Клуб "Моби Дик"

Марко не закрывает лицо руками, театрально вздыхая, не ударяет Висту, хотя руки так и чешутся, даже не вскакивает, хотя до одури хочется психануть, как все нормальные люди. А у него не получается, вот не получается как у "нормальных". Он может кипеть, злиться и ругаться, наверное умеет и вскакивать, теряя холеный самоконтроль; да только не получается. Помрачнеть, разом сделать себя старше, чем он есть, молчать и скрипеть зубами, - да, это про него, "вечно спокойного" Феникса. - Эй, да образуется! Когда там он нас подводил? Ну поваляется чутка, достанет всех и вернется к нам! Марко, так ведь всегда было? - на последних словах даже у Висты голос дрогнул, а ведь они все - пятнадцать командиров - взрослые мужики, которые не могут так расстраиваться, у которых не может дрогнуть голос или рука. Да? Ведь не может? - Марко, что случилось? - обеспокоенно глянул парень на двух других, поставив стул и, как бы вы подумали, сел на него, опустив руку к месту "прикования". Конечно, снять наручники он не мог, но кто запрещал носится со стулом? Да уж, веселые деньки - это мягко сказано, товарищи. Но, в данный момент, Эйс абсолютно забил на Тича, даже на Луффи с этим чертовым стулом. Его волновал только Марко, с которым творилось что-то не ладное. - Я не знаю. Ему еще ни разу не предлагали операцию. - Марко даже не заметил Эйса до того момента, пока к нему не обратились. То, что он проигнорировал мелкого, того, кого прозвал "солнышком", да и судя по всему, был совсем неравнодушен, говорило о многом. Мужчина устало смотрит на непоседливого юношу, слабо удивляясь тому, что он наконец сел и даже успокоился. Надо же, а кто тут скакал с наручниками на руке? - Забей, стул - это невеликая потеря, можешь не волноваться о нем. Давай ты зайдешь позже, м? Потом обсудим и Тича, и вашу драку. Или расскажи Висте, ему как раз нечем заняться. - Феникс не настроен сейчас выяснять правду, хотя позже обязательно вернется к разговору. Виста несколько бодрее его, так что веснушчатый паренек сможет обо всем поболтать с ним, заодно и познакомятся. А самому Марко надо что-то срочно придумать, иначе он с ума сойдет от волнения. - Сегодня боев не будет, клуб закрыт, никого не пускать. Разберемся изнутри, после пустим публику. - это уже Висте. Феникс не уверен, что ему стоит нагружать своими проблемами еще и Эйса, у того и так есть, чем заняться. Он вообще здесь только второй день, смысл загружать делами взрослого дядьки? Виста выходит, неуверенно кивнув Эйсу, мол, ты остаешься или со мной? На что Портгас только отрицательно мотает головой. Раз стул - невелика потеря, то, как только выходит Виста, парень одним ловким движением руки разбивает его и на руке остаются только наручники. Марко не вздрагивает и совсем отсутствующе наблюдает за этим. Затем Портгас подходит к нему и обнимает сзади, вдыхая приятный аромат. - Марко, неужели ты не можешь мне рассказать? Я хочу услышать что тебя тревожит,- Эйс прикрывает глаза. Почему-то разливается внутри такое теплое ощущение безграничного спокойствия и умиротворения,- Я не хочу видеть тебя таким. Ты не должен быть таким,- тихо говорит Портгас, обнимая Марко ещё крепче,- Расскажи мне всё, чтобы тебе стало легче,- Эйс говорит тихо, но это вовсе не похоже на просьбу. Слишком спокойный, для обычно взбалмошного и, немного, неуравновешенного Эйса, голос. Парень отпускает объятия и разворачивает Марко к себе лицом, заглядывая в глаза и улыбается во все 32,- Или только мне показалось, что мы стали немного ближе? - Ох, Эйс, тебе явно нечем заняться. - Феникс касается темных прядей, ласково погладив парня по голове. Самый беззаботный нашелся, свои проблемы никому не рассказывает, зато готов помочь другим? Добавьте сюда его лучезарную улыбку и хитрющие глаза, настоящий фейерверк эмоций и слишком много доверия. И обаяния. А Марко чувствует потребность в этих объятиях и мелком пацаненке, так скоро привязавшего его к себе. Кто хотел сдастся медсестрам? Вперед и с ветерком, прямо напротив Ояджи! Мужчина вновь отвлекся на свои мысли, хотя такие размышления все же приятнее, нежели что-то напоминающее бесконтрольную панику за Белоуса. - Отец в больнице, рано утром отвезли. Я, да мы все, в общем-то, думали, что это очередная проверка, он изредка наведывается туда, не все наши медсестры могут. Час назад прислали вот этот документ. - он поднимает руку с той самой бумагой, из-за которой так резко поменялось настроение. - Нужна операция, а старик отказывается принципиально, мол, полежу и поправлюсь. Чертов упрямец. Она нужна ему, но нет гарантии, что после нее он сможет драться. Отец никогда не выходит на ринг, но с радостью мутузит сыновей. - Феникс усмехается, вспоминая прошлую ночь. Не слишком ли много волнений и активности стали причиной неприятных новостей? Странный день, нечего сказать. - Ему прямо сказали: откажись и живи без клуба, без тренировок. Но это бесполезно, это второе, после семьи, чем он живет. И плевать, что уж по возрасту ему давно пора завязывать, он лучше сдохнет, предварительно посмеявшись с нас, чем откажется от "Моби Дика". А то, что сейчас подключен к капельницам и под постоянным надзором, что дай только шанс и его уберут с Арены Города, она вне Моби, - на это тоже чихать с высокой колокольни. Детский сад. - Марко обнимает свободной рукой Эйса, думая, что если легче не стало, то, по крайней мере, не он один в курсе всей ситуации. Эйс внимательно смотрит на документ, затем улыбается и отпускает Марко. Парень надевает шляпу, как всегда делает, когда выбрал путь и поглядывает на Феникса. - Спасибо, что рассказал. Правда я ничем помочь не смогу, - шатен двигается к выходу, но перед самой дверью останавливается,- Знаешь.. Это нормально. То, что ты сейчас не холодный, а злой и взволнованный. Я, конечно, не знаю, как это - иметь отца, но думаю, что это правильные чувства, когда такое случается,- Эйс говорит это, не поворачиваясь. Затем выходит из помещения, перецепившись через дверь и матюкнувшись. Дальше не просто идет, а бежит. Прикинув, сколько в кошельке денег, парень вылетает на улицу и ловит такси. - Больница № M ,- кидает он водителю, а тот называет сумму. Что ж, даже ещё немного останется. Правда, придется теперь на месяц переехать жить в клуб, ну это не страшно. Даже хорошо. Когда машина останавливается около больницы, а Эйс расплачивается с водителем, парень бежит к регистратуре. - В какой палате лежит,- тут же Эйс пытается вспомнить полное имя, которое ему не единожды повторял дед,- Эдварт Ньюгейт? - Вы кем ему приходитесь? - девушка поднимает бровь, смотря на парня, бегающего в футболке посреди зимы. - Я..,- Эйс выдыхает и улыбается во все 32 - Я его сын. Эйс заходит в палату к Белоусу. Мужик просто огромен и лежит на нескольких койках, сложенных вместе. Под капельницами, только, слава богу, в сознании. Эйс проходит и хочет как-то начать, но его перебивает заразительный смех : - Сын мой, что ты хотел сказать? - Белоус смотрит на Эйса совсем как на маленького ребенка. - Отец,- начинает Эйс и тут же краснеет, понимая, что называет так кого-то впервые в жизни. - Давай уже говори, - смеется мужчина и пристально смотрит на шатена. - Вот что я хотел сказать,- берет себя в руки Эйс,- Точнее, для начала спросить. Вы считаете себя сильным человеком? - ни с того ни с сего спрашивает Эйс,- И вы любите больше ринг или семью? В вопросе Эйс четко распределяет понятия, глядя на Белоуса, лицо которого искажено удивлением. - Во-первых, обращайся ко мне на "ты". Я же отец, а не какой-нибудь там..,- по взгляду Эйса, мужик понял, что не нужно разговор переносить в другое русло,- Я не могу сказать о себе, что я самый сильный. Я так и не победил одного человека... - Да, Гол ди Роджера, но я сейчас не об этом! Ты считаешь себя СИЛЬНЫМ человеком?- Эйс повторяет вопрос, но интонация говорит о том, что шатен спрашивает о качестве характера. - Да! - твёрдо отвечает отец, а Эйс ждет ответов на остальные вопросы,- Я не люблю ничего, больше семьи. Но как бы я не любил семью, ринг - воздух, без которого не выжить, - твердо говорит Белоус, понимая, к чему клонет Эйс. - Отец, ты правда думаешь, что даже после операции человек, с огромной любовью в сердце, твердый духом и влюблённый в ринг, больше не будет драться? - тихо усмехается Эйс, глядя на мужчину,- Конечно, не мне говорить, но я не могу сейчас смотреть на Марко. Он ходит, как в воду опущенный, при этом взбешенный. Я уже дел накуралесил, он вообще растерян. Парень встает и поправляет шляпу, улыбаясь во все зубы: - Так что делай, Отец, операцию, а потом покажи эти придуркам в белых халатах, что они не знают, что такое душа бойца! - Эйс говорит немного повысив голос, но не на Белоуса, а просто делая свою речь более эффектной. - Какие громкие слова для малявки,- громоподобно хохочет Белоус, глядя на сына. Разговор продлился ещё минут 15, после чего Белоус сдался на милость победителя, выслушав кучу разных доводов, от которых только смеялся и умилялся.