Глава 4. Сумасшедшее утро и злой пруссак.
Следующее утро началось довольно... Да, громковато. После того, как главная в лагере (а лагерь то военный) заставила Альфреда встать в шесть утра, нарезать пять кругов вокруг лагеря и съесть овсянка, он не то, чтобы сидеть спокойно, он просто лежал на земле и пищал: - Боже, я сделаю и съем все что угодно, только отпустите меня домо-ой.. Наконец, когда я сказала, что это ещё не самое худшее, он чуть не испустил дух, но раздался крик главнокомандующей Мари: - Рота, подъём! Чтобы через пять минут стояли ровными ширенгами на центральной площадке! Все повыскакивали из домиков и сломя голову понеслись к назначенному месту. Только вот я, Германия и Пруссия никуда не собирались. - Коротышка! - злобно прошипел Пруссия, вставая. Угу, мы столкнулись в дверях. Я сидела на полу, держась за голову. Уф, сильно треснулись! - Я. Не. Коротышка. - прошипела я, хватая его за галстук, тем самым удерживая его на полу. Он же схватил меня за волосы и резко потянул. Я вскрикнула от боли и выпустила галстук из руки. - Знай своё место, женщина. - презрительно бросил парень и встал. - Эй, Гилберт! Ты что творишь?! - Германия треснула по башке старшего немца и присел рядом со мной. - Ты как, Диана? - Фиговенько... - прошептала я и закрыла глаза. Боль ещё пульсировала в висках, я ничего не видела и не слышала, а в голове крутился лишь Пруссия. - Быстро извинился! - крикнул Людвиг. Что происходило, я не знаю, я открыла глаза лишь тогда, когда услышала тихое и не очень дружелюбное "прости" и уставилась на протянутую ладонь. Минуты три я непонимающе смотрела на руку Пруссии, после чего у того сдали нервы, он схватил меня за талию и протянул к себе, тем самым поднимая. Однако ноги не держали, и мне пришлось повиснуть на стране, под его недовольное бормотание. К моему удивлению, с легкостью взял меня на руки и посадил на кровать. Я подняла ошарашенный взгляд на немца, и тот поспешно отвернулся. - П-прощаю.. - тихо ответила я, улыбнувшись. Ну, кто о чем думает, а я о Пруссии.
