мафия

Представь, что ты играешь в пинг-понг. Только шарик титановый, вместо ракетки сковорода и обе руки левые.

Люси чувствовала себя обнажённой под голодными взглядами шести пар мужских глаз, одна из которых к тому же принадлежала извращенцу из Драконов, так часто встречающемуся на её пути. Проклиная в душе своё открытое платье бежевого цвета, сливающееся с кожей, она отступала в самый угол комнаты, пока не наткнулась на острый угол какого-то шкафа. Судорожно вцепившись в сумочку, она старалась не поддаться накатившей панике. Несмотря на то, что мужчины не двигались, она чувствовала разлившуюся опасность и даже дышала через раз, чтобы не привлекать лишнего внимания. Обманчиво расслабленные позы, беспристрастные лица, уверенность, сквозящая в каждом жесте, идеально сидящие костюмы на тренированных телах — всё это выдавало в них принадлежность к мафиозным семьям, и каждый из них входил в верхушку своего клана. Воздух трещал от напряжения. Казалось, довольно бросить и одно неосторожное слово, словно чиркнуть спичкой и вспыхнувший огонь пожрёт всё без остатка. В коридоре раздался оглушающий стук каблуков. На открывшуюся дверь метнулось семь напряжённых взглядов, Люси могла бы поклясться, что увидела блеск оружия как минимум у троих. Вошедшая Джувия спокойно прошла через всю комнату и встала рядом, загородив от остальных присутствующих. Люси выдохнула с облегчением, теперь шанс выжить стал казаться реальным. — Улыбайся, как Джувия, — она действительно улыбалась. Застенчиво и неуверенно, но так тепло, что все преграды показались лишь снежным замком, тающим под лучами весеннего солнца. Губы Люси разомкнулись, и ей удалось выдавить из себя жалкое подобие улыбки. Какое счастье, что она не одна.

***

Эльза едва сдерживала острое желание поправить волосы или пристукнуть каблуком. Карта не шла. У неё на руках были лишь двойка и тройка, к тому же несчастливой пиковой масти. От флопа* её бросило в жар, а от тёрна** забила дрожь. Но даже уйти в фолд***, как в предыдущих раундах, Эльза не могла — без Люси её дальнейшая жизнь теряла свой смысл. Лаксас, пожёвывая сигару, не спускал глаз с сидевшего напротив азиата, явно пытавшегося мухлевать. Дон Альяно улыбался, как на последней исповеди, Эльза стойко выдерживала невозмутимую маску, лишь бисеринка пота на виске могла раскрыть её волнение, но к счастью эту деталь заметил лишь Дреяр, а он как истинный игрок делиться новостью с окружающими не торопился. Крупье открыл ривер**** — король пик — Эльза прокусила щёку, чтобы не застонать от бессилия. Она проиграла — с одной парой даже при своих не останешься. Сяо Лун довольно ухмыльнулся и выложил карты на сукно стола. Стрит-флеш.

***

Напряжение в комнате с запертыми мафиози не только не уменьшалось, а даже, наоборот, увеличивалось с каждой проскользнувшей минутой. Мужчины стояли вполоборота друг к другу, чтобы видеть и дверь, и всех находящихся в довольно просторном зале. Никто не притронулся к красиво разложенным на подносах закускам или бокалам с шампанским. И хотя у Люси и пересохло во рту от страха и жары, но сдвинутся с места и пройти мимо всех этих цепных псов, едва сдерживающихся от желания помериться силами, было выше её возможностей. Музыка, едва слышимая из-за массивных дверей, вдруг стала громче, и Люси невольно заслушалась. Словно нежный тёплый поток окутал её, успокаивая и придавая сил, она даже стала слегка покачиваться в такт. Как же давно она не танцевала! Не чувствовала себя свободной и парящей… — Позвольте пригласить вас на танец? — погружённая в свои мысли Люси от неожиданности вздрогнула, перед ней замер Грей Фулбастер, склонившись в поклоне и улыбаясь подозрительно мило. Она протянула было руку — музыка захватывала всё сильнее — но живущий внутри страх продолжал грызть сомнениями душу. — Ты боишься меня? — голос слегка хриплый, будто бы он и, правда, волнуется. — Да… — Поверь, я не причиню тебе вреда. Поверить. Так легко и так сложно одновременно. Люси очень хочется поверить именно ему. Ей надоело прятаться за чужие спины, убегать от своих проблем и каждую минуту ждать предательства и боли. Под недовольными и даже гневными взглядами остальных мафиози они закружились в грациозном вальсе, сметая на пути все преграды в виде неудачно расставленных стульев и чужих, не успевших вовремя убраться, ног. Грей умело вёл партнёршу по кругу, нежно сжимая рукой талию и не опускаясь до пошлых приставаний, коих так опасалась Люси. Неописуемый восторг наполнял обоих, все чувства оказались поглощены друг другом, сливаясь с великолепной музыкой в ощущение невероятной близости не только тел, но и душ. Им уже не нужны были слова. Глаза, устремлённые до самых глубин сердец, выдавали все тайные желания своих хозяев. Из своего угла Джувия могла лишь растерянно смотреть. Её снова поглощала острая зависть и горькая ревность. А ещё смущение. Джувия отводила глаза и краснела. Так танцевать равнодушные друг к другу люди не могут, казалось, что все они сейчас подглядывают за чем-то сокровенным и очень личным. И от этого становилось совсем неловко. — Кхм. Позвольте вас пригласить, — Джувия резко подняла голову и от неожиданности даже отшатнулась, но почти сразу справилась со смятением и приняла протянутую ей руку. Подручный Драконов танцевал, как, вероятно, сражался. Уверенно и страстно вёл он девушку по залу, не давая погрузиться в блаженство лишь своими комментариями. — Да расслабься ты! Двигаешься как манекен. Кто тебя только учил? — Джувию никто не учил. — В танце нужно доверять партнёру. — Джувия не может доверять врагу. — А врагу врага? Джувия на мгновение задумалась и кивнула. Враг врага, если не друг, так хоть соратник. — Если что, то мы с тобой ныряем в первое окно слева, — продолжал невозмутимо Пантерлили, крепче прижимая к себе краснеющую девушку.

***

Пальцы Эльзы, сжимавшие карты, подрагивали весьма ощутимо. Лишь она и Лаксас ещё не успели открыть свои комбинации, но исход битвы был делом решённым. Альяно, собравший роял-флеш, довольно потирал виски и явно предвкушал прибыль. Грохот, раздавшийся в коридоре, и распахнувшаяся с треском дверь заставили участников отвлечься от подсчёта результата. На пороге появился высокий, слегка запыхавшийся то ли от бега, то ли от драки с охраной молодой человек в элегантном, но несколько потрёпанном синем костюме. Улыбнувшись непринуждённо ошарашенным Донам, он не спеша прошёл к столу и выпил залпом из первого попавшего бокала. — Чудесная покерная комната! И почему губернатор так сильно скрывает её от общественности? — его улыбка раздражала. — Che questo per il deficient? (Что это за идиот?) — дон Альяно раздражённо метнул взгляд на столпившуюся в дверях охрану, помятую и растрёпанную не меньше нежданного гостя. — Questo deficiente temporaneamente esegue doveri del capo della polizia! (Этот идиот временно исполняет обязанности шефа полиции!) — весьма довольной собой и жизнью Жерар Фернандес плюхнулся в подставленное крупье кресло и жестом приказал охране убраться из помещения. — Quale sorpresa! (Какой сюрприз!) — Лаксас бросил ненужные больше карты рубашками кверху и потянулся за бутылкой виски — это следовало отменить. Эльза, не торопясь, скинула свои и перемешала с остальными, лежащими на столе. Пожалуй, впервые она была столь рада этому человеку, давшему ей ещё один шанс отыграться.

***

Весёлая кутерьма царила в маленьком безымянном баре. Эльфман, как огромный добрый шершень, гудел и, не скупясь, наливал во все протянутые посудины. Драконы, оставшиеся без присмотра Пантерлили, упились в большинстве своём задолго до полуночи и теперь распевали рождественские гимны, лёжа на полу и немногочисленных диванах. Только две грустно-спокойные фигуры выделялись среди общего веселья. Нацу и Гажил сидели в разных концах стойки, но практически одинаково вздыхали, подпирали кулаками лбы и подбородки, периодически стукая полными кружками по столешнице. Нацу ощущал странное, ничем не подкреплённое беспокойство и такое же раздражение. Все инстинкты вопили ему об опасности, причём не для него лично, а для тех, кто отправился на губернаторский приём. Он дёргал группу прикрытия каждые десять минут, но ничего странного те не заметили. Почему Босс велел остаться ему здесь, Нацу тоже не понимал и, кажется, этот факт доставлял больше всего неприятных терзаний. Гажил, как ни странно, думал о женщинах. Хотя если бы кто-нибудь посмел высказать такую смехотворную мысль вслух, то одним ремонтом бара Эльфман не отделался. Сейчас Гажил внезапно понял, что ему очень нужно быть для кого-то если не опорой, то хоть связывающей ниточкой с землёй. Быть нужным оказалось столь сладко-будоражащим чувством, что Гажил не представлял даже, как он мог раньше жить, вернее, существовать в одиночестве. Вот только понять, кто же ему самому нужен больше, никак не получалось. Леви казалась волшебной феей: невинной, беззащитной, милой, трогательной. Ему хотелось прижать её к себе, укрыть от этого грязного страшного мира и просто слушать звонкий смех и заумную болтовню. Мираджейн оправдывала своё прозвище дьяволицы: яркая, страстная, опасная. Кровь от одного только её вида бурлила в Гажиле, тело начинало гореть, а железное сердце плавиться, словно в тигеле. Миру хотелось защитить от себя самой, отогреть превратившееся в ледяную глыбу сердечко, счистить смёрзшийся пепел с души, вернуть опалённые крылья. Вот только для обеих девушек связь с ним была опасна. Кто он такой, в конце концов. Босота и гопота. Мафиози без жизненных принципов и христианских заповедей. Убийца, рэкетир, наёмник. Грязный мерзкий пёс на золотой цепи у ног Босса. Его будущее — чёрного непроглядного цвета. И всё же — Гажил, вздохнув в очередной раз, нащупал в кармане две коробочки — как же хочется не брать, а отдавать. Тело, душу, сердце, тепло, заботу, да самого себя, в конце концов. — Эй, Гажил! Может, подерёмся? — Нацу со скорбным и даже смущённым видом стоял рядом. Трезвый как стёклышко. — Жить надоело? — Гажил вынул руки из карманов, затолкав поглубже свои сокровища. — Типа того, — Первый Капо, по-стариковски сгорбившись и шаркая ногами, отправился к выходу, Гажил недолго думая, поспешил следом. От всех этих размышлений у него заболела голова, а хорошая драка пусть и не решит проблем, зато определённо взбодрит.