Заболей мной

говориговориговори меня своими расцарапанными мыслями ключицами, книгами, строчками, точка-точка-запятой, городом, подоконниками, пустых вагонов метро глазницами. мигающими фонарями, которые без аптеки и улицы, вишнёвыми сигаретами \ричмонд, восьмёрка, толстые\, амулетами на шею, синим шарфом, алой картой порезов на запястьях, своей острой нежностью, зажимающей сердце где-то между первым и вторым ребром. читайчитайчитай меня как собственную сагу: поттериану, войну и мир, карлоса кастанеду, или что-нибудь из роберта желязны. я буду спасать для тебя мир от волан де морта, убивать стальную крысу, а потом женюсь на наташе ростовой. или мы пошлём всё это нахер, это неактуально, неважно, напрасно. позаимствуем у берроуза метод разрезок, перепишем "вопль" гинзберга, потом перейдём к футуристам. ты прочтёшь меня в "послушайте!..." маяковского, в чёрном квадрате малевича. ты зачитаешь меня в "фактотуме" буковски ночью в питерской подворотне, в его "голливуде" в узком колодце между пятиэтажками, шёпотом, хрипло, свободно. просто люби меня и дальше; провернись во мне железным винтом, снеси к чёрту сердце, прорви лёгкие \так станет легче дышать\, раскроши рёбра, разорви все внутренние органы, не имеет значения, сейчас или потом. ты говоришь мне ночью, что я безумен, а я хочу быть перманетно безумным тобой. ты станешь моим эдемом, психбольницей, карцером пыток, тем, с кем я хочу читать цветаеву вслух вечерами и целоваться в кирпичных переулках, неважно, в этом или том. заболей мной, и пусть в твоей мед.карте напишут "болен сашей". ни белым, ни чёрным, ни блоком, ни каким-то ещё. а в драных джинсах и майке с сидом; тем, которым ты ещё не болел раньше. а потом про нас процитируют алису, ту, что из страны чудес, с её этим "всё страньше и страньше".