Судьба помогает смелым

— Что? — воскликнул Хантер, протягивая записку Себастиану. Тот, прочитав его, прошипел: — Ну, Хаммел, как только я выберусь отсюда, я тебе уши отдеру и сожгу все твои вещи. — Смайт, что здесь… — недоумённо заговорил было Хантер, но в это время Себа уже вне себя от раздражения начал барабанить в дверь. — Хаммел, оставь свои глупые шуточки с Андерсоном в покое и открой дверь, иначе когда я выйду отсюда… Но то, что произошло дальше, заставило парня мгновенно замолчать. В раздевалке выключился свет, и вдруг, откуда не возьмись, зажглись небольшие огоньки, едва освещая комнаты. А следом ещё в придачу заиграла и музыка. We are young, heartache to heartache we stand No promises, no demands Love is a battlefield We are strong, no one can tell us weʼre wrong Searchin' our hearts for so long, both of us knowing Love is a battlefield — Начина-а-ается… — протянул Себа, закатывая глаза и затем ударив кулаком в стену. Хантер всё ещё непонимающе смотрел на Смайта, пытаясь понять смысл сказанного в записке, да и вообще разобраться в смысле происходящего… — Что ты на меня смотришь? — недовольно прошипел Себастиан, обрадованный не больше парня. — Андерсон и Хаммел решили, что если мы с тобой воюем, то обязательно должны быть вместе, даже несмотря на то, что у тебя есть парень, и я тебя не перевариваю ни в каком виде. — Взаимно, — фыркнул Хантер, начиная копаться в сумке. — Я сейчас позвоню Адаму, он приедет и вызволит нас. Смайт вздохнул, бессильно опустившись на лавочку… Надо же, оказаться запертым в одной раздевалке с самим Хантером Кларингтоном. Кому ещё достанется такое счастье? Хотя в душе у парня все извилины давно отплясывали макарену, поскольку это был такой шанс побыть с ним наедине. Чтобы вдоволь насмотреться на него вживую, а не на пустых фотографиях. Он смог спокойно смотреть, как Хантер ищет в своей сумке телефон, и не отводить взгляда… Ведь сделать это оказалось просто-напросто нереально. А ещё… Это его беспокойство, когда Себастиан, не выдержав давления собственных мыслей, закричал в душе. Это льстило Смайту и давало хоть маленькую, но надежду, что однажды… Парень всё-таки сможет завоевать сердце Хантера. — Кажется, я оставил его дома, — удручённо протянул Кларингтон, выпрямляясь. — Типичный Ханти… — Слушай, Смайт, тебе не надоело? Сколько можно издеваться, в конце концов? — вскипел Хантер, злобно откинув рюкзак в сторону. — Для чего ты всё это делаешь? Довести меня хочешь до того, чтобы я ушёл из школы? Этого не будет! Себастиан на какое-то мгновение замер, осознав, что ему, наконец, удалось довести Хантера, однако это занятие больше не доставляло парню такого удовольствия, как прежде. Подняв взгляд на покрасневшее от гнева лицо Кларингтона, он вдруг вспомнил совет, который недавно дал ему Курт: «Если ты действительно хочешь, чтобы он полюбил тебя, перестань раздражать его — оставь свои издёвки». Именно поэтому, вместо того, чтобы привычно ответить парню колкостью, Смайт на несколько секунд устало прикрыл глаза, после чего и вовсе отвернулся в сторону, лишь тихо проговорив: — Нет. Не хочу. Хантер, донельзя удивлённый подобному ответу, даже не нашелся, что сказать, и поэтому, изумлённо окинув притихшего в углу парня, присел на лавку напротив и тоже замолчал, погрузившись в свои размышления. Некоторое время парни так и продолжали сидеть, не заговаривая друг с другом, но Хантер, не зная, куда себя деть, решился нарушить затянувшееся молчание: — Почему ты перевёлся в Маккинли? Ты ведь раньше учился в частной школе. В Далтоне. — Были проблемы… — Себастиан, ответь, что-то случилось? Прошло уже двадцать минут с твоих последних слов, а я ещё тут… И ты даже ни слова не сказал. — Ровно три месяца назад машину моих родителей расстреляли. Мама умерла в больнице во время операции, отец ночью… — тихо произнёс Смайт, так и не поворачивая головы в сторону Кларингтона, который, услышав это, потрясённо округлив глаза, в шоке смотрел на парня. Не может быть! Кларингтон был по-настоящему поражён словами Себастиана. Он подозревал что угодно: что его родители уехали за границу работать, а отец Курта приглядывает за ним, что его бросил парень, что… Да вообще у Хантера было много вариантов на то, почему Себастиан всегда такой злобный, но чтобы такое… Теперь парень многое понимал: Смайт скрывал настоящего себя под маской подлеца, издёвщика и клоуна лишь потому, что боль, которую он чувствовал всеми фибрами своей души, была настолько сильной, что… Но сейчас, сейчас, как показалось Хантеру, перед ним был искренний, настоящий Себастиан Смайт. — Я не знал, прости, — нервно сглотнув, произнёс Кларингтон. — Мне Блейн ничего не рассказывал. — Странно, хотя я думаю, что он в курсе, поскольку эти Клейн так спелись что… Ну, ты понял. — Почему они решили, что мы с тобой хорошая пара? Если даже чисто теоретически между нами ничего быть не может. У меня теперь есть парень, которого я люблю, да и у тебя, наверняка, тоже. — То есть ты считаешь, что меня невозможно полюбить? — как-то отстранившись, холодно поинтересовался Смайт. — Не знаю, я думаю, что возможно. Но не в нашем случае… — начал говорить Кларингтон, который, похоже, уже успел пожалеть, что заговорил об этом. — А жаль, — еле слышно прошептал Смайт. — Мне кажется, ты был бы отличным парнем, если бы перестал издеваться над каждым прохожим, — продолжил Хантер и внезапно замолчал, увидев блестящие глаза Себастиана. Это было невозможно! Себастиан Смайт и плачет. Нет! Этого быть не может. Хантер не мог поверить в это; что его единственный собеседник, вечно подшучивающий над ним, способен на такое проявление чувств, однако это действительно было так. На какое-то мгновение Кларингтону захотелось обнять и прижать его к себе, чтобы только тот успокоился и снова вернулся в норму, но парень пересилил себя и вместо этого спросил: — Почему это произошло? Они были известными людьми? — Нет. Много лет назад моя мама ждала второго ребёнка — у меня должен был родиться младший брат. Но при родах он умер, как сказали родителям. А сейчас, спустя столько лет, выяснилось, что это не так: мой младший брат жив. И он здесь. В Лайме. Поэтому мы здесь, чтобы только найти его… Реакция Хантера застала Смайта буквально врасплох: спустя миг, как только Себастиан закончил говорить, он почувствовал на своих губах лёгкое прикосновение. Его тело неожиданно пронзило тепло, которое разлилось по всем укромным местам. Глаза распахнулись от осознания спонтанности момента, но уже через секунду Смайт начал отвечать ему. Они даже не заметили, как дверь открылась сама собой. Но когда руки Себастиана, желающего чего-то большего, начали забираться под футболку Хантера, тот резко опомнился и отстранился, отведя взгляд и часто дыша. Встав с лавочки, Кларингтон схватил свою сумку и быстро выбежал из раздевалки, оставляя растерянного Себу наедине с самом собой.