Они

Каждый день она просыпалась с мыслью о нем: о его идеальной прическе, его солдатской выправке, о его тонких, припухлых, розоватых губах, его пшеничных, взлохмаченных волосах и о его идеальном теле. Каждое утро она пила кофе и вспоминала о холодных зимних днях, проведенных в холодных убежищах вместе с ним. Каждый вечер она прогуливалась мимо его дома, заглядывала в окна и боролась с мыслью постучать в дверь и поговорить. Каждый день он просыпался с мыслью о ней: о ее теплом, изумрудном взгляде, о ее огненных, прямых локонах, что так и норовят зацепиться за пальцы, о ее идеальном лице с маленькими ямочками у уголков губ и о ее тонких, холодных руках. Каждое утро он пробегал вокруг дома, а его сердце, обычно бьющееся в такт изнывающим мышцам, останавливалось, вспоминая о ней, делало паузу и снова бежало вслед за мускулистыми ногами Кэпа. Каждый вечер он в одиночестве отсиживался дома, изредка поглядывая в окно. Он замечал там ее и боролся с желанием выбежать на улицу и обнять ее. Она всегда искала ему пару, предлагая то медсестру, то секретаршу, но знала, что никогда не смирится с тем, что рядом с ним будет просыпаться другая. Она предлагала ему соседку, а сама чувствовала, как медленно, по-мазохистски , она разрывает свое сердце на мелкие кусочки. Она предлагала ему «лабораторную крысу» с верхних этажей, а сама чувствовала, как маска, давно приросшая к коже, начинает трескаться и осыпаться. Она всегда искала ему пару, предлагая то медсестру, то секретаршу, но не знала, что они не нужны ему. Он не мог представить себе девушку прекрасней нее, и только ее он хотел видеть по утрам, заходя на кухню. Он ходил на свидания и с соседкой, и с докторшей, но каждая встреча оказывалась первой и последней. У него другие вкусы. Он любит рыжих и русских. Она делает выстрел, забирает жизнь у преступника и бежит, что есть сил. Она рассекает воздух, уничтожая зло и стремясь к цели. В мыслях только он и то, что с ним могут сделать. Еще пуля, и грузный толстяк громыхает по крутой лестнице, а она, не останавливаясь, продолжает бег. Вот она – дверь в ад, дверь, ведущая на одну из баз Гидры. Она прорывается все дальше и только, когда видит его, останавливается. Сердце бьется в истерике, когда она рассматривает его покрасневшее,обветренное лицо, заглядывает в его глубокие, синие глаза и удивляется его невредимости. Он стоит на крыше, рядом с ним небрежно валяется его «звездный» щит и еще пара обезвреженных солдат. Он часто дышит, переводя взгляд на нее. Ее рыжие волосы скомканы после борьбы, темные, зеленые глаза смотрят куда-то сквозь него, но для него главное, что она здесь. За три широких шага он сокращает ничтожно маленькое расстояние до миллиметров и крепко сжимает ее в своих объятиях. Никто и не думает смущаться - работа в Щ.И.Т. с каждым днем все опаснее – каждому нужна поддержка, даже сверхчеловеку. «Я сама сделала себе имя» - говорит она. Она – лисица. Хитрая и прыткая. Ее прошлое полно тьмы, но душа светлее, чем многие думают. Она запятнала свое досье, но каждый день старается вычистить грязь из каждого его уголка. «Мне надоело смотреть, как другие расплачиваются за мои ошибки» - говорит он. Он – волк. Благородный и скрытный. Он скрывает свои страхи, но главный страх неизменен. Он всегда боялся потерять тех, кого любит. Потерять ее. Она решилась. Она рассказывает ему о своем прошлом, о своих чувствах, она призналась ему. Он выслушал. Он безмолвно обнял ее, погрузившись носом в теплые волосы. Он сказал ей, как любит ее. Теперь нет «он» нет «она», но есть «они». Они – горючая смесь. Они – убийственная парочка. Они – Капитан Америка и Черная Вдова. Они - Наташа и Стив.