Внучка Смерти

-Ну, как? Пришла в себя?— кто-то ненастойчиво потряс меня за плечо. Я приоткрыла глаза и попыталась сесть. Голова болела. Спина тоже. Неужели я и правда упала с высоты? Или сильно взлетела и во что-то врезалась? И кто говорил, что мечтать не вредно? Вредно, даже очень. И болезненно. -Пришла,— протянула я. Язык не хочет двигаться, ровно как и мои онемевшие конечности. -Отлично, Мерзк уже снял с тебя мерки. -Чего? Он ко мне прикасался? -А что твоя видеть тут такого страшного?— существо появилось в поле моего зрения и мои конечности решили, что не время для истерик и саботажа. Я подскочила, как ужаленная, и увеличила между нами расстояние. -Успокойся,— интересно, Гендо долго тренировался сдерживать улыбку? Столетняя практика, не иначе! Опаньки, а сколько ему лет? Он бессмертный, ведь так? Что ж, неплохо сохранился. Таакс, мозг, останови свою белую горячку. Есть вещи поважнее. -Успокоилась,— поджала губы я, старательно обходя Мерзка по большой кривой. Гоблин фыркнул и пошёл за ширму, стоящую неподалёку. -А зачем вы снимали с меня мерки?— я аккуратно присела на краешек дивана, с которого только что совершила столь эффектный прыжок. Гендо мягко улыбнулся, усаживаясь в кресло напротив меня. -Чтобы сделать на тебя одежду Жнеца. Сейчас ты выглядишь как обычный умерший человек. А как выглядит необычный умерший человек? Или он имел в виду расчленение? Фуу, знаете ли! Мы сидели в деликатном молчании. Гендо выразительно рассматривал свои ботинки. Я занималась тем же благородным делом. -Вот, ваш новый наряд, фройлян! Я подняла обречённый взгляд на Мерзка и обнаружила в его руках небольшой свёрток. Сидящий неподалёку юноша кивнул мне. -Иди, примеряй. Я встала и на негнущихся ногах подошла к гоблину. Аккуратно, очень вежливо вырвала (да, да, я и так могу) из его рук пакет и поспешила за ширму. Раскрыв кулёк, я обнаружила серую тунику без рукавов, оголяющую плечи, высокие чулки и сапожки, смахивающие на берцы. На ощупь ткань одежды была очень мягкой и прочной, но совсем не толстой. Не рвущаяся паутина. -Миленько,— нервно пробормотала я, переодеваясь. Сердце стучало, как после пробежки. Казалось, что если я надену эти вещи, то уже никогда не стану самой собой. Глупости, труп самим собой быть не может. И откуда во мне появилось столько цинизма? Смерть на меня однозначно плохо влияет. Ну, вот опять! Я поправила тунику. Сидит, как влитая. И выгляжу я, надо сказать, очень неплохо. -Я всё,— обогнув ширму, вышла на суд Гендо и Мерзка. -Тебе идёт,— отвесил мне комплимент юноша.— Тебе нравится? -Конечно,— я счастливо улыбнулась.— И как Мерзк угадал мои предпочтения в одежде? -Это мой особая способнайсть. -Ну, всё, нечего рассиживаться. Нам тебе ещё Косу подбирать и правила рассказывать,— Гендо поднялся на ноги и пошёл прочь. Я поспешила за ним. Идти оказалось недолго. И снова тёмная дверь с искусно вырезанными цветами, покрытыми позолотой. -Вот тут у нас и хранится орудие труда! Мне кажется, или здесь попахивает лёгким социализмом? Интересно, здесь есть какой-нибудь слоган, типа «Все гробы родине»? -О,— глубокомысленно изрекла я. по стенам комнаты переливались сотнями лезвий Косы всех видов и размеров. Гендо подтолкнул меня вперёд. -Иди, Коса – дело личное.