Дождливое небо.

Вычитки нет, ничего нет, анатомия страдает, у автора 5 по русскому, 5 по литературе и 4 по географии. Бухаем, народ хД Скуало никогда не слышал, как Занзас поет. Никаких пьяных песен во время вечеринок, никаких посторонних завываний в душе или во время хорошего настроения. Когда Скуало попросил босса спеть, тот залепил ему стаканом в голову и наорал так, что даже Бельфегор узрел нервный тик у капитана Варии. *** Темный особняк поражал с первого взгляда... Под ногами хлюпает кровь, противно окрашивая подошвы в грязно-алый цвет. Кажется, Занзас решил устроить здесь озеро из крови - раздавленные Бестером трупы лежат на полу изодранные в клочья, залив каменный пол вишневым соком, будто он его выжимал, как это делают с ягодами. Скуало не любит вишневый сок. И томатный не любит. К горлу подкатывает комок чего-то противного, в нос ударяет запах свежей агонии и пульсирующего мяса, бьющегося в конвульсиях - лигр знает свое дело, так что как минимум половина растерзанных еще живы, пусть и в состоянии болевого шока. Скуало видит, как сокращаются мышцы у некоторых отдельно взятых не-до-конца-трупов. Кажется, Занзас не врал, когда обещал Девятому кровавые океаны в его особняке. Железная дверь скрывает что-то, спасая сознание любого вошедшего сюда. Скуало чувствует, как отчаянно бьется сердце внутри. Голова чуть кружится, а кровь внутри холодеет при одной мысли о нынешнем состоянии босса. Может ли адекватный человек настолько жестоко разделаться с десятками людей? К тому же он явно не использовал пистолеты и пламя направо и налево - вокруг только пара сожженных стен с облетевшими обрывками обгоревших картин. Пересилив себя, Скуало подходит к двери и заглядывает в небольшую щель. Сердце замирает, а потом делает сальто назад и падает куда-то вниз, когда ноги скользят по алой жиже. Чья-то голова слетает с плеч почти в Скуало, и капли крови попадают на лицо через щель между дверью и стеной. Занзас, кажется, не видит его. Вокруг много, очень много людей, конечности которых или переломаны Бестером, или отрублены Занзасом. Когда Скуало учил его своим техникам и владению мечом как таковым, то и представить не мог, что это так скоро пойдет в дело. К тому же меч, который Занзас взял у Скуало, действительно остер. Well you can tell by the way I use my walk I'm a woman's man, no time to talk... Music loud and women warm I've been kicked around since I was born... До ошеломленного Скуало не сразу долетает хриплый голос Занзаса. Он скалится, развлекаясь, обращаясь к останкам тел вокруг. Кровавые вихри из алых капель танцуют в одном ритме с Занзасом, который наслаждается происходящим. Босс Варии поет, не сдерживая себя, пританцовывая и добивая еще живых, но оглушенных болью противников. Алые глаза горят небывалой силой. Пламя внутри тоже исполняет свой особенный танец, закручиваясь ураганом и взлетая в небо - как и положено этой адской смеси, обжигающей вены. And now it's alright, it's okay... And you may look the other way... We can try to understand The New York Times' effect on man... Лицо Занзаса залито чужой кровью, так приятно ласкающей разгоряченную кожу. Ритм не меняется, а те, кто поживее, постепенно приходят в себя - Занзас наслаждается их взглядами, полными боли и отчаяния. Кто-то посмел вздохнуть? Лезвие врезается в чужую плоть, разрывая, кромсая и разбрызгивая... Whether you're a brother or whether you're a mother... You're stayin alive, stayin' alive! Feel the city breakin' and ev'rybody shakin? And we're stayin' alive, stayin' alive! ...Вишневый сок - рычит на себя Скуало, сдерживая рвотные позывы и не в силах отвести взгляд от этого завораживающего зрелища. Клинок не танцует в руках - скорее, с мечом обращаются как с первым, что попалось под руку. Нет тех плавных движений - есть резкие и жесткие укусы, словно прыжки зверя, разрывающего своими клыками. Занзас действительно рожден убивать, пусть и без широкой безумной улыбки шляпника... Ha, ha, ha, ha, stayin' alive, stayin' alive... Занзас едва заметно ухмыляется в лицо одного из мерзких псов, что в детстве с упоением учили его убивать, пусть и весьма своеобразными способами, за которые смертная казнь - ласковая поблажка. Чертов педофил... Ha, ha, ha, ha, stayin' alive... Шепчет Скуало синхронно с Занзасом, у которого внезапно прорезался голос. Well now I get low and I get high, And if I can't get either I really try Got the wings of heaven on my shoes... I'm a dancin' man and I just can't lose! Занзас с каким-то упоением пускает пламя по лезвию, сжигая совсем и безнадежно мертвое мясо. Неестественное возбуждение ощущается в каждой клеточке тела, сводя с ума снова и снова. В алых глазах пляшут черти, а пламя постепенно охватывает все вокруг. Занзас победоносно рычит, не переставая петь, когда по лезвию проходятся языки алого пламени. Life goin' nowhere, somebody help me! Somebody help me, yeah! Life goin' nowhere, somebody help me yeah! We're stayin' alive... Лигр расправляется с оставшимися людьми. Шерсть животного слиплась от красно-бурой крови, засыхающей на белоснежной ранее гриве. Клыки снова и снова вонзаются в чужие глотки, огромные когти вспарывают кожу, разрывают грудь врагам. Довольный рык вместе с хозяином, и дверь внезапно валится с петель под весом животного, а Скуало чудом не задевает. Он так и остается стоять на месте, сходящий с ума от этого почти колдовского зрелища. Life goin' nowhere, somebody help me Занзас поворачивается, будто в замедленной съемке, и надвигается на Скуало, все так же безумно разглядывая его своими кроваво-яростными глазами, словно гипнотизируя, подобно тому, как змеи гипнотизируют жертву. Если бы Занзас был змеей, то непременно коброй - величественной и устрашающей. Супербиа отходит назад и поскальзывается, опираясь на руки и чувствуя, как противный холодок ползет по спине от того, как кровь мгновенно охватывает ладонь, забрызгивая. Somebody help me yeah! Занзас протягивает руку, чуть ткнув окровавленными пальцами в щеку Скуало. Тут же лезвие - холодное и мокрое - ведет по груди, распарывая форму и, наконец, упираясь в горло, а затем и в подбородок, заставляя подняться, не позволяя достать оружие или пустить пламя - такие выходки при Занзасе могут закончиться очень и очень не в пользу мечника. Life goin' nowhere, somebody help me yeah Занзас впивается в чужие губы с остервенением, кусая, передавая вкус чужой крови и своей опьяняющей победы. До боли сталкиваясь друг с другом, обжигая и тут же зализывая укусы и горячие прикосновения, иногда разрывая поцелуй и оставляя яркие засосы, почти вгрызаясь в бледную кожу под судорожные вздохи. - I'm stayin' alive... - Шепчет Занзас в губы Скуало, заражая своим безумием. Что может быть лучше...