And especially fuck you!!!

Пятнадцать. Пятнадцать теперь любимое число Микки. Потому, что теперь пятнадцатого числа каждого месяца он получает на руки ровно пятнадцать штук. По пять тысяч на голову, что даже с избытком хватало каждому из Милковичей. Пятнадцать тысяч, и это выполняя не самую сложную работу в мире. За эти почти два месяца Микки ни разу не угонял машину, не обчищал ломбарды, и всего лишь один раз ему сломали нос, и то после закрытия магазина. Микки уже начал забывать, каково это каждую неделю околачиваться в обезьяннике. Милкович был вполне доволен своей жизнью и тому, что теперь каждый месяц у него есть деньги. На дворе стояло пятнадцатое ноября, а на часах, по счастливому совпадению, стрелки передвигались в сторону пятнадцати часов, и Микки уверенным шагом продвигался вдоль улицы, в конце которой стоял дом Стэна. Он хотел быстро забрать деньги и пойти в бар, чтобы отметить столь хороший день вместе с братьями и, возможно, по дороге домой забежать в магазин и купить всё для того, чтобы продолжить торжество дома. Прикрыв за собой калитку, он подошёл к ступенькам дома, но замер, услышав голоса, раздающиеся из приоткрытого окна. — Ты не имеешь никакого права так говорить! — Голос Йена был почти сорван и последние слова переходили на хрип. — Ты не знаешь этого, и меня достало, что ты делаешь вид, будто понимаешь, каково это! Голоса Стэна Микки не расслышал, может, из-за того, что мужчина стоял дальше от окна или потому, что тот редко переходил на крик, но Микки, сам от себя того не ожидая, нахмурился и сжал кулаки. Он знал, что если Йен так повышает голос, значит все не славу Богу. — ОН НАЗВАЛ МЕНЯ ПИДОРОМ! ЧТО МНЕ НУЖНО БЫЛО, ПО-ТВОЕМУ, ДЕЛАТЬ?! НЕТ! САМ УСПОКОЙСЯ! ТЫ нихрена не понимаешь!!! Да пошел ты!!! После послышался звук разбивающегося стекла и через мгновение входная дверь распахнулась и в дверном проеме показался Йен. Он тяжело дышал и сжимал в руках кожаную куртку. Йен на секунду замер, увидев стоявшего внизу Микки, но почти тут же сбежал вниз по лестнице. — Чё, Галлагер, ПМС что ли? — сам не зная зачем, спросил Микки, когда Йен проходил мимо. Но тот лишь толкнул его плечом и выскочил за калитку. — Истеричка, — вполголоса произнёс Микки и посмотрел вслед Йену, который быстрым шагом переходил дорогу и, добравшись до тротуара, обернулся. Показав Микки длинный средний палец, он прошипел: — Да пошёл ты, Микки! Злобно посмотрев на Милковича, Йен отвернулся и, натянув куртку, пошёл по тротуару. Микки, вздохнув, проводил Йена взглядом до первого поворота, после чего быстро взбежал по лестнице. Ведь он всё-таки сюда за деньгами пришёл, а не в Санта-Барбаре участвовать. — Йо! Стэн! — Постучал Микки по полуоткрытой двери. — Это Микки! Я пришел за деньгами! И не дожидаясь ответа, Микки зашёл в дом. Осматриваясь по сторонам, он прошёл в гостиную. Заметив разбитую вазу около дивана и стоявшего у окна к нему спиной Стэна, Микки замер. Прикусив нижнюю губу, он ещё раз посмотрел на вазу, а потом на Стэна и, не зная с чего начать, просто тяжело вздохнул. — Деньги на тумбочке. Завтра привезут товар, будь на работе в восемь, — на редкость спокойно произнёс Стэн и, не поворачиваясь к Микки, добавил: — И не забудь, как в прошлый раз, вовремя забрать из бухгалтерии чек. Микки осмотрел комнату и увидел белый конверт на тумбе, что стояла рядом с разбитой вазой. Сделав пару шагов, он взял конверт и, приоткрыв его, быстро проверил содержимое. Больше по привычке наверно. Он прекрасно знал, что Стэн не стал бы наёбывать его. Но страховка никогда не бывает лишней. — Что-нибудь ещё? — поинтересовался Стэн, всё так же не поворачиваясь к Микки. И не то, чтобы Микки было совсем наплевать на отношения Стэна с Йеном, хотя он точно хотел быть последним, кто хоть как-то связан со всем этим дерьмом. Но что-то внутри так и пыталась вырваться наружу, что-то, что хотело узнать, что за жесть только что произошла, и куда пошёл Йен, и отразится ли эта ссора на его работе, и почему Стэн не поворачивается? Но Микки решил ничего не спрашивать и лишь хлопнул второй рукой по конверту. — Нет, — коротко ответил он и, развернувшись, быстрым шагом направился к выходу. Выйдя за калитку, Микки покосился на дом и, медленно помотав головой, закурил. — Бля, ну что за жесть, а? — прошептал он и, вздохнув, направился в сторону бара.