Счастливый пьяница

Сэм должен быть взволнован. В конце концов, он потерялся. В лесу. Один. Ночью. Со злобной толпой народа, гонящейся за ним. Но, если честно, у него было слишком хорошее настроение, чтобы обращать внимание на столь незначительные мелочи. У Сэма были более важные вещи, о которых стоило бы подумать. Например его руки. Они всегда были такими большими? Сэм пошевелил пальцами и захихикал. Остановившись на мгновенье, он прислушался, к звуку хихиканья эхом разнесшемуся по большому, темному, страшному лесу, и рассмеялся. Он резко оборвал себя и обернулся на брата. Если бы Дин был здесь, он бы только опустил существование Сэма. Опять. Дин был своего рода говнюком. — Говнюк, — сказал Сэм, пробуя слово на языке. Воздух вокруг него изменился и деревья качнулись, будто сдвинувшись. — Ты звал? Сэм наклонил голову вправо: — Габриэль! Озадаченный ангел окинул Сэма быстрым взглядом: — Смотрю, тебе все же удалось не дать убить себя за этот час, пока мы тебя искали. Умница. Сэму понравилось, как Габриэль сказал «мы», будто он был частью команды, а не просто появлялся время от времени, чтобы пособачиться с ними. — Габриэль, — серьезно произнес Сэм. — Я думаю, меня накачали наркотиками. Габриэль насмешливо фыркнул: — Да ладно? Кивнув, Сэм протянул ему руку: — Смотри, какая она большая. Широкая ухмылка медленно расплывалась на лице Габриэля: — Похоже это будет лучшая ночь в моей жизни. *** Сэм шел между деревьями, закинув руку Габриэлю на плечо. Он почти всем весом опирался на невысокого парня, но Габриэля это видимо совсем не волновало. Из-за разницы в росте идти было неудобно, но после того, как Сэм пытался идти сам и врезался во второе же дерево, он решил скинуть на Габриэля переноску тяжестей…и навигацию. Было, как выяснил Сэм, тяжело ходить и говорить, когда ты под кайфом. — Они связали меня, но у них явно не было опыта в связывании, потому что я сбежал от них довольно легко, — сказал Сэм, растягивая гласные только потому, что он мог растягивать гласные. — И получилось у них это только потому, что они подсыпали мне что-то в воду. Они могли просто попросить. Иногда я не против того, чтобы меня связали. Какой же ты короткий. Габриэль издал странный придушенный звук. Сэм посмотрел на него сверху вниз и нахмурился. — Твои волосы странные блондинисто-каштановые, я никак не могу понять этого, — он протянул свободную руку и взъерошил волосы Габриэля. И почти сразу отдернул ее обратно. Она выглядела слишком здоровой на фоне головы Габриэля, и это испугало его. — Итак, тебе нравится, когда тебя связывают, и ты думаешь о моих волосах, — выгнул бровь Габриэль. — Еще чем-нибудь желаешь поделиться? Пожалуйста, скажи да! — Я думаю, что Кас и мой брат трахаются, — сразу же выдал Сэм. — О, да, они трахаются. Почти каждый день. Это факт, — Габриэль наклонил голову. — Да, они прямо сейчас целуются в машине. Сэм скривился: — Даже под наркотой, я не хочу знать такие детали. — Скромник, — ухмыльнулся Габриэль. Наступила тишина. Сэм созерцал грязь, по которой ступали его огромные ноги. Он думал, что вспомнил, как Дин прикололся над ним, заставив съесть комок грязи, когда они были детьми, но это могло быть одно из его придуманных воспоминаний. Типа тех, которые появляются, когда мечтаешь, чтобы у тебя было нормальное детство. — Так тебя беспокоит это? — спросил Габриэль, сначала Сэм подумал, что тот спрашивает насчет поедания грязи. Он медленно вернулся к разговору. — Неа! Дин… — Сэм коротко махнул своей огромной рукой в воздухе, пытаясь закончить мысль. — Дин… везунчик. Кастиэль никогда не попытается съесть его или вселиться в него, или попросить выстрелить в него, или обмануть его и заставить пить демонскую кровь. Кастиэль наверное лучший бойфренд в мире. Я думаю, он даже использует свои ангельские силы, чтобы на радио играли любимые песни Дина. Речь Сэма прервалась, когда он запнулся о корень и чуть не упал. Габриэль сжал хватку на его талии и притянул ближе. От этого краткого жеста, Сэм почувствовал нечеловеческую силу, скрывающуюся в хватке ангела. И вспомнил, что Габриэль может порвать его на части, даже глазом не моргнув. Наверное ерошить его волосы было не лучшей идеей. — Ты наверное можешь разорвать меня пополам, можешь же? — спросил Сэм, скорее заинтересованно, чем обеспокоенно. — Ага. Но потом придется слушать скулёж Дина и речь Кастиэля: «Я не зол, я разочарован». Сэм кивнул: — По мне, так это скорее не речь, а его нахмуренные брови и наклон головы. Габриэль посмотрел на Сэма с самым серьезным выражением лица: — Он использовал свои жалостливые глазки, да? — Он пугающе хорош в этом, — Сэм помолчал. — Я рад, что мы заодно. *** — Где мы? — спросил Сэм. Все деревья выглядели знакомыми. Это как заблудиться в лабиринте зеленого, коричневого и мха. И чувство счастья начало переплывать в более хреновое, меня-может-стошнить-на-твои-ботинки, чувство. — Вашингтон. Родина вечнозеленых деревьев и светящихся вампиров, — ностальгично улыбнулся Габриэль. — Ох чувак, Стэфани Мэйер. Теперь это работа для Трикстера. Сэм взглянул на него: — Не поможет, — он отодвинулся от Габриэля и прислонился к кедру за спиной. Что-то было не так, и это явно не его желудок. — Почему мы вообще идем? Ты же можешь сделать это, правда? — под равнодушным взглядом Габриэля Сэм хлопнул в ладоши и свистнул. — Кас может. Дин потом просраться не мог, но я обычно в порядке, если тебя это беспокоит. Габриэль стоял, явно наслаждаясь ситуацией. — Не беспокоит. — Дин наверно будет вне себя. Я надеюсь, он не разрушит этот городок, когда закончит целоваться с Касом в машине. Ты когда-нибудь разрушал города? Разрушал или поражал? Люцифер думает, что я впущу его, когда моя ярость поглотит меня. — Ага, ну, Люцифер думает, что я безобидный. Он никогда умом не блистал, — легко сказал Габриэль. — И Дин знает, что ты в безопасности, поэтому собственно и слюнявит лицо Кастиэля в своей машине… Они занимаются сексом сейчас. Если тебя это интересует. Сэм прищурился. Прикол в том, что Габриэль так и не ответил на вопрос. — Ты же можешь перенести меня отсюда в любой момент, так ведь? Габриэль пожал плечами, совершенно не извиняющимся жестом. Он выглядел самодовольно. Как всегда. Но это было не как всегда. Сэм задумчиво нахмурил лоб. Через пару минут, все встало на свои места. — Я тебе нравлюсь, — просиял Сэм. Не многие так делали. Порой было здорово найти кого-то, кто наслаждался бы его обществом. — Ага, когда ты под кайфом. Ты не такой тугозадый, как в большую часть времени. Каким бы человеком я был, если бы упустил такую возможность? — Ты не человек, — указал Сэм. Габриэль искоса глянул на него и подошел ближе: — Поверь, ты не заметишь разницы. Сэм задумался: требует ли это много практики, чтобы столько намека вложить в одно предложение, или с этим рождаешься. Как перепончатые пальцы на ногах. Он задумался, а какие у Габриэля пальцы. Они были спрятаны в паре коричневых сапог, на которых почему-то не было грязи или осадка грязи. Мысли Сэма подпрыгивали, проскакивали и перепрыгивали на все подряд, например что, как сапоги Габриэля прикрывают его пальцы, так и его намек прикрывает что-то еще. Что-то, на что Сэм очень хочет посмотреть. Как на его пальцы. Если бы он сейчас не был под кайфом, он наверное проходил бы через своего рода кризис. Он не помнил, чтобы у него был фетиш на ноги прежде. Но так как сейчас он под кайфом и очень импульсивный, Сэм протянул руку, обернул ее вокруг талии Габриэля и притянул к своей груди. Архангел теплый. — Сэм, — предупредил Габриэль, его голос мрачный и низкий. — Ты начал это. С твоими разговорами о связывании в спальне и откровенными намеками, — обвинил Сэм, скользя рукой по спине Габриэля, скрытой рубашкой. Их бедра прижались друг к другу. Сэм был уже на половину твердый. У Габриэля перехватило дыхание. — Ты не захочешь, чтобы я заканчивал это, — угрожал Габриэль. Его руки лежали на бицепсах Сэма, сжимая их с той же нечеловеческой силой, что и раньше. — Я слегка приоткрыл это, — счастливо сказал Сэм, прежде чем нагнуться и поцеловать его. *** Сначала это было, как целовать статую. Габриэль застыл и не реагировал на него, небольшая разница с деревом, что стояло у Сэма за спиной. Он издал мягкий протестующий звук. Положил руку на затылок Габриэля и лизнул его плотно сжатые губы. И этого хватило. Габриэль перешел от нуля к полному пакету действий за какую-то секунду. Он приоткрыл рот и жадно впился в плечи Сэма. Теперь он целовал его по настоящему, вылизывая не только губы Габриэля. Его рот был теплый, влажный и совершенный. Сэм подумал, что он на вкус, как вода и воздух перед грозой. Он отпрянул назад, задыхаясь: — Ты на вкус не такой, как я представлял. Глаза Габриэля потемнели: — Ты думал об этом, — это был не вопрос, и Сэм не озаботился ответом. Он медленно водил большим пальцем по затылку Габриэля. У ангела было такое выражение на лице, как у Дина, когда отец купил ему его первый пистолет. Будто он разрывается между удивлением, благоговением и чистой страстью. Только от этого Сэм захотел снова поцеловать его. Что он и сделал. В этот раз Габриэль взял контроль, двумя руками обхватив лицо Сэма, удерживая его, пока исследовал рот парня. Габриэль целовался так же, как и двигался, уверенно, умело, с намеком на угрозу. Сэм скользнул рукой с шеи Габриэля на край челюсти. Он чувствовал мускулы, которые двигались в такт движениям рта Габриэля напротив его губ. Он цеплялся и жадно сосал язык Габриэля. Сэм водил рукой вверх вниз по коже на спине мужчины, пальцами нажимая на место между лопаток. Блаженный стон вырвался изо рта Гейба, и он толкнулся ближе. Но как только их члены прижались друг к другу сквозь два слоя ткани, Габриэль тут же отскочил назад, как от выстрела. — Блять! — вскрикнул Габриэль, практически отшвыривая Сэма. Тот вздрогнул, ударившись затылком о дерево. Он начал было возмущаться, но один взгляд на лицо Габриэля, заставил его закрыть рот. Губы Гейба опухли, щеки покраснели, и его волосы (Сэм все еще не мог решить шатеново-блондинистые они или блондинисто-шатеновые) растрепаны донельзя. Эта часть была восхитительна, но глаза Габриэля буквально горели от еле сдерживаемой энергии, которая, казалось, просачивалась в воздух вокруг них. — Я сделал это, — осознал Сэм. И эта мысль шокировала его. Ему было интересно, как бы Габриэль выглядел, если бы Сэм сейчас опустился на колени и взял в рот его член. Будет ли он держать руки по бокам, сжатыми в кулаки, как сейчас, или он зароется пальцами в волосы Сэма и потянет? — Я слышу, о чем ты думаешь, — отрезал Габриэль. Он тоже выглядел слегка шокировано, его слова были короткими и отрывистыми. Никакой самодовольной уверенности. Сэм надулся. Он не понимал, почему Габриэль решил использовать свои «ангельские» штучки на нем именно сейчас. Они стояли еще мгновенье, воздух искрил между ними. Затем Габриэль расслабился и пригладил волосы назад, будто ничего не случилось. — Если кто-нибудь спросит, — весело заявил Габриэль. — Я скажу им, что трахнул тебя. Сэм скрестил руки на груди, все еще немного дуясь. — Я скажу всем, что ты был джентльменом. И что ты сказал, что скорее умрешь, чем посягнешь на мою невинность. Он был только на половину серьезен, но Габриэль подошел ближе, глядя на него с пылающей силой, что заставила сердце Сэма бухать в груди. Он положил руку на затылок охотника и потянул вниз, пока их лица не оказались на одном уровне. — Но я собираюсь сделать это, Сэм, — голос Габриэля вливался в его ухо, низкий, опасный и ангельский. — Когда ты будешь в порядке, я собираюсь трахать тебя, пока ты не начнешь кричать. Сэм выдавил удивленное краткое: — Оу. Габриэль улыбнулся, щелкнул пальцами, и они пропали. *** Сэм проснулся с ослепляющей головной болью. Дин смотрел на него сверху вниз, стоя у кровати. — Чувак. Сколько раз тебе говорить? Не оставляй свой напиток без присмотра. Сэм застонал и закрыл лицо подушкой. — Если скажешь еще раз, меня стошнит прямо на тебя. Дин усмехнулся. Теперь, когда кризис позади, он мог сменить свое братское беспокойство на братскую несносность. Сэм дал ему пять минут, прежде чем он кинет, какую-нибудь действительно тупую шутку, про изнасилование на свидании. Да. Дин был своего рода говнюк. — Что ж, Кас ушел за завтраком. Габриэль принес тебя, отвесил откровенно предсказуемый комментарий о нападении на твою невинность и свалил. Думаю, он с нами больше не свяжется. Сэм не слышал ни слова из того, что Дин говорил дальше. Он был рад, что у него была подушка на лице, потому что был совершенно уверен, что кровь прилила к лицу, как только его затопило воспоминаниями о вчерашней ночи. Сэм все вспомнил. Он был близок к тому, чтобы обнаженным прыгнуть на бедра к Габриэлю и умолять связать его. Это было совершенно унизительно. И ужасно. И странно. И очень возбуждало. Дверь в номер открылась и закрылась. Шаги двух пар ног. Это значит двое человек. Это значит… — У нас есть завтрак, — объявил Кастиэль. — Кто хочет сосисок? — радостно спросил Габриэль. — Сэм? Я думаю, ты любитель сосисок. Сэм застонал: — Ненавижу вас. Габриэль рассмеялся. — Сэм. С похмелья ты такой же милый, как и когда накачан наркотиками по самую макушку. Сэм услышал, как двигают стул и ставят пакеты на стол. Очевидно, Дин был слишком занят едой, чтобы обратить внимание на то, что архангел назвал его брата милым. Или может быть это уже считалось нормальным в их теперешней жизни. — Сэмми, — позвал Дин. — Иди съешь чего-нибудь! Сэм заворчал и прижал подушку ближе к лицу. — Не волнуйся, Дин. — сказал Габриэль. — Я уверен, Сэмми будет в порядке в ближайшее время. А пока, мне нужно кое-что проверить. Увидимся с вами, ребятки, на следующем привале. Щелчок пальцев оповестил о его исчезновении. Что бы там ни думал Дин, Габриэль определенно еще с ними свяжется. *** День прошел относительно нормально. Сэма тошнило в туалете, пока Дин ел сосиски и прикалывался над ним из-за двери. Затем они упаковали все в Импалу и отчалили, пока копы не сложили три трупа и два фальшивых удостоверения в один вывод. Сэм лежал в позе зародыша на заднем сидении машины, пока Кастиэль сидел спереди и мягко разговаривал с Дином. Ангел точно использовал свое небесное моджо, чтобы на радио играли только любимые песни охотника. Или так, или вселенная действительно так сильно ненавидит Сэма (что возможно в эти дни). В обед Сэм уже снова мог сидеть вертикально, а вечером побочные эффекты от наркотика полностью пропали. До этого он слегка нервничал, что Габриэль просто выскочит из ниоткуда, сразу же, как он почувствует себя лучше, и будет домогаться его при Дине. Этого не произошло. Сэм старался не быть разочарованным. — Ты можешь просто сколдануть куда-нибудь его отходняк? — спросил Дин Кастиэля за обедом. Они остановились в одном клевом придорожном кафе. Кастиэль кинул на Сэма почти извиняющийся взгляд. — Твой брат получил довольно сильное…воздействие на молекулярном уровне. Будет лучше, если это пройдет само. Дин глядел на него, пока Сэм с горечью не толкнул на его тарелку свою картошку. Кастиэль выглядел виновато, и Габриэль не появлялся со своего утреннего снисходительного замечания. Да. Все вернулось на круги своя. *** Они прибыли в отель поздно ночью. Сэм был милостив и притворился, что запрос Дина на два номера, один для них с Кастиэлем и один для Сэма, это абсолютно нормально. Однажды они поговорят о том, какой странной стала их жизнь. И под «странной» Сэм подразумевает «гейской». Сэм вставил ключ в замок и открыл дверь, заходя внутрь. Если он ожидал обнаружить Габриэля, сидящим на кровати в ожидании его, он был весьма разочарован. Комната имела обычный хреново-мотельный декор: потолок в трещинах, одноместная кровать сомнительной свежести и телевизор, скорее всего неработающий. Сэм вздохнул и скинул сумку на пол. Он снял куртку и плюхнулся на кровать, раздумывая, есть ли в душе горячая вода. Прежде чем Сэм озаботился пойти и проверить, он заснул. *** Когда он проснулся, то был в абсолютно другой комнате. Желтые стены выросли и стали чисто-белыми. На первый взгляд и на второй тоже, кровать под ним стала вдвое больше и мягче. Это что, шелковые простыни? Сэм уже почти потянулся за пистолетом, когда что-то тяжелое придавило его грудь. Габриэль ухмылялся глядя вниз, на него. — Ну как твой запор? Сэм уставился на него: — Ты… что… где Дин? — В той наполненной крысами дыре, где вы остановились. Серьезно, Сэм, я, конечно, довольно свободных взглядов, но даже я не хочу заниматься с тобой сексом с нашими заботливыми братьями за стенкой. Сэм усмехнулся и попробовал вылезти из-под Габриэля. Но все, что ему удалось, это сдвинуть его со своей груди на колени. Габриэль усмехнулся смене позы и двинул бедрами. Сэм еле сдержал стон. — Трахнуть меня? — Сэм выгнул бровь и попытался выглядеть так, будто его совсем не волнует, как двигаются бедра мужчины. Габриэль расстегнул ремень Сэма одной рукой и выдернул его с характерным звуком. — Я держу свои обещания, Сэм, — Габриэль потер кожаную ткань между пальцами. — Если, конечно, ты не свалишь свою новую ориентацию на наркотики. Габриэль ухмылялся, но что-то скрывалось за его словами. Сэм отлично читал между строк, когда они исходили от ангелов. Люцифер прятал гнев, Кастиэль прятал страх, а Габриэль… Габриэль в основном прятал печаль. Сэм сейчас видел проблеск этого, будто ангел почти уверен, что он оттолкнет его. Сэм положил руки на бедра Габриэля и прошелся ими вверх пока не оказались на тазовых косточках. Глаза архангела проследили это движение. Кончиками пальцев Сэм скользнул под рубашку Гейба, легко надавливая на голую кожу. Сэм сглотнул: — Я все еще думаю, что ты блефуешь. Не отрывая от него глаз, Габриэль целенаправленно поднял руку и щелкнул пальцами. Одежда Сэма испарилась, а его руки оказались привязанными к спинке кровати его же ремнем. — Хей! — протестовал он, но был прерван, когда Габриэль накрыл его своим телом. Больше не было никаких отговорок. Габриэль запустил одну руку в волосы Сэма, другой придерживая его рот открытым, пока вылизывал его. Он прервался, чтобы прикусить губу Сэма, прежде чем снова ворваться языком между его губ. Его рот двигался вокруг Сэма, большой и горячий. Было ощущение, что Габриэль пытается съесть его живьем. Все что мог сделать Сэм, это принять его. Он тяжело дышал, когда Габриэль отпустил его рот и начал оставлять непристойные, влажные поцелуи на его шее. Габриэль слегка сжал зубы на местечке, где шея переходит в плечо, заставляя Сэма выгнуться и ярко простонать. Габриэль лизнул оставленную метку, прежде чем подняться к уху. — Ангелы могут искажать правду, но мы не врем, — сказал он, его голос скакнул на октаву. — Я никогда не врал тебе, Сэм. Я собираюсь трахать тебя, пока ты не начнешь кричать. Сэм затрясся, вспомнив последнее обещание Габриэля, которое он прошептал ему на ухо. Он наклонил голову, ища рот мужчины своим. Габриэль поймал его на полпути, открываясь для него, когда Сэм скользнул в него языком. Сэм ожидал битву за доминирование, но Габриэль просто одобрительно проурчал, прижимаясь к нему. Он был все еще одет, но Сэм чувствовал подрагивающую горячую эрекцию Габриэля напротив своего бедра, где они соприкасались. Сэм оторвался от него с резким вздохом, когда рука Габриэля скользнула вниз по его груди, задевая сосок. Мужчина смотрел на него почти черными глазами, и только тонкое золотое колечко радужки окружало зрачок. Он выглядел не человеком. Несмотря на то, что его связали, Сэм чувствовал прилив сил. Он закрыл глаза и уткнулся лбом в плечо архангела. — Габриэль, — его голос не мог быть громче шепота, но Габриэль отреагировал, кончиками пальцев коснувшись его щеки прежде чем, скользнуть вниз по телу Сэма одним быстрым движением. Сжав его бедра, Габриэль посмотрел вверх, бросая ему самодовольную ухмылку. Сэм широко раскрытыми глаза смотрел, как Габриэль медленно наклоняется, пока его рот не оказывается на члене Сэма. — Черт! — бедра Сэма попытались толкнуться вверх в это влажное тепло, но хватка Габриэля сжалась на них. Утром там будут синяки. Мужчина выпустил его, проводя языком до основания члена, будто представляя, что это конфета. Одна рука опустилась вниз и обхватила яички. — Следи за языком, Сэм, — предупредил Габриэль, нежно сжимая. Он поднял другую руку и прижал пальцы к губам Сэма. Тот тут же подался вперед вбирая их, проходясь языком по всей длине, по каждой мозоли. Габриэль смотрел на это, тяжело дыша. Выпустив пальцы ангела, Сэм развел ноги и выгнул бровь. Габриэль усмехнулся и покачал головой. — Сэм, Сэм, Сэм. Что же мне с тобой делать? — Габриэль протянул руку между ног Сэма и покружил мокрым пальцем вокруг дырочки. От этого ощущения у Сэма перехватило дыхание. — Если ты спрашиваешь, — выдохнул Сэм. — Может быть, ты делаешь это неправильно. Габриэль откинул голову назад и рассмеялся. Его глаза улыбались, встретившись с глазами Сэма. — Дерзишь, — Габриэль ввел один палец в него. — Мне нравится. Не дожидаясь ответа, Габриэль опустил голову и слизнул смазку с головки прежде чем взять член в рот до конца. Сэм закусил губу, чтобы остановить высокий умоляющий звук, который почти вырвался от чувства, как рот Габриэля скользит по его члену. Габриэль глянул вверх, ухмыляясь и ввел в него второй палец. Он сгибал пальцы внутри него, пока они не нажали на точку, от которой Сэм выгнулся, приподнимаясь на постели, беспомощно толкаясь бедрами. На этот раз Габриэль не пытался удерживать их; он просто следовал толчкам, смотря, как Сэм трахал себя его пальцами, одновременно толкаясь обратно в его рот. — Пожалуйста, — услышал Сэм свой голос. Его бедра толкались вверх в тепло, влажность, жар и опускались вниз, на пальцы Габриэля скользящие глубоко в нем. Вперед и назад, жар и давление. Он ощущал так много, что, казалось, может разорваться. — Пожалуйста, Габриэль. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Габриэль толкнулся тремя пальцами, втянул щеки, проурчав, и Сэм кончил так круто, что его зрение помутилось. Рот Габриэля все еще был вокруг него, пальцы замедлялись и затем вышли из него, когда Сэм упал на кровать, тяжело дыша. Кровать тряхнуло, и Габриэль прижался к нему, голый, теплый и возбужденный. Поцелуй, которым он впился в губы Сэма, был почти с оттенком отчаяния. Сэм отвечал изо всех сил, но его способность мыслить была еще далеко от ясности. Свой вкус на языке Габриэля. Пальцы проходятся в его волосах и вниз по груди. Рука приподнимает бедра. Твердый член упирается в его живот. Влажные пальцы легко входят в него, не встречая сопротивления. Сэм приподнял бедра и развел ноги так широко, как смог. — Трахни меня, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня, Габриэль. Сэм услышал, как мужчина резко выдохнул ему в губы. — Сэм… Ты такой… Габриэль не закончил предложение. Вместо этого, он мягко обхватил пальцами основание члена парня. Легкое покалывание, и вот Сэм снова болезненно возбужден. — Как ты… — успел сказать Сэм и задрожал, когда язык Габриэля горячо прошелся по его шее, останавливаясь на ранее оставленной метке от укуса. Габриэль поднял голову: — Я чертовски великолепен. Он медленно сдвинулся, член надавил на вход. Сэм всхлипнул, стараясь двинуться к нему, но Габриэль крепко держал его на месте, ногтями впиваясь в кожу, пока медленно входил в него. Жар от его члена, давящего на колечко мышц, был и знакомый и абсолютно новый одновременно. Голова Сэма откинулась назад. Он сжал кулаки на кожаном ремне, когда Габриэль вошел полностью. Архангел не двигался, позволяя Сэму двигаться под ним. Через некоторое время, Сэм наконец выдохнул, даже не заметив, что задерживал дыхание. — Ты что, магически смазал нас, пока я не видел? Габриэль уткнулся головой в плечо Сэма перед тем, как пробно толкнуться. Удовольствие пронзило Сэма, заставляя сбиться дыхание. Магическая смазка может и была злоупотреблением небесных сил, но это точно было лучше, чем попытка уничтожить человечество или сохранить AC/DC на радио. Сэм почувствовал улыбку Габриэля. — Ты будешь мне благодарен утром. Сэм специально сжал мышцы в ответ, на этот самодовольный тон. Габриэль зашипел, приподнимая ногу Сэма вверх и резко толкаясь. На этот раз Сэм действительно закричал, и в поощрение почувствовал, что его руки освободили от ремня. — О, да, — выдохнул Сэм, сжал в руке волосы Габриэля и дернул вниз в небрежный жаркий поцелуй. Сэм обхватил ногами талию Габриэля, толкаясь в ответ. Мужчина упирался руками в кровать по бокам от головы охотника и начал сильнее вбиваться в него. Его бедра дернулись, двигаясь под углом, заставляя Сэма откинуть голову назад в беззвучном вскрике. Он сжал бёдра и задницу Габриэля, призывая входить глубже, жестче, и Гэйб втрахивал его в кровать, давая ему все, что он просит. Сэма начало трясти. Рука Габриэля обхватила его член и начала двигаться в такт толчкам. Сэм чувствовал, как оргазм собирается внизу живота. Пальцы на ногах сжались, когда Габриэль большим пальцем провел по влажной головке его члена. Это нарастало, пока наконец Сэм не сжался внутри. Последний раз толкнувшись на его член, Сэм впился ногтями в спину Габриэля и обильно кончил на их животы и грудь. Габриэль застонал и уткнулся головой в шею Сэма. Он сделал последние беспорядочные движения и кончил, дрожа всем телом. Они оба лежали, стараясь отдышаться. Через пару минут, Габриэль сдвинулся и вышел из парня. Сэм хмыкнул, когда ангел всем весом лег ему на грудь, но Гейб был довольно легкий, так что он не стал скидывать его. Он лениво обнял Габриэля за плечи. Они были потные, грязные и не имели никакого желания двигаться. Габриэль лениво щелкнул пальцами, и все следы их бурной деятельности испарились. — Ладно, — пробормотал Сэм. — Ты немножко великолепен. Габриэль согласно буркнул. Сэм пробежался пальцами по волосам мужчины, стараясь не улыбаться и глобально с этим проваливаясь. *** Если Дин и удивился, увидев Габриэля на следующее утро, то не показал виду. Он только закатил глаза на стопку блинчиков покрытых клубничным сиропом и сел за стол. Кастиэль одарил Сэма долгим взглядом, но сел рядом с Дином, так ничего и не сказав. — Как себя чувствуешь, Сэмми? — спросил Дин так небрежно, что Сэм удивился, почему его брат до сих пор не взорвался. — Хорошо, — небрежно ответил Сэм. — Слегка зудит. Габриэль усмехнулся. Кастиэль стрельнул в него взглядом. — Что ты сделал, Габриэль? — спросил он. Габриэль медленно выгнул бровь. Похоже у них был беззвучный разговор содержащий кучу многозначительных взглядов и выгнутых бровей. Кастиэль отвел взгляд и покраснел. Сэм задумался, мог ли он сползти под стол и остаться там, пока не окочурится. Габриэль умудрился превратить поедание блинчика в намекающий жест. — Если ты спрашиваешь, значит делаешь это неправильно, младший братец. Глаза Дина сузились: — Что делает неправильно? Сэм взорвался смехом, забыв о смущении. Хотя он должен бы волноваться о том, как Дин смотрит на него, но нога Габриэля прижималась к его ноге под столом, и все, что он мог делать, это хихикать в свой завтрак. — Ты что, опять накачался? — вопросил Дин. — Что происходит? Что ты делаешь неправильно, Кас? Но Кастиэль лишь виновато избегал его взгляда, Габриэль вызывающе улыбался, а официантка смотрела на них, как на психов. И это абсолютно нормальная ситуация.