Maybe life should be about more than just surviving

      С наступлением зимы предсказуемо похолодало и выпал снег, а земляне поплотнее закутались в дублёные шкуры, что заготовили ещё осенью, когда опали листья на деревьях и укоротился световой день. Лекса с Кларк не были исключением: их шатёр, как и все остальные в поселении в ущелье, куда не добирался промозглый ветер почти и где довольно густой хвойный лес удерживал на себе снег, был утеплён изнутри постоянно разогретой печкой, благодаря которой внутри было очень даже тепло, особенно, в сравнении с морозами в полосе умеренного климата. Пусть это не было той страшной Сибирью, о которой Кларк знала по рассказам стариков на Ковчеге, однако и тропической, тёплой зимой без заморозков вовсе это тоже не было. Так что, укутавшись в бесконечные шерстяные свитера, шарфы и носки, надев сверху тёплую дублёнку, Небесная принцесса пыталась пережить свою первую зиму на Земле, первую зиму не в тепле станции. Порой она даже жалела немного, что покинула лагерь ковчеговцев, однако потом вспоминала, что отопление там и не факт, что работает, а жить в тёплом за счёт печки шатре, особенно, с девушкой, что может согревать тебя по ночам, было очень даже неплохо.       С наступлением зимы секс у Лексы и Кларк стал немного смешным: вечно мёрзнущая и, в общем-то, не привыкшая к холодам Гриффин постоянно пыталась накрыться, закрыться и натянуть свитер обратно, мотивируя тем, что даже в тёплом шатре ей прохладно, на что её девушка лишь посмеивалась и клятвенно обещала свою любовницу согреть, каждый раз, однако, не учитывая, что привередливой и прихотливой Небесной принцессе даже горячий секс с любимой не мог дать большого количества физического тепла. Так что каждую ночь девушки проводили в обнимку, различаясь лишь в количестве одежды: холодоустойчивая Лекса в одних лёгких шортах и футболке крепко обнимала, пытаясь согреть, мерзлявую Кларк в свитере и шерстяных гольфах.       С наступлением зимы приближался Новый год — праздник, что достался землянам от их предков и имеющий толику символизма. Когда Лекса сообщила своей девушке, что, вообще-то, это дело поселение отпразднует некими ритуалами и жертвами, что предназначаются не для богов, в которых они, на самом деле, и не верят вовсе, а являющиеся традициями и некими, всё же, развлечениями, последняя была несколько озадачена — на Ковчеге подобное тоже праздновалось, но вовсе не как переход от одной закончившейся жизни к другой новой, а в большей степени как ещё один пройденный шаг на пути к возвращению на Землю. И сейчас, уже оказавшись на этой самой Земле, Кларк была несколько дезориентирована в пространстве — неожиданное понимание происходящего поразило её, ровно как и факт того, что сейчас она про праздник и не вспомнила, будто бы отказавшись от этого как от исполненной мечты. Однако задумчивость была недолгой, и через день Гриффин обрадовала Лидера землян новостью, что с удовольствием поможет подготовить празднество, если это потребуется, на что Лекса лишь согласно кивнула и предложила сходить с ней поохотиться на оленя — для выполнения ритуала нужна была в идеале человеческая жертва, но от подобного хоть в некоторой степени гуманные земляне отказались, не рискуя отказываться от нужных, особенно, холодными зимами, людей.       В ночь последнего дня января, с наступлением темноты, в центре лагеря зажгли круг из факелов на длинных сосновых основаниях с листьями падуба в качестве украшения, что освещал большой круглый стол с вырезанными в нём дорожками, которые лениво заполнялись густой кровью убитого минутой ранее оленя. У каждого из двенадцати пламенников стоял землянин с деревянной чашей в руках, наполняя её своей свежей кровью из разрезанной ладони. Каждого из этих людей Лекса долго и придирчиво выбирала, стараясь подобрать максимально похожих друг на друга, но в то же время и могущих олицетворять один из двенадцати месяцев года — календари у них ещё со времён довоенных остались. Лицо каждого было раскрашено красителями из того цветка, что зацветает в его месяц, что помогало остальным зрителям ритуала понять, кто есть кто. Наполненные чаши юноши и девушки выставили в круг на столе, ставя их на отведённые для них места, после чего, под бой барабанов, немного мелодичные звуки флейты и звонкий перебой уда, земляне затянули песню, начиная танцевать вокруг факелов, призывая жестами всех и каждого поучаствовать в обряде. Кларк в ответ на предложенную руку и призывный взгляд лишь закрыла рот, заставляя себя прекратить так сильно удивляться происходящему, и протянула ладонь в ответ, вместе с Лексой отдаваясь танцу и музыке, нарастающих с каждым тактом. По традициям, сложившимся уже именно у землян в послевоенное время, выпивать и быть на веселе до обряда запрещалось, однако стоило чашам с кровью оказаться на столе, а пляскам начаться — ничто уже не могло удержать народ от желания выпить заготовленного ранее самогона. Достигнув пика мелодии и кульминации танца, юноши и девушки, что отвечали за месяца, подняли факелы, поджигая стол, засохшую кровь и тушу, образуя гигантский костёр и вселяя людям веру, что всё плохое, что могло остаться в этом году, было уничтожено, а в новый каждый ступит обновлённым.       И Кларк верила. Верила, что новый год заставит забыть её о всём, что она натворила, ступив на планету, и принесёт ей и её союзу с Лексой много хорошего. Крепко сжав руку любовницы, Гриффин поднесла чужую ладонь к губам, прикасаясь к ней в лёгком поцелуе и шепча беззвучное «спасибо» в ответ на вопросительный взгляд.