Иные судьбы

Шехзаде Мустафа сидел в своих покоях, перебирая документы. Этот день вышел довольно утомительным, и шехзаде никак не мог сосредоточиться. Устало потирая слипающиеся глаза, он вновь пытался вникнуть в суть дел санджака Амасьи, когда двери в его покои громко отворились. В комнату без стука влетела бледная, перепуганная Фидан. - Шехзаде…- Торопливо поклонилась она, - Из столицы пришли ужасные вести… Казалось, калфа готова упасть в обморок. Шехзаде насторожился, хотя и не подозревал, что могло случиться. - Говори. - Отложив бумаги, быстро пробормотал он. - Я… - Взгляд калфы перепугано скользил по комнате, - Право, даже не знаю, как сказать. Шехзаде… В ночь после Ифтара Ибрагим паша был задушен в своих покоях по приказу повелителя. Упокой Аллах его душу… примите мои соболезнования. Шехзаде изумлённо откинулся на спинку стула. Он мог ожидать чего угодно, но только не ЭТОГО. - Ибрагим паша… Что?! – Впервые за долгие годы его голос дрожал. - Всё так, шехзаде. – Сжавшись, Фидан опустила взгляд. Бледности Мустафы в этот момент мертвец бы позавидовал. Казалось, от такой новости сердце на секунду остановилось, как и само время. Осознание вышесказанного пришло не сразу – слишком уж невероятна и ужасна была эта новость для человека, которому Ибрагим был вторым отцом. В ушах гудело, перед глазами плясали красно-чёрные точки. А вместе с осознанием в грудь словно вонзили неведомый кинжал – так внезапно и больно, что хотелось взвыть. Шехзаде до хруста сжал край деревянного столба, мир словно заволокло пеленой. Но нет – мужчины не плачут. В конце концов, все смертны. Но здесь не просто смерть близкого человека – здесь предательство… Фидан всё стояла в ожидании, зная, что шехзаде так или иначе не оставит всё как есть. - Вели закладывать карету, - его голос походил на утробное рычание, а глаза невидяще смотрели в одну точку и горели пугающим фосфорным пламенем, - Мы едем в столицу. - Слушаюсь, шехзаде, - вновь поклонилась калфа, - Кстати, повелитель должен вскоре объявить о своём решении, и… - Можешь идти. – Довольно грубо перебил её наследник, отворачиваясь. Калфа поджала сухие губы и, поклонившись, покорно вышла. Однако, остановившись на секунду у порога, увидела, что шехзаде с силой сжимает маленький кораблик, сделанный пашой в детстве, который Мустафа так и не успел ему отдать, а из глаз скатилась-таки непрошеная слеза. Каким бы ни был Великий Визирь паргалы Ибрагим паша, на свете были люди, которым он был по-настоящему дорог.