Electric touch

День и ночь смешались в единый поток времени и уже ничего не значили. Значение имел только он, его состояние, его дыхание, которое периодически становилось спокойнее и казалось, что он просто спит. Сколько прошло времени Кэл не знал. Иногда заглядывал Клемент, принося различные склянки или таблетки, несколько раз заходил Сафи и проверял состояние обоих, уже третий раз пришел Хамир, озабоченно оглядывая паладина на койке. - Сколько же ему нужно времени..Да, кстати, Сафи мне тут кое-что рассказал. – приор обернулся к священнику и сощурил глаза. – В чем ваша проблема? Почему вы готовы друг за друга на все, а о себе и не думаете? – Хамир беззлобно глянул на юношу и сменил гнев на беспокойство. – Кэл, я понимаю, что вы прошли через что-то очень плохое. Я не буду просить тебя проходить через это еще раз. Когда сможешь – расскажешь. Ответом ему стал благодарный взгляд голубых глаз и слабая улыбка. - Малыш, ты не устал? Я могу посидеть с ним, иди, отдохни. Осунувшийся священник встрепенулся и постарался сделать голос бодрее. - Отец Хамир, о чем Вы? Я в порядке..Мы в порядке. – Бледная рука вновь коснулась узловатых пальцев паладина. – Не беспокойтесь, он справится. Приор недоверчиво глянул на воспитанника и глубоко вздохнул. Спорить было бесполезно, да и дела монастыря не ждали. Уже отойдя к двери ,наставник подозвал Кэла и склонился к его уху: - Слушай.. Есть одна просьба.. Ты не подумай.. Но не говори этому обалдую, что я так часто сюда захаживал. А то будет глумиться остаток дней моих. С трудом сдержав смех, священник кивнул и вернулся на свой пост хранителя покоя. Беда не приходит одна, так, кажется, говорят? Вот и в этот солнечный день она пришла в компании. Первая беда, настигшая приора – новость о том, что Таллиесин до сих пор не пришел в сознание. Вторая беда ждала его, как оказалось, в кабинете. Мужчина вышел из подвалов лазарета и тут же столкнулся с Дином, что и принес весть. На стуле возле рабочего стола чуть не плача сидела женщина, она не скрывала своих слез, напротив выставляя их напоказ. Каштановые волосы собраны в неаккуратный пучок, руки теребят старую шаль, а в глазах только жажда наживы. Неужели, даже когда они женились с Лелайе, она была такой же? - Перфида? Что тебе здесь надо? – Приор быстрым шагом пересек кабинет и опустился за стол. Женщина громко всхлипнула и, заикающимся голосом, начала: - Талли.. Мой мальчик.. – Лицо приора скривилось, но он не успел перебить. – Я так переживаю за него... А что если он не придет в себя? Что останется мне? Сколько он помогал своей матери… А теперь? Как я буду жить без моего мальчика.. Перфиду охватил новый поток театральных рыданий и слово взял Хамир, который шел алыми пятнами от гнева. - Как ты только смеешь называть себя его матерью… - Мужчина ударил кулаком о стол и скривился от омерзения. – Хватит причитать о том, что тебе не на что жить! И не надо лгать, что тебе есть дело до чего-то кроме его денег! Сколько ты их из него тянула?! И даже не спросила о его самочувствии! Есть у тебя совесть или нет?! Хотя о чем я говорю... Ты даже после гибели мужа в первую очередь интересовалась откупными! Что уж говорить о сыне, которого ты бросила... Лгунья... Молчать! Теперь я говорю, ты свое сказала! – Женщина попыталась было вставить слово, но мгновенно замолкла. – Значит так, Перфида. Дальнейший разговор будет коротким. Приор расправил плечи и достал из стола несколько бумаг и холщовый мешочек. - Здесь – Мешок звонко упал на стол перед гостьей. – Денег больше, чем он принесет тебе за ближайшие пару лет. А через пару лет, он больше не будет обязан тебе что-либо выплачивать, так как достигнет полного совершеннолетия. Этого тебе должно хватить, чтобы обжиться в другом городе и долгое время жить безбедно. Хамир развернул две бумаги лицевой стороной к женщине. - Это – бумаги на отказ от Талли. И ты их подпишешь. Сейчас же. А после у тебя есть час, чтобы убраться из этого города. И сделать так, чтобы он больше никогда о тебе не услышал. Так же, ты обязуешься прислать мне одно единственное письмо – с фактическим адресом проживания. Я сделаю все, чтобы вы никогда не встретились. Перфида нервно сглотнула и, прикинув количество золота в мешке, бодро схватилась за ручку. Подписи вылетели из-под пера, будто две быстрокрылые свободные птицы. Женщина ушла молча, не прощаясь. - Тише-тише.. – Священник придерживал голову друга, маленькими порциями вливая лекарство тому в рот. – Еще немного и сможешь поспать. Талли осилил еще несколько глотков и зашипел. - Тебе нужны силы, поэтому терпи. Я знаю, что ты не любишь траву, но что поделать. Кэллай отставил чашку на стол и коснулся рельефа мышц на плече друга: - Когда же ты расслабишься.. Пальцы пробежались ниже по руке и сжали ладонь. И вновь тепло, животворящее тепло коснулось пылающего тела паладина. - Ж…- Голова пошла кругом, а в глазах помутнело. – Жи..ви..