийцей, за что ему неплохо платили. Другая работа что-то типа работника полиции была лишь прикрытием, чтобы завалить кого-то из персонала или же найти по докладам полиции какого-то человека, чтобы убить. Видишь ли, твой отец пришел к нам в организацию практически в твоём возрасте, когда у его отца была не удачная миссия и он трагически погиб от рук других бандитов. Суровые девяностые были намного серьезнее, нежели настоящее время. Сейчас все куда проще. Мой отец убивал? Не может быть. Я не верил своим ушам. - Хидан-кун, вот как раз мы и подошли к изучениям наших обычаев. – Продолжил Какузу, закуривая сигарету. – Ну, во-первых, как только ты приходишь к нам в организацию, ты уже формально подписываешь бумагу о том, что твой сын или дочь будут заменой тебя после твоей смерти. В случае с твоим отцом все было именно так, ведь твоего дедушку убили, а твоему папе было на тот момент лет пятнадцать и представители нашей организации точно так же как и за тобой пришли за ним. Но еще есть вариант, что если член нашей организации провалит задание или же сбежит от нас, то мы соответственно за предательство и побег без вопросов убиваем его и забираем дитё, которое станет заменой мертвому предателю. - Вы хотите сказать, что мой отец вас предал? Но как? Если он считался лучшим в своём деле? – Я уже спокойно относился к выше сказанным словам и воспринимал ситуацию как должное. - Теперь это мне урок на всю оставшуюся жизнь, что лучшим нужно доверять, но проверять. – Мужчина тяжко вздохнул, а после из его рта потянулся дым. – У нас есть еще кое-какое правило. Никто не знает где твой настоящий дом, куда ты возвращаешься после заданий. Даже глава организации не в курсе этого. Личная жизнь каждого члена организации остается личной до тех пор, пока ты не умер или не предал нас. Если ты с кем-то из организации сдружился и говоришь или показываешь по секрету, где твой дом, то это считается на уровне предательства. Связь мы поддерживаем по телефону и то только назначаем место встречи, не более. Все дела обсуждаются лично. Пока у вас нет семьи и собственного крова, многие живут в этом коттедже. Как ты, наверное, уже заметил, здесь много детей и подростков, а взрослого поколения совсем мало. Это потому, что им негде жить. Ты должен забыть про свой старый дом, ты туда больше не вернешься. - А что если меня будут искать? И кто-нибудь зайдет внутрь дома, а там трупяры?! А?! - Хах – снова похихикал взрослый мужчина – об этом не стоит беспокоиться. - Стоп, ты мне так и не ответил на вопрос! В чем мой отец вас предал? – Напряжение вроде спало, но сердце нервно постукивало от интриги затаившейся где-то внутри меня. - Он не выполнил задание, которое ему было поручено двенадцать лет назад. А мы узнали об этом только спустя такое огромное количество времени. И то по его же глупости. – Какузу присел на диван, стоявший около огромного шкафа. - Что за глупость? Что за задание? - Задание заключалось в том, что он должен был убить одну девицу, которая мешалась нам на протяжении всей своей жизни. Она тоже была наёмником, но в другой организации более слабой, чем наша. Твой отец должен был убить её, чтобы та не следила за нашими действиями и не воровала задания. Та девушка была очень продуманной и осторожной, правда в чем-то милосердной, что неприемлемо для наёмника. Её дерзкий характер внушал страх и крайне выбешивал. Я с ней лично был знаком, если честно был влюблен в неё. Она очень была красива, но так же очень опасна для нашего существования. Поэтому необходимо было её убить. Мы призвали самого лучшего убийцу, твоего отца, который должен был отследить эту юную леди и беспощадно расправиться с ней. Несколько недель спустя, он вернулся и заверил в том, что принял еще один грех на душу. Так как он был лучшим, я не стал проверять и даже помянул бутылкой коньяка свою дерзкую любовь. Спустя два года твой папа переехал в свой личный дом, о котором по правилам никто не знал. Я был безумно рад, что он остепенился. Конечно, это не повлияло на его безупречную работу, он все так же хорошо выполнял миссию за миссией. Но через несколько лет до меня дошли неприятные слухи, что та девушка жива, от чего я был в недопонимании, ведь Мацураси-сан всегда выполнял работу на отлично и я ему бескрайне доверял. Что оказалось зря. Твой отец изрядно выпивал и сболтнул лишнего моему доносчику буквально месяц назад. Так как людей в организации много, то каждого ты в любом случае в лицо не знаешь, и я, как представитель главы Акацуки проверяю каждого члена организации на вшивость. Если бы мой разведчик не оказался в нужный момент в нужном месте, то на вряд ли бы я узнал такое. Твоя мать и есть та девушка, которую он должен был убить. Слишком много шокирующей информации я узнал. Моя мама была наёмником другой организации, а мой отец был убийцей, и его задание было убить мою мать, чего он не сделал. Ужасное осознание своей сущности, преданной генами от таких родителей пугало. Вся надежда была на мать, я думал, быть может, я в неё такой спокойный ребенок. Но как оказалось это все было не на долго, а лишь на то время пока я был слеп. Мужчина, сделав пару затяжек, с тягостью в сердце продолжил свой рассказ. - Как стало известно далее, твой папа специально лишил её голоса, чтобы та молчала обо всем, что он ей рассказывал. Она была еще той болтушкой и импульсивной девушкой, и могла уйти от него, громогласно рассказав всем, кто он есть на самом деле. Мацураси-сан перестраховался таким образом. Она стала домохозяйкой, выходившей из дома лишь до ближайшего магазина. Они официально не были женаты, но жили вместе, создавая кров и семью. И вот когда мы собрались к вам в гости я до последнего не верил, что он может меня обмануть, причем так подло. Зайдя в дом, я увидел свою мертвую любовь, которая со страхом разглядывала мой силуэт. Она была божественно красива спустя столько лет. Если бы не мой напарник, я бы все так же стоял и вглядывался в её светлый лик. Но всё произошло быстро, и мой коллега пырнул в самое сердце мою любовь. Позже выбежал твой отец и после увиденного он взбесился. Разум убийцы будто отключился и он даже не мог нормально обороняться. Я стоял в стороне и рассматривал, как его алые глаза наливались кровью и слезами. Слезы убийцы, боже, я никогда такого не видел. Видимо у них была искренняя любовь, а мои чувства совсем малы по сравнению с их привязанностью. После, твоего отца лишили ног, но он из последних сил тянулся к своей супруге, я был шокирован, как он её любит. И наверняка он любил и тебя, просто закалял твой характер и ждал, пока ты в ответ будешь бить его. Но как оказалось ты смог это сделать лишь тогда, когда он уже был мертв. Прискорбно, но тебе некуда идти и в случае предательства или побега ты знаешь, что тебя ожидает. А если ты будешь покорно выполнять все задания, то могу тебя заверить, ты будешь состоятельным человеком. Мой отец умел плакать? Мой отец любил меня? Я в это не мог поверить. Состояние ступора настигло меня в тот же момент. Какузу любил мою мать, но не так сильно как её любил папа? Господи, все было понятно, но в то же время сложно для быстрого восприятия. Голова пухла от длинных речей, колени дрожали, а руки потели. Мне не оставалась ничего, кроме как стать членом сей организации и выполнять поставленные задачи. Вскоре в тайную комнату пришел еще один мужчина, его я уже видел ранее, когда он с Какузу приходил ко мне в дом. Этот мужик убил мою безмолвную мать и лишил отца не только ног, но и жизни. Я косился на него, изучая каждую деталь. Длинные черные локоны, не присущие для мужского рода, валились ниже плеч. Глаза ядовито-зеленые, а кожа бледная. Его нельзя было назвать совсем обычным мужиком. Он не вселял доверия, по крайней мере, у меня. - О, Орочимару-сан. Ты что-то хотел? – Радостно вспыхнул глава организации и ускоренно привстал с дивана, подошел ближе к длинноволосому. - Мне нужно осмотреть Хидана-куна, ведь он теперь в наших рядах. – Его ужасающая улыбка, скорее пугала и придавала нелепого страха для окружающих. - Хорошо. Хидан-кун, это наш местный врач, если что-то оторвется при задании он тебя непременно починит, а сейчас ему нужно знать твои ДНК и, наверное, тебе поставят несколько прививок, дабы избежать нелепых заболеваний. – Какузу докурив сигарету и, потушив её о пепельницу, продвинулся к выходу, маня всех за собой. Выключив свет и выйдя в кабинет, все присутствующие ждали указаний. – Значит, Орочимару-сан, ты берешь Хидана-куна и вы вместе идете в лабораторию, а ты, Сасори… для тебя есть миссия. Этому пареньку всего-то десять лет, но ему уже вовсю дают задания. Странно как-то, но сейчас меня больше волновал этот странный мужик, нежели рыжий. - Пойдем, Хидан-кун, не бойся, я тебе вреда не причиню. Я следовал по пятам Орочимару, который так изрядно меня пугал. Вообще каждый, кто здесь находился, имел странности и ужасающие подробности прошлого. Мы продвинулись вдоль различных комнат с запертыми дверями и спустились на первый этаж. Там все так же пахло пряностями и манило к кухонному столу, около которого расположились дети различных возрастов. Этот аромат напоминал мамины вкуснейшие булочки, и я ненароком заглянул в столовую, немножко отставая от длинноволосого мужчины. Дети мирно пили чай и ели припудренные булочки. Девушка с синими волосами стояла за плитой, по видимости что-то готовя. Для меня это напоминало какой-то детский сад и нянечку, мило заботившуюся за каждым. Но и тут без странностей не обойтись. Сейчас глубокий вечер и дети должны все спать, но они резвятся и играют, попивая чай с вкусностями. - Эй, не отставай, а то заблудишься. – Окликнул меня Орочимару и я отпрянул от приятной картины, шагая за зеленоглазым. – Непоседливые дети каждый раз ложатся спать позже взрослых. Уложить их сил нет, все мы устаем, а они лишь играют и учатся. Плюс дневной сон помогает держаться в тонусе. Но как только им исполниться десять к ним будут относиться как к взрослым и соответственно давать задания. - Но мы же все равно еще дети, нас могут и убить. - Боишься смерти? Можно подумать, что ты живешь. – Его слова заставили задуматься, а ведь и правда, живу ли я? Моя жизнь сравнима со смертью, без разницы, когда настанет мой конец, но он в любом случае настигнет меня, как и любого другого. – По сути, каждый день приближает нашу смерть, от этого не убежишь, тем более таким, как мы. Что верно, то верно. Как бы все это не прискорбно звучало, но я был в чем-то даже рад. Ведь среди всех этих людей я чувствую какую-то связь, все эти люди... они мне как родня. Мы пережили одно и то же, мы стали теми, кем должны были стать. С самого моего рождения моя судьба была предрешена. Одновременно со мной, когда я родился кучи людей стали живыми трупами, каждый из них, сам того не подозревая, стоит в очереди моего списка. Я тоже этого не подозревал, но судьба выстроила такой сюжет. Вскоре мы были внутри лаборатории. Длинноволосый посадил меня напротив себя и взял немного моей крови на экспертизу. Изучая меня, Орочимару будто вникал в самую суть, проникая сквозь мою одежду. - Орочимару? Правильно? - Да-да. - Какузу весь в шрамах, почему? - Он побывал во многих передрягах, а я лишь помог ему восстановиться. Диалог не строился и брюнет отвечал так, будто ставил точку. Мне хотелось больше узнать об организации, но мужчина был сосредоточен на моём организме и прервать его означало допустить ошибку в изготовлении прививок. Лаборатория была довольно таки большой. Огромные сосуды с разнообразными конечностями и внутренностями, где-то даже бьется сердце, видимо запасное. От увиденного у простого человека вызвался бы рвотный рефлекс, но почему мне на это было даже приятно смотреть? На главном столе лежало несколько медицинских карточек, среди которых заполнялась моя новая карта. Скорбь о маме не пропадала, она таилось где-то подсознательно, но я всячески скрывал это. Отца мне было не жаль, он получил по заслугам, так как договор есть договор. - Наверное ты хочешь похоронить своих родных официально под землю, но, к сожалению, по-настоящему ты все равно никогда их не похоронишь. Каждого из них мы носим с собой, такова цена жизни. Особенно нашей мертвой жизни. – Врач присел напротив и миловидно улыбнулся, чего я даже не ожидал. Он относился ко мне как к родному, делая все аккуратно и слажено. Странный мужчина, но говорил он абсолютно правильные вещи. – Я навсегда запомню слезы убийцы. Беспощадного и ужасного Мацураси-сана. Оказывается, он был и не такой уж и бесчувственный. - Слезы отца, я тоже никогда не забуду, Орочимару-сан. – Он, наверное, единственный, к кому я использовал уважительный суффикс. Этот мужик знал толк в нашей, как он сказал, мертвой жизни. Как человек он был душевным и добрым наедине и ужасающим при людях. Некие маски, которые он надевал, скрывали его добродушную улыбку. - Я надеюсь, что ты перерастешь своего отца не только в заданиях, но и исправишь его ошибки. Я верю в тебя Хидан-кун. - Спасибо, Орочимару-сан.