Гордая волчица.

Спустя неделю... Яркое, весеннее солнце падало на притоптанный снег. Солнце стало светить более теплее, чем было, тем самым согревая волков. За эту неделю Стрела и волки ее стаи много охотились и тренировались. Волки были готовы к битве, их глада уже сверкали решимостью, показывая, что они все будут биться до последнего. Ворон тем временем вечно думал о Стреле, думал о том, справиться ли она в битве. Думая, черный волк иногда ловил себя на мысли, что влюбился в эту гордую, упрямую волчицу. Стрела же только скользила взглядом льдисто-голубых глаз по Ворону, но ничего к нему не чувствовала, не было времени. Мята до сих пор винила себя за то, что поцапалась с Ветром, а темно-серый волк уже давно все забыл и ходил с улыбкой на морде. Закат, который тренировал присоединившихся волков приемам, окреп за эту неделю еще сильнее, привыкнув к горам. Сейчас рыжий волк пытался добраться до своей младшей сестры, чтобы поговорить. - Стрела! Стрела, да постой же ты наконец! - кричал волк, подбегая к серебристой волчице. Волчица остановилась и повернулась к брату. Легкий ветерок ерошил шерсть волков, будто пытался забрать мысли о приближающейся битве. - Ты уверена, что сможешь сражаться? Ты пропускала все тренировки, кроме одной! - встревоженно произнес Закат. В льдисто-голубых глазах Стрелы горела холодная решимость. - Уверена. Братец, хоть меня и не было на тренировках, но я тренировалась одна. Послезавтра будет битва, хоть убей меня, но мы выиграем! Мы не покинем горы, пока охотники не покинут лес, - твердо произнесла Стрела, развернулась и скрылась в пещере. Ворон приблизился к Закату, глядя, как серебристая волчица скрылась в пещере. Ветер усилился, окуная волков в свой холодный плен, но прошел так же быстро, как начался. Мята, которая явно не ожидала, что ветер на миг усилится, выроняла травы и те разлетелись в разные стороны. Бурая волчица каждый божий день ходила и собирала травы. Иногда попадались те же, иногда новые, но все они лежали в уголке пещеры. За Мятой вечно хвостом ходил Ветер и помогал ей носить или же собирать травы. Темно-серый волк и сейчас, заметив, что травы разлетелись побежал их собирать, а Мята вздохнув, стала ему помогать. Остальные волки охотились, обеспечивая стаю едой. Некоторые из волков отрабатывали приемы, чтобы не облажаться в битве. В чисто-голубом небе парили ястребы, соколы, которые не подозревали, что стоит им зазеваться, присесть на скалу, как ловкие охотники их тут же поймают. Жизнь шла своим чередом, с каждой секундой, приближая волков к неминуемой битве. Кто же действительно прав? Упрямая белоснежная волчица или та, в чьей хранится тайна, которую не знает даже она сама?