Боль со вкусом тебя

И почему все так? В последнее время я сама себя не узнаю. Такое впечатление, что я вновь стою на месте. Нет движения... Я будто на краю пропасти и каждый день борюсь сама с собой, чтобы не прыгнуть вниз. Все смешалось... Любовь, учеба, семья, дружба, боль и страдания. Теперь это все моя неотъемлемая часть. Каждый день, приходя в школу, я вижу его, но его глаза даже не стараются меня найти. Каждый последующий его урок заканчивается моими слезами и душераздирающими речами в женском туалете, которые выслушивают поочередно то Роз, то Кенна. Похоже, что он оставил попытки меня вернуть и просто отпустил, но почему же я не могу так просто поддаться его воли и уйти? Я разрываюсь между простой и легкой жизнью с Лейтом, который стал моим лучшим другом-парнем, и необычайно сложной, страстной, просто безбашенной жизнью с Франциском. Неужели я сама этого хотела? «Ты любишь одного и знаешь, кто он!» - орет на меня мое подсознание. Да, я знаю, кто он. Но как же трудно признаться в этом самой себе и принять. Сегодня уже первое мая. На улице ярко светит солнышко, птички поют необычайно красивые мелодии, а им подпевают автомобилисты, только на матерный мотив. Сегодня мои родители решили, что меня нужно срочно спасать. Поэтому они хотят меня отвезти в поход. С нами пойдут семья де Пуатье в полном составе, по личной просьбе Баша пойдет Кенна, а по моей просьбе пойдет еще и Лейт. А еще к нам приезжает Экки и идет с нами, как я могла это забыть? Жаль, что Роз увезли родители на майские в Токио. Насколько я поняла, у них там много родственников. Для похода я надела удобную одежду, такую, как спортивные черные штаны, темно-синюю футболку с какой-то надписью на испанском и черные кроссовки. Волосы я собрала в пучек, а на косметику даже не стала тратить времени, просто подкрасила ресницы одним слоем и все. Все уже ждали меня у машин. Кенна была одета почти как и я, Баш, словно сошел с рекламного плаката от «Адидас», а Экки в спортивные шорты и футболку, которую я ей подарила в прошлом году. Девочка явно не знакома с нашим климатом, раз так легко оделась. - Мэр! - Экки подбежала ко мне и начала обнимать, сжимая меня все сильнее. - Как твоя нога? - Все уже хорошо, Эк. Я уже и забыла про нее, - а также и про то, с чем была связана эта нога, а точнее с примирением с Франциском. - Ты не замерзнешь, подруга? - Мы калифорнийские девушки горячие штучки, - она пнула меня в бок и залилась заразительным смехом. - Девочки, по машинам! - скомандовал мой отец, и мы расселись. Кенна попала в машину де Пуатье, а Экки к нам. Я этому была неописуемо рада. Сейчас мне необходима ее поддержка. - Мэр, ну, а вообще, как ты? - тихо спросила Эк, когда мой папа врубил музыку. - Хреново, - честно ответила я. - Это все из-за Франциска? Из-за вашего расставания? - Я не знаю... Понимаешь, я его вижу каждый день, поэтому даже не могу попытаться его забыть! - А тебе так необходимо его забыть? Может, дело в том, что ты сама не хочешь этого делать, но заставляешь саму себя. Знаешь, что, Мэрик, ответь для себя на вопрос, любишь ли ты его еще? Перед глазами тут же пронеслась вся моя жизнь, все взлеты и падения. Любовь и ненависть, дружба и зависть. Но все замедлилось, когда я дошла до воспоминания, когда я зашла в кабинет мистера Валуа. Я вспоминаю каждую мелочь, произошедшую в тот день, а затем все опять быстро. Но вновь замедляется на той ночи, когда я поменялась, изменилась по-крупному. Все то, что я испытывала тогда, вновь накрывает меня волной. А затем расставание... Помню ту ночь в Калифорнии, которую мы провели вдвоем. Когда мы просто спали вместе и видели один сон на двоих, как единое целое. А потом удар. Все меркнет перед глазами, но два голубых огонька вдали не дают мне покинуть этот мир окончательно. Я погружаюсь в забытие с именем на устах - Франциск. По щекам текут слезы, я просто не могу их остановить. Экки крепко обнимает меня и гладит по голове, чтобы мне стало легче. - Мэри, можешь не отвечать, все и так видно. Только сама себе в этом признайся. Ты ведь хочешь быть с ним? - Не хочу! - резко говорю я, и слез становится больше. - Ну, раз так, тогда скоро приедет твой Лейт, не переживай, - еще немного я остаюсь в ее объятиях, а после встаю и смотрю в окно, как ни в чем не было. Всю оставшуюся дорогу мы едем молча, слушая музыку в плеере. Наконец, мы приехали, и я вижу знакомую машину. Это Лейт. Мы все выходим из машины, и первым делом я подхожу к Лейту и обнимаю его за талию. - Привет, красотка. - Привет, Лейт, - тихо говорю я, когда к нам подходит Экки. Она с ним быстро знакомится, после чего идет к Кенне с Башем. Мы двинулись в путь, захватив с собой по рюкзаку. Я шла с Лейтом, держась за руки, Баш с Кенной, а Экки о чем-то мило беседовала с моей родней. - Мэр, у тебя все хорошо? - неожиданно спросил Лейт, глядя на меня. - Да, все отлично, ведь ты здесь, - в эту же секунду он прикоснулся губами до моей макушки. - Как дела на работе? - неожиданно спрашиваю я, чтобы перейти на другую тему. Лейт просто обожал рассказывать о своей работе, и я это знала. - Ох, все прекрасно. Вчера вот, например, Конде вырвало на Трэвиса, а тот пообещал подать на того в суд. - Надеюсь, все обойдется, - я улыбнулась, - а Франциск вчера был? Глаза Лейта округлились. - Франциск? Да, был. А почему ты спрашиваешь? - Просто, обычно ты всегда говорил, был ли он, - Лейт кивнул и остальную часть дороги до привала мы поднимались молча. Мистер де Пуатье и мой папа решили, что нам пора перекусить, поэтому начали разводить костер для шашлыков. Мы с ребятами сидели и разговаривали о всякой фигне, я даже не участвовала в разговорах. После небольшого отдыха мы продолжили наш поход. Время уже было позднее, когда мы, наконец, дошли до туристической базы, в которой должны были остановиться. Здесь были прекрасные деревянные домики со всеми удобствами, но почему-то наши родители решили, что нам необходимо спать в палатках! Палаток было несколько. Мои родители разместились в одной, родители Баша в другой, я, Кенна и Экки жили в третьей, а Баш с Лейтом в четвертой. Мы перекусили, а потом начали рассказывать друг другу различные истории у костра. Мне было весело, правда, но что-то все равно было не так. Попрощавшись со всеми, я пошла спать, ведь сил у меня больше не было. Как только я легла, то сразу отрубилась. Это было сейчас прям кстати. Пробудилась я тогда, когда на улице еще была темень. В палатке еще спали Экки с Кенной, ведь времени было три часа ночи. Как бы я не пыталась, уснуть я не смогла, поэтому решила немного погулять, ведь природа тут потрясающая. Выйдя на улицу, я поняла, что не сплю только я. Но это было не странно, так как была глубокая ночь. Недалеко от нашего привала был небольшой обрыв. С него было видно всю округу, поэтому я решила, что должна туда пойти. Может, прекрасный вид поможет мне уснуть? Шла я в абсолютных потемках, но мне было совершенно не страшно. Когда я дошла, то увидела на краю этого обрыва небольшую скамью, на нее я и села. Вид был просто потрясающий. Будто весь мир у моих ног. Невероятная красота. Наверное, если бы я была писательницей, то, увидев этот вид, сразу бы написала какую-нибудь поэму. Я сидела и размышляла обо всем, что со мной произошло за этот месяц, ведь он был, наверное, самый сложный в моей жизни. А может, я так говорю про каждый месяц? Неожиданно я услышала чьи-то шаги. Я обернулась, но увидела лишь силуэт, так как было ну уж очень темно. Судя по всему, это был мужчина, но меня он не волновал. Я вновь отвернулась и посмотрела вдаль. - Извините, вы заняли мое место, - тихо послышался мужской голос. - Здесь не написано, что оно ваше. Оно общее, и я тоже имею право тут сидеть, - резко ответила я, не поворачиваясь к мужчине. - Здесь никто никогда не сидит кроме меня, так что можно считать, что оно мое. Если вам необходимо, я могу купить его прямо сейчас. Эта манера речи, этот тембр. Я его не могу не узнать, это он... Я оборачиваюсь и вновь смотрю на мужчину в тени, я все еще не вижу его, но просто уверена, что это он. Чувствую. - Мистер Валуа? - тихо произношу я, и он мигом подходит ближе, чтобы рассмотреть меня. Это он. - Мэри... - Ты ведь знал, что я здесь, не так ли? - Нет, не знал, - отвечает он и садится рядом. - Я знал, что ты сюда отправилась в поход, но не думал, что ты будешь сидеть на этом месте, честно. - Почему же ты меня не отпускаешь? Он пожимает плечами и смотрит на меня. Его рука соскочила с места и накрыла мою кисть. Жар пронесся по телу. Как же я давно не ощущала этого. - Ты словно льдинка! - резко говорит он и встает, держа мою руку. - Пошли. - Куда? - Не могу позволить, чтобы ты заболела, - он тянет меня за собой, но я не иду. Тогда он останавливается и смотрит мне в глаза. - Мэри, я помню, что мы расстались, и больше не претендую на тебя, поверь. Просто дай мне спасти тебя от обморожения, - это он, конечно, преувеличил. - Доверься мне. Я тихонько киваю и подчиняюсь. Он, держа мою руку, идет в сторону двухэтажного дома. Вот, кто здесь останавливается! Мы заходим внутрь, и Франциск отпускает меня и уходит, а затем возвращается с пледом в руках. В один миг он накидывает на меня плед и обнимает. - Какая же ты холодная, - шепчет он и тихонько улыбается. Я закрываю глаза и вдыхаю его запах. Он, как и всегда, пахнет гелем для душа, дейзиком и Франциском. Здесь не нужен никакой одеколон. Мне так хорошо, что даже не верится. Впервые за столько времени я почувствовала себя живой и способной дышать. Мы перемещаемся на диван, который находится напротив камина. Так уютно и хорошо. Я сажусь на диван, а Франциск вновь обхватывает меня руками, не отпуская ни на секунду более. Мой нос постепенно начинает оттаивать, поэтому шмыгает. Франциск тянется к ящику неподалеку и достает от туда платок, но мне не дает. Он подносит его к моему носу и бережно вытирает. А я смотрю на него и не верю своим глазам. - Лучше? - спрашивает он, еще крепче обняв меня. - Намного, - шепчу я и прижимаюсь к нему всем телом. Я не знаю, сколько прошло времени. Мы просто сидели, не произнося ни слова. Мне было так хорошо... Но вот мне нужно уходить. Я смотрю на время и вижу там, что уже четыре часа утра двадцать четыре минуты. Я нехотя отрываюсь от груди Франциска и стаскиваю с себя плед. - Мне нужно идти. - Уверена? Ты можешь здесь остаться до пробуждения твоей семьи. В палатке сейчас будет еще холодно. - Нет, я, пожалуй, побуду в палатке. - Хорошо, только... - он резко снимает с себя свитер и дает мне. - Надень. - Франциск... - Надень, я сказал. Там действительно холодно. Я не прощу себе, если ты заболеешь. - Ты и так сделал для меня и моего здоровья слишком много. Я не могу. - Бери, иначе твой бойфренд узнает, что мы спали вместе. - Что? - Я буду очень убедителен, и он мне поверит, я обещаю. Мне приходиться взять этот чертов свитер, чтобы Лейту не навешали лапши на уши. Я подхожу к выходу и обуваю свои кроссовки, в то время как Франциск наблюдает за мной. - Пока, - тихо произношу я. - Пока, - так же тихо отвечает он и подходит ко мне чуть ближе. Я открываю дверь и смотрю на улицу, а он стоит позади меня. Что-то внутри толкает меня посмотреть на него, но я не поддаюсь. Но все же мое внутреннее «я» оказалось сильнее. Я оборачиваюсь и встречаюсь с глазами Франциска. Не успела я моргнуть, как он прижал меня к стене, прижимаясь всем телом. Я чувствовала его дыхание, которое колыхало мои волосы. Я знаю, чего я хочу. Поспешно Франциск прильнул к моим губам и слился со мной в страстном поцелуе. Я не могу сопротивляться, да и не хочу. Я отвечаю на его порыв. Его язык проникает ко мне в рот, и я не против. Франциск обхватывает руками мой живот и прижимает меня к себе все ближе. Я ощущаю, как мы начинаем двигаться, но куда? Через пару секунд он меня буквально отшвыривает на кровать, а буквально через мгновение нависает надо мной. Он вновь дарит мне шикарный поцелуй и переходит на шею, одаривая теперь ее незабываемыми ощущениями. Франциск резко поднимается и, смотря на меня с ехидной улыбкой, начинает расшнуровывать мои кроссы. Сначала он оголяет одну ножку, целуя каждый миллиметр на ней, а затем делает то же самое с другой. Я хватаюсь за простыню, зажимая ее в кулачках. Франциск встает с кровати и дергает за мои брюки, а они послушно скользят по моим ногам, после чего окончательно перестают соприкасаться с моей кожей. Довольный собой, он возвращается на меня и вновь целует. Своими ручками я начинаю задирать его футболку, пока окончательно не снимаю ее. А Франциск тем временем распрощался с моей футболкой. После этого он переносит свои ласки на мой животик, проводя линию от точки меж моих грудей и до пупка, затем он спускается ниже и целует мою внутреннюю сторону бедра, я вся горю. Он прислоняется лицом у меня между ног и вдыхает запах сквозь кружево моих трусиков. После чего начинает снимать штаны, а я тем временем одариваю поцелуями его грудь. Теперь он в одних трусах и берет все вновь в свои руки. Аккуратно он стягивает с меня трусы и отшвыривает их на три километра. Я, дыша через рот, смотрю за его действиями. Он опускает голову туда и начинает целовать меня, периодически проводя языком по моим чувствительным местам. Я разлетаюсь на миллиард кусочков, я просто больше не могу сдерживаться. Я стону из-за всех сил. Я прошу его побыстрей начать, но он не слышит. Я кричу и уже бьюсь в конвульсиях, когда меня с головой накрывает оргазм. Я будто «умерла» под ним. Через несколько минут я вновь соображаю, где я. Франциск в это время уже расстегнул мой лифчик и ласкает мою грудь, покусывая и посасывая соски. Сам он уже без трусов. Я вновь ощущаю прилив сил. Я закидываю ноги ему на спину, а руками зарываюсь в его волосы, прижимая его голову ближе в своей груди. Он заканчивает с моей грудью и спускается на уровень моего живота, а затем смотрит на меня. - Мэри, я хочу знать... - серьезно говорит он, но не договаривает, так как я перебила его. - Только ты, больше никто, - говорю я, ведь поняла, что он спросил, был ли у меня еще с кем-нибудь секс. Я засасываю его в поцелуе и слышу, как Франциск открывает пакетик из фольги. Не отрываясь от его губ, я произношу стон, а когда он входит в меня, я кричу, как не нормальная. Я уже и забыла, какого это, когда он во мне. Я просто не могу сдерживаться, я улетаю далеко отсюда, но в то же время я все еще здесь, с Франциском. И это самое потрясающее. Черт побери! Я и забыла, какого это, забыться, находясь под ним. Боже правый, это кайф! Я открываю глаза и вижу рядом с собой Франциска. Он тихонько посапывает на своей половине кровати. Господи, что сейчас произошло? А главное, как? Я смотрю на время и вижу восемь часов утра. Нужно возвращаться в лагерь. Как же мне смотреть в лицо Лейту после того, что произошло? Да и нужно ли мне теперь смотреть на него? В любом случае, нужно возвращаться. Я тихонько поднимаюсь с постели и по всей комнате начинаю собирать свои шмотки. Быстро одевшись, я выхожу из домика. Я все-таки надела свитер Франциска. Ведь я же обещала. Я подхожу к лагерю и вижу, что уже не спят Баш и Лейт, все остальные еще похрапывают в палатках. Лейт смотрит на меня и сначала замечает свитер, а потом уже мои глаза, которые вновь блестят, как раньше. - Мэри, где ты была? И откуда этот свитер? Черт, вот этого я боялась. Что ответить? Я ведь даже не знаю, кто мы теперь с Франциском! А с Лейтом?