Тироль, пирог и два яйца.

      Слезно попрощавшись с Воробьем и Жемчужиной, компания скучковалась на краю борта судна. Подоспел катер и доставил всех в порт.* Все долго оборачивались, махали Джеку и его призрачной команде. Наташка даже всплакнула, но когда она перестала смотреть назад, то посмотрела вперед.       Италия встретила красивейшим портом, невысокими домами и шумным итальянским народом. Кто-то встречал кого-то, кто-то провожал, но все обратили внимание на тусовку психов. Ирочка сразу выяснила, что они в каком-то прибрежном городе на юге, но не в Салерно. А Салерно "там, дальше". Тут все говорили на итальянском, и если Ирочка и понимала итальянский, то для Наташки это было просто дико. Люди были все смуглые, веселые, активные. Все кругом галдели: кто то фотографировал улетающую Жемчужину, кто-то снимал на видео Мэнсона и тыкал пальцем, кто-то Фила, кто-то Брата, а кто-то Чудика, кто фотографировал собак в клетке, кто-то девчонок. Наташка вцепилась в руку Ирочки и Фила.       Ребята быстро разгрузили вещи с катера, и тут прилетел всеми любимый вертолет, который спас от этого ужаса и людей. По крайней мере, Наташке все это было дико и чуждо. Она чуть ли не самая первая забежала в вертолет, закричала и жестикулировала, что, мол, собак не забудьте. Вот вещи уже загружены, вертолет взлетел.       - Какая красотища, ты посмотри! – Радовалась Ирочка.- Другая страна, другая природа, все другое. А если присмотреться - да все такое же, как у нас, только что было! Только у нас теплее. У нас было где -то плюс сорок или больше...       Наташка, конечно, смотрела во все глаза по сторонам, и удивлялась. Особенно ее порадовало, когда они перелетели через горы. Она даже визжала от восторга.       - Как тут красиво! – восклицала она.       - Альпы. – Гордо подчеркнул Фил.       Наташка прилипла к стеклу. Она только и восклицала «Охрене-е-еть!» и «У-у-у-ух-ты-ы-ы-ы!» – вот ее два слова, которые были на всем протяжении маршрута полета. Мэнсон и Твигги тоже прониклись праздничным настроением и стали повторять за Наташкой. Мэнсон достал банку пива, и Твигги сказал:       - Охрене-е-е-е-е-еть!       Тут Мэнсон достал вторую банку пива, и приставил ее к своему паху.       - Ух ты-ы-ы-ы-ы-ы! - Протянула уже Наташка.       ММ и Твигги заржали. Но тут же оба получили по пинку от Ирочки.       - Охрене-е-е-е-е-е-еть! - Протянули они.       Фил смотрел на Наташку и думал: насколько же можно всему удивляться в жизни. Потом он подумал, что это еще не все сюрпризы, которые приготовили ему жизнь, и Наташка. Он позже поймет, на сколько его мысли были точны в этот момент. А сейчас, под ними были красивейшие Альпы с заснеженными вершинами, зелеными роскошными лугами залитые полуденным солнцем.       Наконец, они приземлились в небольшом городке под названием Бриксен или Брисаннон, на манер итальянцев. По крайней мере с высоты вертолета он казался небольшим. Городок был окружен высокими горами с заснеженными вершинами. Невысокие дома с разноцветной черепицей, маленькие балкончики с цветочками и разноцветным бельем на веревке. Окошки с витиеватыми решетками на стеклах и цветочные горшки прямо на улице. Мощеные круглыми камнями улицы, машины, пешеходы, все другое.       - Такое ощущение, что я в телеке. – Сказала Наташка Ирочке.       - Как мечтала Фрекен Бок. - Отозвалась сестра, которая, нацепив очки, с ММ и Твигги были как те самые люди в черном.       Фил суетился, он был просто окрылен! Он был у себя на Родине, в Бриксене, который, собственно и относился к Южной Тиролии. Он свистнул и что-то затараторил по-немецки с водителем. Все заметили, что приехало две машины непонятной марки, в которые все и загрузились. Наташка всю дорогу не отлипала от стекла, от любопытства.       Ирочка же выпила уже вторую банку пива. Они с ММ, были в почти полном не адеквате от усталости и выпитого, поэтому, больше молчали. Мэнсон шепнул на ухо Ирочке:       - Ты знаешь, что Твигги у нас итальянец?       - Да ладно?! - Закричала Ирочка,-Твигги, ты итальянец?!!       Все зашевелились, кроме не отлипающей Наташки.       - Нет! Я американец! Посмотри на меня! Я американец! - Отнекивался Твигги.- Но вообще да. Чуть-чуть итальянец, немножко англичанин...       - А-а-а-а-а! Это офигеть, вы слышали?!- Голосила Ирочка.       Потом, она вежливо спросила водителя о том, где они, и рассказала, что бывала в Салерно. Водитель был довольно терпеливый, и поддерживал беседу.       Наконец, они выгрузились из машины. Мэнсон расправил свой позвоночник. Ирочка же, докопавшись до Твигги, и щипая его, веселилась:       - Вот это называется "Поехали на Черное море!"       - Мы, собственно, приехали и это мой дом. – Скромно буркнул Фил, выгружая чемоданы и прочие шмотки из такси.       - Ого!!! Не хрена ж себе, – протянула Наташка.       - А че, нормальный такой домец, – высказал Брат, подпихивая Чудика в бок.       Тот утвердительно кивнул головой. Перед ними стоял трехэтажный домик из красного кирпича, с небольшими балконами на двух верхних этажах и с мансардой наверху. Дом окружал садик с аккуратной оградой.       Филипп торопил всех, чтоб прошли внутрь дома. Перед этим, он немного повозился с ключом и распахнул дверь. Наконец, собак выпустили из клеток, и они стали носиться по садику.       - Ой я забыла, спросить, а можно? – Наташка состроила невинные глазки,       - Тебе, и им можно все! – ответил Фил.       - А мне?       - А мне? - послышались крики от ребят, и Фил лишь махнул рукой.       Он был так рад, что вернулся домой! Наконец, вся шумная толпа зашла внутрь.       Дом был уютный. Первый этаж совмещал кухню, и гостиную. Несколько диванов были расставлены полукругом, и на стене, как раз на против них, висела огромная плазма. Стояли стулья, стойки с микрофонами, на другой стене висело несколько гитар, было пианино, закрытое чехлом. Был пульт, подключенный к Маку с несколькими мониторами, все это растекалось проводами к нескольким динамикам, комбикам, и прочим гитарным примочкам.       - У-у-ух-ты круто, как у тебя тут! - Сразу же, ломанулись рассматривать студийное оборудование Братишка и Чудик.       С правой стороны от входа находилась кухня с большими окнами во всю стену. В них был виден весь садик, и то, как собаки носились друг за другом, превращая газоны в пахоту. Также, на кухне стоял овальный стол, стулья, бар, с высокими стульями. Была и современная встроенная кухонная техника: и плита, и огромный, двухдверный холодильник. Все было обставлено, красиво и функционально: от студии до кухни.       - Как здесь здорово, – произнесла Наташка, крутя головой по сторонам. Фил обнял ее за талию и приподнял над землей.       - Это мой дом, и ты тут будешь жить, - мягко пробасил он, ласково целуя ее в губы.       Мэнсон с Твигги и Ирочкой, уже проверив холодильник, вытащили оттуда пиво местной марки, расселись на диванах и пытались включить телек. У них не получалось, потому что все вырывали пульт друг у друга.       - Пойдем, я покажу ваши комнаты – резко отчеканил Филипп и буквально потащил ММ за руку. Наташка все восхищенно осматривала и трогала. На втором этаже находились несколько спален.       - Это ваши, ребята, сами разберетесь – крикнул Фил остальным. Они поднялись на третий этаж,       - А тут ваша комната, с левой стороны, – сказал он ММ и Ирочке и открыл дверь.- А это наша, с правой, – и он открыл противоположную дверь и жестом пригласил Наташку войти.       - А че, круто! - одобрила Наташка.       Конечно, тут были и огромное окно с темными шторами, и огромная кровать, и дверь в ванную комнату и туалет.       - А зеркала нету? Совсем???!!!, - промямлила Наташка, как бы невзначай.       - Да я уже понял твой намек,- улыбнулся Фил, - я тут же жил один, вот мой гардероб,- он подошел к стене и открыл дверь. Это был огромный встроенный стенной шкаф, который был наполовину пуст.       - О! Место для моих шмоток! – обрадовалась Наташка и принялась распаковывать чемодан, который Фил уже втащил на верх.       - Солнышко, давай ты это все оставишь, и мы спустимся к остальным. Надо перекусить с дороги, все-таки, вы мои гости, и все устали с дороги. Спустившись, все решили заказать пиццы и пива. Так и поступили.       Итак, Ирочка с Мэнсоном остановились в отдельной опочивальне, напротив была опочивальня хозяина дома и Наташки. Твигги, Братишка и Чудик заимели комнаты на втором этаже.       На первом этаже в просторной трапезной собрались все. Ирочка откровенно зевала, и то и дело норовила повиснуть на Мэнсоне, который тоже залипал.       - Брейн, я так спатки хо-хо.       - А больше ничего не хо-хо? Ир, сейчас похаваем, и отвалимся.       Твигги взял в руки «крузер» и ковырялся в проводах. Он так был увлечен, что казался чуть ли ни самым бодрым. Братишка был довольный, что наконец сможет пойти в душ и переодеться. Да, на них еще были «пиратские» шмотки. Наташка с Филом спустились позже всех, но никуда не опоздали.       - Фил, а это твой дом? – Поинтересовалась Ирочка.       - Мой. – Улыбчиво ответил тот.       - М-м-м… А как бы это спросить… почем у вас в Тиролии домик стоит?.. Нет, ну не как у тебя, прямо в Альпах, а так, в черте города…       - А, я понял. Дом у меня, как это называется у вас... в ипотеку. Условия нормальные. Я никого не убивал, и я не мафиози! – Попробовал пошутить Филипп.       - А, ну мы так и поняли. – Сзади него материализовался Мэнсон с чашкой чая, который он принес для Ирочки.       - Вау, Мистер Мэнсон, для вас точно нет ничего невозможного! – Ирочка блаженно отхлебнула крутой кипяток, тот самодовольно махнул головой, и сел на диван.       - В общем, Наташка, нормалды! Осядешь, устроишься на работу, вдвоем окупите домик. Лет через тридцать. – Добрая Ирочка прихлебывала чаек.       И не могла объяснить, почему ее так раздражал этот Филипп. Он как будто реально вздумал Наташку тут поселить. Отнять у Ирочки Наташку.       Тут раздался звонок. У заборчика стоял парень с сумками и коробками. На него гавкали собаки, решив, что это новое развлечение.       - Это пицца! – Филипп обрадовано вскочил и побежал к курьеру.       Вскоре все уже сидели перед столом с дымящейся горячей итальянской пиццей. Кто с пивом, кто с вином, Ирка с чаем опять. Твигги с «крузером».       - Кавабанга! – Вспомнила Ирочка возглас черепашек ниндзя. Которые, как известно, любили пиццу. – Все же в России такую пиццу не поешь.       Филипп очень резко смущался, когда хвалили что-то, касающееся его, или его страны. Тут раздался телефонный звонок и он вышел из-за стола. Ему звонили его друзья, и он вышел на улицу, и стал усердно распинаться на итальянском. Параллельно разгоняя собак, которые гавкали на редких прохожих, одновременно извиняясь и махая соседям рукой в знак приветствия. И опять было не понятно, ругается он или же, шутит.       Ирочка отхлебнула чай, и посмотрела на Наташку.       - Мы тут надолго? – Спросила она. Наташка сделала недоумевающий взгляд.       - Как минимум дня на два.       Тут Ирочка заметила, что Твигги подсел на уши Мэнсону и явно на что-то склонял. Он буквально лег на Мэнсона и повторял:       - Давай уже….Сколько можно?       - Э... Твигги. Тебе чего от него надо?       Ирочка пошла и рассадила их друг от друга. Мэнсон выглядел усталым. Вернулся Филипп и радостно чмокнул Наташку в носик.       - Наташ, Фил… Мы пошли спать, сил нет. – Ирочка умоляюще посмотрела на них. Потом пошла наверх. Мэнсон кинул взгляд на друга. Тот только не двусмысленно поводил рукой по грифу «крузера».       - Ладно. Ты прав. Надо уже начинать. – Сдался Мэнсон.       Твигги, на самом деле, в этой атмосфере просветился и наполнился творческим духом. Он начал теребить Мэнсона еще на Жемчужине, с требованием «записать какое-нибудь новое дерьмо, которое будет гениально и мощно». Тот же, отнекивался, и даже обижался, что он мерзавец думает о чем-то когда у него, Великого и Ужасного, свадьба! Но сам Мэнсон не без вины имел прозвище Брейн, мозг у него был рабочий.       Когда Ирочка вышла из душа вся сияющая от счастья, и влезла со стоном удовольствия в чистую свежую кровать, ММ сидел за столиком и усиленно что-то писал на бумажке.       Она не стала шуметь, требовать, а просто уснула. И ее стало мутить во сне. Оттого, что не качает. «Вот гадство! Только меня перестало мутить от постоянной качки и езды, как стало мутить от того, что не шатает!» Так она периодически просыпалась. Мэнсон выключил свет и сидел с ночником. Ночник потом он выкинул со злости. Потом все же пошел в душ. Там Ирочка слышала плеск воды и матерую ругань. Потом, видимо, обмотавшись полотенцем вышел на балкон и еще там что-то писал.       В это время, на первом этаже ребята продолжали тусоваться, но потом, и они стихли. Шуршал, слонялся и ворчал только Мэнсон. Ирочке иногда даже казалось, что он ходит по потолку и одновременно в разных местах дома. И новый дом… Она так и не уснула. И полная решимости, взяла бейсбольную биту, которую заметила еще давно в углу, и решила спуститься вниз, к ребятам. ММ слышался то там, то тут. Стало совсем жутковато.       Ирочке было почему-то страшно. Эти горы, неизвестно где они… Этот Филипп, который был явно агрессивным. И Мэнсон ушел еще. Наташку будить было жалко, да и Филиппа будить не хотелось. Ирочка поскреблась в первую попавшуюся дверь. Потом от страха быстро вошла в нее.       - Кто-нибудь, есть тут кто-нибудь? – И подняла в боевое положение биту.       Послышалось шуршание кровати и ворчание сонного человека. Включившийся ночник осветил комнатку. На кровати сидел Твигги и наводил резкость, щурясь. Ирочка обрадовано, что свои, прыгнула на кровать и зарылась под одеяло по самый нос. Твигги улыбнулся.       - Тебе страшно?       Ирочка только закивала из-под одеяла.       - А мне нет. Значит сегодня моя очередь тебя охранять. – Он угнездился рядом, и выключив ночник, попросил:       - Только биту убери… Мне так становится страшно с тобой спать. Вдруг ты меня ей…       Раздался глухой удар по одеялу и видимо голове, и Твигги примолк. Скоро он забрал у Ирочки дубинку, и оба уснули как ангелочки.       Утро для Ирочки было очень неожиданным. Первое, что она увидела- была недовольная физиономия Твигги. Непонятно, почему недовольная, ибо Ирочка лежала рядом у него под боком так, как будто это Мэнсон. В их обычной позе, так сказать, и нежно его обнимала рукой и ногой.       - Ты че тут делаешь? - Прошипела она, натягивая на себя одеяло и отодвигая Твигги. Тот уперся, и стал тянуть одеяло на себя.       - Вообще-то, это моя комната!       Так они возились не долго, пока не стало понятно – еще чуть-чуть, и кто-нибудь кого-нибудь точно трахнет куда-нибудь и чем-нибудь. Ирочка собралась идти в душ, но Твигги ее вытолкал за дверь и отправил к ней в комнату.       Ирочка решила спуститься вниз. В трапезной никого не было, Мэнсон спал за столом на кухне, уронив голову на руки. Вокруг был хаос… Бумажки, поломанные предметы быта, телефон, плеер, сломанные наушники, большие студийные наушники, сковорода, торчащая из кастрюли.       Ирочка на цыпочках подошла к нему, и поцеловала в макушку.       - Милый… Брайан… Пойдем в кроватку…- Шепотом разбудила она Мэнсона.       Тот, как маленький, сказал, что хочет на ручки, и в постельку. Ирочка отвела его за руку к ним в комнату, сводила в туалет, и уложила в кроватку.       Чмокнув в губы, и погладив по голове Мэнсона, Ирочка ушла завтракать. Когда кофе был сварен и тосты вылетели из тостера, Ирочка позволила себе пойти и переодеться. Остальных же ждала чистая кухня, без признаков деятельности Мэнсона, ароматный кофе, тосты и какие-то закуски из холодильника.