Different Twins

POV Мия

Прошло два дня обучения в этой Академии. Успех, который случился со мной в первый день, больше не повторился. Всё было очень плохо. Несмотря на все мои старания, я очень отличалась от своих одногруппников, особенно по классическому танцу. Классику вела у нас очень строгая женщина – миссис Пул. С первой же минуты занятия она наговорила мне столько замечаний, что я боялась что-либо танцевать. Мне казалось, что всё, что я делаю – неправильно. Хотя, наверное, так и было: - Руки, Мия! - Пятая позиция, Мия! Это у тебя пятая такая? - Колени выпрями! Ты вообще слушаешь, что я тебе говорю? Ты опаздываешь! Прекрати смотреть на себя в зеркало, там нет ничего хорошего. Работай над собой. И прочее, и прочее, и прочее. Сначала я боялась эту женщину, но потом привыкла. Да, она строга. Да, она кричит на меня. Но это значит, что я ей небезразлична. Возможно, она хочет, чтобы я была не хуже своих одногруппников или даже лучше. Она желает мне добра, и я буду стараться. Когда-нибудь она скажет мне: «хорошо, так держать, Мия». Сейчас у нас снова классика. В моей голове витали мысли о Сэме, о Заке, и я по привычке смотрела на себя в зеркало. Несколько часов стоять у станка и делать монотонные движения – очень утомительно, но всё это я делаю ради своей мечты. Вдруг музыка останавливается, я отрываюсь от своего отражения в зеркале и вижу, что миссис Пул идёт ко мне. Она очень рассержена. Я напряглась, все в классе смотрели на меня. - Мия, встань в позицию, - я послушно сделала то, что просила педагог. – А теперь садись, ниже, ниже, ниже! Я прошу - не поднимай эту ногу, не надо её выше поднимать! – она больно ударила меня по ноге, которая сама по себе поднимается выше, чем нужно. Я зажмурилась, но ничего не изменилось, нога продолжала подниматься. Я сошла с позиции. - Ты меня понимаешь или нет?! – крикнула женщина, я промолчала и опустила взгляд. – Я тебя спрашиваю! Я кивнула. - Я на всю Академию кричу что? Что?! – крикнула она. - Не поднимать ногу, - пробубнила я. - Да! А ты что в это время делаешь? Смотришься в зеркало!.. Это что – трудно? Тебе трудно поднять ногу? Она замолчала и смотрела на меня. - Ты опять горбатая, нога опорная согнута, держишься за станок так, будто боишься упасть, но смотришься в зеркало и улыбаешься. Для тебя всё здорово, да? Ну и хорошо. Она резко развернулась и похлопала в ладоши, чтобы все возобновили занятия. Я вздохнула, но продолжила заниматься с двойным усердием. Весь оставшийся урок эта женщина не говорила мне больше ни одного замечания и даже не смотрела в мою сторону.

После урока

Мы с Катриной вышли из корпуса и медленно прогуливались. У меня ужасно болели ноги, но ничего не поделаешь. Я достала бутылку воды из сумки и сделала несколько глотков. - Давай присядем? – предложила Кэт, и я согласилась. - Как же у меня болят ноги! – буквально простонала я и поморщилась. - Понимаю, - согласилась подруга. - Мне кажется, что миссис Пул меня ненавидит. Катрина, скажи, я действительно так плохо танцую? Мне кажется, что я ничем не отличаюсь от вас. У нас в группе есть люди, которые танцуют хуже меня, но она не кричит на них так, как на меня, - пожаловалась я. - Просто она видит, что ты девушка с данными для балета, но очень ленишься, - пожала плечами Катрина. - Да, может быть. В этот момент подул прохладный ветерок, который как раз и был нужен мне в этот момент. Так же неожиданно во двор Академии завернула машина. Очень знакомая для меня машина. Родители. Я в ужасе поднялась со скамейки. - Ты чего? – спросила Кэт. - Это за мной, - пробубнила я. Автомобиль затормозил. Из машины вышла мама. - А вот и она! Уже встречает нас! – с сарказмом проговорила она. Я медленно подошла ближе, не веря своим глазам. Никак не думала, что они могут сюда приехать. - Привет, - кивнула я, смотря на папу. - Где тут директор? Мне нужно с ним поговорить! – властно и громко объяснила мать. - Зачем он тебе, мам? – спросила я. - Не спорь с матерью, а веди меня к директору! – крикнула она на меня, я взглянула на отца, но тот лишь пожал плечами. - Ладно, - вздохнула я, осознавая, что этот день в Академии, возможно, был последним. И вот, я захожу в кабинет директора. За столом сидел мужчина, который и принял меня учиться. Он улыбался и беседовал, вы не поверите, с Заком! Хотя, что тут необычного? - Здравствуйте, - кивнула я и кинула быстрый взгляд на Зака. - Здравствуй, Мия, здравствуй, - поздоровался директор, продолжая улыбаться. - Мои родители хотят поговорить с вами, - произнесла я, пропуская вперед маму с папой. - Да, хотим, здравствуйте! – холодно откликнулась мама и осмотрелась. Зак встал и уступил ей место: - Присаживайтесь. Мама села и даже не поблагодарила молодого человека. - Мия и этот молодой человек, выйдете, пожалуйста, - сказала мама, глядя на меня с такой ненавистью, что мне стало не по себе. Зак кивнул и вышел, я же осталась стоять на месте. - Но, мам.. Я хочу остаться! Это дело касается и меня! – возразила я. - Я сказала выйди! Я послушно вышла из кабинета и в последний момент взглянула на директора. Тот подмигнул мне, и я даже улыбнулась. В коридоре меня ждал Зак. Ну или он просто стоял. Это я хочу, чтобы он меня ждал. - Всё в порядке? – спросил он, а я села на скамейку, которая стояла напротив двери в кабинет директора. - Наверное, я не буду здесь учиться, - объяснила я. Парень сел рядом со мной. - Родители не подписали разрешение на учебу здесь. Они всегда мне говорили, что танцы – это просто хобби, ерунда, что нужно поступать в университет и быть юристом, - хмыкнула я. Зак помолчал несколько минут. - Может, всё ещё не так сложится. Даже если не подпишут они это разрешение, приезжай, слышишь? Я засмеялась, понимая, что это невозможно. - А вы хотите, чтобы я здесь училась? – уже немного серьёзней спросила я. - Хочу, - кивнул он и внимательно взглянул на меня. Я стала рассматривать свои колени, и в этот момент случилось то, чего я так боялась и с чем боролась изо всех сил. Слёзы предательски закапали, и я уже поняла, что не смогу их остановить. - Ну что за сопли под носом? Плакать и страдать будем? – серьёзно спросил он. Я отрицательно помотала головой. - Ты со всем справишься! Ты талантливая танцовщица! Где тебе учиться, если не здесь? Я подняла голову и стала вытирать слёзы. - Всё будет хорошо! – сказал Зак и вдруг взял меня за руку, я вздрогнула, но не отдёрнула руку. - Конечно, - улыбнулась я сквозь слёзы. Я понимала, что Зак – мой учитель и то, что он взял меня за руку, как минимум, странно. Но всё равно мне было приятно. Ведь учителя поддерживают своих учеников в трудные минуты. Я окончательно перестала плакать и наблюдала за Прайсом, но парень молчал, глядя в пол. Через несколько секунд он выпустил мою руку и встал. - Мне пора, - произнес он, а я молча кивнула. - Мия, дай мне пожалуйста свой номер телефона, - смело сказал Зак. - Зачем? – удивилась я. Мне стало даже как-то неудобно. Мой преподаватель берет меня за руку и даже просит номер телефона. Это же нетактично. Но, тем не менее, я продиктовала свой номер Заку. После этого он ушел. Я осталась одна в пустом и прохладном коридоре, ожидая как решиться моя судьба. В руках я держала телефон и только сейчас я поняла, что Зак может позвонить мне в любой момент, что у меня есть связь с ним. Эта мысль вызвала улыбку на моем лице, но этот парень всё-таки мой учитель, и поэтому между нами ничего не может быть. Я не должна допускать даже мыслей о чем-то подобном. Противоречия. Примерно через десять минут, которые показались мне очень долгими, из кабинета вышли мама с папой. Они были уже не так рассержены на меня. Немного разочарованные и молчаливые. Я встала, но боялась что-либо спросить. Мы втроем молча пошли к выходу. - Иди собирай вещи, мы ждем тебя у машины, - небрежно сказал папа, когда мы уже вышли на улицу. - Пап.., - хотела спросить я насчет обучения здесь, но папа отрицательно покачал головой, останавливая меня. Я не поняла, что это значит – «нет, ты больше не учишься здесь» или «не начинай этот разговор». Я развернулась в сторону своего общежития и пошла собирать вещи, как и сказал папа. Я вошла в нашу с Кэт комнату, в которой ночевала уже две ночи. Пока я собирала вещи, я мысленно попрощалась и с Катриной, и с комнатой, и с Сэмом, и со всеми моими учителями, ну и конечно, с этой Академией. Пусть я училась тут всего лишь три дня, я всё равно запомню их навсегда. Я хотя бы немного, но прикоснулась к своей мечте и даже нашла новых знакомых. Когда я подошла к машине, и папа положил мой чемодан в багажник, мне стало так больно, что я снова не смогла сдержать слез. Неужели я больше не вернусь сюда? Мне не хочется в это верить. Мне не хочется учиться в школе, сдавать гребанные экзамены, куда-то поступать и снова учиться. Это все не имеет смысла, потому что мое место здесь, в этой Академии, я чувствую это, и всё равно уезжаю. Я бессильна в данный момент, я ничего не могу поделать. Почему мою судьбу решают родители? Они же не знают и не хотят знать, что значат для меня танцы. Вытирая украдкой слезы и садясь на заднее сиденье машины, я услышала шум колес скейтборда, а затем голос Сэма: - Мия? Я быстро залезла в машину, захлопнула дверь и закрыла глаза. Хорошо, что окна машины затонированы, и Сэм не может меня увидеть. Но парень не сдался. Кажется, он обратился к моему отцу, который все еще оставался на улице. Я открыла окно, но совсем на чуть-чуть, чтобы слышать о чем они говорят. - Извините, вы отец Мии? – вежливо, но уверенно и смело спросил Сэм. - Да, - раздражительно ответил папа. - Очень рад знакомству. Я – Сэм, приятель вашей дочери. Я покачала головой и ухмыльнулась. Ну да, приятель, который безжалостно кинул. - Что тебе нужно? – всё более раздражаясь, спросил отец. - Я вижу, вы увозите Мию. Вы не хотите, чтобы она училась здесь? – Сэм тоже был раздражен и даже зол, он будто бросал вызов моему папе. Отец промолчал и просто пошел прочь от Сэма. - Но вы даже не знаете какой ценой досталось ей поступление сюда! Ваша дочь мечтает стать известной балериной, но вы не даете её мечте сбыться! Послушайте же! – кричал отцу вслед Сэм Либерман. - Слушай сюда, парень! – тоже громко крикнул папа и остановился. – Мия – моя дочь, и я лучше знаю о чем она мечтает и кем хочет стать. Я желаю ей только добра, и я сам решу что ей делать и как поступить! Ты едва ли знаком с моей дочерью и уже говоришь такие вещи, да и к тому же ты еще слишком юн, чтобы спорить со мной! Разговор окончен! – рявкнул папа, залез в машину и с огромной злостью завел её. На большой скорости мы покинули пределы Академии. Только Сэм смотрел нам вслед.

***

Через несколько часов я была уже дома. Там всё было таким уютным и родным. Наша с Грэйс комната, где, как и прежде, всегда играют песни каких-нибудь рокеров. Я занесла чемодан в комнату и села на кровать, взглянув на сестру. Та лежала на кровати и читала книгу. - Привет, - улыбнулась Грэйс, когда наши взгляды встретились. После этого она отложила книгу и встала с кровати, я проделала то же самое и вот мы уже заключили друг друга в сильные и искренние объятия. Этот порыв произошел одновременно. В этот момент я поняла, что Грэйс, возможно, единственный человек, который может мне помочь сейчас. - Не подписали? – спросила сестра о разрешении, не выпуская меня из объятий. - Я не знаю, - ответила я, и мы снова одновременно отпустили друг друга. Настала неловкая пауза. Мой взгляд упал на своё отражение в зеркале. Уставшая, грустная, в какой-то старой одежде. Куда делась прежняя Мия? Дерзкая, уверенная в себе девушка, которая в любой ситуации выглядела великолепно. Что с ней стало? Возвращение домой напомнило мне об образе жизни и о своем поведении до поступления в Академию. Да, сейчас я приведу себя в порядок, позвоню Нэшу, своим друзьям, мы соберемся, и хоть на несколько часов я забуду о крахе своей мечты и прочей ерунде, связанной с Заком и Сэмом. Я стала суетиться, побежала в ванную, решила немного завить волосы, начала подбирать босоножки и аксессуары к платью. Но потом вспомнила о самом главном - схватила телефон и набрала номер Нэша Гриера. Он был очень удивлен моему звонку, но согласился встретиться. Всё это время Грэйс подозрительно наблюдала за мной. - Как я выгляжу? – спросила я у сестры, когда была уже готова. - О, просто великолепно! – улыбнулась Грэйс. – Мия, мне нужно с тобой серьёзно поговорить, - тут же добавила она. - Что такое? – забеспокоилась я. - Нет, ничего. Просто послушай и не перебивай меня. Сестра начала свой рассказ о том, как она притворялась мной целую неделю в Париже, объяснила даже причину этого поступка. Сказала о том, что это были лучшие дни в её жизни, что она по уши влюблена в Нэша и очень ревнует меня к нему. Сейчас она, как и я, в безвыходном положении и не знает, что делать дальше. Всё это я восприняла спокойно. Я ни сколько не сердилась на сестру. Ведь если любишь человека, тем более безответно, то ты ради встречи с ним готов на всё! А тут Грэйс даже случай удобный представился – я уехала из города. Наверное, если бы я была Грэйс, я бы поступила так же. - Ты не сердишься на меня? – сконфуженно спросила сестра, закончив свой рассказ. - Нет, - ухмыльнулась я. – Но твоя история очень неправдоподобна. - Да, но эта история - правда, - улыбнулась Грэйс, заметив, что я вполне спокойна и не проклинаю её. – Смотри, - сестра достала телефон и стала показывать фотографии с поездки. Многочисленные и самые разнообразные селфи Нэша и Грэйс, просто романтичные фотографии на фоне Эйфелевой башни, фото, где они обнимаются и даже целуются. Я была в шоке. Но не от фоток, а от того, что я ничего не испытываю, глядя на счастливого Нэша и Грэйс. Я не почувствовала ничего, похожего на ревность. Скажу больше, я была даже рада, что всё так получилось. - А Нэш ничего не заподозрил? – удивилась я. Ведь мы с Грэйс совсем разные по поведению. - Мне кажется, заподозрил, - поморщилась сестра. – Но я не уверена, я не разговаривала с ним после поездки, хотя мы вернулись четыре дня назад. - Значит, сейчас ты пойдешь со мной! – уверенно произнесла я. - Что? Нет! – испугалась сестра. - Да-да! Поднимайся с кровати! Нужно всё решить нам втроем. Так будет правильней. Мы с тобой всё объясним ему, и он сделает свой выбор. Вперед! Похоже, мои слова убедили Грэйс, потому что сестра действительно пошла вместе со мной на встречу к Нэшу. Я уже знала, что будет дальше. Конечно же, Нэш выберет Грэйс. Это очевидно. На фото, которые показала мне сестра, он действительно счастлив. Нэш никогда не был таким со мной – с Мией. Мы шли с сестрой молча, и каждая думала о своём. Мне было немного грустно, что я бросаю свои «игры в любовь». Ведь я действительно не любила Нэша, это была просто игра. А оказывается из-за моих игр страдали люди, причем близкие. Как же это было глупо! Я была тупой дурой, которая играла с чувствами других людей. Сейчас я решу проблему Грэйс, а когда мы вернемся домой, я планировала поговорить с родителями. Я мыслила совершенно по-другому. Я осознавала, что при поступлении в Академию, во мне что-то переломилось, и я повзрослела. Я твердо знаю, чего хочу от этой жизни и как этого добиться. Всё в моих руках.